Гражданский кодекс часть 1

председательствующего судьи Белоусовой О.С., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика (по устному ходатайству) ФИО3,

при секретаре Романской О.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании убытков, государственной пошлины,

у с т а н о в и л:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании убытков, государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований указав, что в 2014 г. ФИО8 была приобретена кофемашина «Franke, стоимость которой составляла 172 000 рублей. Данная кофемашина использовалась для совместного с ФИО2 бизнеса по продаже кофе, но вскоре работа с ответчиком была прекращена, но кофемашина осталась у ответчика, который продолжал ее использовать в коммерческих целях. В марте 2019 года кофемашина была возвращена ответчиком после обращения в правоохранительные органы. В результате осмотра аппарата установлено, что машина находится в повреждённом состоянии, требуются ремонтные работы. Износ оборудования составляет 80 %. По мнению истца, действиями ответчика причинен убыток в сумме 137 600 рублей, что составляет 80 % от стоимости кофемашины. Просит взыскать с ФИО2 убыток в размере 137 600 рублей, сумму государственной пошлины 3 952, 00 рублей.

В судебное заседание истец не явился, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с законом, в том числе, через своего представителя, действующего на основании доверенности. Руководствуясь положениями статьи 167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала, пояснив, что с 2014 г. кофемашина находилась во владении и пользовании ответчика, истец не заявляет требования о возмещении ущерба в смысле восстановительного ремонта, он просит взыскать в свою пользу процент износа, который установлен в 80 %, что из стоимости товара составляет 137 600 рублей. В настоящее время кофемашина не может быть представлена на экспертизу, поскольку она была продана истцом, доказательства тому, что ремонт кофемашины превышал её стоимость, материалы дела содержат, как и содержат доказательства эксплуатации кофемашины ответчиком для своих нужд. Настаивает на удовлетворении заявленных требований.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, полагая, что истец злоупотребляет своими правами. Действительно, в 2013 году был открыт совместный бизнес, машина ФИО8 была переоборудована под передвижной магазин по продаже кофе, истец приобрел кофемашину на своё имя, но денежные средства вкладывались общие на совместный бизнес. После того, как в 2014 году они перестали вести совместный бизнес, кофемашина стояла сначала в машине истца, потом в квартире ответчика, по назначению не использовалась. Никаких требований о передаче кофемашины, истец не заявлял до 2019 г., подав заявление в полицию. По результатам проверки, кофемашина была передана через должностное лицо в исправном состоянии, доказательств тому, что кофемашина была в нерабочем состоянии, требовался дорогостоящий ремонт, материалы дела не содержат, проверить данный факт в настоящее время невозможно. Просит отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика (по устному ходатайству) ФИО3, исковые требования не признал, полагая, что истцом не доказан факт неисправности кофемашины, полученной им в исправном состоянии в 2019 году, он проявляет злоупотребление правом, не сохранив кофемашину и не проведя экспертизу для возможности установить достоверность доводов. Представленные доказательства не могут быть приняты в качестве допустимых, поскольку они заверены юридическим лицом, представлены в 2022 году, в том время, как юридическое лицо ликвидировано в 2021 году. Кроме того, имеются только справки, доказательств тому, что каким-то образом производилась фиксация при осмотре показаний учета количества, фиксация повреждений и стоимость восстановительного ремонта, не представлено, как и не представлено доказательств самому факту поломки кофемашины ввиду действий ответчика. Просит отказать в удовлетворении иска.

Выслушав стороны, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему:

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского права лица вправе самостоятельно распоряжаться своими правами и средствами их защиты (статьи 1, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений части 1 статьи 3 и части 1 статьи 4 ГПК РФ условием реализации права на судебную защиту является допущенное нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

Согласно статье 3 ГПК РФ, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебной защите подлежат нарушенные либо оспариваемые права.

Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца, а выбранный истцом способ защиты направлен на восстановление нарушенных прав истца.

Лицо, полагающее свои права нарушенными, может избрать любой из приведенных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способ защиты либо иной, предусмотренный законом, который бы обеспечил восстановление этих права.

Выбор способа защиты нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права.

Исходя из положений ст. 15 гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было бы нарушено.

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно части 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, бремя доказывания отсутствия вины лежит на причинителе вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 12 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение установленных требований, стороной истца не доказан факт причинения вреда в связи с повреждением имущества виновными действиями (бездействием) ответчика при указанных им обстоятельствах, как и не доказано наличие убытков.

