Гражданский кодекс часть 1

Димитровский районный суд г. Костромы в составе председательствующего судьи Драничниковой И.Н., при секретаре Лавничей Ю.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Костромская нефтегазовая компания» к ФИО1 о признании договора займа незаключенным,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Костромская нефтегазовая компания» обратилось в суд с иском к ФИО1, указав, что 22.05.2017 года директором общества был назначен ФИО2 При изучении отчетности и документов бухгалтерского учета предприятия, им было установлено, что 01.04.2017 года между обществом и ФИО1 был подписан договор займа, по условиям которого, ФИО1 передает обществу денежные средства в размере 4 500 000 руб. с ежемесячной оплатой процентов в размере 45 000 руб. (12%) на срок до 31.12.2018 года. Однако фактически денежные средства не передавались. Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег, в противном случае может быть оспорен по безденежности. На этом основании истец просил признать договор займа от 01.04.2017 года незаключенным, взыскать с ответчика расходы по оплате госпошлины в размере 6 000 руб.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить, поскольку денежные средства по договору займа обществу не передавались.

Присутствовавший ранее в судебном заседании в качестве представителя истца ФИО2 просил иск удовлетворить и пояснил, что он и ФИО4 длительное время были компаньонами, последний часто находился за границей. В марте 2017 года ФИО4 приехал в город и решил, что бизнес велся не правильно, и далее руководство бизнесом будет осуществлять он. Узнав, что между его сыном ФИО5 и ФИО1 был заключен договор займа на 4 500 000 руб., ФИО4 попросил ФИО2 передать директору ООО «КНК» ФИО6, чтобы данный займ переписали на компанию. Все документы были переделаны, денежные средства фактически не передавались, а ФИО5 сразу после этого вышел из состава учредителей ООО «КНК». В результате этого, обязательства ФИО5 были переложены на общество. Поскольку ФИО4 не допустил его на территорию базы, что грозило срывом контрактов, утратой имущества, он, то есть ФИО2, решил, что он подпишет все документы, которые требовал подписать ФИО4, вывезет с территории базы имущество, а затем обратится в полицию, и все сделки оспорит в суде.

Ответчик ФИО1, действующий на основании доверенности представитель ответчика ФИО7, привлеченный так же к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явились, будучи извещенным надлежащим образом. Присутствуя в судебном заседании ранее, ФИО7 исковые требования признал. Он пояснил, что начиная с 2014 года, у ФИО1 были свободные денежные средства, которые она передавала под проценты двум партнерам по бизнесу ФИО2 и ФИО4, о чем заключались письменные договоры с ФИО4 и его сыном ФИО5 Проценты ФИО1 выплачивались, так продолжалось длительное время, данная ситуация была удобной для всех. По возвращении ФИО4 из Таиланда у него возник ряд претензий к ФИО2 по поводу работы бизнеса. В результате их разговора, договор займа со ФИО5 было решено переписать на ООО «КНК». Поскольку отношения были длительными и хорошими, оснований сомневаться у ФИО1 не было. Договор займа со ФИО5 был прекращен, составлена расписка о том, что ФИО1 получила деньги от ФИО5 по займу от 2014 года, а затем был подписан договор с ООО «КНК» от 01.04.2017 года на ту же самую сумму и такие же проценты. Чтобы у ФИО1 не возникало сомнений, с ФИО2 был подписан договор поручительства. В результате Щ-вы избежали ответственности, переложив ее на ФИО2, по аналогичному сценарию были переписаны иные обязательства и имущество. Вместе с тем, фактическое исполнение обязательств по возврату ФИО1 денежных средств более реально физическим лицом, чем юридическим лицом, у которого может не быть достаточных для этого средств.

К участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены поручитель по договору займа ФИО2, учредители ООО «Костромская нефтегазовая компания» ФИО7 (являющийся представителем ответчика), ФИО8, ФИО9, занимавший на дату подписания оспариваемого договора должность директора общества ФИО6, а кроме того, являвшийся ранее учредителем общества ФИО5 и являвшийся ранее партнером ФИО2 по бизнесу – ФИО4

В судебном заседании третье лицо ФИО6 иск полагал обоснованным, пояснил, что юридически он значился директором ООО «Костромская нефтегазовая компания», но фактически все решения он согласовывал с ФИО2 Оспариваемый договор был подписан им так же по указанию ФИО2, денежные средства ему не передавались, соответственно в предприятие он их не вносил, но документ о приеме денежных средств был им составлен.

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО2 в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствии. Его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности и одновременно являющийся представителем истца, полагал иск обоснованным. Он озвучил позицию своего доверителя, согласно которой около 18 лет ФИО2 и ФИО4, сначала вдвоем, затем с участием их сыновей, вели совместную предпринимательскую деятельность на территории Костромской области в сфере оборота нефтепродуктов. Данная совместная деятельность никак не оформлялась, существовал ряд предприятий и ИП, созданных ими и сыновьями. В процессе данной деятельности привлекались средства граждан в виде займов под проценты, договоры оформлялись на то лицо или предприятие, которые фактически получали деньги. Получение займов согласовывалось со ФИО4 В 2014 году ФИО1 предоставила ФИО5 в займ 4 500 000 руб. под 12 % годовых. С 2014 года по 2017 год ФИО5 выплачивал ей проценты. Весной 2017 года ФИО2 передал директору ООО «Костромская нефтегазовая компания» просьбу ФИО4 заключить договор займа с ФИО1 Вопросами заключения договора и внесения денег он не занимался. После назначения его на должность директора, документы ему переданы не были, а летом от ФИО1 он узнал, что был подписан договор займа с ООО «КНК», деньги по которому не вносились, а Щ-выми было сказано, что долг они будут возвращать через данное предприятие. Исходя из движения по расчетному счету, денег на предприятие не поступало, учредителям о договоре ничего известно не было, после подписания договора директор ФИО6 уволился, а ФИО5 вышел из состава учредителей. В ходе разговоров, Щ-вы сначала обещали долг вернуть, затем сказали, что это должно делать общество.

ФИО4, ФИО5 просили о рассмотрении дела в их отсутствии. Их представитель ФИО10 в судебном заседании не высказал позиции об обоснованности, либо необоснованности заявленных исковых требований, пояснив, что прав его доверителей данный иск не затрагивает, так как никаких обязательств перед ФИО1 у них не имеется. Он так же пояснил, что ФИО4 и ФИО2 вели предпринимательскую деятельность на территории базы по ул. Зеленой в г. Костроме, где фактически находилось много предприятий, связанных с данным бизнесом. ФИО4 длительное время находился за границей, на протяжении многих лет всеми предприятиями руководил ФИО2 По приезду ФИО4 в марте 2017 года, ФИО2, не отчитавшись, куда ушли активы, сообщил, что все предприятия находятся на грани банкротства, предложил разделить пополам долги, о части которых Щелоков даже не знал. После этого между ними возник конфликт. Щ-вы были вынуждены понести расходы на покрытие долгов предприятий ФИО2, поскольку в их обеспечение было заложено имущество Щ-вых, в частности автозаправочная станция на ул. Профсоюзной в г. Костроме. Они были вынуждены выкупить у ФИО2 транспортные средства, так как все они оказались оформленными на его имя. В августе 2017 года ФИО2 и подконтрольные ему предприятия покинули территорию базы, совместная деятельность закончилась. После этого ФИО2 пытается причинить ФИО4 ущерб через обращения в правоохранительные органы и суды. В период участия ФИО5 в ООО «КНК», вопрос займа с ФИО11 не поднимался. Для совершения данной сделки директору не требовалось решения общего собрания, так как крупной она не являлась, а кроме того, п. 7.3 Устава общества предусмотрено право директора совершать крупные сделки без решения общего собрания участников. По договоренности с ФИО2, ФИО5 вышел из состава учредителей, ФИО2 стал директором. При отсутствии информации о том, передавались ли денежные средства по договору займа, следует учесть, что ФИО2 выступил поручителем по данному договору, мог получить денежные средства, не передав их обществу. Кроме того, обе стороны оспариваемого договора признают, что деньги по нему не передавались, однако соответствующего документа во внесудебном порядке не оформляют, возможно, имея намерение установить решением по данному делу определенные обстоятельства, которые впоследствии могут иметь преюдициальное значение для других исков.

