Гражданский кодекс часть 1

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по инвестиционным соглашениям № от 07 апреля 2020 года и № от 17 апреля 2020 года в сумме 1 933 874 рублей и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 870 рублей.

В обоснование иска указал, что на основании заключенных с ООО «АСТОР» в лице директора ФИО2 инвестиционных соглашений № от 07 апреля 2020 года и № от 17 апреля 2020 года в соответствии с принятыми на себя обязательствами передал ответчику в качестве инвестиций денежные средства в сумме 1 700 000 рублей. По условиям соглашений стороны договорились о реализации Инвестиционного проекта по осуществлению деятельности по изготовлению и реализации защитных изделий (масок) определенной характеристики, указанной в Приложении № 1 к соглашениям. Ответчик в соответствии с принятыми на себя обязательствами обязался передать ему 50% прибыли от реализации защитных изделий согласно расчету, указанному в Приложении № 3 к инвестиционным соглашения, а именно по договору от 07 апреля 2020 года в размере 652 933 рублей, а пот договору от 17 апреля 2020 года – в размере 200 941 рубля. Общий срок реализации проектов определен с 07 апреля 2020 года до 15 мая 2020 года и с 17 апреля 2020 года до 25 мая 2020 года соответственно. В качестве подтверждения передачи денежных средств руководителем ООО «АСТОР» ФИО2 ему были выданы расписки от 07 и 17 апреля 2020 года. Принятые на себя обязательства по инвестиционным соглашениям ответчиком не исполнены. ФИО2 заявил о принятии на себя обязательств по настоящим инвестиционным соглашениям в части возврата вклада инвестора в размере 620 000 рублей, о чем выдал ему письменную расписку. Однако от возврата остальной части внесенных им инвестиционных вкладов, равно как и от выплаты обещанной доли прибыли, ООО «АСТОР» уклонилось. Таким образом, задолженность ответчика по данным соглашениям составляет 1 933 874 рубля из расчета: (1 300 000 + 400 000) + (652 933 + 200 941) – 620 000. 06 октября 2021 года он направил в адрес ответчика претензионное письмо с требованием погашения данной задолженности, однако данное требование ответчик проигнорировал, что послужило основанием для обращения за судебной защитой нарушенных прав.

В судебное заседание истец ФИО1, будучи надлежаще извещенным, не явился, воспользовавшись правом на ведение гражданского дела в суде через представителя.

Представитель истца ФИО3 иск поддержал и полагал заявленные по делу стороной ответчика доводы и возражения не влекущими освобождения ответчика от исполнения договорных обязательств и отказа в иске, настаивая на том, что доказательств тому, что реализация инвестиционных проектов стала невозможной по причинам, не связанным с действиями или бездействием руководителя проекта, стороной ответчика не представлено. Истец утверждает, что по истечении согласованных сроков фактических мер к реализации проектов со стороны руководителя проекта принято не было, никаких отчетов об исполнении инвестиционных соглашений вплоть до июля 2020 года со стороны ФИО2 не поступало, выплаты оговоренной прибыли или возврата инвестиционных вкладов ни в какой части не имело место. Озвученное в судебном заседании стороной ответчика о передачи значительной части защитных изделий для самостоятельной реализации для истца не приемлемо и условиями соглашения подобное не предусмотрено. А потому просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4, одновременно представляющая интересы третьего лица ФИО2, возражала по заявленным требования и просила в иске отказать. Суду пояснила, что в соответствии с принятыми на себя обязательствами руководитель проекта – директор ООО «АСТОР» ФИО2 вопреки утверждению истца в установленные инвестиционными соглашениями сроки принял все зависящие от него меры к реализации проекта, подтверждением чему служат представленные стороной ответчика документы о закупке расходных материалов и пошиву согласованного сторонами количества защитных изделий, получении сертификата соответствия и рассылке предложений контрагентам, а потому полагала, что на основании п. 7 Инвестиционных соглашений ответчик подлежит освобождению от возврата истцу инвестиционных вкладов и обещанной прибыли, поскольку никакой прибыли данные проекты фактически не принесли. Стороны инвестиционного соглашения в равной степени принимают на себя риск неполучения запланированной прибыли, а потому в сложившейся ситуации ООО «АСТОР» готово лишь передать истцу половину нереализованных защитных изделий для самостоятельной реализации с целью извлечения прибыли.

