Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора уступки права требования,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора уступки права требований от 20 мая 2019 года, заключенного между ответчиками, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО УК «МиассДомСервис» и ИП ФИО1 был заключен договор уступки права требования дебиторской задолженности ФИО2 по содержанию недвижимого имущества на сумму 59 529 руб. 94 коп. за период с апреля 2015 года по марта 2017 года. Задолженность возникла в результате принятия ФИО2 наследства после смерти ФИО4 Решением Центрального районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ года с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 взыскана задолженность по содержание общего имущества в размере 43 000 руб. 95 коп., проценты 8 726 руб. 31 коп., расходы по оплате пошлины 1 490 руб. Постановлением судебного пристава-исполнителя Центрального РОСП г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО2 в пользу взыскателя ИП ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Центрального РОСП г. Челябинска вынесено постановление об объединении указанного исполнительного производства в сводное исполнительное производство, в котором также находится исполнительное производство о взыскании с ИП ФИО2 задолженности в пользу ФИО4. К.А. ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление пристава об обращении взыскания на дебиторскую задолженность ИП ФИО2, в частности на задолженность общества УК «МиассДомСервис» в размере 392 334 рубля. Этим же постановлением судебный пристав-исполнитель запретил должнику ИП ФИО2 совершать любые действия, приводящие к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, в том числе к уступке права требования третьим лицам.

В нарушение запрета судебного пристава-исполнителя, между ответчиками заключен договор уступки права требования дебиторской задолженности ООО УК «МиассДомСервис» в размере 392 334 рубля, в соответствии с которым право требования указанной задолженности перешло от ИП ФИО2 к ИП ФИО3, цена уступки составила 50 000 рублей.

Данный договор по мнению истца является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, заключен между ответчиками с намерением причинить имущественный вред иным лицам, являющимся кредиторами должника, что свидетельствует о его ничтожности на основании ст. 10, 168 ГК РФ. Неисполнение ФИО2 вступившего в законную силу судебного акта, заключение оспариваемого договора об уступке дебиторской задолженности свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика ФИО2

Истец в судебное заседание не явился, извещен, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивала по доводам, изложенным в иске, а также в письменных пояснениях.

Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Представители ответчиков в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражали по доводам, изложенным в письменных возражениях. Третьи лица – судебный пристав-исполнитель Центрального РОСП г. Челябинска ФИО5, представитель УФССП России по Челябинской области, представитель ООО УК «МиассДомСервис» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, считает требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

20 апреля 2018 года между ООО УК «МиассДомСервис» и ИП ФИО1 был заключен договор уступки права требования дебиторской задолженности ФИО2 по содержанию недвижимого имущества на сумму 59 529 руб. 94 коп. за период с апреля 2015 года по марта 2017 года.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 взыскана задолженность по содержание общего имущества в размере 43 000 руб. 95 коп., проценты 8 726 руб. 31 коп., расходы по оплате пошлины 1 490 руб., также взысканы проценты, начисляемые с ДД.ММ.ГГГГ на сумму 43 000 руб. 95 коп. с применением ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, до момента погашения задолженности.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Центрального РОСП г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО2 в пользу взыскателя ИП ФИО1 во исполнение решения Центрального районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Центрального РОСП г. Челябинска вынесено постановление о присоединении указанного исполнительного производства в сводное исполнительное производство №

В рамках указанного сводного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об обращении взыскания на дебиторскую задолженность должника ФИО2, а именно на задолженность ООО УК «МиассДомСервис» перед ИП ФИО2, подтвержденную решением Арбитражного суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 392 334 руб. Должнику запрещено совершать любые действия, приводящие к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, а также к уступке права требования третьим лицам.

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 (цедент) и ИП ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию право требования от должника (ООО УК «МиассДомСервис») общей суммы долга в размере 392 334 руб., в том числе основного долга – 220 000,0 рублей, пени за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 161 700 руб. и расходов на оплату госпошлины – 10 634 руб., подтвержденного решением Арбитражного суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и исполнительным листом серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Арбитражным судом Челябинской области.

Ссылаясь на мнимость оспариваемого договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ, недобросовестность поведения должника по исполнительному производству – ФИО2, истец, действуя в интересах кредиторов по делу о банкротстве, просит признать сделку недействительной, ссылаясь на положения ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3).

