Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ФИО12 о разделе совместно нажитого имущества и встречному иску ФИО12 к ФИО11 о разделе совместно нажитого имущества,

УСТАНОВИЛ:

ФИО11 обратилась в суд с иском к ФИО12 о разделе совместно нажитого имущества, указав, что 13.02.2013 она вступила в брак с ответчиком ФИО12, от брака с которым имеет ребенка ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. При этом, в фактических брачных отношениях с ответчиком состояла с 2012 года. С указанного времени истец и ответчик проживали совместно, вели общее хозяйство и имели совместный бюджет. В период фактических брачных отношений, 23.10.2012, ответчиком приобретено следующее недвижимое имущество: квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью 54, 9 кв.м, стоимость которой по договору составила 3 600 000 руб.; квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью 98, 6 кв.м, стоимость которой по договору составила 8 400 000 руб. Государственная регистрация права собственности ответчика на жилые помещения произведена 29.10.2012. При этом, жилые помещения приобретены ответчиком с условием рассрочки платежа – последний платеж подлежал внесению, не позднее 30.12.2012, в связи с чем, 29.10.2012 также произведена государственная регистрация ипотеки в пользу продавца. Однако, обязательство по оплате стоимости приобретенных жилых помещений исполнено ответчиком только в октябре 2013 года, в связи с чем, 11.10.2013 ипотека в пользу продавца прекращена. В настоящий момент между сторонами возник спор о разделе совместно нажитого в браке имущества. Соглашения о разделе совместно нажитого имущества между сторонами не достигнуто, брачный договор отсутствует. Полагает, что, исходя из взаимосвязанных положений ч. 2 ст. 34 СК РФ и ч. 1 ст. 39 СК РФ, жилые помещения, хотя и приобретенные до заключения брака между истцом и ответчиком, являются общим имуществом супругов, поскольку исполнение обязательства по выплате стоимости имущества осуществлено ответчиком в период брака за счет денежных средств, в отношении которых применяется режим совместной собственности. Таким образом, спорные квартиры, приобретенные ФИО12 до заключения брака со мной, являются общим имуществом супругов. Жилые помещения зарегистрированы за ответчиком, находятся в его фактическом пользовании. В связи с прекращением брачно-семейных отношений, рассмотрением мировым судьей судебного участка № 13 в г. Смоленске иска о расторжении брака между истцом и ответчиком, у сторон имеется конфликт. По причине конфликта, пользование жилыми помещениями и дальнейшее проживание с ответчиком для истца не представляется возможным. Считает возможным произвести раздел совместно нажитого имущества, посредством передачи в собственность ответчика квартир, расположенных по адресу: <адрес> с взысканием в пользу истца компенсации стоимости 1/2 доли жилых помещений, что составит 6 000 000 руб. ((3 600 000 руб. + 8 400 000 руб.)/2). Кроме того, в период брака, ответчик имел доход от предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. Размер дохода ответчика за налоговые периоды: 2013 года составил 8 894 185 руб.; 2014 года – 10 489 659 руб. Совокупный размер дохода составляет 19 383 844 руб. Указанные доходы ответчика в силу прямого указания закона являются совместной собственностью. При этом в связи с рождением ребенка, с 16.10.2013 по 25.07.2016 истец находилась в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, при этом трудоустроена в ИНФС России по г. Смоленску. Среднемесячный доход, получаемый истцом на момент подачи искового заявления в суд, составляет 11 822, 48 руб., который состоит из пособия в размере 11 722, 48 руб. и 100 руб. - компенсации по уходу за ребенком до полутора лет. С момента заключения брака – 13.02.2013, совокупный размер заработной платы истца составляет 473 186, 35 руб. (на 04.07.2015). Таким образом, доходы сторон также подлежат разделу. Размер совместного дохода составляет 19 857 030, 35 руб. С учетом принадлежности 1/2 доли доходов истца ответчику (236 593, 175 руб.), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 9 691 922 руб. (19 857 030, 35 руб. /2 = 9 928 515,175 руб. - 236 593, 175 руб.).

Просит суд разделить имущество, являющееся общей совместной собственностью супругов - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью 54,9 кв.м., стоимостью 3 600 000 руб.; квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью 98,6 кв.м., стоимостью 8 400 000 руб., передав в собственность ФИО12 указанные жилые помещения.

Взыскать с ФИО12 в пользу ФИО11 компенсацию 1/2 стоимости подлежащего передаче в собственность ответчика имущества – 6 000 000 руб. Произвести раздел совместно нажитого имущества бывших супругов ФИО12 и ФИО11 в виде совместного дохода супругов от трудовой и предпринимательской деятельности, взыскав с ФИО12 в пользу ФИО11 – 9 691 922 руб. Взыскать с ФИО12 и ФИО11 расходы на оплату государственной пошлины в размере 1 000 руб.

Уточнив требования в окончательной редакции (т. 4 л.д. 104-108), определяет совместно нажитое имущество, как доход, полученный от предпринимательской деятельности за период с 13.02.2013 (дата регистрации брака) по 20.05.2015 (дата фактического прекращения брачных отношений) и денежные средства в сумме 3 500 000 руб. потраченные на оплату договора купли-продажи вышеуказанных квартир. Ссылаясь на положения налогового законодательства, полагает возможным определить размер полученного ФИО12 в период брака дохода в размере определенном налоговыми декларациями по налогу уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения (УСН), при том что по единому налогу на вмененный доход (ЕНВД) должен вестись раздельный учет. Приводит расчет дохода по УСН за вышеуказанный период, используя поквартальную налоговую отчетность 2-4 кварталы 2013 года – 2015 год в сумме 21 553 601, 43 руб., определяя в свою пользу ? их доли в размере 10 776 800, 7 руб. В части раздела денежных средств, потраченных на покупку квартир, ссылаясь на вышеприведенные обстоятельства их приобретения, полагает недоказанным ответчиком факт расходования на эти цели до брака личных средств в размере 3 500 000 руб., указывая, что данная сумма была внесена в счет оплаты их стоимости в период брака и с учетом сохранения квартир в собственности ответчика, определяет к взысканию в свою пользу ? доли указанной затраченной на их приобретение суммы в размере 1 750 000 руб. Просит суд произвести раздел имущества, являющегося совместной собственностью супругов: дохода, полученный от предпринимательской деятельности ответчика за период с 13.02.2013 (дата регистрации брака) до 20 мая 2015 (дата реального прекращения брачных отношений); денежных средств, потраченных на оплату договора купли-продажи квартир, расположенных по адресу: <адрес> 69. Взыскать с ФИО12 в пользу ФИО11 компенсацию ? доли указанного имущества в размере 12 526 800 руб. 70 коп.; расходы на оплату государственной пошлины в размере 1000 руб.

