Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) к ФИО1 о взыскании задолженности с поручителя,

по встречному иску ФИО1 к «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) о признании поручительства прекращенным,

УСТАНОВИЛ:

«Кредит Урал Банк» (акционерное общество) (далее по тексту – Банк) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности с поручителя.

В обоснование заявленного требования указано, что между Банком и акционерным обществом «Производственное объединение Монтажник» (далее по тексту - АО «ПО Монтажник») заключен кредитный договор № <данные изъяты> от 25 июля 2019, по условиям которого последнему предоставлен кредит в размере <данные изъяты> руб. на срок по 25 июля 2020 года, с уплатой процентов за пользование кредитом в размере <данные изъяты> годовых. В последующем процентная ставка по кредиту была снижена до 9 % годовых и общий размер денежных средств, предоставленных АО «ПО Монтажник», составил 119 999 947,20 руб. Выдача кредита производилась траншами. Банк выполнил свое обязательство по предоставлению кредита. АО «ПО Монтажник» обязательства по указанному кредитному договору исполняет ненадлежащим образом, в связи с чем, возникла задолженность в размере 121 327 815,20 руб. В отношении АО «ПО Монтажник» возбуждено арбитражное дело от 06 мая 2020 года о признании банкротом. По состоянию на 19 августа 2020 года задолженность основного заемщика перед Банком составила 121 327 815,20 руб. В качестве обеспечения своевременного возврата кредита заключен договор поручительства с ФИО1 На основании договора поручительства № <данные изъяты> «пор1» от 25 июля 2019 года ФИО1 обязался солидарно отвечать с АО «ПО Монтажник» за надлежащее исполнение последним обязательств перед Банком по кредитному соглашению <***> об открытии кредитной линии от 25 июля 2019 года. Задолженность поручителя ФИО1 перед Банком по состоянию на 19 августа 2020 года составляет 121 327 815,20 руб. Требование Банка о возврате задолженности по вышеуказанному кредитному договору поручителем на сегодняшний день не исполнено. Просит взыскать с ФИО1 в пользу Банка задолженность в размере 121 327 815,20 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. (том 1 л.д. 4-6).

ФИО1 обратился в суд с встречным иском к акционерному обществу «Кредит Урал Банк» (далее по тексту – Банк) о признании поручительства прекращенным.

В обоснование иска указано, что между ФИО1 и Банком заключен договор поручительства № <данные изъяты> «пор 1» от 25 июля 2019 года в обеспечение исполнения АО «ПО Монтажник» обязательств перед Банком по кредитному соглашению об открытии кредитной линии № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года. 28 июля 2020 года Банк направил АО «ПО Монтажник» уведомление о необходимости погасить просроченную задолженность по кредитному соглашению № <данные изъяты> в сумме 121 209 783,20 руб. 06 августа 2020 года между Банком и АО «ПО Монтажник» заключено, в том числе, соглашение об отступном по кредитному договору № <данные изъяты> по основному долгу в размере 111 769 654,80 руб., путем передачи взамен исполнения обязательств должника в собственность кредитора недвижимого имущества (32 объекта) на общую сумму 305 684 097,80 руб., которое находилось в залоге у Банка. Согласно соглашению об отступном от 06 августа 2020 года, стороны пришли к соглашению о прекращении обязательств должника АО «ПО Монтажник» по кредитному договору № <данные изъяты> Недвижимое имущество, поименованное в соглашении об отступном от 06 августа 2020 года, передано Банку по акту приема-передачи от 31 июля 2020 года, а движимое имущество, поименованное в соглашении об отступном – 06 августа 2020 года. Получение Банком движимого имущества 06 августа 2020 года также подтверждается мемориальными ордерами № 267 от 06 августа 2020 года.

09 августа 2020 года прекратились правоотношения в части задолженности АО «ПО Монтажник» перед Банком по кредитному договору <***>.

14 августа 2020 года Банк направил АО «ПО Монтажник» уведомление об одностороннем расторжении соглашения об отступном.

