Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к «Интернет-издание ProUfu.ru» в лице учредителя ООО «Семь вершин», ФИО3, ФИО5 о защите чести, достоинства, деловой репутации и возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя ООО «Семь вершин», ФИО3 с требованиями:

Признать сведения, опубликованные за № в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО7, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«Но с помощью нехитрых манипуляций и пассивности адвокатов выборы превращены в профанацию. ФИО1 с помощью закона практически узурпировал власть»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«аренда помещений у тещи при явной подозрительности сделки»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»;

«часть этих денег оседает в нужных карманах»;

«ярчайшее доказательство зависимости Адвокатской палаты республики от судебной власти».

не соответствующие действительности, прочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1.

Взыскать солидарно с ФИО3, «Интернет-издание ProUfu.ru» (Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя ООО «Семь вершин» ОГРН <***>, ИНН <***> в пользу ФИО1 в счет компенсации причиненного морального вреда в размере 1 рубль.

Обязать сетевое издание «Интернет-издание ProUfu.ru» (Свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) удалить из публикации № 2483 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» сведения, не соответствующие действительности, прочащие честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«аренда помещений у тещи при явной подозрительности сделки»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»;

«часть этих денег оседает в нужных карманах»;

«ярчайшее доказательство зависимости Адвокатской палаты республики от судебной власти».

Обязать ФИО3 и средство массовой информации – сетевое издание «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя ООО «Семь вершин», ОГРН <***>, ИНН <***>, опровергнуть признанные судом по настоящему иску сведения, не соответствующие действительности, прочащие честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, путем опубликования в течение 10 рабочих дней со дня вступления в законную силу решения суда в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru».

Иск мотивирован тем, что 23.04.2018 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) вышла публикация за № 2483 под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО7. Анализируя указанную публикацию, видно, что в тексте имеются негативные высказывания в форме утверждения, содержащие заведомо ложные сведения, не соответствующие действительности, указывающие на нарушение истцом действующего законодательства, общепринятых моральных норм и принципов, совершение нечестного поступка, неправильное, неэтичное поведение в личной и общественной жизни, недобросовестность при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности, нарушение деловой этики и обычаев делового оборота. Указанные сведения, а именно:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«аренда помещений у тещи при явной подозрительности сделки»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»;

«часть этих денег оседает в нужных карманах»;

«ярчайшее доказательство зависимости Адвокатской палаты республики от судебной власти».

Распространенные ответчиком не соответствующие действительности заведомо ложные по своему содержанию, стилистическому изложению, содержательно-смысловой направленности и композиционной структуре всего текста в целом формируют отрицательный образ истца, создают негативные мнения по отношению к нему со стороны окружающих и общества в целом, подрывают его авторитет, престиж и репутацию как президента Адвокатской палаты Республики Башкортостан, умаляют его статус в глазах окружающих, формируют впечатление виновности и причастия к той или иной противоправной деятельности, ставят под сомнение его профессионализм и честность как руководителя.

Определением суда от 29.08.2018 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО5.

Определением суда от 29.08.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Адвокатская палата Республики Башкортостан.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представлено заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, направил в суд своего представителя.

Представитель третьего лица - Адвокатской палаты Республики Башкортостан в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом и своевременно, о причинах не явки не сообщил.

Суд, с учетом мнения участников процесса, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело при указанной явке.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО3, его представитель по доверенности ФИО4 в удовлетворении иска возражали, пояснив, что действительно целью статьи было создать негативный образ президенту Адвокатской палаты Республики Башкортостан ФИО1, однако статья не содержит каких-либо оскорбительных слов и выражений, унижающих его честь и достоинство. Сдача в аренду нежилого помещения, принадлежащего тёще истца, в аренду Адвокатской палате Республики Башкортостан подтверждается материалами проверки и истцом не оспаривается. Понятие «подозрительная сделка» имеется в Федеральном законе «О банкротстве (несостоятельности)», и является мнением истца. Истцом не доказано причинение ему нравственных страданий в результате опубликования названной статьи. Ответчик не согласен с результатами судебной экспертизы.

Ответчик ФИО5, ее представитель по устному ходатайству ФИО4 в удовлетворении иска возражали, пояснив, что к ФИО5 каких-либо требований истцом не заявлено.

Представитель ответчика ООО «Семь Вершин» по доверенности ФИО6 в удовлетворении иска возражал по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Положения статьи 29 Конституции Российской Федерации и статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гарантируют каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации.

Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что свобода выражения мнения составляет одну из основ демократического общества и одно из главных условий для его прогресса. С учетом положений пункта 2 статьи 10 Конвенции она распространяется не только на "информацию" или "идеи", которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или нейтральными, но также на оскорбляющие, шокирующие или причиняющие беспокойство. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых невозможно "демократическое общество" (Постановление от 07.12.1976 по делу "Хэндисайд против Соединенного Королевства" (Handyside v. United Kingdom), Постановление от 23.09.1994 по делу "Ерсильд против Дании" (Jersild v. Denmark)).

Согласно пунктам 1, 2, 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого в средствах массовой информации распространены указанные сведения, имеет право потребовать наряду с опровержением также опубликования своего ответа в тех же средствах массовой информации.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 47 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 N 2124-1 "О средствах массовой информации" (далее - Закон о СМИ) журналист имеет право искать, запрашивать, получать и распространять информацию.

Пункт 2 части 1 статьи 49 Закона о СМИ обязывает журналиста проверять достоверность сообщаемой им информации.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2010 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" при разрешении дел, связанных с деятельностью средств массовой информации, необходимо принимать во внимание, что осуществление свободы выражения мнений и свободы массовой информации налагает особые обязанности, особую ответственность и может быть сопряжено с ограничениями, установленными законом и необходимыми в демократическом обществе для уважения прав и репутации других лиц, охраны государственной безопасности и общественного порядка, предотвращения беспорядков и преступлений, охраны здоровья и нравственности, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 19 и статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 29 и 55 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, в Российской Федерации как правовом демократическом государстве гарантируется каждому право на свободу слова, мысли, в том числе свободу средств массовой информации. Однако, реализация названных гарантий не означает возможности ограничения прав и законных интересов других лиц, в частности, ущемления их деловой репутации. Сведения, опубликованные в средствах массовой информации, могут носить эмоциональный характер с целью привлечения внимания общества к определенной проблеме, однако при осуществлении журналистской деятельности необходимо проявлять должное уважение к деловой репутации физических и юридических лиц. При этом журналист должен учитывать, что информация не может не соответствовать действительности и носить порочащий характер.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Таким образом, сведения, в том числе негативные, должны быть подтверждены в действительности. Подтверждение может быть получено любым доступным для журналиста путем в соответствии с действующим законодательством. В противном случае негативные сведения, не подтвержденные надлежащим образом, будут являться порочащими.

Указанный вывод относится также к тем случаям, когда средство массовой информации указывает на совершение физическим или юридическим лицом преступлений при отсутствии вступившего в законную силу обвинительного приговора суда.

Соответственно, средства массовой информации, чья деятельность рассчитана на доведение информации до всеобщего сведения, вправе изложить информацию порочащего характера, но такая информация должна соответствовать действительности, либо подать информацию как сведения о последовательном развитии событий (деятельности соответствующих органов), в процессе которых устанавливается факт незаконной, аморальной, иной порочащей деятельности.

Кроме того, согласно пункту 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016; далее - Обзор от 16.03.2016) при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

В решениях по делам "Лингренс против Австрии" от 08.06.1986, "Гринберг против Российской Федерации" от 21.06.2005 Европейский суд по правам человека, защищая право автора информации на оценочное суждение, указал на необходимость проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями, существование фактов может быть доказано, тогда как истинность оценочных суждений не всегда поддается доказыванию, последние должны быть мотивированы, но доказательства их справедливости не требуются.

Из материалов дела следует, что 23.04.2018 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) опубликована статья под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5.

Текст указанной статьи содержит оспариваемые истцом слова и выражения:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«аренда помещений у тещи при явной подозрительности сделки»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»;

«часть этих денег оседает в нужных карманах»;

«ярчайшее доказательство зависимости Адвокатской палаты республики от судебной власти».

Указанное обстоятельство подтверждается протоколом осмотра письменного доказательства, произведенным нотариусом ФИО9 30.07.2018.

Определением суда от 27.09.2018 по делу была назначена комплексная судебная лингвистическая и психолингвистическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уфимский государственный авиационный технический университет».

Перед экспертами поставить следующие вопросы:

Вопросы для лингвистического исследования:

Имеются ли в тексте статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.) негативные сведения о Президенте адвокатской палаты РБ – ФИО1, его деятельности и о его личных деловых и моральных качествах? В каких конкретно высказываниях содержатся эти сведения и какова их смысловая направленность?

Если в выявленных фразах статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.) имеются негативные сведения о Президенте адвокатской палаты РБ – ФИО1, то в какой форме они выражены: утверждения, предположения, вопроса?

Подтверждает ли лингвостилистический анализ текста статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.), что в нем имеются в форме утверждений фразы, содержащие сведения о нарушении ФИО1 действующего законодательства, общепринятых моральных норм и принципов?