Ответчик ФИО12 иск не признал и обратился к ФИО11 со встречным исковым заявлением о разделе совместно нажитого имущества, указав, что состоял в браке с ФИО11 с 13.02.2013. Полагает, что недвижимое имущество, приобретенное им до регистрации брака, не подлежит включению в перечень совместно нажитого имущества в связи с тем, что полная оплата стоимости квартир была произведена да регистрации брака. Кроме того, спорное недвижимое имущество приобретено с обстановкой, карнизами, и сантехникой до заключения брака, что доказывается договорами купли-продажи указанных выше квартир и свидетельствами о праве собственности на эти квартиры. Указывает, что ФИО11 фактически склонила его к принятию решения о регистрации брака, так как была беременна и согласилась оставить ребенка только в случае регистрации брака. В период брака с истицей ответчик выплатил за квартиру 1 000 000 рублей, однако 900 000 рублей ФИО12 было получено за отчуждение принадлежавшей ему на праве собственности 1/2 доли в праве собственности на объединенные в одну <адрес>. Так, истец заключил договор купли-продажи доли с бывшей супругой 02.07.2013, на момент заключения договора денег, достаточных для покупки доли у нее не было, однако устно они договорились, что к концу сентября – началу октября 2013 она отдаст ФИО12 всю сумму, чтобы ФИО12 мог расплатиться со своим кредитором - ФИО2 Безденежная на июль 2013 года сделка по переходу права собственности принадлежавшей ФИО12 доли была совершена с его согласия, но по инициативе бывшей жены - ФИО3ФИО3 - мать трех дочерей ФИО12, у него с ней остались после развода хорошие отношения, по договоренности она не стала делить денежные средства и товары, что называют «делить бизнес», ФИО12 взял на себя полное обеспечение детей. ФИО3 знала, что он не торопится вступить в брак, поэтому беременность истицы вызвала у нее подозрения. Чтобы обезопасить себя и дочерей от возможных претензий ФИО11, на квартиру, в которой постоянно проживала она сама, как собственница, и дочери, она предложила ФИО12 совершить указанную выше сделку, пообещав ему, что выполнит его условия. Денежные средства ФИО3 по требованию передала ФИО12 в начале октября 2013 года 900 000 рублей, и он 07.10.2013 передал 900 000 своему кредитору, таким образом, лишь 100 000 рублей могут быть признаны совместно нажитыми. ФИО12 не интересовался тем, на что истица тратит свою зарплату, так как из доходов от предпринимательской деятельности оплачивалась все возникающие расходы по содержанию трех дочерей от первого брака, дочери истицы от первого брака, самой истицы и сына от брака между ним и ФИО11 С 03.05.2015 ФИО11 по собственной инициативе стала разделять продукты питания на те, которые предназначены для нее и ее дочери от первого брака, и те, которые ели ФИО12 и его дочери от первого брака. Конфликты в семье начались на почве финансовых трудностей. ФИО12 в период брака заключил договор займа с ФИО5 на сумму 165 000 долларов США. Указанная сумма подлежала возврату до 31.01.2016. На 30.10.2015 осуществлен возврат денежных средств в размере 150 000 долларов США. Таким образом, полагает, что долг в размере 15 000 долларов США подлежат также разделу между бывшими супругами. ФИО11 также вывезла из квартиры ФИО13 имущество на сумму 102 990 руб., в том числе детскую кроватку вместе с матрацем и постельным бельем на общую сумму 12 000 рублей. Заявление об этом было подано 25.05.2015 в ОП №3 г. Смоленска. Полагает, что стоимость детской кроватки следует исключить из стоимости вывезенного имущества, в связи с чем считает, что истица вывезла имущества на 90 990 рублей. ? от этой суммы составляет 45 495 рублей. Полагает, что данную сумму следует вычесть из 50 000 рублей, полагающихся истице из размера денежных средств, уплаченных за спорные квартиры.

Просил суд признать за ним право собственности на <адрес> в <адрес>; признать за ФИО11 право собственности на имущество, уже ею полученное на сумму 90 990 рублей, состоящее из: драгоценной монеты из серебра стоимостью 5 200,00 руб.; драгоценной монеты из золота стоимостью 35 000,00 руб.; драгоценной монеты из серебра стоимостью 5 000,00 руб.; лазерного принтера HP P 1100 стоимостью более 5 000 руб.; блендера Bork стоимостью 5 990 руб.; фена стоимостью 3 500 руб.; зеркала в кожаной раме стоимостью более 6 000 рублей; профессиональных щипцов-выпрямителей стоимостью 5 000 рублей; сканера Epson стоимостью 2 300 рублей; трех статуэток общей стоимостью 10 000 рублей; весов напольных стоимостью 1 100 рублей; шкатулки из красного дерева стоимостью 1 700 рублей; серебряной ложки стоимостью 4 700 рублей. Взыскать ФИО12 в пользу ФИО11 4505 рублей. Разделить остаток денежного займа в сумме 15 тысяч в равных долях между ФИО12 и ФИО11 и 1/2 долю займа в размере 7,5 тысяч долларов США, рассчитанных по курсу ЦБ РФ на момент исполнения решения.

Определением суда от 09.01.2018 принят отказ ответчика-истца по встречному иску ФИО12 от встречных исковых требований к ФИО11 в части требований о взыскании с ФИО14 компенсации за предметы домашнего обихода: лазерного принтера HP P 1100 стоимостью более 5 000 руб.; блендера Bork стоимостью 5 990 руб.; фена стоимостью 3 500 руб.; зеркала в кожаной раме стоимостью более 6 000 рублей; профессиональных щипцов-выпрямителей стоимостью 5 000 рублей; сканера Epson стоимостью 2 300 рублей; трех статуэток общей стоимостью 10 000 рублей; весов напольных стоимостью 1 100 рублей; шкатулки из красного дерева стоимостью 1 700 рублей; серебряной ложки стоимостью 4 700 рублей; драгоценной монеты из серебра стоимостью 5 200,00 руб.; драгоценной монеты из золота стоимостью 35 000,00 руб.; драгоценной монеты из серебра стоимостью 5 000,00 руб.; взыскания с ФИО12 в пользу ФИО11 4505 рублей.