Уведомление Банка об одностороннем расторжении соглашения об отступном является недействительным.

Просит признать прекращенным поручительство ФИО1 перед Банком по договору поручительства № <данные изъяты> «пор1» от 25 июля 2019 года (том 2 л.д. 71-75).

Представитель истца (ответчика по встречному иску) – ФИО2, действующий на основании доверенности от 07 сентября 2018 года (том 1 л.д. 89), в судебном заседании на удовлетворении исковых требований Банка к ФИО1 настаивал. Встречный иск просил оставить без удовлетворения.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) – ФИО3, действующий на основании доверенности №34 от 17 мая 2018 года в судебном заседании на удовлетворении исковых требований Банка к ФИО1 настаивал. Встречный иск просил оставить без удовлетворения.

Согласно представленному письменному отзыву на встречное исковое заявление, между Банком и ФИО1 подписано Соглашение от 06 августа 2020 года о расторжении договора поручительства №<данные изъяты> «пор1» (приложено к отзыву), в соответствии с п.1 которого, договор поручительства считается расторгнутым с даты государственной регистрации перехода права собственности на имущество, переданное АО ПО «Монтажник» в качестве отступного в целях прекращения обязательств по кредитному соглашению № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года. Действие договора поручительства должно было прекратиться только после государственной регистрации перехода к Банку права собственности на имущество АО «ПО Монтажник», переданное по соглашению об отступном. Государственная регистрация перехода к Банку права собственности на имущество АО «ПО Монтажник» не была осуществлена. Следовательно, обязательства из договора поручительства в соответствии с Соглашением о расторжении договора поручительства от 06 августа 2020 года не могут считаться прекращенными. Вопреки доводам ФИО1 отсутствие в п.4.2. Соглашения об отступном упоминания о договоре поручительства, не прекращает обязательств по договору поручительства. Одним из доводов истца по встречному иску указано, что в п.4.2. Соглашения об отступном не упоминается восстановление поручительства вместе с восстановлением задолженности должника по кредитным договорам. Между тем, данный довод не основан на нормах права – поручитель не являлся стороной по соглашению об отступном. Кроме того, в соответствии с п.1.5. Договора поручительства изменение обязательств АО ПО «Монтажник» не прекращает поручительство.

Доводы ФИО1 о прекращении обязательств по договору поручительства в связи с подписанием соглашений об отступном (и/или актов приема-передачи к ним) основаны на неправильном применении ФИО1 норм материального права. Обязательства ФИО1 из договора поручительства не могли бы считаться прекращенными даже в случае, если между Банком и ФИО1 не было бы подписано указанное выше соглашение о расторжении договора поручительства от 06 августа 2020 года.

Для прекращения обязательства необходимо не только наличие соглашения об отступном, но и исполнение данного соглашения. Между тем, ни одно из соглашений об отступном не было исполнено надлежащим образом, в связи с чем, обязательства АО ПО «Монтажник» по кредитному соглашению № <данные изъяты> об открытии кредитной линии, а, следовательно, и обязательства ФИО1 по договору поручительства, так и не были прекращены в соответствии с нормами действующего законодательства. Не было исполнено соглашение об отступном о передаче Банку недвижимого имущества. Для исполнения соглашения об отступном о передаче Банку недвижимого имущества недостаточно одного лишь подписания акта приема-передачи объектов недвижимости, оно может считаться исполненным только после перехода к кредитору титула собственника недвижимого имущества в установленном законом порядке. Государственная регистрация перехода права собственности к Банку на объекты недвижимости, указанные в соглашении об отступном не была осуществлена, собственником объектов недвижимости остается АО ПО «Монтажник». Доказательств обратного ФИО1 не представлено. Следовательно, обязательство заемщика по возврату кредита не прекратилось ни надлежащим исполнением, ни предоставлением отступного (в том числе частично). В связи с этим основания для вывода о прекращении обеспечительного обязательства - поручительства ФИО1 отсутствуют. Кроме того, фактической передачи объектов недвижимости Банку, как на то указывает ФИО1, ссылаясь на акт приема-передачи от 31 июля 2020 года, так и не состоялось, что подтверждается следующими обстоятельствами.

