Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 в лице законного представителя ФИО6 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, и встречному иску ФИО5 в лице законного представителя ФИО6 к ФИО4 о вселении в жилое помещение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 в лице законного представителя ФИО7 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г.Владивосток, <адрес>, снятии с регистрационного учета. В обоснование иска указал, что является собственником указанного жилого помещения на основании договора дарения. В квартире зарегистрирован ФИО5, который членом его семьи не является, фактически по месту своей регистрации не проживает с 2015 года, участия в оплате квартиры и коммунальных услуг не принимает.

ФИО5 в лице законного представителя ФИО7 (ФИО8) обратился в суд со встречным иском к ФИО4 о вселении в квартиру, расположенную по адресу: г.Владивосток, <адрес>. В обоснование иска указал, что в спорном жилом помещении зарегистрирован с 16.06.2014, как член семьи собственника – своего отца – ФИО1, который на тот момент времени являлся собственником жилого помещения. Спорное жилое помещение 13.06.2014 было подарено его отцом (ФИО1) своей матери ФИО2. В 2016 году ФИО2 подарила квартиру своему внуку ФИО4 В договоре дарения прямо предусмотрено, что он (истец по встречному иску) зарегистрирован и сохраняет право проживания в квартире. Заочным решением Ленинского районного суда г.Владивостока от 23.09.2015 его мать – ФИО7 была признана утратившей право пользования квартирой, расположенной по адресу: г.Владивосток, <адрес>. На тот момент ему было 6 лет, проживать с отцом по адресу спорной квартиры не представлялось возможным, поскольку его отец вел асоциальный образ жизни, злоупотреблял спиртными напитками. После принудительного выселения в квартире были поменяны замки, доступ для него и его матери был закрыт. Поскольку он был социализирован по этому району города, законный представитель (мать) была вынуждена снять жилье по адресу: г.Владивосток, <адрес> для сохранения приписки к поликлинике и средней общеобразовательной школе. 19.05.2020 ФИО1 (отец истца) умер, в связи с чем, его мать обратилась к ФИО2 с просьбой разрешить проживание по адресу спорной квартиры, на что получила отказ со ссылкой на то, что квартира должна приносить доход, то есть будет сдаваться в аренду. Он (истец), а также его законный представитель другого жилья на праве собственности не имеют, вселиться в спорную квартиру не могут ввиду наличия конфликта. Полагает, что в настоящее время актуальным стало реализовать право на вселение и проживание в спорной квартире.

В судебном заседании представитель истца, действующая на основании доверенности – ФИО9, исковые требования о признании ответчика ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением поддержала, встречный иск ФИО5 в лице законного представителя ФИО8 не признала. В обоснование иска указала, что ответчик был зарегистрирован в спорной квартире в несовершеннолетнем возрасте в силу закона, поскольку в ней были зарегистрированы его законные представители. В 2014 году ФИО1 подарил квартиру по адресу: г.Владивосток, <адрес> своей матери ФИО2 В договоре было предусмотрено, что даритель сохраняет право пользования квартирой, а ФИО7 будет снята с регистрационного учета в установленном порядке. В 2015 году ФИО7 была выселена из квартиры в судебном порядке. С этого времени она вместе с сыном ФИО5 в спорной квартире не проживает, бремя её содержания не несет, попыток вселения не предпринимала. В последующем, а именно 06.02.2016, ФИО2 подарила спорную квартиру своему внуку ФИО4 Несмотря на то, что ФИО4 и ФИО5 являются братьями по отцу, общение они не поддерживают, членами семьи не являются. В договоре дарения оговорено, что в квартире зарегистрированы и сохраняют право пользования ФИО1 и ФИО5 Договор был составлен юристом, в тот период времени Управление Росреестра предъявляло именно такие требования к договору дарения в том случае, если в отчуждаемом объекте был кто-то зарегистрирован. Подписывая данный договор, ФИО2 полагала, что ФИО5 будет снят с регистрационного учета по адресу спорной квартиры. В 2021 году между сторонами договора дарения было подписано дополнительное соглашение, которое демонстрирует реальную волю сторон при заключении договора дарения. Стороны решили признать пункт 11 договора недействующим и изложить его в редакции, где ФИО5 не сохраняет право постоянно или временно проживающего лица. Стороны имели намерение зарегистрировать дополнительное соглашение в Управлении Росреестра, но им в этом было отказано. ФИО5 имел право пользования квартирой производное от права своих законных представителей. Отец ФИО5 умер в 2020 году, мать ФИО5 выселена из спорной квартиры, создала новую семью. ФИО5 членом семьи нового собственника не является, следовательно, утратил право пользования спорной квартирой. Считает, что иск о вселении не может быть удовлетворен по основаниям, изложенным в первоначальном иске, а также в силу того, что ФИО5 является несовершеннолетним, в настоящее время не может проживать самостоятельно. Вселение его матери в спорную квартиру без согласия собственника в силу закона невозможно.

