Гражданский кодекс часть 1

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2 (доверенность от 21.08.2017, л.д.114), ответчика ФИО3,, представителя ответчика ФИО4 (доверенность от 24.03.2017, л.д.184), представителя третьего лица АО «Трансэнерго» ФИО2 (доверенность от 21.01.2017, л.д.121),

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о защите деловой репутации и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда в сумме 10000 руб. (л.д.3-8).

С учетом окончательной редакции исковых требований (л.д.167), истец просит суд признать не соответствующими действительности, порочащими деловую репутацию истца сведения, изложенные ответчиком 07.11.2016 в сети Интернет на сайте «Вега-Интернет», по электронному адресу <данные изъяты>, а именно: «<данные изъяты>».

Истец просит возложить на ответчика обязанность в течение трех рабочих дней, с момента вступления в силу решения суда, опубликовать в сети Интернет по электронному адресу forum.vega-int.ru раздел «Тематические»/ «Снежинск»/ОАО «Трансэнерго»/» Трансэнерго это» соответствующее опровержение, содержащее указание на то, что указанная информация не соответствует действительности, порочит деловую репутацию истца. Также истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 11000 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины, по оплате специалиста-лингвиста в размере 5000 руб. (л.д.167).

В обоснование иска истец указал, что вышеуказанные сведенья, изложенные ответчиком 07.11.2016 в сети Интернет на сайте «Вега-Интернет», не соответствуют действительности, порочат деловую репутацию истца, поскольку содержат утверждения о нарушении истцом, как начальником участка АО «Трансэнерго» действующего законодательства, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности. Истец прошел обучение на предмет соблюдения требований промышленной безопасности на подъемных сооружениях в 2009 году.

Вышеуказанное утверждение, по мнению истца, негативно влияет на оценку неограниченным кругом лиц профессиональной, предпринимательской производственно-хозяйственной деятельности АО «Трансэнерго», а также деятельности истца, как работника данного общества, следовательно, порочит деловую репутацию последнего.

В обоснование иска ФИО1 представил лингвистическое исследование спорного текста, проведенное специалистом (доцентом кафедры русского языка и литературы ФГАОУ ВО «ЮУрГУ (НИУ), кандидатом филологических наук) автономной некоммерческой организации «Наш эксперт» ФИО5, согласно которому спорная информация в отношении истца имеет форму утверждения о факте.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 (доверенность от 21.08.2017, л.д.114), поддержали вышеуказанные исковые требования, пояснив, что в соответствии с протоколом №7 заседания аттестационной комиссии ОАО «Трансэнерго» от 03.04.2014 в отношении работников данного общества, в частности ФИО1 (начальника участка цеха №308), была проведена проверка знаний по промышленной безопасности в объеме, соответствующем должностным обязанностям, однако, соответствующего удостоверения истцу не выдавалось, поскольку этого не требуется. Приказом ОАО «Трансэнерго» от 18.11.2015 ФИО1 (начальник участка по ремонту котельного оборудования) был назначен специалистом, ответственным за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений (подъемников (вышек) по цеху №.

ФИО1 пояснил, что в связи с распространением ответчиком указанных сведений о нем, он не спал ночами, переживал, поскольку об указанных распространенных сведениях стало известно работникам цеха, руководству, которые знали о наличии у него соответствующего допуска. Полагает, что указанные действия со стороны ответчика подорвали его деловую репутацию.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО4 (доверенность от 24.03.2017, л.д.184), в судебном заседании исковые требования не признали, представили письменные объяснения (л.д.187-189), возражения на иск (л.д.190-198), пояснив, что спорные сведения, изложенные на сайте, не порочат деловую репутацию истца, которая у последнего отсутствует. Полагают, что предоставленное истцом лингвистическое исследование спорного текста является недопустимым доказательством, поскольку в данном тексте при исследовании специалист приводит нецензурные слова.

Ответчик и его представитель пояснили, что спорные сведения в отношении работника АО «Трансэнерго» ФИО1 были изложены в рамках описания нарушения действующего законодательства, имевшего место, по мнению ответчика, в АО «Трансэнерго», что было, в частности установлено и решениями Снежинского городского суда. Спорные сведения в отношении истца, относительно отсутствия документов об обучении истца в части руководства грузоподъемными работами были изложены, поскольку у последнего отсутствует соответствующее удостоверение, в то время когда данное удостоверение имеется у мастера цеха 308 ФИО7. При этом, спорный текст носит предположительных характер. Представитель ответчика, ранее работавший в указанном цехе, неоднократно просил ФИО1 предоставить ему соответствующее удостоверение, что последним сделано не было, пояснений не дано, что давало возможность полагать об отсутствии данного удостоверения. Ранее ФИО1 привлекался к административной ответственности за нарушение трудового законодательства, судебными решениями зафиксировано нарушение трудовых прав в отношении работника ФИО4, которому начальник участка ФИО1 не предоставлял работу, полагают, что у истца отсутствует деловая репутация, последний не предоставил доказательств причинения морального вреда указанными сведениями.

