Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что <...> года он был задержан в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и допрошен в качестве подозреваемого по факту незаконной рубки деревьев в квартале <...> участка <...> участкового лесничества. Обвинение по уголовному делу предъявлено не было. Он неоднократно вызывался в качестве подозреваемого для проведения следственных действий: допросы, очные ставки. <...> года уголовное преследование в отношении него было прекращено на основании п.1 ч.1 ст.27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления. Таким образом, он незаконно пребывал в статусе подозреваемого в совершении тяжкого преступления в течение длительного периода времени. Считает, что в связи с уголовным преследованием ему причинен моральный вред, поскольку сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека. Истец считает свои права нарушенными. Считает, что в соответствии с законодательством имеет право на получение компенсации морального вреда за счет казны Российской Федерации. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <...> рублей.

Определением суда от <...> года при подготовке дела к судебному разбирательству в качестве третьего лица привлечена Нижнетагильская межрайонная природоохранная прокуратура.

Определением суда от <...> года в качестве третьего лица привлечено Межмуниципальное Управление Министерства Внутренних Дел Российской Федерации «<...>» (ММУ МВД России «<...>»).

Определением суда от <...> года в качестве третьих лиц привлечены: прокуратура Свердловской области и Главное Управление МВД России по Свердловской области (ГУ МВД России по Свердловской области).

В судебном заседании истец и его представитель исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, указанным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснили, что <...> года по факту незаконной рубки деревьев на территории Висимо-Уткинского участка Висимского участкового лесничества было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации. <...> года истец был задержан в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и допрошен в качестве подозреваемого по данному уголовному делу. При задержании оперативными сотрудниками к нему были применены спецсредства (наручники), демонстрировалось табельное оружие в целях психологического воздействия, хотя ФИО1 вел себя адекватно и не оказывал какого-либо сопротивления при задержании. <...> года он был допрошен в качестве подозреваемого, в этот же день в отношении него была применена мера процессуального принуждения – обязательство о явке, но освобожден он был лишь <...> года. Находился в ИВС с <...> года по <...> года. В последующем истец неоднократно вызывался в качестве подозреваемого для проведения следственных действий: допросы, очные ставки со свидетелями. <...> года уголовное преследование в отношении него было прекращено на основании п.1 ч.1 ст.27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления. Впоследствии по указанному факту незаконной рубки лесных насаждений по данному уголовному делу приговором Пригородного районного суда Свердловской области от <...> года был осужден Д.. Приговор вступил в законную силу. Таким образом, истец незаконно пребывал в статусе подозреваемого в совершении тяжкого преступления в течение длительного периода времени – с <...> года по <...> года. На протяжении всего указанного периода времени он испытывал нравственные страдания, поскольку подозревался в совершении тяжкого преступления, которого не совершал. Кроме того, испытал нравственные страдания из-за некорректных действий оперативных сотрудников при его задержании, явно негативного отношения к нему со стороны следователя и сотрудников полиции, пренебрежения его процессуальными правами. Кроме того, постоянные вызовы к следователю отражались на исполнении им своих трудовых обязанностей как лесничего, тем более в летний пожароопасный период. Кроме того, в газете «Пригородная» была опубликована статья, подготовленная пресс-службой ГУВД Свердловской области, о его причастности к незаконной рубке деревьев. Несмотря на то, что его фамилия не была названа в указанной статье, было указано, что подозреваемым в совершении данного преступления является житель п. <...>, работающий лесничим. Поселок <...>, где он проживает, является малочисленным, большинство жителей знают друг друга, кроме того, там проживает только один лесничий – истец ФИО1. В связи с чем, жители поселка сразу поняли, что в опубликованной статье речь идет о ФИО1, как о подозреваемом в совершении тяжкого преступления. В результате чего мнение о нем со стороны жителей села изменилось в отрицательную сторону. Информация в пресс-службу была представлена следователем ФИО4, о чем указано в статье. Считает, что в связи с незаконным уголовным преследованием ему причинен моральный вред, поскольку сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека. Незаконное привлечение к уголовной ответственности, его задержание повлекло нарушение личных неимущественных прав истца: право на свободу передвижения, на достоинство личности, честь и доброе имя, тем более, что его работа на должности лесничего связана, в том числе, и с пресечением незаконной рубки леса на вверенном ему участке лесничества. В связи с незаконным уголовным преследованием он испытал сильные нравственные страдания, периодически страдал бессонницей и депрессией. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на его эмоциональном настроении, на его психологическом здоровье. В соответствии со ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный ему вред возмещается за счет казны Российской Федерации независимо от вины должностных лиц правоохранительных органов. В связи с перенесенными им нравственными переживаниями сумму компенсации морального вреда в размере <...> рублей считает разумной и справедливой, просит взыскать с ответчика. Также просит взыскать с ответчика судебные расходы в размере <...> рублей, в том числе: <...> рублей – расходы по оформлению нотариальной доверенности на представителя, <...> рублей расходы по оплате юридических услуг: консультация, составление искового заявления, представительство в суде.