Как следует из материалов дела и установлено судом, кофеварка «Franke» приобретена ФИО8 по цене 172 000 рублей, что следует из квитанций к приходным кассовым ордерам от ДД.ММ.ГГГГ№, от ДД.ММ.ГГГГ№.

Данные обстоятельства, в том числе, приобретение ФИО8 кофеварки для совместного с ответчиком ФИО2 ведения бизнеса, вложение обеими сторонами денежных средств для ведения бизнеса, не оспариваются сторонами, как и не оспаривается сторонами факт того, что совместный бизнес прекращен в конце 2014 года.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что с момента прекращения совместного бизнеса в 2014 году, истец предъявлял требования к ответчику о возврате ему кофеварки, как и не содержит сведений о том, что ответчик удерживал у себя кофеварку с указанного периода, уклоняясь от её возврата.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Пункт 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ содержит запрет на осуществление действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При таких обстоятельствах добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В рамках рассматриваемого дела, требование о возмещение убытков в виде износа оборудования на 80%, предъявленные истцом по истечении 8 лет со дня прекращения общего бизнеса, при том, что в 2019 г. кофемашина была реализована истцом без подтверждения фактического состояния, подпадают под определение недобросовестного поведения стороной истца.

Недобросовестное поведение истца прослеживается из материалов дела, поскольку, ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на то, что истцу было известно о месте нахождения кофеварки, он обращается с заведомо необоснованным заявлением о хищении, при этом, указав на хищение имущества именно ФИО2, с которым он вел совместный бизнес, т.е. на дату обращения, истцу было известно о том, что кофеварка не похищена и находится у ФИО2

По результатам анализа материалов дела с учетом объяснений сторон, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о незаконном владении имуществом ответчиком ФИО2, уже при обращении в правоохранительные органы, не отвечали добросовестности поведения, поскольку факта незаконного владения имуществом ответчиком ФИО2, не усматривалось, не установлено данных фактов и в результате проверки проведенной правоохранительными органами, кофемашиной ответчик пользовался на законном основании, при условии, что ФИО8 предоставил данное имущество для совместного ведения бизнеса в 2013 г. и в установленном законом порядке данное имущество с указанного времени не истребовал из чужого владения, соответственно, и суждения истца о возможности возмещения с ответчика убытков в виде процента износа имущества, несостоятельны.

Данные факты добровольной передачи в пользование для извлечения прибыли ответчику стороной истца имущества, подтверждаются и объяснениями сторон, данных в период проверки ОП № СУ УМВД России по <адрес>.

Фактов уклонения, удержания кофеварки стороной ответчика, уклонений от её возврата истцу в период с 2014 г. по дату возврата в период проведения проверки, не усматривается из материалов дела, при том, что сторона истца подтвердила отсутствие письменных претензий ответчику с требованием вернуть имущество.

Согласно материалам проверки, а именно объяснениям ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО8 возник конфликт по причине разногласий в бизнесе, в связи тем, что ФИО2 было вложено больше денежных средств в развитие бизнеса, последний забрал кофеварку, до момента пока ФИО2 не вернет ему 100 000 рублей, т.е. усматривается гражданско-правовой спор относительно вложений сторон в совместную предпринимательскую деятельность.

Согласно расписке от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 была возвращена кофемашина полученная от начальника дознания ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ постановлением отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием признаков состава преступления.

Согласно акту сервисной службы ООО «Кофе-центр» от ДД.ММ.ГГГГ в результате осмотра установлено, что оборудованию требуется замена жерновов кофемолки левой и правой, профессиональная чистка гидросистемы-декальцинация бойлера с полной разборкой, а также разборкой молочной системы, чистка всех каналов. Указанные недостатки составляют 80% износа.

Только ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по истечении более двух лет с даты получения кофеварки, реализовав кофемашину третьим лицам, в адрес ответчика была направлена претензия о возмещении убытков в связи с 80 % износом кофемашины.

При этом, доказательств тому, что в период эксплуатации кофемашины ответчиком, оборудование было изношено на 80 %, материалы дела не содержат, как и не содержат доказательств, подтверждающих отсутствие износа либо процент износа на дату окончания совместного ведения предпринимательской деятельности сторонами.