После подписания между сторонами Соглашения об отступном и указанного акта приема-передачи, АО «ПО Монтажник» были подписаны акты Банка о проверке заложенного недвижимого имущества от 18 августа 2020 года (в отношении объектов недвижимости, указанных в п.1.1.24., п.1.1.25, п.1.1.26. и п.1.1.28. Соглашения об отступном), от 19 августа 2020 года (в отношении объектов недвижимости, указанных в п.1.1.13., п.1.1.14, п.1.1.15 Соглашения об отступном), от 20 августа 2020 года (в отношении объектов недвижимости, указанных в п.1.1.1., п.1.1.2 и п.1.1.30 Соглашения об отступном). При этом: как следует из акта о проверке заложенного недвижимого имущества от 20 августа 2020 года в отношении нежилых зданий, расположенных по адресу: Россия, Челябинская область, г. Магнитогорск, ул.9 Мая, д.3. – Банку не был предоставлен доступ в производственную часть здания, указанного в п.1.1.1 Соглашения об отступном. Как следует из акта о проверке заложенного недвижимого имущества от 18 августа 2020 года в отношении нежилых зданий, расположенных по адресу: Россия, <...> стр.2, стр.3 - Банку не был предоставлен доступ внутрь нежилого здания гаража (п.1.1.25. Соглашения об отступном). Таким образом, фактической передачи Банку объектов недвижимости так и не состоялось, объекты недвижимости находятся под полным контролем АО ПО «Монтажник». На то, что недвижимое имущество фактически не было передано Истцом Банку было прямо указано в абз.3 Уведомления Банка от 14 августа 2020 года об одностороннем расторжении Соглашения об отступном.

Не было исполнено соглашение об отступном о передаче Банку движимого имущества. Несмотря на подписание между Банком и АО ПО «Монтажник» акта приема-передачи от 06 августа 2020 года к соглашению об отступном (в отношении движимого имущества), фактической передачи движимого имущества Банку не осуществлялось, что подтверждается следующими обстоятельствами. К числу движимого имущества, указанному в акте приема-передачи от 06 августа 2020 года к соглашению об отступном относятся в частности: установка по производству бетона <данные изъяты>.; три мостовых крана, грузоподъемностью по 10 тонн каждый с шириной пролета 16 метров (два крана) и 28,5 метров (один кран). Данное оборудование не является малогабаритным производственным оборудованием, напротив – это крупные промышленные установки, передача которых не может производиться без осуществления демонтажных работ и привлечения тяжелой техники. Между тем какие-либо демонтажные работы, а также привлечение тяжелой техники для фактической передачи имущества – не осуществлялось. Акты приема-передачи, на которые ссылается ФИО1, были подписаны в помещении Банка.

В соответствии с абз.2 п.2.1. Соглашения об отступном от 06 августа 2020 года (в отношении движимого имущества) АО ПО «Монтажник» вместе с движимым имуществом обязан был передать техническую и иную документацию к нему, а также передать все принадлежности, однако АО «ПО Монтажник» не передавал Банку каких-либо документов и/или принадлежностей по движимому имуществу, что в том числе следует и из формально подписанного акта приема-передачи от 06 августа 2020 года к соглашению об отступном.

Как уже указывалось выше, фактическая передача Банку объектов недвижимости, на территории которых находилось движимое имущество – не осуществлялась. Объекты недвижимости находятся под контролем АО «ПО Монтажник».

На то, что фактической передачи движимого имущества и технической документации к нему АО «ПО Монтажник» не осуществлялось, было указано Банком, в том числе, и в уведомлении от 19 августа 2020 года об одностороннем расторжении соглашения об отступном.

В качестве доказательства прекращения обязательств по договору поручительства ФИО1 указывает на мемориальные ордера №267 от 06 августа 2020 года, однако сам факт их наличия обусловлен особенностями ведения бухгалтерского учета в кредитной организации, а не фактическим исполнением соглашений об отступном, мемориальный ордер в соответствии с действующим законодательством не является основанием для прекращения обязательства.