Представитель третьего лица АО «Трансэнерго» ФИО2 (доверенность от 21.01.2017, л.д.121) пояснила, что указанный спор оставляет на усмотрение суда.

Заслушав объяснения и доводы сторон, представителя ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, суд полагает, что исковые требования ФИО1 не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации гарантируется право каждого на свободу мнения либо убеждения.

Вместе с тем, данная свобода не дает права на нарушение прав, свобод и законных интересов иных лиц.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ст. 17 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, защиту своей чести и доброго имени.

В соответствии со ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7, п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен. Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или его деловую репутацию.

При этом судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. 130 УК РФ, ст.ст. 150, 151 ГК РФ).

Под распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию граждан, следует понимать опубликование таких сведений в печати, распространение в сети Интернет, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

Защита гражданских прав осуществляется путем: пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; компенсации морального вреда; иными способами, предусмотренными законом (ст. 12 Гражданского кодекса РФ).В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как было установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, 07.11.2016 на форуме на официальном сайте «Вега-Интернет», ответчик (пользователь с ником Gramble793) опубликовал сообщение, в котором указывает о нарушении действующего законодательства, в том числе и трудового, в ОАО «Трансэнерго» (л.д.19 оборот, л.д.20, 160-162).

В пункте 15 сообщения ответчик указал: «Поскольку обучение примерно двадцати работников по профессии стропальщик проводилось в рабочее время силами ИТР предприятия и в помещении ОАО, то заключенный с ПТУ№ договор об обучении, представляется фиктивным. Исключить коррупционный характер данной сделки не представляется возможным».

Далее, в спорном пункте 16 сообщения, ответчик указал: «<данные изъяты>».

Истец полагает, что вышеуказанные сведения, изложенные ответчиком в п.16 сообщения, не соответствуют действительности, порочат его деловую репутацию, поскольку содержат утверждения о нарушении истцом, как начальником участка АО «Трансэнерго» действующего законодательства, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности.

Истец является начальником участка котельного цеха 308 АО «Трансэнерго» (л.д.69), деятельность которого регламентирована, в частности, должностной инструкцией (л.д.70-77).

Как пояснил истец, спорные сведения не соответствуют действительности, порочат его деловую репутацию.

В обоснование ФИО1 предоставил лингвистическое исследование спорного текста, проведенное специалистом (доцентом кафедры русского языка и литературы ФГАОУ ВО «ЮУрГУ (НИУ), кандидатом филологических наук) автономной некоммерческой организации «Наш эксперт» ФИО5 (л.д.28-51).

Как было установлено, в соответствии с протоколом № заседания аттестационной комиссии ОАО «Трансэнерго» от 03.04.2014 в отношении работников данного общества, в частности ФИО1 (начальника участка цеха №), была проведена проверка знаний по промышленной безопасности в объеме, соответствующем должностным обязанностям (л.д.134,135).

ФИО1 была сдана проверка знаний в объеме, указанном в п.Б.9.31 протокола (аттестация руководителей и специалистов, ответственных за безопасное производство работ подъемными сооружениями (подъем и перемещение грузов).

В протоколе имеется информация о том, что ФИО1 выдано удостоверение об аттестации № (л.д.135 оборот).

Приказом ОАО «Трансэнерго» от 18.11.2015 ФИО1 (начальник участка по ремонту котельного оборудования) был назначен специалистом, ответственным за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений (подъемников (вышек) по цеху № (л.д.136-138).

Однако, как было установлено в судебном заседании, соответствующего удостоверения истцу не выдавалось, о чем пояснили последний и представитель АО «Трансэнерго», указав, что выдача данного удостоверения не обязательна.

Как пояснил ответчик, спорные сведения в отношении истца, относительно отсутствия документов об обучении истца в части руководства грузоподъемными работами, были изложены, поскольку у последнего отсутствует соответствующее удостоверение, в то время когда данное удостоверение имеется у мастера цеха №ФИО7, копия которого была представлена в судебное заседание (л.д.172).

Представитель АО «Трансэнерго» не отрицал выдачу указанного удостоверения ФИО7, что также отражено в вышеуказанном протоколе (л.д.135 оборот).

Истец ФИО1 в судебном заседании не оспаривал того обстоятельства, что ранее работавший в указанном цехе представитель ответчика ФИО4, неоднократно просил его предоставить ему вышеуказанное удостоверение, которое ему, ФИО1, выдано не было.

Ответчик пояснил, что именно указанное обстоятельство и давало ему возможность полагать об отсутствии данного удостоверения у ФИО1, что, как предположение, и было отражено в спорной публикации.

Согласно заключению указанного специалиста, в тексте сообщения от 07.11.2016 содержится негативная информация, относящаяся к ФИО1. Даная информация предоставлена в высказывании, которое в контексте всего сообщения приобретает форму утверждения о факте. Если утверждение о факте в отношении ФИО1 не соответствует действительности, оно может быть признано судом порочащим (л.д.51).