ФИО8, будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился. Присутствуя в судебном заседании ранее, он пояснил, что о существовании оспариваемого договора, он узнал несколько месяцев назад, об обстоятельствах его заключения ему ничего не известно.

ФИО9 просил о рассмотрении дела без его участия, указав, что иск обоснован, денежные средства по договору не передавались, вопрос заключения договора с ним не обсуждался.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Как было указано в ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на дату заключения оспариваемого договора, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу положений ст. 808, 810 ГК РФ, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В соответствии со ст. 812 ГК РФ, заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным.

Согласно ст. 39 ГПК РФ, ответчик вправе признать иск, суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В силу ст. 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств (ст. 68 ГПК).

В силу положений ст. 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 и ФИО4 длительное время совместно вели связанный с торговлей ГСМ бизнес, участие в котором принимали ряд индивидуальных предпринимателей и юридических лиц. ФИО2, его сын ФИО9, ФИО4, его сын ФИО5 являются, либо являлись ранее индивидуальными предпринимателями, учредителями ряда юридических лиц.

ООО «Костромская нефтегазовая компания» является действующим юридическим лицом, учредители ФИО7, ФИО8, ФИО9, основной вид деятельности торговля оптовая моторным топливом. Решением общего собрания общества от 22.05.2017 года ФИО6 освобожден от занимаемой должности директора, с 23.05.2017 года на данную должность назначен ФИО2 Кроме того, ФИО5 вышел из состава учредителей на основании его заявления от 14.04.2017 года, поступившего в общество 17.05.2017 года.

В материалах дела имеется копия договора займа от 01.04.2017 года, согласно которому ФИО1 передает в пользование ООО «Костромская нефтегазовая компания» денежные средства в размере 4 500 000 руб., а заемщик оплачивает проценты в размере 12 % годовых (45 000 руб.) ежемесячно до 10 числа каждого месяца, обязуется возвратить сумму займа в срок до 31.12.2018 года.

В подтверждение доводов о том, что денежные средства обществу не передавались, истцом представлена выписка движения по счету за период с 01.03.2017 года по 31.03.2017 года. По запросу суда представлена выписка движения денежных средств по счету общества за период с 01.04.2017 года по 18.05.2018 года. Сведений о поступлении на расчетный счет денежных средств в размере 4 500 000 руб. по договору займа от ФИО11 данные выписки не содержат.

Вместе с тем, представителем ответчика суду представлен ряд иных документов. Так в материалах дела имеется копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 01.04.2017 года о принятии ООО «КНК» от ФИО1 по договору займа 4 500 000 руб.

Как следует из текста договора поручительства, датированного 01.04.2017 года, и представленного ответчиком в копии, ФИО2, именуемый поручителем, принял на себя обязательство отвечать перед кредитором ФИО1 за исполнение должником ООО «Костромская нефтегазовая компания» обязательств по договору займа с физическим лицом от 01.04.2017 года. Поручительство выдано в обеспечение обязательства, состоящего из суммы основного долга в размере 4 500 000 руб., суммы процентов в 540 000 руб., со сроком исполнения до 31.12.2018 года. Как указано в договоре поручительства, поручитель ознакомлен с условиями договора между кредитором и должником, несет солидарную с должником ответственность и в случае изменения условий договора займа (продление сроков погашения займа, изменение процентов).

Стороной ответчика в материалы дела представлена копия договора займа, датированного 12.09.2014 года, согласно которому ФИО1 передала в долг ФИО5 денежные средства в размере 4 500 000 руб. с оплатой процентов в размере 12% годовых, ежемесячно 45 000 руб. до 10 числа каждого месяца, со сроком возврата до 31.12.2015 года.