Первичным учетным документом по соглашениям об отступном с АО «ПО Монтажник» являлись акты приема-передачи имущества, в связи с чем в дату, которой датированы акты приема-передачи имущества – 06 августа 2020 года (т.е. в дату поступления документов), Банком в соответствии с указанными выше обязательными правилами бухгалтерского учета операций в кредитных организациях, были отражены записи на балансовых счетах по учету имущества 62001, 62101 и составлены соответствующие мемориальные ордера, на которые ссылается истец по встречному иску.

В последующем, в связи с формированием и направлением Уведомлений о расторжении договора с АО ПО «Монтажник», Банком были осуществлены обратные записи по счетам бухгалтерского учета, в связи с чем были сформированы соответствующие мемориальные ордера №042 (были представлены Банком в материалы дела ранее).

Довод ФИО1 о недействительности уведомлений Банка от 14 августа 2020 года и от 19 августа 2020 года об одностороннем расторжении соглашений об отступном не влияет на обязательства ФИО1 по договору поручительства, основан на неправильном толковании норм права и условий соглашений об отступном.

В качестве одного из оснований встречного иска ФИО1 заявлено о недействительности уведомлений Банка об одностороннем расторжении соглашений об отступном, в связи с отсутствием по мнению ФИО1 в тексте соглашения об отступном права Банка на его одностороннее расторжение, между тем данный довод Поручителя основан на неправильном толковании норм права и условий соглашений об отступном. В настоящее время вопрос о действительности уведомлений Банка об одностороннем расторжении соглашений об отступном является предметом двух исковых заявлений АО ПО «Монтажник» и рассматривается в Арбитражном суде Челябинской области по делам № А76-34194/2020 и А76-31697/2020, указанный вопрос не является предметом предъявленного встречного искового заявления.

Однако, вопрос о действительности уведомлений Банка об одностороннем расторжении соглашений об отступном не имеет правового значения для квалификации обязательства ФИО1 по договору поручительства как действующего и подлежащего исполнению. В соответствии с п.1.5. Договора поручительства изменение обязательств АО ПО «Монтажник» не прекращает поручительство. Как на то указано самим истцом по встречному иску – в соответствии с п.4.2. соглашений об отступном «в случае неисполнения АО ПО «Монтажник» соглашений об отступном, стороны возвращаются в первоначальное положение, существовавшее до заключения соглашения об отступном», при этом для «возврата сторон соглашения об отступном в первоначальное положение» не требуется какого-либо заявления стороны, достаточно лишь «неисполнения АО ПО «Монтажник» соглашений об отступном». Соглашения об отступном АО ПО «Монтажник» фактически не исполнены, на что в том числе было указано в уведомлениях Банка о расторжении соглашений об отступном.

В действиях ФИО1 содержатся признаки злоупотребления правом. На момент подписания соглашений об отступном в отношении как движимого, так и недвижимого имущества судебным приставом в рамках исполнительного производства в отношении АО ПО Монтажник было наложено ограничение в виде запрета на осуществление регистрационных действий, о котором было известно АО ПО «Монтажник», однако, несмотря на это, АО ПО «Монтажник» не сообщил об этом обстоятельстве Банку и дал в тексте соглашений об отступном ложные заверения об обстоятельствах (в соответствии со ст.431.2 ГК РФ), согласно которым гарантировал отсутствие препятствий для исполнения соглашений об отступном как на момент подписания, так в течение исполнения соглашений об отступном.

Таким образом, наличие запретов на осуществление регистрационных действий в отношении имущества, указанного в соглашениях об отступном, само по себе является препятствием для исполнения указанных соглашений. ФИО1, до подачи встречного иска, было известно о наличии запретов на осуществление регистрационных действий в отношении имущества, указанного в соглашениях об отступном, поскольку на это прямо указано в абз.2 уведомлений Банка об одностороннем расторжении соглашений об отступном (том 2 л.д. 84-85).