Представитель ответчика, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, направил в суд отзыв на исковое заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие. В отзыве указал, что исковые требования не признает в полном объеме, просил в удовлетворении иска отказать. В обоснование возражений указал, что компенсация морального вреда реабилитированному лицу производится в порядке ст.151, 1070, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вред, причиненный гражданину в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п.1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. В отношении истца не избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде, была применена мера процессуального принуждения – обязательство о явке, т.е. последствия, предусмотренные п.1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, не наступили. Следовательно, отсутствуют основания, предусмотренные ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, для удовлетворения требований истца. Требования истца должны быть рассмотрены в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, истцом не представлено доказательств виновности работников органов предварительного следствия в причинении ему какого-либо вреда, а также наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и причиненным вредом, что является необходимыми условиями возникновения обязанности по возмещению вреда Российской Федерацией в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Каких-либо доказательств, подтверждающих причинение вреда здоровью, нарушение личных неимущественных прав и нематериальных благ, вследствие незаконных действий должностных лиц, истцом не представлено. Истцом также не представлено доказательств, подтверждающих некорректное поведение сотрудников уголовного розыска, нарушение процессуальных прав истца, распространение порочащих сведений. Размер компенсации морального вреда в денежной форме определяется судом на основании конкретных обстоятельств спора, с учетом представленных истцом доказательств о характере причиненных физических и нравственных страданий. Поскольку каких–либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданиях, а так же о наличии причинно-следственной связи между неправомерными действиями и причиненным истцу моральным вредом, истцом суду не представлено, иск удовлетворению не подлежит. Доводы истца о нарушении личных неимущественных прав, таких как право на честь, доброе имя, достоинство личности, носят обобщенный характер. Кроме того сумма морального вреда, заявленная истцом в размере <...> рублей, является необоснованной.