Суд полагает необходимым учитывать пояснения, данные ФИО2 23.01.2018 года в ходе проведения правоохранительными органами проверки по его заявлению. Он пояснил, что с 1995 года знаком со ФИО4, который в 2000 году приобрел территорию по ул. Зеленой в г. Костроме. На общие денежные средства они возвели базу, но оформлено все было на имя ФИО4 На территории данной базы свою деятельность осуществляли несколько организаций, часть из которых была подконтрольна ФИО4, а часть ФИО2 и другим лицам. На территории базы находилось топливо ООО «Держава», директором и учредителем которого является супруга ФИО2 На протяжении 8-9 лет ФИО4 на пол года уезжает из страны, в периоды его отсутствия фактическое руководство как своими, так и его предприятиями, осуществлял ФИО2 Примерно в 2012 году по согласованию со ФИО4, в долг у ФИО12, ФИО13, ФИО14 были взяты денежные средства. Об условиях займа договаривался ФИО2, но договоры на него не оформляли. Договор займа с ФИО15 был оформлен на имя ФИО5, ФИО12 давал деньги в долг ИП ФИО4, а Ильин – ООО «КНК». В конце 2016 года ООО «Держава» был заключен крупный контракт, топливо должно было быть поставлено до апреля 2017 года. В марте 2017 года ФИО4 вернулся из-за границы, ему было сообщено, что обороты уменьшились. ФИО4 не устроила организация бизнеса, количество заемных средств, он посчитал состояние критическим, полагал, что его обманывают, совершают хищение денег. ФИО4 был намерен реализовать топливо ООО «Держава» и рассчитаться с долгами. ФИО2 категорически возражал, чтобы этого не произошло, его сын переписал на ФИО4 тягач Скания, экскаватор, другую технику, жена переписала автомобиль Тойота Прадо. В апреле 2017 года ФИО4 забрал у него ключи от офиса. Погашать долги ООО «Держава» ФИО4 отказался, требуя, чтобы в первую очередь были погашены долги его фирм и фирм его сына.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 31.03.2018 года указано, что между ФИО4 и ФИО2 длительное время были доверительные отношения, развитие бизнеса шло путем слияния капиталовложений. В период с марта по сентябрь 2017 года ФИО4 с согласия ФИО2 закрывались долги по ряду предприятий, в том числе по ООО «Держава», было принято решение о разделении предприятий. ФИО6 в ходе опроса пояснил, что доступ ФИО2 на территорию базы не ограничивался, решение уйти, он принял сам. ФИО4 пояснил, что вернувшись в марте 2017 года из-за границы, он обнаружил, что у группы предприятий, расположенных на территории базы, имеются значительные долговые обязательства. Совместно с ФИО2 проводились меры по погашению задолженности, сокращение штата, реализация имущества, с согласия юридических собственников, в целях стабилизации финансового положения ООО «Держава» его сыном на счет данного предприятия было переведено 2 620 000 руб.

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО4 длительное время осуществляли предпринимательскую деятельность посредством нескольких хозяйствующих субъектов. Деятельность велась совместно, но юридически это оформлено не было. ФИО4 длительное время отсутствовал, фактическое руководство деятельностью всех юридических лиц и индивидуальных предпринимателей осуществлял ФИО2, согласуя со ФИО4 не все свои действия. По возвращении ФИО4, им была получена информация о нахождении бизнеса в сложной финансовой ситуации, наличии ряда обязательств. С целью разделения бизнеса, активов и обязательств, недопущения обращения взыскания на заложенное по обязательствам имущество, был произведен ряд действий, после чего совместная деятельность прекратилась.

В частности, имеющееся ранее у ФИО5 заемное обязательство перед ФИО1 по договору от 12.09.2014 года, было, как поясняют стороны, переписано на ООО «Костромская нефтегазовая компания». При этом, имело место документальное оформление исполнения ФИО5 обязательств по возврату долга, и оформление договора займа с документом о получении денежных средств с ООО «Костромская нефтегазовая компания». Действия сторон не соответствовали действиям, которые совершаются при заключении договора займа, намерения на заключение именно данного гражданско-правового договора, у сторон не имелось.