Доводы стороны истца о том, что очевидно с даты покупки кофемашины до окончания ведения совместного бизнеса, износ не мог составлять 80%, отклоняются судом, поскольку для целей возмещения убытков в виде возмещения износа оборудования, подлежат стороной истца доказыванию не только фактический износ на дату предъявления требований, но и отсутствие износа при начале осуществления эксплуатации оборудования, установление процента износа на дату окончания совместного бизнеса, чего в данном случае, стороной истца не доказано, как и не доказано неработоспособность оборудования в период его реализации ДД.ММ.ГГГГ, при том, что кофемашина ДД.ММ.ГГГГ (дата получения имущества) не осматривалась истцом (фиксировалось работоспособное состояние), находилась в его владении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (дата продажи) более трех месяцев, что не исключает возможность повреждения после получения имущества истцом.

Осмотр имущества ДД.ММ.ГГГГ также проводился в отсутствие ответчика, доказательств его приглашения на осмотр, материалы дела не содержат.

Исходя из доводов истца, износ и потеря стоимости имущества, причиненного в результате противоправного поведения ответчика, являются реальным ущербом, а именно повреждением имущества, утратой его функциональных характеристик, потребительских свойств.

В нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, истцом не доказан размер убытков (реального ущерба), поскольку в обоснование представлены только документы о продаже имущества, без подтверждения износа в период с начала осуществления совместной эксплуатации, а также, с момента прекращения совместной эксплуатации для ведения бизнеса до передачи кофемашины, при том, что незаконное пользование кофемашиной с момента прекращения ведения совместного бизнеса по продаже кофе, со стороны ответчика не установлено, учитывая, что имущество было передано истцом добровольно и использовалось ответчиком с согласия истца.

Как указывалось выше, доказательств, свидетельствующих о незаконности использования ответчиком имуществом, принадлежащим истцу, материалы дела не содержат, что исключает деликтную ответственность и выводы о противоправности поведения ответчика по пользованию имуществом после прекращения совместного ведения предпринимательской деятельности при условии длительности не предъявления требований истца (с 2014 по 2019).

Оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ, представленные стороной истца доказательства, суд не принимает доказательства, представленные стороной истца в виде накладной №, поскольку данная накладная составлена и подписана ДД.ММ.ГГГГ, проставлена печать ликвидированной ДД.ММ.ГГГГ организации ООО «Кофе-Центр», т.е. организации, прекратившей свою деятельность, что исключает принятие доказательств в качестве допустимых и ставит под сомнение их наличие на дату обращения истца в 2019 г.

Факт продажи истцом оборудование за 19 500 рублей – ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в расходном кассовом ордере, не является подтверждающим доказательством убытков, а свидетельствует о свободном распоряжении собственником своим имуществом, предоставленными положениями гражданского законодательства.

Не принимаются в качестве допустимых доказательств и сведения, представленные ИП ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ о показаниях счетчиков напитков кофемашины, учитывая, что каких-либо подтверждающих актов о том, что ИП ФИО7 принимал участие в снятиях показаний счетчиков, участвовал в осмотре кофемашины, материалы дела не содержат.

Оценивая представленные истцом доказательства о техническом обслуживании кофемашины от ДД.ММ.ГГГГДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, как и документы о стоимости ремонта, судом учитывается, что данные доказательства являются недопустимыми по смыслу положений гражданского процессуального законодательства, учитывая, что удостоверены копии печатью ликвидированной ДД.ММ.ГГГГ организации ООО «Кофе-центр», между тем, как с момента ликвидации правоспособность юридического лица (ст.49 ГК РФ) утрачивается, возможность участия в гражданском обороте после ликвидации, действующими положениями законодательства, не предусмотрено.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку истец самостоятельно передал ответчику кофемашину для целей осуществления совместной предпринимательской деятельности с извлечением общей для сторон прибыли, что исключает суждение о неправомерности владения и пользования имуществом истца, и, соответственно, выводов о причинении истцу убытков в результате незаконного владения и пользования имуществом, при том, что после возникновения конфликта и прекращения совместной деятельности в 2014 г., зная о возможности негативных последствий, при наличии информации о нахождении имущества у ответчика, истец не проявил с 2014 года должной осмотрительности и заботливости и не предпринимал мер, направленных на истребование имущества из владения ответчика, а после получения имущества в 2019 г. произвел его отчуждение, предъявив требования по истечении двух лет, не сохранив имущество в наличии, т.е. умышленно допустил наступления неблагоприятных для ответчика последствий и невозможности оценки фактического состояния имущества на дату его отчуждения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении искового заявления ФИО4 к ФИО2 о взыскании убытков, государственной пошлины, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Дата составления мотивированного решения 17.10.2022 г.

Судья О.С.Белоусова