В каком значении употреблены фразы «ФИО1 с помощью извращения закона практически узурпировал власть»; «миллионные выплаты различных необоснованных премий»; «растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.» в содержательном контексте публикации ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.)?

Какова композиционная структура текста статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.), какие стилистические приемы использует автор и как они характеризуют героев публикации?

Являются ли сведения, изложенные в тексте статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.), утверждениями о фактах, если да, то каких, или оценочными суждениями, мнением автора публикации?

Воспринимается ли негативная информация о Президенте Адвокатской палаты РБ в тексте статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.) как порочащая честь, достоинство и деловую репутацию Б.Г. Юмадилова?

Вопросы для психолингвистического исследования:

Имеется ли в тексте статьи ФИО5 «Виталия Буркина «Мне стыдно за адвокатское сообщество» скрытая информация, которая способствует формированию у читателя негативного отношения к адвокатскому сообществу в целом и к президенту Адвокатской палаты гр. ФИО1 в частности?

Имеется ли в отдельных предложениях или отрывках текста информация, суггестивный (воздействующий) потенциал которой ориентирован на создание и закрепление в сознании читателя негативного образа Б.Г. Юмадилова как руководителя Адвокатской палаты?

Содержатся ли в тексте данные о личных намерениях его автора,
его скрытых мотивах, которые побуждают создавать тексты с негативным потенциалом воздействия?

Определением суда от 05.10.2018 перед экспертами были поставлены дополнительные вопросы:

1. В какой форме имеют место высказывания в тексте размещенной на интернет-портале ProUfu.ru, – в форме утверждения о фактах, предположения, оценочного суждения, мнения?

2. Касаются ли эти высказывания в тексте публикации «ФИО3: Мне стыдно за адвокатское сообщество», размещенной на интернет-портале ProUfu.ru, лично ФИО1 или неопределенного круга лиц из числа должностных лиц Адвокатской палаты Республики Башкортостан?

В заключении экспертов от 26.10.2018 сделаны следующие выводы:

По первому вопросу. В анализируемом тексте имеется скрытая информация, формирующая негативное отношение к сообществу адвокатов Адвокатской палаты Республики и к Президенту палаты гр. ФИО1. С помощью психолингвистического инструментария и специальных аналитических единиц удалось выявить латентный потенциал данного текста, который содержит примеры (отдельные предложения и отрывки текста), способствующие формированию негативного отношения как к отдельному человеку, так и к группе лиц (сообществу). Психолингвистический анализ материала показывает направленность негативных сведений, обладающих значительными суггестивными ресурсами, к конкретному лицу – Президенту АП РБ ФИО1, а также к адвокатскому сообществу на основании выявленных паттернов ритмической активности мозга и на основании эксплицированных характеризующих авторский текст признаков, что дополняет и подтверждает данный вывод.

По второму вопросу. В анализируемом тексте в его отдельных предложениях и в отдельных отрывках имеется информация, воздействующий потенциал которой ориентирован на создание и закрепление в сознании читателя негативного образа гр. Б.Г. Юмадилова как руководителя Адвокатской палаты. Данное заключение вытекает из того, что ритмические паттерны мозговой активности в момент чтения выявленных отрывков текста свидетельствуют о жестком комплексном воздействии на сознание (отрывок № 2) и о типе воздействия, при котором человек перестает критически оценивать информацию (отрывок № 3). Дополнительное исследование признакового аспекта, ориентированного на активизацию отрицательных устрашающих эмоций, подтверждает сделанный вывод.

Эксперт допускает возможность «случайного» создания речевой модели с подобными характеристиками, особенно если автор наделен интеллектом высокого уровня, коммуникативными навыками и навыками письменного выражения смысловых единиц с помощью знаков. Для оценки показателя «случайности» необходим анализ других созданных автором речевых продуктов.

По третьему вопросу. В анализируемом тексте имеются данные о личных намерениях автора и его скрытых мотивах, которые могут побуждать к созданию текстов с отрицательным суггестивным потенциалом. Данный вывод сделан на основе анализа нагрузки на категории (анализ акцентуаций, психоаналитической символики и мотивов автора), исследования наиболее выраженных профилей категорий, выявленных в текстовом пространстве, а также анализа эмоционально-лексических оценок. Автор текста с высокой долей вероятности намерен продолжать контролировать ситуацию, давать решительный отпор своим оппонентам, быть всегда настороже и не принимать критику в свой адрес, не соглашаться на компромисс, не слышать возражений другой стороны. При этом в ходе анализа не было выявлено скрытой агрессивности автора. Одним из мотивов, побуждающих автора к созданию текста с отрицательным потенциалом воздействия, является скрытый мотив «Желание власти». Данный текст является результатом продуманной стратегии, которая была реализована при высоком самоконтроле, при независимой личной позиции и весьма умеренной эмоциональности. Выявленные мотивы и намерения автора свидетельствуют об уязвлённом самолюбии честолюбивого человека, решившего дать отпор конкретному лицу и системе в целом, которая, по его мнению, не поддержала его и не оценила его достоинств.