В судебном заседании законный представитель ФИО5 – ФИО6 иск о признании ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением не признала, встречный иск о вселении поддержала. Пояснила, что ФИО5 был вселен в квартиру на законных основаниях, как член семьи собственника жилого помещения. Поскольку семья распалась, она вынуждена была выехать из спорного жилого помещения вместе с сыном, который в силу своего малолетнего возраста не мог самостоятельно реализовать свои жилищные права. В настоящее время она вынуждена снимать жилье, просит встречный иск удовлетворить.

Представитель ФИО6 и ФИО5, действующий на основании ордера – адвокат Мамонов В.А., в судебном заседании иск о признании утратившим право пользования жилым помещением не признал, встречный иск о вселении поддержал. Считает, что дополнительное соглашение к договору дарения от 14.07.2021 не имеет юридической силы, поскольку договор дарения от 06.02.2016 исполнен. ФИО5 не может быть признан утратившим право пользования спорным жилым помещением, поскольку возникновение права пользования жилым помещением для несовершеннолетних является производным от права пользования их родителей. Место жительства малолетнего ФИО5 в спорной квартире было определено его законными представителя, т.е. родителями, по месту жительства отца, который на тот момент своего права пользования этим жилым помещением не утратил. После распада семьи в силу своего возраста самостоятельно реализовать свои права не мог.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении слушания дела не ходатайствовал.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца при участии его представителя, полномочия которого оформлены надлежащим образом.

Выслушав пояснения сторон, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего исковые требования, как первоначальные, так и встречные, не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: г.Владивосток, <адрес>, на основании договора дарения от 06.02.2016 (л.д. 6-7).

Согласно указанному договору ФИО2 подарила квартиру по адресу: г.Владивосток, <адрес> ФИО4

В пункте 11 договора дарения от 06.02.2016 указано, что Даритель сообщил Одаряемому, что в указанной квартире зарегистрирован и сохраняет право проживания ФИО1 и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

14.07.2021 ФИО2 и ФИО4 заключили дополнительное соглашение к договору дарения от 06.02.2016, из которого следует, что пункт 11 договора дарения стороны договорились считать не действующим, и изложили его в новой редакции: «…Даритель сообщил Одаряемому, что в указанной квартире зарегистрирован ФИО1, ФИО5. ФИО1, ФИО5 не сохраняют право постоянно или временно проживающих лиц, имеющих право пользоваться Квартирой в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации» (л.д. 8).

Согласно выписке из формы 10 в квартире по адресу: г.Владивосток, <адрес> зарегистрирован брат собственника квартиры - ФИО5 с 16.06.2014 (л.д. 9). Ранее в квартире были также зарегистрированы ФИО1 (снят с учета 19.05.2020 в связи со смертью), ФИО7, ФИО2

Из материалов дела следует, что спорная квартира по адресу: г.Владивосток, <адрес> на основании договора на передачу квартир (домов) в собственность граждан от 14.08.2007 принадлежала ФИО1, который 13.05.2014 подарил её ФИО2 (л.д. 58).

В пункте 11 договора дарения от 13.05.2014 указано, что Даритель сообщил Одаряемому, что в указанной квартире зарегистрирован и сохраняет право проживания ФИО1, а также зарегистрирована ФИО7, которая будет снята с регистрационного учета в предусмотренном законом порядке.

Заочным решением Ленинского районного суда г.Владивостока от 23.09.2015 по иску ФИО2 ФИО7 была признана утратившей право пользования жилым помещением по адресу: г.Владивосток, <адрес>. Из решения следует, что семейные отношения между сыном ФИО2 – ФИО1 и ФИО7 прекращены 13.10.2014, что подтверждается свидетельством о расторжении брака. ФИО7 в квартире не проживает, коммунальные услуги не оплачивает, в добровольном порядке выселяться не желает. Решение вступило в законную силу.

ФИО1 и ФИО7 являются родителями ФИО5 (л.д. 93).

После заключения брака с ФИО3 ФИО7 присвоена фамилия «Чурикова» (л.д. 92).

Таким образом, на момент регистрации ФИО5 в квартире по адресу: г.Владивосток, <адрес>, его родители были зарегистрированы и имели право пользования указанной квартирой, что отражено в договоре дарения от 13.05.2014, и с чем стороны договора были согласны.