Уточнив исковые требования в окончательной редакции, мотивируя их вышеназванными обстоятельствами и дополнительно указывая на возврат долга ФИО5 денежными средствами в сумме 9 493 229 руб., после фактического прекращения брачных отношений с истцом по первоначальному иску, от средств полученных с продажи ИП ФИО15 остатков товарно-материальных активов ИП ФИО12 при прекращении им таковой деятельности, просит суд в удовлетворении требований первоначального иска ФИО11 отказать полностью, в том числе в признании квартир по адресу: <адрес> совместной собственностью супругов, нажитого во время брака. Передать в личную собственность ФИО12 квартиры по адресу: <адрес>. Признать долг перед ФИО5 общим долговым обязательством супругов и взыскать с ФИО11 компенсацию половины денежной суммы, выплаченной ФИО12 в пользу ФИО5 после фактического прекращения семейных отношений в размере половины доли фактически произведенных им выплат по кредитному договору в размере 4 892 750 руб. Признать общеизвестными обстоятельства наличия кризисных явлений в экономике России в конце 2014-2015 года.

В судебном заседании истец по первоначальному иску (ответчик по встречному иску) ФИО11, представитель ФИО11 – ФИО16 уточненные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске и письменных пояснениях. В этом и ранее состоявшихся заседаниях дополнительно суду пояснили, что доходы полученные ФИО12 в период брака отражены в налоговых декларациях по УСН, указанные денежные средства переведены или истрачены им самостоятельно без согласования с супругой. В пользу семьи вносились только доходы от розничной торговли облагаемой ЕНВД. Относительно суммы денежных средств, внесенных в счет оплаты спорных жилых помещений настаивали, что ответчиком не представлен подлинник расписки на 3500 000 руб., что подтверждает тот факт, что последняя была выполнена уже после регистрации брака, в связи с чем, указанные денежные средства были внесены в счет оплаты по договорам купли-продажи в период брака и подлежат разделу, как совместно нажитое имущество. Встречные исковые требования не признали, настаивали на том, что займ от ФИО5 был получен без согласия супруги и потрачен не на нужды семьи, ФИО13 им распорядился самостоятельно. Просят суд отказать в удовлетворении встречных требований.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО12, представитель ФИО12 – ФИО17 в судебном заседании первоначальные требования не признали, поддержали встречные исковые требования. Дополнительно суду пояснили, что фактически денежные средства от предпринимательской деятельности отсутствуют, были потрачены во время брака, то есть разделу не подлежат. Про займ у ФИО5 ФИО11 знала, из-за него и стали возникать ссоры, что и привело в итоге к расставанию. Данный займ был необходим для вливания в бизнес, который в итоге все равно пришлось свернуть. Займ был потрачен на восстановление источника денежных средств семьи. В настоящее время Балалаев самостоятельно погашает данные долговые обязательства, которые должны быть поделены между бывшими супругами. Отметили, что на дату расставания не было установлено количество имеющихся денежных средств и остатков товаров на складе, поэтому нельзя утверждать, какой размер дохода был на 20.05.2015. Кроме того, до момента обращения ФИО11 с иском в суд прошло 1,5 месяца, а за это время многое могло измениться. Также полагают, что факт передачи денежных средств в счет оплаты по договорам купли-продажи спорных жилых помещений в размере 3 500 000 руб. ранее регистрации брака между сторонами подтверждены свидетельскими показаниями. Просят суд в удовлетворении первоначального иска отказать, а встречные требования удовлетворить.

Третье лицо ИП ФИО15 в судебное заседание не явилась, сведений об уважительности причин неявки суду не представила, в ранее представленном отзыве подтвердила покупку у ФИО12 товарно-материальных ценностей после прекращения им предпринимательской деятельности.

Суд определил, в силу положений ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица.

Выслушав позицию сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Разрешая исковые требования о разделе имущества, суд исходит из того, что ни в момент вступления в брак, ни в период брака между сторонами брачный договор заключен не был.

Следовательно, в силу ч.1 ст. 33 СК РФ в отношении их совместно нажитого имущества в период брака действует законный режим имущества супругов.

Согласно ч. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Аналогичные правила предусмотрены в ст. 256 ГК РФ.

Согласно ч. 3 ст. 38 СК РФ при разделе общего имущества супругов суд по их требованию определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Как следует из п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.10.1998г. №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п.п.1 и 2 ст.34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст.ст.128, 129, п.п.1 и 2 ст.213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным ст.ст.38, 39 СК РФ и ст. 254 ГК РФ. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. В состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц.

В судебном заседании установлено, что 13.02.2013 ФИО11 вступила в брак с ФИО12 (том 1 л.д. 16), от которого имеют несовершеннолетнего сына ФИО1 (том 1 л.д.17).

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 27.05.2016 брак между сторонами расторгнут (том 2 л.д. 131-137).

Не основании договора купли-продажи от 23.10.2012, заключенному между ФИО2 и ФИО12, последним была приобретена квартира, общей площадью 54, 9 кв.м., расположенная по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 246). Как следует из договора купли-продажи стоимость названной квартиры составила 3 600 000 руб. На момент заключения договора продавцу переданы денежные средства в размере 1 600 000 руб., денежные средства по 1 000 000 руб. подлежали передаче продавцу не позднее 30.11.2012 и 30.12.2012, соответственно.

23.10.2012 квартира передана покупателю по акту (т. 1 л.д. 247).

29.10.2012 произведена государственная регистрация права собственности истца на квартиру.

24.10.2012 между ФИО2 и ФИО12, заключен договор купли-продажи, согласно которому ответчик приобрел квартиру, общей площадью 98.6 кв.м., расположенную по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 299). Как следует из договора купли-продажи стоимость названной квартиры составила 8 000 000 руб. На момент заключения договора продавцу переданы денежные средства в размере 2 000 000 руб., остальная сумма денежных средств подлежала передаче продавцу, начиная с января 2013 года, по 500 000 руб. не позднее последнего дня каждого месяца.

23.10.2012 квартира передана покупателю по акту (т. 1 л.д. 300).