1. В тексте статьи ФИО5 «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”» (интернет-издание ProUfu.ru от 25.04.18 г.) содержатся негативные сведения о ФИО1 в языковой форме утверждений о событиях и фактах его деятельности в должности Президента адвокатской палаты РБ, отрицательной оценки его личности, а также о его личных деловых и моральных качествах. Смысловая направленность высказываний изложение отрицательной информации о деятельности АП РБ, её руководстве в лице Президента, Б.Г. Юмадилова, а также выражение критического отношения к излагаемым событиям и фактам.

2. Высказывания текста (а)-(г), (ж), (и), (к)-(м) (см. описательную часть ответа на предыдущий вопрос) являются по языковой форме категорическими и критическими утверждениями о фактах, на прагматическом уровне оформлены как достоверные, то есть говорящий (интервьюируемый ФИО3) берет на себя ответственность за истинность утверждаемого. Присутствие в (в) высказывании вводного слова «наверное» выражает субъективную модальность. Особенность (з) высказывания, содержащего обозначение эмоции дискомфорта «мне стыдно» в том, что его содержание – оценка такой формы поведения, как «мы все допустили к власти столь недалеких и алчных людей». Оценочное утверждение (д) не может быть ни истинным, ни ложным, поскольку утверждает актуальную для говорящего ценность.

3. В тексте интервью в негативно оцениваемом контексте имеются негативные сведения в форме утверждений, в т.ч. критических, содержащих информацию о нарушении г-ном ФИО1 и его окружения в АП РБ действующего законодательства, общепринятых моральных норм и принципов. Оценка личности и деятельности Б.Г. Юмадилова в должности президента АП РБ осуществляется с общественных позиций: ему приписаны осуждаемые общественной моралью и противоречащие закону качества и поступки – финансовые злоупотребления, произвол; растраты общественных адвокатских денег, аренда помещения для АП РБ у тещи при явной подозрительности сделки, миллионные выплаты различных необоснованных премий; превращение выборов президента АП РБ в профанацию; узурпация власти; полное игнорирование чьим-либо мнением; оторванность «всей этой верхушки» от реальности и пр.

При оценивании содержания публикации в интернет-издании «ProUfu.ru» существенными следует признать два факта: использование критических высказываний, передающих негативную информацию о деятельности физических или юридических лиц, является неотъемлемой составляющей реализуемого в издании жанра – интервью; ФИО1 занимает руководящую должность в АП РБ, что делает его публичным человеком, а в отношении государственных служащих, действующих в официальном качестве, как и политиков, рамки допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.

4. Ключевые слова представленных на анализ высказываний реализуются в своих прямых значениях и несут конкретную информацию о нарушении руководством АП РБ – в лице её Президента, Б.Г. Юмадилова, и его окружения – тех или иных моральных и правовых норм и принципов. В высказываниях «миллионные выплаты различных необоснованных премий»; «растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.» слова и их сочетания «подозрительная» (сделка) обозначает «вызывающий сомнение, правильность, законность поступков» ФИО1, справедливость и честность его намерений; «необоснованные» (премии) – «лишенный обоснования», т.е. «того, что служит доказательством чего-либо» являются компонентами высказываний в форме утверждений о фактах, которые на прагматическом уровне оформлены как достоверные (то есть говорящий берет на себя ответственность за истинность утверждаемого).

Высказывание в языковой форме утверждения о фактах «… с помощью нехитрых манипуляций и пассивности адвокатов выборы превращены в профанацию. ФИО1 с помощью извращения закона практически узурпировал власть» содержит ключевые лексические компоненты с отрицательной семантикой. Содержательно фраза является фактологическим мнением, поскольку в первой её части употребляемая в разговорном стиле частица «вроде как» выражает условную предположительность высказывания, вторая часть оформлена как повествовательное предложение; содержит сказуемые в форме изъявительного наклонения, передающего реальность осуществления процесса в прошлом и настоящем; возможна верификации сведений оформленных указанным способом, т.е. их оценка с точки зрения истинности / ложности; отсутствуют языковые средства, выражающие явную оценку, субъективное отношение к предмету речи.

