Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, третье лицо – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области о признании договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с указанным иском, сославшись в его обоснование на то, что 07 февраля 2020 года заключила с ФИО3 договор дарения, на основании которого в собственность ответчика перешли жилой дом площадью 15, 3 кв.м. и земельный участок площадью 603 кв.м. по адресу: <адрес>.

Ранее истица составила завещание от 24 января 2017 года, завещав указанное недвижимое имущество в равных долях своей дочери ФИО6 и внуку ФИО3

В начале 2020 года ФИО3 убедил истицу, что намерен строить на участке жилой дом, проживать в нем, оказывать ФИО2 финансовую и иную помощь, для чего следует переоформить завещание на него. При этом к нотариусу, как сообщил ответчик, идти нет необходимости и все документы можно оформить в МФЦ.

Согласно позиции ФИО2, ответчик представил ей на подпись документы, при этом она была уверена, что подписывает завещание с условием, что ответчик будет содержать её.

В августе 2021 года, приехав на участок, истица обнаружила объявление о его продаже, после чего позвонила ФИО3, который сообщил, что продает недвижимость, так как нуждается в деньгах.

Указывая на то, что не имела намерения дарить ответчику принадлежащую ей недвижимость по <адрес>, была убеждена, что взамен будет получать материальную помощь, а также на то, что сделка была заключена под влиянием обмана, заблуждения и является притворной, ФИО2 просила суд признать договор дарения недвижимого имущества от 07 февраля 2019 года недействительным, применить последствия его недействительности, прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок и жилой дом по указанному адресу.

В судебное заседание ФИО2 не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, на удовлетворении исковых требований настаивала, ссылаясь на приведенные в иске основания.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, сведений об уважительности причин своей неявки суду не представил, с ходатайством об отложении судебного разбирательства не обращался.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на то, что договор был заключен по инициативе истицы и является безвозмездным.

Представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, извещенных надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в порядке статьи 167 ГПК РФ.

Выслушав позицию представителей спорящих сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 07 февраля 2020 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО2, выступающая в качестве дарителя, подарила своему внуку ФИО3 жилой дом площадью 15, 3 кв.м и земельный участок площадью 603 кв.м. по адресу: <адрес>.

Согласно копиям регистрационного дела, представленным на запрос суда, переход прав собственности на данное имущество был зарегистрирован в ЕГРН 12 февраля 2020 года. При этом с заявлением о государственной регистрации ФИО2 обращалась лично, также самостоятельно получив в марте 2020 года оригинал договора дарения.

Кроме того, из материалов регистрационного дела следует, что 29 декабря 2019 года между сторонами по делу также был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО2 подарила ФИО3 2/3 доли в праве на земельный участок по <адрес> и жилой дом. Впоследствии участники указанной сделки обратились в заявлением об отказе от государственной регистрации перехода права собственности.

Оспаривая действительность договора дарения от 15 февраля 2020 года, ФИО2 при обращении в суд и её представитель в ходе рассмотрения дела ссылались на то, что заблуждалась относительно правовой природы сделки, полагала, что подписывает завещание с условием ее пожизненного содержания или договор ренты. Согласно позиции истца, договор дарения заключен под влиянием обмана со стороны ответчика, который обещал построить дом, проживать в нем с ФИО2, и, кроме того, является притворной сделкой, в действительности прикрывающей договор ренты.

В силу статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из смысла приведенной нормы материального права, притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную, совершаемую для вида, и сделку, в действительности совершаемую сторонами. При этом заключенная между сторонами сделка совершается лишь для вида и направлена на достижение других правовых последствий, прикрывая тем самым иную волю всех участников сделки. Применительно к изложенному, юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного основания иска является установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Поскольку притворная сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей её притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой.

В силу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 178 ГК РФ).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно п. 3 статьи 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Заблуждение может возникнуть по вине самого заблуждающегося, по причинам, зависящим от другой стороны или третьих лиц, а также от иных обстоятельств. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

С учетом руководящих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, отраженных в Постановлении Пленума от 23.06.2015 N 25
"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В силу ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая решение по делу, суд исходит из того, что совокупность представленных по делу доказательств, в том числе, объяснений представителей сторон, письменных доказательств, в частности, содержащихся в регистрационном деле, не позволяет сделать вывод о доказанности обстоятельств, свидетельствующих о совершении ФИО2 договора дарения с пороком воли.

При этом суд учитывает, что собственноручное подписание договора дарения от 07 февраля 2020 года истица в рамках рассмотрения дела не оспаривала, а факт её обращения территориальный орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, и получение оригинала договора дарения в марте 2020 года, то есть после регистрации перехода права собственности, с достоверностью подтверждается материалами регистрационного дела, представленными на запрос суда.

Кроме того, суд учитывает, что форма и содержание сделки соответствуют требованиям действующего законодательства, условия договора детально согласованы и исполнены – право собственности ФИО3 на основании заявления самого дарителя зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Убедительных доказательств того, что воля истца при подписании договора была сформирована неправильно, искажена под влиянием заблуждения относительно существенных юридически значимых обстоятельств или обмана со стороны ФИО3, а волеизъявление повлекло явно иные правовые последствия, нежели те, которые истица действительно имела в виду, суду не представлено, как не представлено и доказательств, подтверждающих возмездный характер договора дарения либо наличие обстоятельств, свидетельствующих о притворности данной сделки.

Суммируя изложенное, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований, полагая недоказанными обстоятельства, обосновывающие иск.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению ответчика либо по инициативе судьи или суда.В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Принимая во внимание, что в рамках слушания дела по ходатайству истца судом были приняты меры по обеспечению иска посредством запрещения Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области совершать регистрационные действия в отношении земельного участка и жилого дома по <адрес>, а также учитывая аргументированные выше выводы об отсутствии оснований для удовлетворения иска, суд, основываясь на требованиях указанной нормы процессуального права, полагает возможным отменить обеспечение иска.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Гаврильченко Д,С., третье лицо – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области о признании договора недействительным оставить без удовлетворения.

Меры, принятые определением судьи Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 сентября 2021 года в виде запрещения Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области совершать регистрационные действия в отношении земельного участка с КН № и жилого дома с КН № по <адрес> отменить.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья:

Текст мотивированного решения изготовлен 26 ноября 2021 года.