Ответчик ФИО1 (истец по встречному иску) в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие (том 2 л.д. 106).

Представитель ответчика ФИО1 (истца по встречному иску) – ФИО4, действующая на основании доверенности от 08 сентября 2020 года (том 1 л.д. 99-101), в судебном заседании на удовлетворении встречного искового заявления настаивала, просила отказать в удовлетворении иска, предъявленного Банком к ФИО1 В судебном заседании пояснила, соглашение об отступном от 06 августа 2020 года считается заключенным и исполненным. Оснований для одностороннего отказа Банка от соглашения не имеется. Соглашением об отступном право на односторонний отказ от исполнения соглашения не предусмотрено, более того в п.3.1 соглашения прямо указано, что Банк с момента передачи имущества, в 3-дневный срок прекращает правоотношения в части задолженности должника перед кредитором. Движимое и недвижимое имущество было передано Банку по акту от 09 августа 2020 года, прекратилось обязательство должника перед Банком, тем, самым прекратилось поручительство ФИО1 Движимое имущество по соглашению было передано Банку фактически, регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество на сегодняшний день не завершена. Банку на момент заключения соглашения об отступном было известно, что недвижимое имущество находится в залоге и имеются запреты на совершение регистрационных действий.

Представитель третьего лица АО «ПО Монтажник» в судебное заседание не явился. Извещен надлежащим образом (том 2 л.д. 102).

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что иск Банка подлежит удовлетворению, в иске ФИО1 следует отказать по следующим основаниям.

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно ч. 1 ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В силу ч. 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с ч. 1 ст. 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

В силу ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В судебном заседании установлено, что между Банком и Заемщиком (АО «ПО Монтажник») заключено кредитное соглашение № <данные изъяты> об открытии кредитной линии от 25 июля 2019 года с дополнительным соглашением №1 от 10 сентября 2019 года, дополнительным соглашением № 2 от 30 октября 2019 года, дополнительным соглашением № 3 от 06 декабря 2019 года, дополнительным соглашением № 4 от 20 февраля 2020 года, дополнительным соглашением № 5 от 03 марта 2020 года (далее по тексту – «кредитный договор <***>»), в соответствии с условиями которого АО «ПО Монтажник» был предоставлен кредит в размере <данные изъяты> руб. на срок по 25 июля 2020 года (включительно), с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 10.5 % годовых (том 1 л.д. 23-38). Процентная ставка по кредиту была снижена до 9% годовых на основании п. 6.8.4.2 кредитного договора <***>, о чем заемщик был извещен письменно (том 1 л.д. 57).

Все заключенные дополнительные соглашения, состоявшиеся уже после заключения кредитного договора, касаются обеспечения обязательств заемщика (том 1 л.д. 40-52).

Кредитный договор № <данные изъяты>, дополнительные соглашения сторонами не обжаловались, недействительными не признавались. В связи с чем, подписывая кредитный договор и соответствующие дополнительные соглашения, заемщик принял на себя обязательство по возврату кредита и уплате процентов за пользование кредитом, что подтверждается условиями договора (п. 4.1.3, п. 4.1.4 договора).

Выдача суммы кредита производилась соответствующими траншами, что подтверждается выписками по расчетному счету <данные изъяты>. Так, за период с 26 июля 2019 года по 12 ноября 2019 года Банком предоставлен кредит в размере 119 999 947,20 руб. (том 1 л.д. 14-15). Таким образом, Банк исполнил свои обязательства по предоставлению денежных средств Заемщику (АО «ПО Монтажник») в соответствии с условиями кредитного договора № <данные изъяты>.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что заемщик - АО «ПО Монтажник» ненадлежащим образом исполняет условия кредитного договора № <данные изъяты>, что подтверждается выпиской по счету и расчетом задолженности, представленным Банком. Так за все время пользования кредитом, заемщиком платежи не осуществлялись, в связи с чем, у заемщика возникла задолженность в размере <данные изъяты>., из них: 119 999 947,20 руб. – основной долг; 1 327 868 руб. – проценты за пользование кредитом (том 1 л.д. 7).