5. Статья состоит из трех тематических блоков: 1) информация автора в заголовочной части публикации, привлекающая внимание общественности к деятельности АП РБ и её руководства; 2) описание нарушений законодательства, моральных норм и принципов руководства АП РБ, в т.ч. в лице её Президента – Б.Г. Юмадилова; 3) публичное осуждение и критика. Первый и второй тематические блоки анализируемого текста основаны на общем фоновом знании читательской аудитории о том, что существует сфера адвокатского сообщества с её недобропорядочными представителями (Президент АП РБ ФИО1 и его окружение), противопоставленными законопослушным его членам.

Осуждающее и ироническое отношение к действующим лицам публикации передается посредством лексико-синтаксических выразительных средств языка – сниженной, жаргонизированной лексики, а также использованной логической уловки «ложное основание» в (б)-высказывании. Словообразовательные элементы привносят в контекст иронично-отрицательное экспрессивное значение в категорию характеристики действий и поступков описываемых лиц (руководства АП РБ), нарушающих законы, общепринятые моральные нормы и принципы.

Лингвостилистический анализ статьи позволил выявить 433 слова и их сочетания, имеющих отрицательную коннотацию, или негативную стилистическую окраску, что составляет 44% в общем объеме статьи в 993 слова и не соответствует принципу эстетической целесообразности. Это свидетельствует о том, что в анализируемой статье присутствует нескрываемая установка автора интервью на формирование негативного мнения в отношении президента АП РБ Б.Г. Юмадилова.

6. Высказывания текста (а)-(г), (ж-вторая часть выражения), (и), (к)-(м) представляют собой высказывания в языковой форме утверждения о фактах и событиях, поскольку а) на прагматическом уровне оформлены как достоверные, т.е. интервьюируемый ФИО3 берет на себя ответственность за истинность утверждаемого; б) в перечисленных фразах отсутствуют маркеры сомнения, предположения, субъективного мнения; в) выражены в конструкциях с употреблением глаголов изъявительного наклонения, настоящего и прошедшего времени, обозначающих результативность характеризуемых действий и событий, качество деятельности субъектов.

Присутствие в (в) высказывании вводного слова «наверное», в выражениях (з), (д) – оценочного мнения выражает субъективную модальность, поэтому верификация оформленных таким образом сведений невозможна.

Первое предложение высказывания (ж) лингвистически квалифицируемо как фактологическое мнение, вторая – как утверждение о факте, поскольку в первой части фразы употребляемая в разговорном стиле частица «вроде как» выражает условную предположительность высказывания. Союз «но» соединяет первую часть с последующей и подчеркивает категоричность второй части суждения, которое может являться ложным, если ФИО1 «с помощью извращения закона …» не «узурпировал власть». Соответствие / несоответствие истинности устанавливает суд или следствие.

7. Как было показано при ответах №№, 6 информация, которая на содержательно-фактуальном уровне имеет языковую форму категорических и критических утверждений о нарушении Президентом АП РБ ФИО1 действующего законодательства (см. интерпретацию слов и их сочетаний с негативным смысловым компонентом), осуществлении нечестных, неэтичных поступков (узурпация власти, извращения закона, нехитрые манипуляции и манипулирование пассивностью адвокатов АП РБ), недобросовестности при осуществлении деятельности (аренда помещения для АП РБ у тещи по кабальной цене; финансовые растраты и злоупотребления, необоснованные премии лицам, не имеющим отношение к АП РБ) и может способствовать принижению деловой репутации Б.Г. Юмадилова (Президента АП РБ). В публикации присутствует также негативный компонент, выражаемый на уровне смысла целостного текста.

Выразительные вербальные и невербальные (карикатура) средства помогают создать и укрепить в сознании читателя образ адвоката из схемы организованных связей (подчинение АП РБ Верховному суду) и ролей в злоупотребляющей своими полномочиями «группировке». Высказывания в форме утверждений о фактах и событиях, а также выявленные негативнооценочные суждения (мнения и оценки) автора интервью имеют разоблачительную направленность.

Анализируемые высказывания, как отмечалось нами, имеют конкретный характер и обозначают ситуацию из сферы деятельности АП РБ, её Президента Б.Г. Юмадилова с использованием языковых единиц, которые формально не имеют неприличной формы, но содержательно лингвистически квалифицируются как ненормативные, т.е. находящиеся за пределами норм литературного языка, которые рассматриваются обществом как недопустимые в публичном употреблении, в СМИ. Это еще один диагностический признак того, что общая смысловая тенденция материала объектов исследования является оскорбительной по характеру, поскольку языковая форма выражения отрицательной оценки личности ФИО1 может подрывать его престиж в глазах окружающих и нанести ущерб уважению к самому себе.