Представитель третьих лиц на стороне ответчика Прокуратуры Свердловской области, Нижнетагильской межрайонной природоохранной прокуратуры ФИО2 просила суд удовлетворить исковые требования ФИО1 частично в размере <...> рублей, исходя из принципов разумности и справедливости. В обоснование суду пояснила, что <...> года ФИО1 был задержан в качестве подозреваемого по уголовному делу, возбужденному по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту незаконной рубки лесных насаждений на территории Висимо-Уткинского участка Висимского участкового лесничества. Основанием для задержания явились показания свидетелей, указавших на ФИО1, как на лицо, совершившее указанное преступление. <...> года он был допрошен в качестве подозреваемого, проведены очные ставки, <...> года освобожден от задержания. В отношении ФИО1 была применена мера процессуального принуждения – обязательство о явке, мера пресечения в отношении него не избиралась, обвинение ему не предъявлялось. В ходе расследования уголовного дела, допроса свидетелей и проведения очных ставок прямых доказательств вины ФИО1 в совершении незаконной рубки деревьев не получено. Косвенные доказательства, собранные по уголовному делу, явились недостаточными для предъявления ФИО1 обвинения. <...> года уголовное преследование в отношении него было прекращено на основании п.1 ч.1 ст.27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления, за ним признано право на реабилитацию. Основаниями, определяющие право истца на компенсацию морального вреда, являются: нахождение его в качестве задержанного в период с <...> года по <...> года, допрос в качестве подозреваемого. Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности презюмируется, но на истца возложена обязанность доказывания обстоятельств, влияющих на размер компенсации морального вреда. Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о характере и степени причиненных ему физических и нравственных страданий. Доводы истца о наличии переживаний, волнений, бессонницы и депрессий в связи с подозрением в совершении преступления носят общий характер. Доказательства, подтверждающие факты некорректного поведения сотрудников уголовного розыска в отношении истца, распространения порочащих сведений о нем, умаляющих его честь и достоинство, доброе имя, истцом не представлены. Обращения ФИО1 о нарушении его прав в Нижнетагильскую межрайонную природоохранную прокуратуру не поступали. В связи с чем размер компенсации морального вреда, заявленный истцом в размере <...> рублей, является чрезмерно завышенным, и исходя из принципов разумности и справедливости подлежит снижению до <...> рублей.

Представитель третьего лица на стороне ответчика ММУ МВД России «Нижнетагильское» ФИО3 просила в удовлетворении иска отказать. В обоснование возражений по иску пояснила суду, что истец ФИО1 с позиции уголовно-процессуального закона не является лицом, привлеченным к уголовной ответственности, поскольку уголовное дело в отношении него не возбуждалось, истец не был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, обвинение ему не предъявлялось, мера пресечения, в том числе заключение под стражу либо подписка о невыезде не избиралась. ФИО1 был задержан в рамках предварительного следствия в соответствии со ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Само по себе то обстоятельство, что ФИО1 впоследствии не был привлечен к уголовной ответственности не означает, что его задержание было незаконным, поскольку следователем выполнены все требования уголовно-процессуального закона, регулирующие основание и порядок задержания подозреваемого. Истцом не представлено доказательств виновности работников органов предварительного следствия в причинении ему какого-либо вреда, а также наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и причиненным вредом, что является необходимыми условиями возникновения обязанности по возмещению вреда Российской Федерацией в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истцом не доказан факт причинения морального вреда. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда не обоснован.

Представитель третьего лица на стороне ответчика ГУ МВД России по Свердловской области, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, направил в суд отзыв на исковое заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие. В отзыве просил в удовлетворении иска отказать. Указал, что истцом не представлено доказательств виновности работников органов предварительного следствия в причинении ему какого-либо вреда, а также наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и причиненным вредом, что является необходимыми условиями возникновения обязанности по возмещению вреда Российской Федерацией в соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Каких-либо доказательств, подтверждающих причинение вреда здоровью, нарушение личных неимущественных прав и нематериальных благ, вследствие незаконных действий должностных лиц, истцом не представлено. Действия сотрудников органов внутренних дел в отношении ФИО1 являлись необходимыми и законными. Просил в удовлетворении иска отказать, мотивируя тем, что истцом не доказан факт причинения морального вреда.

Заслушав объяснения истца и его представителя, представителей третьих лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, <...> года следственным отделением № <...> по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ММУ МВД России «Нижнетагильское», по факту незаконной рубки деревьев в квартале <...> участка <...> участкового лесничества было возбуждено уголовное дело № <...> по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По данному уголовному делу <...> года в <...> ФИО1 был задержан в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. <...> года ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого по данному уголовному делу. <...> года в отношении него была применена мера процессуального принуждения – обязательство о явке. <...> года освобожден от задержания (л.д. 88-90, 91-97, 98, 99).

Каких-либо мер пресечения, в том числе в виде подписки о невыезде, в отношении ФИО1 не избиралось, обвинение ему не предъявлялось. Рапортов следователя, подтверждающих неявку ФИО1 по вызовам следователя для проведения следственных действий, материалы уголовного дела не содержат.