К указанным выводам специалист пришел на основании анализа начала публикации от 07.11.2016 и п.15 и п.16 указанного сообщения (л.д.48,49, 160-162):

«Анализ доступной информации приводит к выводу о том, что нарушение действующего законодательства, в том числе и трудового, в ОАО «Трансэнерго» носят систематический характер, что подтверждается следующими фактами:»…..

«15. Поскольку обучение примерно двадцати работников по профессии стропальщик проводилось в рабочее время силами ИТР предприятия и в помещении ОАО, то заключенный с ПТУ№ договор об обучении, представляется фиктивным. Исключить коррупционный характер данной сделки не представляется возможным».

«16. <данные изъяты>».

Как указал специалист, негативная информация, содержащаяся в тексте сообщения, относящаяся к ФИО1, формирует у читателя негативный образ ФИО1, как руководителя, чья квалификация подтверждена сфальсифицированными документами.

Суд отклоняет доводы ответчика и его представителя о недопустимости данного заключения в качестве доказательства, ввиду использования в заключении нецензурных слов в ходе исследования, что по мнению ответчика нарушает ФЗ «О государственном языке», поскольку вышеуказанное заключение не является процессуальным документом. Приведенный специалистом пример инвективной лексики при исследовании, ответчиком ошибочно оценен, как нарушающий закон «О русском языке», не имеет отношение к настоящему спору, поскольку касается ответа на иной поставленный специалисту вопрос, не относящийся к спорному тексту публикации ответчика.

Вместе с тем, суд полагает, что вышеуказанные выводы специалиста носят предположительный характер, не основаны на вышеуказанных установленных обстоятельствах, сделаны без учета и исследованная вышеуказанных документов, доводов сторон, в связи с чем отклоняет вышеуказанные выводы специалиста.

Как указал специалист, спорное суждение квалифицируется как фактологическая информация. Однако, вышеуказанное спорное суждение, учитывая вышеуказанные обстоятельства в их совокупности, носит предположительный характер, представляет собой мнение ответчика, а не утверждение о факте.

Таким образом, суд полагает, что истцом не предоставлено доказательств того, что вышеуказанный спорный текст публикации носит форму утверждения о факте.

Доводы истца о том, что для руководства данными видами работ не требуется указанного удостоверения, которое у последнего отсутствовало, не имеют значения.

Как было установлено и документально подтверждено, в вышеуказанном протоколе имеется информация о том, что ФИО1 было выдано удостоверение об аттестации № (л.д.135 оборот), однако данное удостоверение последнему не выдавалось и отсутствует.

То есть, сведения, изложенные в указанном протоколе, в данной части (о выдаче удостоверения) не соответствуют действительности.

Как пояснил ответчик, именно указанное обстоятельство он и имел в виду при написании спорного текста сообщения.

Истцом также не представлено доказательств того, что данные сведения носят порочащий характер, подрывают деловую репутацию истца.

Как пояснил истец, несмотря на указанную публикацию, работникам цеха и руководству было известно о наличии у последнего допуска к руководству данными видами работ.

Доказательств того, каким образом, при указанных обстоятельствах, оспариваемый текст мог повлиять на формирование мнения (оценки) окружающих относительно деловых качеств истца, опорочил его деловую репутацию, последним суду не представлено, указанным специалистом не разрешен.

Как пояснили ответчик и его представитель, у истца ФИО1 отсутствует деловая репутация, последний в 2015 году был привлечен к административной ответственности по ч.4 ст.5.27.1 КоАП РФ за нарушение трудового законодательства, в 2016, 2017 году Снежинским городским судом выносились судебные решения, частные определения, в связи с нарушением трудовых прав представителя ответчика ФИО4, непосредственным начальником которого, являлся истец ФИО1, который и нарушал вышеуказанные трудовые права работника ФИО4 (л.д.199-205).

В судебном заседании ФИО1 не отрицал вышеуказанных обстоятельств о привлечении его к административной ответственности за нарушение трудового законодательства, нарушения с его стороны трудовых прав работника ФИО4, пояснив, что об указанных обстоятельствах было известно работникам участка, а также руководству АО «Трансэнерго».

Таким образом, истцом не представлено доказательств, что вышеуказанный оспариваемый текст вызвал общественный резонанс, формирование негативного мнения третьих лиц в отношении истца, опорочил его деловую репутацию.

Истцом также не представлено и доказательств того, что вышеуказанный текст сообщения причинил ему переживания, достигающие степени нравственных страданий.

Учитывая, что истцом ФИО6 не доказано совершения ответчиком виновных действий, посягающих на личные материальные блага истца, отсутствуют основания для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.

Учитывая изложенное, а также, что в спорном тексте не было установлено распространение со стороны ответчика порочащих деловую репутацию истца сведений, в удовлетворении исковых требований суд полагает отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о защите деловой репутации и компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Снежинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Г.В. Чуфаров