8. В анализируемом тексте имеется скрытая информация, формирующая негативное отношение к сообществу адвокатов Адвокатской палаты Республики и к Президенту палаты гр. ФИО1. С помощью психолингвистического инструментария и специальных аналитических единиц удалось выявить

а) латентный потенциал данного текста, который содержит примеры (отдельные предложения и отрывки текста), способствующие формированию негативного отношения как к отдельному человеку, так и к группе лиц (сообществу);

б) направленность негативных сведений, обладающих значительными суггестивными ресурсами, к конкретному лицу – Президенту АП РБ ФИО1, а также к адвокатскому сообществу на основании выявленных паттернов ритмической активности мозга и на основании эксплицированных характеризующих авторский текст признаков.

9. В анализируемом тексте в его отдельных предложениях и в отдельных отрывках имеется информация, воздействующий потенциал которой ориентирован на создание и закрепление в сознании читателя негативного образа гр. Б.Г. Юмадилова как руководителя Адвокатской палаты. Данное заключение вытекает из того, что ритмические паттерны мозговой активности в момент чтения выявленных отрывков текста свидетельствуют о жестком комплексном воздействии на сознание (отрывок № 2) и о типе воздействия, при котором человек перестает критически оценивать информацию (отрывок № 3). Дополнительное исследование признакового аспекта, ориентированного на активизацию отрицательных устрашающих эмоций, подтверждает сделанный вывод.

10. В анализируемом тексте имеются данные о личных намерениях автора и его скрытых мотивах, которые могут побуждать к созданию текстов с отрицательным суггестивным потенциалом. Данный вывод сделан на основе анализа нагрузки на категории (анализ акцентуаций, психоаналитической символики и мотивов автора), исследования наиболее выраженных профилей категорий, выявленных в текстовом пространстве, а также анализа эмоционально-лексических оценок. Автор текста с высокой долей вероятности намерен продолжать контролировать ситуацию, давать решительный отпор своим оппонентам, быть всегда настороже и не принимать критику в свой адрес, не соглашаться на компромисс, не слышать возражений другой стороны. При этом
в ходе анализа не было выявлено скрытой агрессивности автора. Одним из мотивов, побуждающих автора к созданию текста с отрицательным потенциалом воздействия, является скрытый мотив «Желание власти». Данный текст является результатом продуманной стратегии, которая была реализована при высоком самоконтроле, при независимой личной позиции и весьма умеренной эмоциональности. Выявленные мотивы и намерения автора свидетельствуют об уязвлённом самолюбии честолюбивого человека, решившего дать отпор конкретному лицу и системе в целом, которая, по его мнению, не поддержала его и не оценила его достоинств.

По первому вопросу. Для психолингвистического анализа и для анализа воздействующего потенциала вербальной модели лингвистическая, философская, юридическая трактовки понятий о форме модели, то есть о том, относится ли высказывание к утверждению о фактах, предположению, оценочному суждению или мнению – не являются значимыми. Любая вербальная модель обладает скрытым воздействующим потенциалом, который может быть положительным, отрицательным или нейтральным. При этом количественные показатели латентной суггестивной силы вербальной модели могут значительно отличаться друг от друга.

Шесть из перечисленных высказываний характеризуются негативным воздействующим зарядом, активизируя определенные паттерны мозговых волн, и только одно из семи высказываний является нейтральным, не имеющим значимых признаков суггестивного влияния.

Перечисленные высказывания будут оказывать на читателя негативное
(в шести случаях) и нейтральное (в одном случае) воздействие независимо
от формы, в которой они были представлены автором: в форме утверждения о фактах, предположения, оценочного суждения или мнения.

По второму вопросу. Контекстуальный анализ материала статьи показывает явную и косвенную отнесенность негативных сведений как к конкретным лицам – Президенту АП РБ ФИО1, так и к АП РБ в целом. Пять высказываний касаются лично гр. Б.Г. Юмадилова, шестое высказывание затрагивает систему в целом безотносительно к конкретному лицу, седьмое высказывание имеет отношение к АП РБ и с высокой долей вероятности касается гр. Б.Г. Юмадилова.

1. В тексте публикации «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”», размещенной на интернет-портале ProUfu.ru имеют место высказывания в форме как утверждения о фактах, критических утверждений, так и оценочного суждения, мнения. Так, высказывания текста (1)-(7) (см. таблицу 1) являются по языковой форме категорическими и критическими утверждениями о фактах, оформлены как достоверные, поскольку в них отсутствуют маркеры сомнения, предположения, субъективного мнения. Фактологическое суждение (8) указывает на возможность верификации сведений, т.е. их оценка с точки зрения истинности / ложности. Присутствие в (9) высказывании вводного слова «наверное» выражает субъективную модальность. Оценочное суждение (10) не может быть ни истинным, ни ложным, поскольку утверждает актуальную для говорящего ценность. Высказывание (11) содержит обозначение эмоции дискомфорта («мне стыдно»), смысловое наполнение – оценка такой формы поведения, как «мы все допустили к власти столь недалеких и алчных людей».