В качестве обеспечения своевременного возврата кредита, платы за его пользование и иных платежей, следующих из кредитного договора № <данные изъяты>, Банк заключил с ФИО1 договор поручительства № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года (том 1 л.д. 21-22).

В соответствии с п.1.2. договора поручительства № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года, поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора № <данные изъяты> и согласен отвечать за исполнение заемщиком (АО «ПО Монтажник) его обязательств полностью

Факт ознакомления поручителя с текстом кредитного договора подтверждается подписью ФИО1 в договоре поручительства и в кредитном договоре.

Согласно п. 1.3 договора поручительства № <данные изъяты>» при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обеспеченного поручительством обязательства Поручитель и Заемщик несут солидарную ответственность перед Банком.

В соответствии с пунктом 2.1.1 договора поручительства № <данные изъяты>» при неисполнении или ненадлежащем исполнении Заемщиком своих обязательств, обусловленных кредитным договором, Поручитель несет вместе с ним солидарную ответственность в объеме основного долга по кредиту, сумм начисленных процентов по кредиту, возмещения судебных издержек по взысканию долга и других убытков банка, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств Заемщика по кредитному соглашению.

Поручитель согласен на право Банка потребовать как от заемщика, так и от поручителя досрочного возврата всей суммы долга, процентов за пользование кредитом и других платежей по кредитному соглашению в случаях, предусмотренных кредитным соглашением (п. 2.1.2 договора).

Таким образом, по состоянию на 19 августа 2020 года задолженность ФИО1 как поручителя по кредитному договору №<данные изъяты>, составляет 121 327 815,20 руб., в том числе: просроченная задолженность по основному долгу – 119 999 947,20 руб.; просроченные проценты, начисленные на задолженность по основному долгу, за период с 21 июня 2020 года по 31 июля 2020 года – 1 327 868 руб.:

за период с 21 июня 2020 года по 20 июля 2020 года – 885 246 руб. (119 999 947,20 * 9% * 30д./366д.),

за период с 21 июля 2020 года по 27 июля 2020 года – 206 557 руб. (119 999 947,20 * 9% * 7д./366д.),

за период с 28 июля 2020 года по 31 июля 2020 года – 236 065 руб. (119 999 947,20 * 18% * 4д./366д.).

Задолженность по кредитному договору стороной ответчика не оспорена, контррасчет ФИО1 не представлен. Доказательств оплаты задолженности по кредитному договору не представлено. Суд принимает представленный Банком расчет задолженности, считает, что он составлен верно, в соответствии с условиями кредитного договора.

28 июля 2020 года в адрес АО «ПО Монтажник», ФИО1 были направлены уведомления о необходимости погасить просроченную задолженность по кредитному договору № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года (том 1 л.д. 53,55). Факт направления указанных уведомлений Банком подтвержден (том 1 л.д. 54,56).

Сторона ответчика, не согласившись с заявленными исковыми требованиями, указывает на то, что между Банком и АО «ПО Монтажник» 06 августа 2020 года заключено соглашение об отступном. Из содержания соглашения следует, что кредитор и должник пришли к соглашению о прекращении обязательств должника перед кредитором по ряду договоров, в том числе, по кредитному договору № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года, путем предоставления (передачи) взамен исполнения обязательств должника в собственность кредитора, недвижимого имущества на общую сумму 305 684 097,80 руб. (том 1 л.д. 110-123).

Должник АО «ПО Монтажник» обязался передать указанное в пункте 1.1 имущество по акту приема-передачи одновременно с подписанием настоящего соглашения, проектно-техническую документацию, необходимые принадлежности.

Должник подтвердил, что до заключения настоящего соглашения имущество, передаваемое кредитору в качестве отступного, находится в залоге (ипотеке) у кредитора.

Банк, в свою очередь, обязался принять указанное недвижимое имущество и прекратить правоотношения должника перед кредитором по договорам по основному долгу и начисленным процентам в общем размере 305 684 097,80 руб.