Постановлением следователя следственного отделения № <...> по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ММУ МВД России «Нижнетагильское», от <...> года уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено на основании п.1 ч.1 ст.27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления, мера процессуального принуждения – обязательство о явке отменена, за ним признано право на реабилитацию (л.д. 12-14).

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государственного вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

В силу положений п. 1 ст. 8 и ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

Согласно п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещение ему вреда.

Согласно положениям ст. ст. 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

В силу положений п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда возмещается в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд не может согласиться с доводами представителей ответчика и третьих лиц ГУ МВД России по Свердловской области, ММУ МВД России «Нижнетагильское» о том, что отсутствуют предусмотренные ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для удовлетворения требований истца, поскольку он не является лицом, привлеченным к уголовной ответственности, уголовное дело в отношении него не возбуждалось, обвинение не предъявлялось, мера пресечения, в том числе заключение под стражу либо подписка о невыезде в отношении него не избирались, о том, что отсутствуют условия возникновения обязанности по возмещению вреда Российской Федерацией, предусмотренные со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, из-за непредоставления истцом доказательств виновности работников органов предварительного следствия в причинении ему какого-либо вреда, а также наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и причиненным вредом.

Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации), включающих как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, так и полное возмещение убытков (статья 15). Статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2009 N 1005-О-О, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного актами органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит конкретную норму об ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной, то есть внедоговорной ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.

Вместе с тем Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает случаи возмещения вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Так, в соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Согласно статье 1100 данного Кодекса компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац третий).

Данными нормами, как видно из их содержания, в изъятие из общих начал гражданско-правовой ответственности предусмотрено возмещение вреда независимо от вины должностных лиц соответствующих органов с целью реализации гражданско-правовой защиты конституционных прав каждого, прежде всего права граждан на свободу и личную неприкосновенность (статьи 2 и 22 Конституции Российской Федерации), а также на свободу экономической деятельности граждан и их объединений (статьи 8, 34 и 35 Конституции Российской Федерации), если эти права были нарушены актами правоохранительных органов или суда (что повлекло за собой причинение вреда), в то время как ответственность за иные незаконные действия государственных органов и их должностных лиц по статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации наступает на общих условиях ответственности за причинение вреда, что само по себе не означает снижения уровня гражданско-правовой защиты прав и законных интересов граждан.

Как усматривается из материалов дела, в результате неправомерных действий должностных лиц органа предварительного расследования истец ФИО1 без достаточных на то оснований был подвергнут уголовному преследованию, был задержан в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, находился в ИВС с <...> года по <...> года. С <...> года по <...> года пребывал в статусе подозреваемого в совершении тяжкого преступления. Поскольку в установленном законом порядке причастность его к совершению инкриминируемого преступления не была доказана, уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из приговора Пригородного районного суда Свердловской области от <...> года, по данному уголовному делу был осужден Д. Приговор вступил в законную силу <...> года (л.д. 60-65).

Прекращение в отношении подозреваемого уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, влечет в силу ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации возникновение у такого лица права на реабилитацию, включающего в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Следовательно, прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении уголовно наказуемого деяния, влечет полную реабилитацию лица и указывает на незаконность уголовного преследования данного лица. Незаконность уголовного преследования истца установлена вышеуказанным постановлением о прекращении уголовного преследования и в доказывании не нуждается в соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах у истца возникло право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, по основаниям, предусмотренным ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе и при обстоятельствах, когда в отношении него не применялась мера пресечения.

Основания для возмещения морального вреда в данном случае предусмотрены ст. ст. 150, 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд также не может согласиться с доводами представителей ответчика и третьих лиц о том, что истцом не представлено доказательств о характере причиненных физических и нравственных страданий, поскольку каких – либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданиях, а так же наличие причинно- следственной связи между незаконными действиями должностных лиц и причиненным истцу моральным вредом.