2. Перечисленные в описательной части исследования высказывания, извлеченные из текста публикации «ФИО3: “Мне стыдно за адвокатское сообщество”», размещенной на интернет-портале ProUfu.ru, касаются лично ФИО1 и неопределенного круга лиц из числа должностных лиц Адвокатской палаты Республики Башкортостан.

3. В контексте психолингвистического анализа любая вербальная модель обладает скрытым воздействующим потенциалом, который может быть положительным, отрицательным или нейтральным. При этом количественные показатели латентной суггестивной силы вербальной модели могут значительно отличаться друг от друга. Независимо от формы высказывания (утверждение о фактах, предположение, оценочное суждение или мнение) анализируемые отрывки данного текста будут оказывать на читателя негативное (шесть высказываний) и нейтральное (одно высказывание) воздействие.

4. Контекстуальный анализ материала статьи показывает явную и косвенную отнесенность негативных сведений как к конкретным лицам – Президенту АП РБ ФИО1, так и к неопределенному кругу лиц, имеющих отношение к Адвокатской палате Республики Башкортостан. Пять высказываний указывают лично на гр. Б.Г. Юмадилова, шестое высказывание затрагивает систему в целом безотносительно к конкретному лицу, седьмое высказывание имеет отношение к Адвокатской палате Республики Башкортостан и с высокой долей вероятности касается гр. Б.Г. Юмадилова.

Проанализировав содержание указанных экспертных заключений, суд считает возможным принять их в качестве допустимого и достоверного доказательства, поскольку они соответствуют действующему законодательству, эксперты дали конкретные ответы на поставленные вопросы, в заключениях подробно изложена исследовательская часть экспертизы, из которой видно, в связи с чем эксперты пришли к таким выводам, эксперты были предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Суд считает, что в данном случае при вынесении решения необходимо руководствоваться экспертными заключениями от 26.10.2018, поскольку они в полном объеме отвечают требованиям статьи 86 ГПК РФ. Сопоставив данные экспертные заключения с другими добытыми по делу доказательствами, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для выражения несогласия с указанным заключениями судебной экспертизы. Суд полагает, что заключения судебной экспертизы в данном случае отвечают принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в их правильности отсутствуют. Кроме того, следует отметить, что заключения экспертов не противоречат в совокупности имеющимся в материалах дела доказательствам.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО8 ФИО10 подтвердили правильность сделанных выводов в экспертных заключениях от 26.10.2018.

Сомнений в правильности или обоснованности данных экспертных заключений у суда не имеется, в связи с чем оснований для назначения повторной судебной экспертизы суд не усматривает.

Принимая во внимание, что опубликованные 23.04.2018 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»,

представляют собой информацию о незаконном и недобросовестном поведении истца, т.е. носят порочащий характер, изложены в форме утверждений, относятся к президенту Адвокатской палаты Республики Башкортостан ФИО1, их соответствие действительности ответчиками не доказано, суд считает необходимым признать вышеуказанные сведения не соответствующими действительности, прочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1; обязать сетевое издание удалить названные сведения из публикации от 23.04.2018 под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5; обязать ответчиков ФИО3, средство массовой информации – сетевое издание «Интернет-издание ProUfu.ru» в лице учредителя ООО «Семь вершин» опровергнуть указанные сведения путем опубликования опровержения в течение 10 рабочих дней со дня вступления в законную силу решения суда в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru».

Изложение названной информации не указывает на то, что факты, описанные в ней, предполагаются автором или лично автор таким образом оценивает поведение истца. Избранный автором стиль изложения информации указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности, указывает на осуществление истцом противоправных действий.

В удовлетворении остальной части требований суд считает необходимым отказать по следующим основаниям.

Относительно сведений «аренда помещений у тещи при явной подозрительности сделки» - материалами проверки №пр-18 (выпиской из ЕГРН от 15.02.2018, объяснениями ФИО12 от 02.10.2018, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.10.2018) подтверждается сдача в аренду нежилого помещения с кадастровым номером №, площадью 286,1 кв.м., расположенного по адресу: г. Уфа, <адрес>, корпус б, Адвокатской палате Республики Башкортостан, принадлежащего ФИО13, которая является матерью супруги истца. Данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела представителем истца не оспаривалось. Вопреки выводам экспертов суд считает, что словосочетание «при явной подозрительности сделки» является оценочным суждением интервьюируемого ФИО3, истинность которого не всегда подлежит доказыванию.

Относимость сведений «часть этих денег оседает в нужных карманах» к президенту Адвокатской палаты Республики Башкортостан экспертным заключением от 26.10.2018 не подтверждено.