Суд с учетом изложенного выше, приходит к выводу, что условия соглашения об отступном не исполнены, в связи с чем, обязательства по кредитному договору не прекращены. Несмотря на то, что имеется акт приема – передачи от 31 июля 2020 года, согласно которому недвижимое имущество передано АО «ПО Монтажник» Банку, регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество, указанное в п.1.1 соглашения, не произведена. Согласно п. 1.3 право собственности на имущество возникает у кредитора с момента государственной регистрации перехода права собственности в органе, осуществляющим государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав. Таким образом, одной только передачи имущества от должника к кредитору недостаточно для исполнения обязательств соглашения об отступном, регистрация перехода права собственности является обязательным условием. Сам факт наличия соглашения об отступном и переданного по акту имущества не может свидетельствовать о прекращении обязательств по кредитному договору.

Банком в адрес должника АО «ПО Монтажник» было направлено уведомление от 14 августа 2020 года об одностороннем расторжении соглашения об отступном от 06 августа 2020 года, в котором указано, что должником не исполнены условия соглашения, а именно: фактически имущество не передано, не погашена задолженность перед коммунальными службами, в отношении недвижимого имущества наложен запрет на осуществление регистрационных действий (том 1 л.д. 135-138).

Представителем Банка предоставлены документы, из содержания которых следует, что Банк действительно обращался с письменным заявлением в Орджоникидзевский РОСП г.Магнитогорска, с просьбой снять арест с залогового имущества, поскольку залогодержателем является Банк. В перечень указанного в заявлении имущества, входит, в том числе недвижимое имущество, являющиеся предметом соглашения от 06 августа 2020 года. 13 августа 2020 года на основании постановления снят запрет на совершение действий по регистрации.

Помимо этого, ранее на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 27 июля 2020 года, с двух объектов недвижимого имущества, которые также являются предметом соглашения от 06 августа 2020 года, был снят запрет на совершение регистрационных действий по заявлению Банка, поскольку объекты находятся в залоге у Банка.

14 августа 2020 года на основании постановления судебного пристава-исполнителя на недвижимое имущество, которое в том числе является предметом соглашения об отступном, наложен запрет на совершение регистрационных действий в рамках исполнительного производства о взыскании с должника в пользу ООО «Символ Бетон» задолженности. В связи с чем, суд приходит к выводу, что объекты недвижимого имущества, которые принадлежат АО «ПО Монтажник» на праве собственности, являются не только предметом соглашения об отступном, но и объектами, в отношении которых систематически судебным приставом-исполнителем применяются меры для принудительного исполнения иных судебных решений, по которым АО «ПО Монтажник» выступает должником, о чем свидетельствуют постановления судебного пристава-исполнителя.

Банку и должнику АО «ПО Монтажник» действительно было известно при заключении соглашения об отступном, что недвижимое и движимое имущество, которое упоминается в тексте соглашения, находится в залоге у Банка, но Банк не мог располагать информацией, что в отношении этого имущества могли быть применены меры в рамках исполнительных производств, поскольку Банк не являлся стороной исполнительного производства. Только после применения мер принудительного исполнения судебным приставом -исполнителем Банку становилось известно о необходимости отмены таких мер в отношении залогового имущества.

Также 06 августа 2020 года между Банком и должником подписано соглашение об отступном, по которому кредитор и должник пришли к соглашению о прекращении обязательств, в том числе и по кредитному договору <***> (том 1 л.д. 141-147). На основании данного соглашению Банку должно перейти право собственности на движимое имущество, которое указано в п.1.1 соглашения.

Должник обязался фактически передать движимое имущество Банку, передать техническую документацию на имущество, предоставить счета-фактуры. Передаваемое имущество должно быть свободным от прав третьих лиц. Банк в свою очередь обязался принять движимое имущество.

С момента передачи от должника к кредитору имущества в качестве отступного, последний прекращает правоотношения в части задолженности по кредитному договору (в том числе и по кредитному договору № <данные изъяты>).

На основании акта от 06 августа 2020 года движимое имущество было передано должником Банку (том 1 л.д. 148-151).