29.10.2012 произведена государственная регистрация права собственности истца на квартиру.

Разрешая требование истца о разделе имущества в части денежных средств, потраченных на оплату договора купли-продажи квартир, расположенных по адресу: <адрес>, суд исходит из следующего.

Как следует из сообщения Управления Росреестра по Смоленской области, копий материалов регистрационного дела в ЕГРП имеются сведения о регистрации залога <адрес> в силу закона за № от 29.10.2012 на основании Договора купли-продажи от 23.10.2012, заключенного в г. Смоленске, в пользу ФИО2 Залог прекращен 11.10.2013 на основании заявления № от 10.10.2013.

Также имеются сведения о залоге <адрес>. 17 по <адрес> в силу закона за № от 29.10.2012 на основании Договора купли-продажи от 24.10.2012, заключенного в <адрес>, в пользу ФИО2 Залог прекращен 14.10.2013 г. на основании заявления № от 10.10.2013 (том 1, л.д. 160-161).

Как следует из пояснений истца (ответчика по встречному иску), названные объекты недвижимости были приобретены до вступления последней в законный брак, однако выплата денежных средств по названным договорам купли-продажи производилась вплоть до октября 2013.

Уточнив требования указывает, что в период брака из совместных денежных средств было выплачено 3 500 000 руб., которые и просит разделить между сторонами.

При этом, ответчик (истец по встречному иску), возражая против заявленных требований в данной части указывает на то обстоятельство, что в период брачных отношений в счет оплаты по договорам купли-продажи спорного имущества, согласно имеющихся расписок от продавца ФИО2 было выплачено 900 000 руб., а также 100 000 руб., что подтверждается расписками. При этом, 900 000 руб. было получено им от продажи ? доли в <адрес> бывшей супруге и собственнику второй доли ФИО3

В материалы дела представлены копии расписок (том 1, л.д. 140-146), выполненные от имени продавца названных объектов недвижимости ФИО2, а также нотариально заверенное заявление последней о том, что денежные средства по договорам купли-продажи, заключенные между ней и ФИО12, были получены от последнего по распискам от:

- 13.10.2012 г. в сумме 1 000 000 руб.;

- 03.12.2012 г. в сумме 1 000 000 руб.;

- 28.12.2012 г. в сумме 1 000 000 руб.;

- 30.12.2012 г. в сумме 3 500 000 руб.;

- 29.01.2013 г. в сумме 500 000 руб.;

- 07.10.2013 г. в сумме 900 000 руб.;

- 10.10.2013 г. в сумме 100 000 руб.

Указанные расписки представлялись суду в подлинниках, за исключением расписки от 30.12.2012 г. в сумме 3 500 000 руб.;

Допрошенная ранее в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 суду пояснила, что является бывшей тещей ответчика ФИО12, с истцом не знакома. Пояснила, что в период брака между ФИО12 и ее дочерью ФИО3, давала денежные средства на развитие бизнеса. После того, как ФИО12 зарегистрировал брак с новой супругой, ФИО3 решила выкупить долю в квартире, расположенной по <адрес>. Однако, собственных средств у ФИО3 не было, и свидетель дала ей на эти цели 25 тысяч долларов, а также 200 000 руб. дала ей ее бабушка.

Допрошенная в качестве свидетель ФИО3 суду пояснила, что является бывшей супруга ФИО12, от брака имеют трех совместных детей. После регистрации брака между истцом и ответчиком, свидетель решила выкупить ? долю в квартире по <адрес>. Сделка состоялась приблизительно в июне 2013 года, сумма сделки составляла 900 000 руб. Поскольку у свидетеля не было собственных средств, она (свидетель) взяла у своей матери 25 000 долларов, а бабушка свидетеля дала ей 200 000 руб. При повтором допросе названный свидетель уточнила дату передачи денежных средств ФИО12 в размере 900 000 рублей, указав, что денежные средства передавались в начале октября 2013 года.

Свидетель ФИО2 суду пояснила, что знакома с ФИО12 по факту продажи последнему квартир № <адрес> <адрес>. Указанные квартиры были осмотрены в сентябре 2012 года, после чего, в октябре 2012 года были составлены договоры купли-продажи, а также достигнута договоренность об оплате квартир в рассрочку. Первый взнос составлял 3 600 000 рублей, был выплачен в октябре 2012 года, второй взнос был в декабре 2012 года в размере 6 500 000 руб., в январе 2013 года – 500 000 руб. и в октябре 2013 года – 1 000 000 руб. Всего было 6 взносов. В декабре 2012 года было произведено четыре платежа – по одному миллиону рублей раза и один платеж 3 500 000 рублей. При этом пояснила, что копий расписок у нее не сохранилось. Нотариальное заявление было написано по просьбе ФИО12 в связи с судебным разбирательством. При написании заявления, свидетель руководствовалась датами, указанными в копиях расписок.

В материалы дела стороной ответчика не представлен оригинал расписки ФИО2 о получении денежных средств от ФИО12 30.12.2012 в сумме 3 500 000 руб. по мотивам его утраты.

Уточнив требования, истец-ответчик по встречному иску не оспаривала наличие оснований для признания права собственности за ФИО12 спорных квартир, в связи с регистрацией права собственности на них до заключения брака, а также доводов и представленных доказательств о наличии оснований для признания понесенных расходов на их приобретения произведенными за счет средства ответчика-истца по встречному иску, при том, что одновременно истец-ответчик по встречному иску оспаривает расходование на их приобретение личных средств ответчика-истца в размере 3 500 000 руб., указывая, что данные денежные средства являются совместно нажитыми в период брака и просит об их разделе.

В свою очередь ответчик-истец по встречному иску просит признать за собой право собственности на квартиры, как приобретенные до брака и оплаченные за счет его личных средств.

Разрешая спор в данной части, в пределах заявленных требований, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 36 СК РФ, имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно п. 2 ст. 256 ГК РФ, имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также полученное одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования, является его собственностью.