Пунктом 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, данным в п. 74 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к ст. ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 335, ст. 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В силу ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Однако каких-либо оснований для признания договора цессии ничтожным по основаниям п. 2 ст. 168 ГК РФ, равно как и предусмотренных ст. 388 ГК РФ оснований, при которых уступка требования кредитором другому лицу не допускается, судом не установлено.

Арест дебиторской задолженности ответчика ФИО2 с наложением запрета на ее отчуждение третьим лицам, в том числе путем уступки права требования, принят судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ, то есть после заключения оспариваемого договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора запрета на его заключение не было.

При этом несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования).

Оснований для признания договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ мнимой сделкой судом также не установлено.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно положениям главы 24 ГК РФ переход прав кредитора к другому лицу по сделке (уступка требования) является одной из форм перемены лиц в обязательстве.

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № исковые требования ИП ФИО6 удовлетворены, с ответчика – ООО УК «Миассдомсервис» в пользу ИП ФИО2 взыскана по договору аренды оборудования от ДД.ММ.ГГГГ задолженность в размере 220 000 руб., пени за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 161 700 руб., а также 10 634 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В целях принудительного взыскания ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ был выдан исполнительный лист №.

ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 (цедент) и ИП ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию право требования от должника (ООО УК «МиассДомСервис») общей суммы долга в размере 392 334,0 рубля, подтвержденного решением Арбитражного суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и исполнительным листом серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Арбитражным судом Челябинской области.

Согласно п. 5 данного договора, за приобретаемые права требования по договору аренды оборудования цессионарий уплачивает цеденту общую денежную сумму в размере 50 000 руб. Взаиморасчет между Цедентом и Цессионарием по договору производится любыми способами, не запрещенными законодательством, в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ цессионарием ИП ФИО3 в Арбитражный суд Челябинской области подано заявление о процессуальном правопреемстве по делу № в связи с заключением указанного договора уступки требования от ДД.ММ.ГГГГ.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что спорная сделка цессии - договор уступки между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ не может быть признана мнимой, поскольку при ее совершении стороны преследовали цель создать реальные правовые последствия в виде перехода к цессионарию прав требования, порочности воли каждой из сторон не усматривается.

Утверждая о недействительности указанной сделки от ДД.ММ.ГГГГ, истец также указал, что стороны данной цессии злоупотребляли правами и желали избежать обращения взыскания на дебиторскую задолженность ООО УК «Миассдомсервис» в рамках исполнительного производства о взыскании с ФИО2 в пользу истца задолженности, взысканной на основании решения Центрального районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, оспариваемый договор был заключен между ответчиками ранее, чем состоялось решение Центрального районного суда г. Челябинска и возбуждено исполнительное производство.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Учитывая, что правовые основания для признания спорной цессии отсутствуют, не установлено злоупотребление участниками данной сделки.

Согласно ст. 56 ГПК РФ законодателем закреплено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1). Данная норма направлена на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (ст. 123 ч. 3 Конституции Российской Федерации).

Исходя из смысла ч. 3 статьи 166 Гражданского кодекса РФ лицо, заявляющее требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности, должно доказать наличие охраняемого законом интереса в признании этой сделки недействительной. Из содержания нормы следует, что указанное требование может заявить лицо, не являющееся стороной сделки.

Из положений ст. 46 Конституции РФ и требований ч. 1 ст. 3 ГПК РФ следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения права, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. При этом бремя доказывания нарушения прав лежит на самом истце, который при обращении в суд должен доказать какие права и охраняемые интересы будут восстановлены в случае удовлетворения его искового заявления.

Таким образом, по настоящему спору юридически значимым обстоятельством является установление факта нарушения прав истца сделкой уступки, и бремя доказывания лежит на истце.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности, наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. Стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Вместе с тем, истцом вопреки требований ст. 56 ГПК РФ не представлено соответствующих доказательств в подтверждение заявленных требований и нарушения прав оспариваемой сделкой.

Доказательств отсутствия иного возможного удовлетворения требований истца, кроме как за счет дебиторской задолженности ООО УК «МиассДомСервис», также как и невозможности взыскания в рамках исполнительного производства за счет иного имущества должника не имеется.

При таких обстоятельствах, суд полагает требования истца не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск индивидуального предпринимателя ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий: п/п Д.А. Лисицын

Копия верна. Решение не вступило в законную силу.

Судья Центрального районного

суда г. Челябинска: Д.А. Лисицын

Секретарь: Т.Ю. Протосевич

Решение вступило в законную силу

Судья Центрального районного

суда г. Челябинска: Д.А. Лисицын

Секретарь:

Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2020 года.