Исходя из содержания абзаца 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Суд учитывает, что истец ФИО1, являясь невиновным в совершении инкриминируемых ему органами следствия деяний, испытывал нравственные переживания в результате осуществления в отношении него процессуальных действий. В статусе подозреваемого ФИО1 вынужден был испытывать ряд ограничений его прав, обусловленных этим статусом. Незаконное привлечение к уголовной ответственности повлекло нарушение личных неимущественных прав истца на достоинство личности, честь и доброе имя, право на неприкосновенность частной жизни, свободу передвижения. Такое нарушение прав истца, вопреки безосновательным доводам ответчика, ссылающегося на отсутствие оснований для удовлетворения требований истца, не может оставаться без соответствующей соразмерной компенсации.Довод ответчика, что истцом не доказан факт причинения морального вреда суд считает несостоятельным, поскольку сам по себе факт незаконного уголовного преследования причинил истцу нравственные страдания.

Исходя из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципа состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из постановления Пригородного районного суда Свердловской области от <...> года, вступившего в законную силу <...> года (л.д. 28-30), адвокат Стасюк А.В. – защитник подозреваемого ФИО1 обратился в суд в порядке ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с жалобой на постановление следователя ФИО4 об отказе в удовлетворении его ходатайства об ознакомлении с протоколом задержания ФИО1, протоколами следственных действий, проведенных с его участием, иными документами. Жалоба мотивирована тем, что отказав в удовлетворении ходатайства, следователь ФИО4 нарушила конституционное право на защиту. Суд указанным постановлением удовлетворил жалобу защитника, признав ее обоснованной, признал отказ следователя ФИО4 в предоставлении для ознакомления защитнику Стасюку А.В. процессуальных документов: протокола о задержании ФИО1, постановления о возбуждении уголовного дела, незаконным.

При указанных обстоятельствах суд считает несостоятельными доводы представителей ответчика и третьих лиц о том, что истцом не представлено доказательств нарушения его процессуальных прав, поскольку вышеуказанным постановлением суда установлено нарушение права ФИО1, находящегося в статусе подозреваемого, на защиту.

Как установлено судом, <...> года в <...> ФИО1 был задержан в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, содержался в ИВС, <...> года освобожден от задержания.

По ходатайству стороны истца были допрошены свидетели Г.. и К.., которые показали, что были очевидцами задержания ФИО1 сотрудниками органов внутренних дел, которые были в гражданской одежде. При задержании на ФИО1 были надеты наручники. Кроме того, свидетель Г. показал суду, что при задержании к голове ФИО1 сотрудниками полиции был приставлен пистолет. ФИО1 не оказывал какого-либо сопротивления при задержании, не пытался бежать.

По ходатайству представителей третьих лиц на стороне ответчика Прокуратуры Свердловской области, Нижнетагильской межрайонной природоохранной прокуратуры были допрошены следователь ФИО4, а также сотрудники полиции ФИО5, ФИО6, производившие задержание ФИО1

Указанные свидетели показали суду, что решение о задержании ФИО1 было принято следователем ФИО4, в производстве которой на тот момент находилось уголовное дело по факту незаконной рубки лесных насаждений. <...> года по месту жительства ФИО1 было запланировано провести обыск, но прибыв по месту его регистрации было установлено, что по данному адресу он не проживает. Данное обстоятельство, а также неоднократные неявки ФИО1 по вызову следователя для проведения следственных действий, а также то обстоятельство, что допрошенные следователем свидетели указывали на него как на лицо, совершившее данное преступление, послужило основанием для принятия следователем ФИО4 решения о задержании ФИО1 Следователь ФИО4 присутствовала при задержании, осуществляли задержание оперативные сотрудники ФИО6, ФИО5, ФИО7 При задержании ФИО1 сопротивление не оказывал, вел себя адекватно, в связи с чем не было необходимости применять к нему спецсредства (наручники), тем более демонстрировать табельное оружие.