Согласно п. 1 ст. 131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно п. 2 ст. 8.1 ГК РФ, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Как установлено по делу подтверждено вышеприведенными письменными доказательствами – копиями договоров, сведениями ЕГРН, подлинниками расписок и показаниями свидетелей и не оспаривается истцом-ответчиком ФИО11, исходя из обоснования уточненных в окончательной редакции требований, регистрация права собственности на спорные квартиры, приобретенные по возмездным сделкам купли-продажи возникло у ФИО12 до вступления в брак, с момента государственной регистрации права собственности на них, а именно: 29.10.2012, оплата произведена из личных средств ФИО12 до регистрации брака в суммах 1 600 000 руб., 2 000 000 руб., 1 000 000 руб., 1 000 000 руб., 1 000 000 руб. 500 000 руб., а также после регистрации брака за счет личных средств, полученных от продажи иного принадлежавшего до брака имущества в сумме 900 000 руб.

При таком положении, в силу ч. 1 ст. 36 СК РФ, ст. 8.1, 256 ГК РФ, имеются основания для признания права собственности ответчика-истца ФИО12 на <адрес>, как на имущество, принадлежавшее ему до вступления в брак.

Оценивая требование истца-ответчика о взыскании части денежных средств, потраченных на их приобретение, суд исходит из следующего.

О применении в деле правил статьи 37 СК РФ истец по первоначальному иску в обоснование уточненных требований в этой части не просит и эти обстоятельства судом не исследуются и не оцениваются.

Как указано выше, поскольку квартиры приобретены до брака последние надлежит считать имуществом ФИО12, учитывая, что на момент заключения договоров купли продажи и регистрации права собственности оплата их в полном размере произведена не была, не внесенная по договорам сумма является в силу тех же правовых норм неисполненным обязательством ФИО12

Частью 2 ст. 35 СК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Вместе с тем, по смыслу названной нормы с учетом п. 2 ст. 34 СК РФ, в том случае, если общие доходы супругов были потрачены на нужды одного из супругов по его личному обязательству, то после погашения данного обязательства (полностью или в части) супруг вправе требовать от другого супруга (бывшего супруга) возмещения расходов по исполнению обязательства в размере доли, соответствующей доле другого супруга в общем имуществе супругов.

Одновременно суд исходит из общеправовой презумпции того, что исполнение за счет общих средств супругов добрачного обязательства одного из супругов не может нарушать права второго супруга на пользование и распоряжение общими денежными средствами.

Исходя из этого, установленного сохранения индивидуального права ФИО12 на указанное имущество, имеются правовые основания для раздела совместных денежных средств потраченных на исполнение обязательства супруга и взыскания в пользу другого супруга компенсации доли таких средств.

Как следует из материалов дела окончательное исполнение обязательства по оплате приобретенных ФИО12 квартир произошло в период брака.

Стороны оспаривают факт погашения из совместных денежных средств в период брака 3 500 000 руб.

Как указано выше, в семейных отношениях, в отсутствие иного соглашения и обстоятельств, предусмотренных ст. 36 СК РФ, действует презумпция общего режима имущества и равенства долей в нем, в том числе супруга, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода (ч. 3 ст. 34 СК РФ).

При таком положении, бремя доказывания принадлежности денежных средств потраченных на оплату квартир, а также применительно к этому и обстоятельствам дела – даты такой оплаты возлагается на ответчика-истца ФИО12

В качестве таких доказательств сторона ответчика-истца ФИО12 ссылается на ксерокопию расписки от 30.12.2012 о передаче ФИО2 денежных средств в размере 3 500 000 руб. по договору купли-продажи <адрес> (т. 1 л.д. 143), нотариально удостоверенное заявление ФИО2 (т. 1 л.д. 173) и ее показания данные в качестве свидетеля по делу. Сторона истца-ответчика ФИО11 данные доказательства оспаривает.

Согласно положениям ст. ст. 55, 56, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Непредставление доказательств в подтверждение обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является основанием для отказа в их удовлетворении.

Статьей 60 ГПК РФ, предусмотрено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

По общему правилу, факт передачи денежных средств подтверждается письменными доказательствами - квитанциями, расписками и иными платежными документами.

Не может считаться доказанным факт, подтверждаемый только свидетельскими показаниями без представления письменного доказательства, подтверждающего факт передачи денег.

Представленная истцом светокопия расписки не является документом, подтверждающим передачу денежных средств, и документом такого характера в принципе, а равно подтверждающим дату такой передачи, при отсутствии оригинала расписки.

При этом, учитывая позицию стороны истца-ответчика по делу, в том числе заявлявшей о подложности этого доказательства требовавшей предоставление подлинника документа, в том числе для проведения экспертизы давности выполнения расписки (т. 2 л.д. 116), признание судом иного лишило бы сторону процессуального права и возможности доказывания обстоятельств, на которые она ссылается.

Исходя из этого, расписку о передаче 30.12.2012 денежных средств в сумме 3 500 000 руб., а ее копию, как документ и письменное доказательство надлежит считать отсутствующими.

При таком, положении, с учетом изложенного и правил установленных ст. 60 ГПК РФ, судом не принимаются в этой части показания свидетеля ФИО2 и производное от них ее нотариальное заявление, как не могущих подменить собой письменное доказательство передачи денежных средств.

Иных допустимых доказательств даты передачи суммы в 3 500 000 руб. ФИО12 не представлено, доводы истца по первоначальному иску об оплате этой суммы в период брака из совместных средств, с учетом даты погашения обременения, не представлено.

При таком положении суд находит требования истца-ответчика о признании данной суммы потраченной из совместных денежных средств супругов и ее раздела обоснованными и с учетом вышеприведенного правового регулирования и принципа равенства долей супругов, взыскивает с ФИО18 в пользу ФИО19 компенсацию в размере 1 750 000 руб. (3 500 000 / 2).

В обоснование встречных требований в части признания долга перед ФИО5 общим долговым обязательством супругов ФИО12 ссылается на то обстоятельство, что в период брака, 19.01.2015 между ФИО12 и ФИО5 был заключен договор о беспроцентном займе, согласно которому ФИО5 (Займодавец) передал ФИО12 (Заемщик) денежные средства в размере 165 000 долларов США, со сроком уплаты суммы займа до 31.01.2016 (л.д. 150).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО5 суду пояснил, что находится в дружеских отношениях с ФИО12 Зимой 2015 года ФИО12 одолжил у свидетеля 165 000 долларов США для развития бизнеса. При передаче денежных средств были составлены договор и расписка, денежные средства передавались наличными. Денежные средства должны были быть возвращены через год. Расчет производился ФИО12 частями, последняя часть суммы была возвращена незадолго до судебного заседания (07.06.2016).