В соответствии с п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Пунктом 2 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как установлено судом, пункт 11 договора дарения от 06.02.2016 предусматривает условие о том, что в квартире по адресу: г.Владивосток, <адрес> зарегистрирован и сохраняет право проживания ФИО1 и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Таким образом, заключая договор дарения, в котором содержится указание на проживание в спорном жилом помещении ответчика и на сохранение им права пользования квартирой, ФИО4 согласился, как одаряемый, с условиями договора, и не воспользовался своим правом на отказ принять дар с обременением в виде сохранения права пользования квартирой ФИО5

В судебном заседании ФИО2 была допрошена в качестве свидетеля, и суду пояснила, что она приходится ФИО4 бабушкой. Помнит обстоятельства заключения договора дарения от 06.02.2016. Договор был ею прочтен, подписан сторонами, но она полагала, что ФИО5 можно будет снять с регистрационного учета в судебном порядке. С бывшей невесткой и внуком она не общается, членами своей семьи не считает. В квартире по адресу: г.Владивосток, <адрес> проживают дальние родственники. Но поскольку она свою квартиру подарила внучке, то, возможно, переедет туда.

Суд считает, что дополнительное соглашение к договору дарения от 06.02.2016, подписанное ФИО2 и ФИО4 14.07.2021, не имеет юридической силы, поскольку на дату подписания дополнительного соглашения договор дарения был исполнен, дар принят ФИО4, право собственности на квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке, в связи с чем, изменение его условий недопустимо.

Что касается доводов истца ФИО4 в обоснование требований о признании ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением, в частности, о прекращении семейных отношений с ответчиком, о не проживании ответчика в спорном жилом помещении длительное время, добровольном выезде из него, отсутствии попыток вселиться, то суд их признает не состоятельными в силу следующего.

Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

При этом, учитывая положения части 1 статьи 31 ЖК РФ, следует иметь в виду, что поскольку ведение общего хозяйства между собственником жилого помещения и лицом, вселенным им в данное жилое помещение, не является обязательным условием признания его членом семьи собственника жилого помещения, то и отсутствие ведения общего хозяйства собственником жилого помещения с указанным лицом либо прекращение ими ведения общего хозяйства (например, по взаимному согласию) само по себе не может свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения. Данное обстоятельство должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами по делу (статья 67 ГПК РФ).

Из разъяснений, изложенных в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" следует, что в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации об ответственности родителей за воспитание и развитие своих детей, их обязанности заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка (пункт 1 статьи 55, пункт 1 статьи 63 СК РФ), в том числе на жилищные права. Поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего в жилом помещении, находящемся в собственности одного из родителей, не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением в контексте правил части 4 статьи 31 ЖК РФ.

Законодательство Российской Федерации, в том числе правовая норма, закрепленная в статье 20 ГК РФ, предусматривает право несовершеннолетних детей по пользованию жилым помещением, осуществление которого (право пользования) гарантируется и обеспечивается от имени и в интересах несовершеннолетних их родителями либо иными законными представителями.

По смыслу вышеуказанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение и проживание.

На основании изложенного, у суда не имеется оснований для удовлетворения первоначального иска ФИО4 к ФИО5 о признании утратившим право пользования жилым помещением.

В то же время у суда нет оснований для удовлетворения встречного иска ФИО5 к ФИО4 о вселении в квартиру по адресу: г.Владивосток, <адрес>.

В силу п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Судом установлено, что законный представитель ФИО5 проживает по договору найма жилого помещения по адресу: г.Владивосток, <адрес>. Квартира передана нанимателю ФИО7 и ФИО5 во временное возмездное владение и пользование для проживания (л.д. 105).

ФИО5, являясь несовершеннолетним, в силу своего возраста, самостоятельно реализовать свое право пользования спорной квартирой, в том числе и путем вселения в нее, не может. Невозможность вселения ФИО5 в спорную квартиру обусловлена также невозможностью проживания в ней его матери, в связи с отсутствием согласия собственника жилого помещения.

При этом ФИО5 сохраняет право пользования спорным жилым помещением и может распорядиться своим правом по достижении совершеннолетия.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО5 в лице законного представителя ФИО6 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г.Владивосток, <адрес>, снятии с регистрационного учета, – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО5 в лице законного представителя ФИО6 к ФИО4 о вселении в жилое помещение, расположенное по адресу: г.Владивосток, <адрес>, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Ленинский районной суд г.Владивостока в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 07.04.2022.

Судья С.А. Юлбарисова