Из пояснений ФИО2 следует, что все достигнутые со ФИО4 договоренности по вопросам раздела активов и обязательств, были зафиксированы путем подписания соответствующих письменных договоров. При этом, подписывая их, ФИО2 изначально был намерен впоследствии оспорить все их в суде. В этом свете суд полагает, что совершение данных внешне правомерных действий, противоречит положениям ст. 10 ГК РФ, согласно которым заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав не допускается. Оценивая в совокупности все данные участниками процесса пояснения, не смотря на имеющееся противоречия, умалчивание о ряде обстоятельств, суд полагает, что фактическое руководство ООО «КНК» осуществлял ФИО2, он принимал непосредственное участие в решении вопроса о подписании оспариваемого договора.

Из положений ст. 420 ГК РФ следует, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах. При этом, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается. Условия договора определяются по усмотрению сторон (ст. 421 ГК). Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (ст. 425 ГК).

Ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой (ст. 166 ГК). Она не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью (ст. 167 ГК).

В силу положений ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Согласно разъяснениям, приведенным в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Как указано в ст. 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Согласно разъяснениям, приведенным в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", по смыслу п. 5 ст. 166 ГК РФ новый должник не может противопоставить требованию кредитора об исполнении обязательства возражения о том, что новый должник не получил встречное предоставление от первоначального должника за перевод долга, а также о недействительности перевода долга в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ.

Согласно ст. 392.3 ГК РФ, в случае одновременной передачи стороной всех прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) к сделке по передаче соответственно применяются правила об уступке требования и о переводе долга.

В силу положений ст. 391 ГК РФ, перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником. В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника. Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора. Если кредитор дает предварительное согласие на перевод долга, этот перевод считается состоявшимся в момент получения кредитором уведомления о переводе долга.

В силу ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По смыслу ст. ст. 391, 392 ГК РФ существенными условиями договора перевода долга являются предмет, где указано обязательство, из которого возник долг, и его объем, а также согласие кредитора на такой перевод. Требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью не допустить неопределенность в правоотношениях сторон и предупредить разногласия относительно исполнения обязательств по договору.

В силу п. 3 ст. 432 ГК РФ, сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", участники правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Фактически в апреле 2017 года состоялась передача договора с ФИО1, перевод долга по нему со ФИО5 на ООО «Костромская нефтегазовая компания». Об этом были осведомлены как кредитор, так и первоначальный и новый должник, на достижение именно данных правовых последствий были направлены их действия. В подтверждение намерения заключить и исполнить договор, новый должник предоставил поручительство ФИО2, как физического лица. Договор заключен в письменной форме, о наличии согласия кредитора свидетельствуют его действия по оформлению соответствующих документов, существо обязательства четко определено, указан размер обязательства, срок исполнения, соответственно существенные условия договора сторонами согласованы. По указанным причинам доводы участников процесса о том, что денежные средства при этом не передавались, не являются основанием для признания договора незаключенным.

В соответствии с п. 4 ст. 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества. В соответствии со ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная без согласия органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой и может быть признана недействительной по иску такого лица.

Вместе с тем, сведений о том, что это имело место, в материалах дела не имеется, в рамках настоящего гражданского дела заявлены иные исковые требования, в их обоснование истцом приведены иные доводы. Не смотря на утверждение ФИО10 о том, что данная сделка не являлась крупной, а кроме того, в уставе общества содержатся положения, предполагающие совершение директором крупных сделок без решения общего собрания участников, истцом доказательств обратного не представлено.

При таких обстоятельствах, оценивая в совокупности все приведенные сторонами доводы и представленные доказательства, суд не может принять признание ответчиком иска, не находит оснований для удовлетворения исковых требований ООО «Костромская нефтегазовая компания». Оснований для возмещения истцу понесенных им судебных расходов, в данной ситуации не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО «Костромская нефтегазовая компания» к ФИО1 о признании договора займа незаключенным, отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Димитровский районный суд г. Костромы в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в мотивированном виде.

Судья - И.Н. Драничникова