Пунктом 2 ст. 35 СК РФ, п. 2 ст. 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом. Однако, положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит. Напротив, в силу п. 1 ст. 45 СК РФ допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п. 2 ст. 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга (что соответствует и правовой позиции изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 03.03.2015 № 5-КГ14-162).

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, суду не было представлено никаких доказательств, кроме доводов ответчика, того, что ФИО11 была поставлена в известность о существующем долговом обязательстве по договору займа, его размере, что обязательство возникло по инициативе обоих супругов в интересах всей семьи, что последняя давала согласие на заем денежных средств, а также что указанные денежные средства были потрачены на нужды семьи и не являются личным долгом ФИО12 При том что, доводы истца-ответчика по встречному иску ФИО14 исходя из вышеприведенного бремени доказывания в этой части никакими допустимыми доказательствами не опровергнуты.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что встречное требование в части признания долга перед ФИО5 общим долговым обязательством супругов удовлетворению не подлежит.

Разрешая требования в части раздела дохода от предпринимательской деятельности за период с 13.02.2013 по 12.05.2015, суд приходит к следующим выводам.

Согласно выписки из ЕГРИП ФИО12 является индивидуальным предпринимателем с 27.07.2010 по 26.10.2015 (том 1 л.д. 9-12).

В период нахождения в брачных отношениях ФИО12 осуществлял предпринимательскую деятельность в сфере оптовой и розничной торговли продовольственными товарами применяя упрощенную систему налогообложения и ЕНВД по данным видам деятельности, соответственно, что не оспаривается сторонами, подтверждается письменными материалами дела, копиями налоговых деклараций по УСН (т. 1 л.д. 1-14, т. 4 л.д. 84-92), ЕНВД (т. 3 л.д. 156-196), книг учета доходов и расходов индивидуального предпринимателя (т. 2 л.д. 4-25, а также находящихся при материалах дела), ведомостями по банку (т. 2 л.д. 16-63), выписками движения денежных средств, фискального отчета ККТ (т. 2 л.д. 147-187).

Как следует из пояснений ответчика-истца, третьего лица, показаний допрошенных по делу свиедетелей, представленных письменных доказательств, в том числе договора поставки от 30.06.2015 № 156 (т. 4 л.д. 112), после прекращения предпринимательской деятельности товарные остатки реализованы ФИО12 – ИП ФИО15

Сторона истца по первоначальному иску в обоснование своих требований ссылается на наличие оснований для раздела дохода от предпринимательской деятельности ФИО12, облагаемой УСН и, определяя сумму подученного дохода на основании данных налоговой отчетности также по правилам УСН, одновременно заявляя о том, что на нужды семьи тратились только средства облагаемые ЕНВД. Ответчик-истец возражает против этих требований, указывая на неправильно определение дохода, расходования всех средств на продолжение текущей деятельности и нужды семьи, невозможности раздела потраченных и иным образом реализованных в ходе брака доходов.

Допрошенный ранее в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 суду пояснил, что работал у ИП ФИО12 на автомобиле ГАЗель, без официального трудоустройства. С апреля 2016 года официально трудоустроен к ИП ФИО15, занимается перевозкой товаров. При этом, склад у ИП ФИО12 и ИП ФИО15 находится на одной территории, в штате работников у ИП ФИО15 находится директор, оператор, бухгалтер, торговые представители.

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что работала бухгалтером у ИП ФИО12 около 5 лет, практически с момента начала ведения последним бизнеса. ИП ФИО13 находился на специальном режиме налогообложения. Доход ИП составляет оплата покупателей за товар, расходы составляют 36 пунктов, которые указаны в законе. Не указанные в законе расходы, нельзя считать как расходы. Доходом является то, что поступает на расчетный счет и в кассу. Указала, что реальным доходом ИП ФИО12 в период 2014-2015 г.г. составлял не более 5-7% от общих поступлений. ИП ФИО12 выплачивал ежедневно водителям зарплату, а это примерно 5-6 машин по 3000 руб. Так же оплачивались бонусы торговым точкам, скидки, которые не учитывались как расходы. ФИО12 в период ведения предпринимательской деятельности, в 2013 г., стал брать наличные деньги из кассы, в больших суммах (около 100 000), при этом ФИО13 пояснял, что денежные средства нужны для оплаты поездки с семьей на Цейлон, покупку драгоценностей, оплату купленной квартиры после развода. В конце 2014 г. бизнес шел плохо, товар задерживался на складе. При этом, ИП было открыто на дочь ФИО12 – ФИО20, которой он и продал оставшийся на складе товар с отсрочкой платежа, это была последняя сделка ИП ФИО12 Отметила, что большую часть расходов ФИО12, как предпринимателя, подтвердить не представляется возможным.

Допрошенный ранее в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 суду пояснил, что работал у ИП ФИО12 коммерческим директором. В 2015 г. ФИО12 объявил, что закрывает ИП, и необходимо искать другую работу. В начале мая 2015 г. свидетелю позвонила бывшая супруга ФИО12 – ФИО3, которая попросила помочь оформить ИП на несовершеннолетнюю дочь ФИО13 – ФИО20, для продолжения ведения бизнеса. После открытия ИП ФИО15, остался работать у последней.

Допрошенная в качестве специалиста ФИО9 суду пояснила, что имеет 2 высших образования – инженер-строитель и экономическое в сфере оценки собственности. Оценочной деятельностью занималась 16 лет, в настоящее время находится на пенсии. Полагала, что оценить долю ИП практически невозможно, предпринимательская деятельность не подлежит оценке, т.к. все оборотные средства являются личным имуществом предпринимателя как физического лица и их правовой статус не определен. Применение показателей и коэффициентов для оценки предприятий невозможно, так как схожие по сути активы в данном случае неразрывно связаны с личностью предпринимателя и не подлежат оценке в разрыве с ней. В оценке методы расчета рыночной стоимости индивидуального предпринимательства не применяются. В данном случае скорее будет проводиться бухгалтерская или экономическая экспертиза. Отметила, что, при наличии документов, возможно определить полученный доход за определенный период, однако, данный вопрос не относится к компетенции оценщика, а скорее относится к компетенции бухгалтера или экономиста. Также, чистую прибыль, которую можно дисконтировать в стоимость, посчитать невозможно.