Третье лицо ФИО2, будучи надлежаще извещенным, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, об отложении слушания дела не ходатайствовал.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит иск обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Статьей 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Как следует из ст. 1 ГК РФ, субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (ст. 421 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащим ему.

По смыслу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

Правовые и экономические основы инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений на территории Российской Федерации, определены в Федеральном законе от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», который устанавливает гарантии равной защиты прав, интересов и имущества субъектов инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений, независимо от форм собственности.

В соответствии с положениями ст. 1 настоящего Федерального закона капитальными вложениями являются инвестиции в основной капитал (основные средства), в том числе затраты на новое строительство, реконструкцию и техническое перевооружение действующих предприятий, приобретение машин, оборудования, инструмента, инвентаря, проектно-изыскательские работы и другие затраты

Инвестиционная деятельность предполагает вложение инвестором в объект предпринимательской или иной деятельности на условиях, предусмотренных инвестиционным контрактом, денежных средств, ценных бумаг, иного имущества или практических действий и возникновение у инвестора прав на результаты таких вложений.

Согласно абз. 2 и 3 ст. 1 Федерального закона № 39-ФЗ инвестиции - это денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта; инвестиционная деятельность - это вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

В силу п. 2 ст. 4 Закона № 39-ФЗ инвесторами могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 25 февраля 1999 г. № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» инвесторы имеют равные права на: осуществление инвестиционной деятельности в форме капитальных вложений, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами; самостоятельное определение объемов и направлений капитальных вложений, а также заключение договоров с другими субъектами инвестиционной деятельности в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации; владение, пользование и распоряжение объектами капитальных вложений и результатами осуществленных капитальных вложений; передачу по договору и (или) государственному контракту своих прав на осуществление капитальных вложений и на их результаты физическим и юридическим лицам, государственным органам и органам местного самоуправления в соответствии с законодательством Российской Федерации; осуществление контроля за целевым использованием средств, направляемых на капитальные вложения; объединение собственных и привлеченных средств со средствами других инвесторов в целях совместного осуществления капитальных вложений на основании договора и в соответствии с законодательством Российской Федерации; осуществление других прав, предусмотренных договором и (или) государственным контрактом в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 8 названного закона отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

В случае нарушения требований законодательства РФ, условий договора субъекты инвестиционной деятельности несут ответственность в соответствии с законодательством РФ (статья 17 Закона №39-ФЗ).

В ходе судебного разбирательства установлено, 07 апреля 2020 года между ФИО1 (инвестор) и ООО «АСТОР» в лице директора ФИО2 (руководитель проекта) заключено инвестиционное соглашение №, а 17 апреля 2020 года те же стороны заключили инвестиционное соглашение №.

По условиям указанных Инвестиционных соглашений стороны договорились о реализации инвестиционного проекта по осуществлению сторонами деятельности по изготовлению и реализации защитных изделий (масок). Вкладом инвестора в инвестиционный проект является представление инвестором собственных денежных средств руководителю проекта в размере 1 300 000 рублей и 400 000 рублей соответственно. Общий срок реализации проектов установлен с 07 апреля до 15 мая 2020 года и с 17 апреля до 25 мая 2020 года соответственно. Вкладом руководителя проекта в инвестиционный проект является изготовление (собственными силами либо с привлечением третьих лиц) и последующая реализация защитных изделий.

Согласно п. 4 соглашений при своевременном перечислении инвестором вклада руководитель проекта обязуется изготовить 5 212 и 1 604 штук соответственно защитных изделий, изготовить или приобрести упаковку защитных изделий и произвести ее брендирование, изготовить инструкцию по применению защитных изделий, упаковать изготовленные защитные изделия, реализовать защитные изделия по цене на свое усмотрение, но не менее 500 рублей за единицу защитного изделия, передать инвестору 50% прибыли от реализации защитных изделий на основании расчета.

Как следует из Приложения №3 к соглашениям сторонами разработана предварительная финансовая модель, где определена чистая прибыль инвестора с учетом возвратности инвестиций в размерах 652 933 и 200 941 рублей соответственно.

Согласно тексту расписки от 07 апреля 2020 года, руководитель ООО «АСТОР» ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства в размере 1 300 000 рублей в качестве вклада инвестора в инвестиционный проект в соответствии с п. 2 инвестиционного соглашения № от 07 апреля 2020 года, тогда как согласно выданной тем же лицом ФИО1 расписке от 17 апреля 2020 года руководитель ООО «АСТОР» ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства в сумме 400 000 рублей в качестве вклада инвестора в инвестиционный проект в соответствии с п. 2 инвестиционного соглашения № от 17 апреля 2020 года.