Банком в адрес должника АО «ПО Монтажник» также направлялось уведомление от 19 августа 2020 года об одностороннем расторжении соглашения об отступном от 06 августа 2020 года, поскольку на имущество, являющееся предметом соглашения, наложен запрет на совершение регистрационных действий, фактически имущество не передано, не передана Банку в полном объёме техническая документация на движимое имущество (том 1 л.д. 163).

Из содержания постановления судебного пристава-исполнителя от 14 августа 2020 года следует, что в отношении движимого имущества, которое является предметом соглашения об отступном, применен запрет на совершение регистрационных действий по распоряжению в отношении транспортных средств.

Между Банком и ФИО1 подписано Соглашении от 06 августа 2020 года о расторжении договора поручительства №<данные изъяты>» (приложено к отзыву), в соответствии с п.1 которого, договор поручительства считается расторгнутым с даты государственной регистрации перехода права собственности на имущество, переданное АО ПО «Монтажник» в качестве отступного в целях прекращения обязательств по кредитному соглашению №<данные изъяты>

Таким образом, действие договора поручительства должно было прекратиться только после государственной регистрации перехода к Банку права собственности на имущество АО «ПО Монтажник», переданное по соглашениям об отступным.

Однако, государственная регистрация перехода к Банку права собственности на имущество АО «ПО Монтажник» не была осуществлена. Следовательно, обязательства из договора поручительства в соответствии с Соглашением о расторжении договора поручительства не могут считаться прекращенными.

Помимо этого ФИО1 не является стороной по соглашениям об отступном от 06 августа 2020 года, поэтому сам факт того, что соглашения об отступном не исполнены на сегодняшний день, позволяет сделать вывод, что обязательства по договору поручительства сохраняются.

В качестве одного из оснований встречного иска ФИО1 заявлено о недействительности уведомлений Банка от 14 августа 2020 года и от 19 августа 2020 года об одностороннем расторжении соглашений об отступном, в связи с отсутствием в тексте соглашения об отступном права Банка на его одностороннее расторжение.

В настоящее время вопрос о действительности уведомлений Банка от об одностороннем расторжении соглашений об отступном является предметом двух исковых заявлений АО ПО «Монтажник» и рассматривается в Арбитражном суде Челябинской области по делам № А76-34194/2020 и А76-31697/2020, указанный вопрос не является предметом предъявленного встречного искового заявления.

В соответствии с п.1.5. Договора поручительства изменение обязательств АО ПО «Монтажник» не прекращает поручительство.

Таким образом, независимо от вопроса о действительности уведомлений Банка об одностороннем расторжении соглашений об отступном условия, предусмотренные действующим законодательством для прекращения обязательства по договору поручительства, не наступили. Обязательство по договору поручительства могут прекратиться лишь в случае исполнения обязательств по возврату задолженности по кредитному договору № <данные изъяты>.

Таким образом, встречное требование ответчика ФИО1 о признании прекращённым поручительства, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Банк просит взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. Понесенные расходы подтверждены документально (том 1 л.д. 10-11). В связи с тем, что исковые требования истца удовлетворены в полном объеме, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 60 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 98, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) к ФИО1 о взыскании задолженности с поручителя удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) задолженность по кредитному соглашению № <данные изъяты> от 25 июля 2019 года, заключенному между «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) и акционерным обществом «Производственное объединение «Монтажник», в размере 121 327 815,2 руб., в том числе:

-основной долг – 119 999 947,2 руб.;

-проценты за период 21 июня 2020 года по 31 июля 2020 года – 1 327 868 руб., в возмещение расходов по уплате госпошлины – 60 000 руб., а всего взыскать 121 387 815 (сто двадцать один миллион триста восемьдесят семь тысяч восемьсот пятнадцать) руб. 20 коп.

В удовлетворении встречного иска ФИО1 к «Кредит Урал Банк» (акционерное общество) о признании поручительства прекращенным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий

Мотивированное решение принято 14 декабря 2020 года.