По ходатайству представителя истца (ответчик по встречному требованию) определением суда от 15.11.2016 по делу была назначена экономическая судебная экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы о том, имеется ли возможность достоверного определения реального дохода, полученного ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности, за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств, за период с 13.02.2013 по 20.05.2015, исходя из представленных документов и если да, то каков размер реального дохода, полученного ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности, за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств, за период с 13.02.2013 по 20.05.2015.

Производство экспертизы поручено эксперту ООО «Центр оценок и экспертиз».

Согласно представленному заключению эксперта ООО «Центр оценок и экспертиз» №289/17-Э, по вопросу «Имеется ли возможность достоверного определения реального дохода, полученного ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности, за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств, за период с 13.02.2013 по 20.05.2015, исходя из представленных документов?» экспертом сделан следующий вывод. Исходя из представленных на экспертизу документов, ввиду отсутствия по ИП ФИО12 книги учета доходов и расходов на 2013 год, достоверно определить реальный доход, полученный ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств за указанный период с 13.02.2013 по 20.05.2015, не представляется возможным.

Сделан вывод о возможности определить реальный доход, полученный ФИО21 от осуществления предпринимательской деятельности за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанным с ее осуществлением обязательств, и максимально приближенный к указанному в определении Промышленного районного суда г. Смоленска периоду возможно только за период с 01.01.2013 по 20.05.2015. Реальный доход, полученный ФИО21 от осуществления предпринимательской деятельности за вычетом произведенных на ее осуществление расходов за период с 01.01.2013 по 20.05.2015 составил 23 234 588,47 руб.

Не согласившись с выводами указанной экспертизы, по причине того, что при ее проведении не была исследована полная информация о применяемых ФИО12 видах налогообложения: помимо УСН, ФИО13 в 2014 году применял систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход. Сведения об этом имеются в материалах дела и экспертом не исследованы. При проведении экспертизы не исследованы документы и материалы дела, имеющие существенное значение для проведения экспертного заключения. Полагал, что определить реальный доход ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности за вычетом произведенных на ее осуществление расходов не представляется возможным также в связи с применением ФИО12 системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход. Полагает, что при производстве исследования, эксперт вышел за рамки поставленных ему вопросов, самовольно изменив период исследования. Полагает о наличии пороков исследовательской части заключения, из которого не представляется возможным сделать однозначный вывод о том, какие конкретно сведения из исследованных документов включены в состав доходов и расходов, не учтены расходы на аренду помещений, в связи с чем, ходатайствовал о назначении по делу повторной экспертизы.

Как следует из вышеприведенного заключения эксперта ООО «Центр оценок и экспертиз» ФИО22, последняя в исследовательской части указав на невозможность достоверного определения реального дохода ИП ФИО12 за период, указанный в вопросе суда – с 13.02.2013 по 20.05.2015, самостоятельно изменила предмет исследования, сделав категорический вывод о таких доходах по вопросу № 3 экспертизы за период с 01.01.2013 по 20.05.2015, что прямо противоречит вышеприведенным положениям ч. 3 ст. 86 ГПК РФ, и вызывает безусловное сомнение в правильности выводов исследования. При этом, учитывая показания эксперта ФИО22, данные в ранее состоявшемся судебном заседании, последние не оправдывают допущенных ею нарушений, поскольку с учетом выприведенной правовой нормы, эксперт была вправе представить свое суждение о возможном периоде определения дохода как это отражено в выводе по вопросу № 2, но не изменять самостоятельно период исследования, указанный в вопросе № 3, в связи с чем, этот вывод не может быть принят во внимание судом, в том числе исходя из позиции сторон по делу. Более того исходя из пояснений ФИО22, ею исследовались только книга, доходов и расходов, налоговые декларации, которые она считает достаточными для производства исследования. Однако указывая, как на недостаточность исследованных материалов, так и декларируя безусловную правильность налогового учета ИП ФИО12 имеющиеся в материалах дела первичные документы о совершенных финансовых операциях – выписки по лицевым счетам на электронном носителе (т. 1 л.д. 157-158), фискальные отчеты ККМ (т. 2 л.д. 147-187) согласно исследовательской части и не оспаривается экспертом, последней не исследовались, во внимание не принимались, что также дает достаточные основания сомневаться в правильности выполненного исследования.

При таком положении, учитывая самостоятельное изменение экспертом периода исследования, не проведения исследования имеющихся первичных финансовых документов, по делу была назначена повторная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Агентство оценки ФИО23 и компании». На разрешение экспертов был поставлен вопрос о том, имеется ли возможность достоверного определения реального дохода, полученного ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности, за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств, за период с 13.02.2013 по 20.05.2015, исходя из представленных документов.

Согласно выводам данной экспертизы в заключении № 115-Э-17 СМК АОК04, исходя из представленных документов, определение достоверного реального дохода, полученного ФИО12 от осуществления предпринимательской деятельности, за вычетом произведенных на ее осуществление расходов, в том числе по всем видам связанных с ее осуществлением обязательств за период с 13.02.2013 по 20.05.2015 не представляется возможным в связи с отсутствием данных по доходам и расходам по оптовой торговле (книги учета доходов и расходов) за 2013 г. (том 4, л.д. 2-18).

Ранее допрошенная в качестве эксперта ФИО10 выводы экспертизы из заключения № 115-Э-17 СМК АОК04 подтвердила, дополнительно указан на невозможность определения реального дохода, в связи с отсутствием данных о розничной торговле, с учетом отсутствия обязанности документального оформления такой деятельности.

У суда нет оснований не доверять выводам эксперта ФИО10, представленное заключение выполнено экспертом обладающей соответствующими квалификацией и стажем экспертной работы соответствует требованиям закона его выводы мотивированы, основаны на исследованных материалах дела документах налогового учета, по существу данное заключение сторонами не оспорено, подтверждено экспертом в судебном заседании будучи предупрежденной об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Суд также отмечает, что исследовательская часть заключения не противоречит и вышеприведенным показаниям допрошенной по делу свидетеля ФИО7 указавшей на не включение в состав книги учета доходов и расходов всего объема таковых по фактическим и юридическим основаниям. В связи с этим суд принимает представленное заключение как достаточное доказательства невозможности определения при рассмотрении дела реального дохода ФИО21 от осуществляемой им деятельности.

Не может суд согласиться и расчетом истца-ответчика в уточненном иске – доходов предпринимателя по правилам УСН.

В силу Главы 26.2 НК РФ, упрощенная система налогообложения отнесена к специальным налоговым режимам.