Согласно экспертному заключению от 26.10.2018 сведения «ярчайшее доказательство зависимости Адвокатской палаты республики от судебной власти» имеет отношение к Адвокатской палате Республики Башкортостан и с высокой долей вероятности касается Б.Г. Юмадилова. Таким образом, вывод об отношении данных сведений к истцу носит вероятностный характер. Из буквального толкования слов и выражений оспариваемых сведений не следует категоричный вывод об их относимости непосредственно к гражданину ФИО1

В соответствии с пунктом 9 статьи 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В силу положений статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

На основании статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и содержание спорной публикации, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения об истце, и считает необходимым взыскать с ответчиков ФИО3, ООО «Семь вершин» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 рубль.

В соответствии с пунктом 1 статьи 321 ГК РФ, если в обязательстве участвуют несколько кредиторов или несколько должников, то каждый из кредиторов имеет право требовать исполнения, а каждый из должников обязан исполнить обязательство в равной доле с другими постольку, поскольку из закона, иных правовых актов или условий обязательства не вытекает иное.

Согласно пункту 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В рассматриваемом случае обязательство по компенсации морального вреда не является солидарным, в связи с этим подлежит присуждению названным ответчикам в равных долях.

В соответствии с абзацем четвертым статьи 148 и пунктом 4 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья при подготовке дела к судебному разбирательству разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса и о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора, а также разрешает вопросы о замене ненадлежащего ответчика.

Согласно абзацу второму части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что разрешение при подготовке дела к судебному разбирательству вопроса о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (пункт 4 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), необходимо для правильного определения состава лиц, участвующих в деле.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе. В случае, если суд придет к выводу о том, что выбранное истцом в качестве ответчика лицо не является субъектом спорного материального правоотношения, обязанным удовлетворить право требования истца, принудительной реализации которого тот добивается в суде, суд обязан отказать в удовлетворении иска, заявленного к такому ответчику.

В ходе рассмотрения дела, после привлечения к участию в деле в качестве соответчика автора статьи ФИО5 истцом каких-либо требований к ней заявлено не было, напротив, представитель истца в судебном заседании заявил, что истец не намерен предъявлять требований к ФИО5, связанных с публикацией оспариваемых в статье сведений, претензий к ней не имеет. С учетом изложенного суд считает необходимым в удовлетворении иска ФИО1 к привлеченному судом соответчику ФИО5 отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Поскольку решение состоялось в пользу истца, суд считает необходимым возложить на ответчиков ФИО3, ООО «Семь вершин» понесенные истцом ФИО1 при рассмотрении настоящего дела судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы на оплату нотариальных действий в размере 4 600 рублей в равных долях.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к «Интернет-издание ProUfu.ru» в лице учредителя ООО «Семь вершин», ФИО3 удовлетворить частично.

Признать сведения, опубликованные 23.04.2018 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»,

не соответствующие действительности, прочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1.

Взыскать с ФИО3, «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя Общества с ограниченной ответственностью «Семь вершин», ОГРН <***>, ИНН <***> в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 рубль в равных долях.

Обязать сетевое издание «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя Общества с ограниченной ответственностью «Семь вершин» удалить из публикации от 23.04.2018 под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5, сведения, не соответствующие действительности, прочащие честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.».

Обязать ФИО3, средство массовой информации – сетевое издание «Интернет-издание ProUfu.ru» (свидетельство о регистрации ЭЛ № ФС 77-72736 от 04.05.2018, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 04.05.2018) в лице учредителя Общества с ограниченной ответственностью «Семь вершин», ОГРН <***>, ИНН <***>, опровергнуть сведения, опубликованные 23.04.2018 в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru» под заголовком «ФИО3: «Мне стыдно за адвокатское сообщество», автор ФИО5, в части:

«растрата общественных адвокатских денег»;

«миллионные выплаты различных необоснованных премий»;

«растраты под видом представительских, командировочных расходов и т.д.»,

как не соответствующие действительности, прочащие честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, путем опубликования опровержения в течение 10 рабочих дней со дня вступления в законную силу решения суда в средстве массовой информации – сетевом издании «Интернет-издание ProUfu.ru».

В удовлетворении остальной иска ФИО1 к «Интернет-издание ProUfu.ru» в лице учредителя ООО «Семь вершин», ФИО3, ФИО5 о защите чести, достоинства, деловой репутации отказать.

Взыскать с ФИО3, Общества с ограниченной ответственностью «Семь вершин» в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы на оплату нотариальных действий в размере 4 600 рублей в равных долях.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан.

Решение суда в окончательной форме принято 07.12.2018.

Судья М.З. Галлямов