Сторонами не оспаривалось, что по истечении согласованных сроков принятые на себя обязательства перед истцом со стороны ООО «АСТОР» исполнены не были.

Согласно выданной истцу ФИО2 расписке от 31 мая 2020 года последний принял на себя часть обязательств ООО «АСТОР», указанных в инвестиционном соглашении № от 07 апреля 2020 года, в виде возврата части вклада инвестора в размере 620 000 рублей с выплатой 10% за пользование данной денежной суммой, и обязался погасить принятую на себя часть обязательств ООО «АСТОР» перед инвестором ФИО1 в соответствии с инвестиционным соглашением № от 07 апреля 2020 года в срок до 07 июня 2020 года.

В этой связи ФИО1 заявляет о взыскании с ООО «АСТОР» задолженности по инвестиционным соглашениям в сумме 1 933 874 рублей из расчета: (1 300 000 + 400 000) сумма инвестиций + (652 933 + 200 941) сумма обещанной чистой прибыли – 620 000 рублей, что не противоречит согласованным сторонами условиями инвестиционных соглашений.

06 октября 2021 года ФИО1 в адрес ФИО2 была направлена претензия, в которой содержались требования о погашении задолженности по инвестиционным соглашениям в сумме 1 933 874 рублей, однако от получения данной претензии ответчик уклонился.

Возражения ответчика по иску основаны на применении положений п. 7 Инвестиционных соглашений, согласно которому в случае невозможности реализации проекта по вине руководителя проекта последний в течение 3 рабочих дней с даты, в которую стало известно о невозможности реализации проекта, возвращает инвестору все полученные от него денежные средства. В случае невозможности реализации проекта по причинам, не связанным с действиями или бездействием руководителя проекта возврат инвестиций не производится.

Между тем отвечающих принципу относимости и допустимости доказательств тому, что реализация проекта по обоим инвестиционным соглашениям стала невозможна вне зависимости от действий или бездействия руководителя проекта, стороной ответчика суду не представлено и данное юридически значимое обстоятельство в ходе судебного разбирательства своего объективного подтверждения не нашло.

Представленные ООО «АСТОР» документы, свидетельствующие о закупке в частном порядке расходных материалов и пошиве значительного количества защитных изделий (защитных масок), получении сертификата соответствия и рассылке предложений контрагентам, как в отдельности, так и в совокупности принятие всех необходимых мер, направленных на реализацию проекта в целях надлежащего исполнения принятых на себя обязательств не подтверждают, поскольку объем осуществленных со стороны руководителя проекта действий в срок до 15 и 25 мая 2020 года, судя по представленным документам, является крайне незначительным, большая часть документов относится к более позднему периоду, объективно свидетельствуя о том, что значительная часть предложенного к реализации инвестиционного проекта не была освоена в согласованные сроки.

Между тем, исходя из оценки условий инвестиционных соглашений и объема принятых на себя обязательств, недостижение ожидаемого результата вследствие нереализации инвестиционных проектов в согласованные сроки основанием для освобождения ООО «АСТОР» от исполнения принятых перед инвестором ФИО1 обязательств служить не может.

В этой связи, исходя из анализа установленных по делу фактических обстоятельств и правовой оценки представленных сторонами доказательств, вопреки доводам ответчика суд приходит к выводу об обоснованности правопритязаний истца, поскольку они в полной мере соотносятся с условиями инвестиционных соглашений.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца надлежит взыскать задолженность по инвестиционным соглашениям № от 07 апреля 2020 года и № от 17 апреля 2020 года в размере 1 933 874 рублей.

Доводы ответчика об обратном суд признает несостоятельными, поскольку они основаны на неправильной оценке имеющих значение обстоятельств и неправильном применении норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Установлено, что ФИО1 в рамках настоящего дела понесены судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 870 рублей. Данные судебные расходы на основании ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению истцу за счет ответчика в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ООО «АСТОР» в пользу ФИО1 задолженность по инвестиционным соглашениям № от 07 апреля 2020 года и № от 17 апреля 2020 года в размере 1 933 874 рублей и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 870 рублей, а всего 1 951 744 рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 18 марта 2022 года.

Председательствующий Т.Ю. Болохонова