На основании этого, ссылку истца-ответчика на положения ч. 1 ст. 41 НК РФ, в соответствии с которой доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами "Налог на доходы физических лиц", "Налог на прибыль организаций" НК РФ, суд находит неприменимой для цели определения дохода определенной специальным налоговым режимом.

Исходя из разновидности применявшейся ФИО12 системы налогообложения УСН – доходы за вычетом расходов, перечень этих расходов, который мог бы быть учтен предпринимателем является исчерпывающим и определен ст. 346.16 НК РФ, с учетом части второй названной статьи, устанавливающей, что расходы, указанные в пункте 1 настоящей статьи, принимаются при условии их соответствия критериям, указанным в пункте 1 статьи 252 настоящего Кодекса. Расходы, указанные в подпунктах 5, 6, 7, 9 - 21, 38 пункта 1 настоящей статьи, принимаются в порядке, предусмотренном для исчисления налога на прибыль организаций статьями 254, 255, 263, 264, 265 и 269 настоящего Кодекса.

Исходя из объективно существующих экономических категорий закономерностей функционирования рыночных отношений, суд находит неприемлемым подход к оценке доходов предпринимателя для целей определения их реального размера и раздела, по правилам налогового законодательства РФ, с учетом его особенностей применительно к регулируемому виду деятельности ИП, поскольку в данном случае не учитываются реально находящиеся (находившиеся) в экономическом обороте до заключения брака активы и товарно-материальные ценности индивидуального предпринимателя, его реальные расходы, в том числе не могущие быть принятыми к налоговому учету по правилам применяемого специального режима налогообложения, направления использования выведенной по данным книги доходов и расходов прибыли, в том числе на дальнейшее развитие бизнеса, а равно характер осуществляемой деятельности, определяемый не итоговым ее результатом (пр. строительство, производство ТМЦ), а находящейся в текущем обороте и постоянно изменяющейся товарно-денежной массой.

При таком положении и исходя из приведенных выше доказательств, суд считает возможным согласиться с доводами ответчика-истца о том, что данные налоговых деклараций по УСН не отражают реального размера полученного им от предпринимательской деятельности дохода. Исходя из этого и вышеизложенного, расчет исковых требований приведенный в уточненном исковом заявлении не может быть принят во внимание, а суд находит недоказанным стороной истца-ответчика размер заявленных в этой части требований.

Более того, оценивая исковые требования ФИО12, с учетом их основания суд исходит из следующего.

По смыслу п. п. 1, 2 ст. 35, п. 3 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации в состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела, и учитывается стоимость отчужденного имущества, если оно выбыло вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи.

В случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»).

Отсюда следует, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом по взаимному согласию супругов предполагается, а соответственно правовая презумпция таких действий.

В том случае, если один из супругов ссылается на отчуждение другим супругом общего имущества или его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство (определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 22-КГ15-9).

Доказательств того, что указанные доходы были получены и потрачены ответчиком на личные нужды и не в интересах семьи, стороной истица ФИО11 в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено.

При этом, об обратном, а именно о расходовании доходов именно на нужды семьи, также косвенно свидетельствуют представленные письменные материалы дела – документы о расходах ответчика по рассматриваемому требованию ФИО12 на отдых семьи, подарки супруге и т.п. (т. 3 л.д. 40), а равно и использовании тех средств, которые разделены между супругами выше в настоящем решении.

Кроме того, предпринимательская деятельность - это самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность лица, зарегистрированного в таком качестве в установленном законом порядке (ст. 2 ГК РФ). При этом, действительным доходом от предпринимательской деятельности как указано и описано выше может являться экономическая прибыль, оставшаяся после оплаты лицом всех расходов, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а также сумм, необходимых для перечисления в счет уплаты налогов и т.п.

Законодательство специально не регулирует вопросы раздела имущества, включая доходы и долги, возникшие при ведении индивидуальной предпринимательской деятельности. Следовательно, нужно применять общие правила семейного законодательства о разделе совместно нажитого имущества, но с учетом особенностей индивидуальной предпринимательской деятельности гражданина, основанной на его риске и самостоятельности.

При этом, согласно абзацу 3 пункта 15 вышеприведенного разъяснения ППВС РФ от 05.11.1998 № 15, в состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц.

Согласно абзацу 2 пункта 16 указанных разъяснений, если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п. 4 ст. 38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Таким образом, правовых оснований для раздела совместно нажитого имущества между сторонами в виде доходов от предпринимательской деятельности ИП ФИО12 за заявленный период, в буквальной формулировке уточненных в окончательной редакции и поддержанных стороной первоначального истца в судебном заседании исковых требований, не имеется, поскольку указанные доходы в наличии на момент рассмотрения дела отсутствуют, товарно-материальные ценности переданы по возмездной сделке ИП ФИО21, полученные денежные средства реализованы предпринимателем, в том числе на покрытие своих обязательств, связанных с такой деятельностью, что также подтверждается письменным материалами дела не опровергнуто стороной истца. Из представленных выписок по счетам ИП ФИО12 усматривается лишь движение денежных средств по данному счету, а не их аккумулирование в виде единой суммы дохода. Кроме того, указанное движение денежных средств по счету осуществлялось и после прекращения между сторонами семейных отношений и ведения общего хозяйства, что не оспаривает первоначальный истец, и исключает возможность их признания общим доходом.

Рассмотрение встречного требования ФИО12 о признании общеизвестными обстоятельств наличия кризисных явлений в экономике России в конце 2014-2015 г.г. не относятся к прерогативе суда, его компетенции, установленной ГПК РФ, и которое, помимо прочего, не является предметом спора сторон и предусмотренным законом способом защиты права (ст. 12 ГК РФ), и, соответственно, судебной оценке по правилам ГПК РФ не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО11, встречные исковые требования ФИО12 удовлетворить частично.

Произвести раздел совместного имущества супругов следующим образом:

Признать за ФИО12 право собственности на:

- квартиру общей площадью 54, 9 кв. м., по адресу: <адрес>;

- на квартиру общей площадью 98, 6 кв. м., по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО12 в пользу ФИО11 1 750 000 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО11, встречных исковых требований ФИО12 отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение одного месяца с момента изготовления его в мотивированной форме.

Судья А.В. Калинин

мотивированное решение изготовлено 25.04.2018