Учитывая противоречивый и взаимоисключающий характер показаний свидетелей со стороны истца и со стороны ответчика о применении спецсредств, демонстрации оружия, суд считает, что они не могут быть положены в основу решения суда по данному обстоятельству. При этом суд учитывает, что как следует из пояснений истца, показаний допрошенных свидетелей, ФИО1 при задержании вел себя адекватно, сопротивления не оказывал, что указывает на отсутствие необходимости у оперативных сотрудников применять спецсредства и демонстрировать табельное оружие. Кроме того, суд учитывает, что свидетели со стороны истца Г.. и К.. находились на значительном расстоянии от места задержании ФИО1 - на расстоянии 70-100 метров, о чем сами показали в судебном заседании.

При указанных обстоятельствах суд считает, что в судебном заседании не нашел подтверждение факт некорректных действий сотрудников органов внутренних дел при задержании ФИО1, а именно: применение спецсредств (наручников), демонстрация табельного оружия в целях психологического воздействия, на которые он ссылается в обоснование степени и характера причиненных ему физических и нравственных страданий.

Свидетели Г.. и Н.., допрошенные по ходатайству истца, показали суду, что в «Пригородной» газете прочитали заметку, в которой указано о незаконной рубке деревьев, произведенной лесничим, проживающим в п. <...>. Поскольку свидетели являются жителями поселка <...> население которого малочисленно, всем жителям известно, что в поселке проживает лишь один лесничий – ФИО1, то стало понятно, что речь идет именно о ФИО1. По поселку пошли сплетни о том, что лесничий, который в силу своих должностных обязанностей должен пресекать незаконную рубку деревьев, сам занимается данной преступной деятельностью. Информацию, опубликованную в газете, восприняли как достоверную, поскольку она была подготовлена пресс-службой ГУВД.

В силу ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда должен учитываться характер физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств дела.

В силу положений п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, с учетом требований разумности и справедливости, оценивая степень нравственных страданий истца, тяжесть преступления, в совершении которого истец подозревался, относящееся в соответствии со ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к категории тяжких преступлений, длительность периода нахождения истца в статусе подозреваемого, факт его задержания и содержания в ИВС с <...> года по <...> года, суд признает требования ФИО1 о возмещении морального вреда подлежащими удовлетворению частично, определив к взысканию сумму компенсации в размере <...> рублей. При определении указанного размера компенсации суд учел, что процессуальные действия в отношении истца производились без применения к нему меры пресечения в виде ареста либо подписки о невыезде.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Таким образом, компенсация морального вреда в указанном размере подлежат взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Представитель третьего лица на стороне ответчика - Прокуратуры Свердловской области в своем отзыве просил о прекращении производства по делу в части требований истца в принесении ему официального извинения в порядке, предусмотренном ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку они должны рассматриваться в ином судебном порядке.

Но данные исковые требования не заявлены истцом, а в соответствии с ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Разрешая вопрос о взыскании в пользу истца судебных расходов, понесенных им в связи с рассмотрением дела, суд приходит к следующему.

Как усматривается из квитанции, истцом понесены расходы по оформлению нотариальной доверенности на представителя - 1500 рублей (л.д. 26). Данные расходы признаются судом необходимыми, поскольку понесены истцом в связи с отстаиванием своих интересов и подлежат взысканию с ответчика.

Разрешая вопрос о взыскании в пользу истца расходов, понесенных им в связи с оплатой услуг представителя, суд приходит к следующему.

В силу ч.1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу абз. 5 ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей.

Из материалов дела следует, что интересы ФИО1 в суде представляла адвокат адвокатской конторы № <...> г. Нижнего Тагила Адвокатской палаты Свердловской области Демидова С.Н., действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности. Представитель истца - адвокат Демидова С.Н. составила исковое заявление, принимала участие в 4-х судебных заседаниях, что подтверждается протоколами судебных заседаний от <...> года, <...> года, <...> года и <...> года (л.д. 48-49, 107-111, 132-136).

При указанных обстоятельствах, учитывая требование разумности, закрепленное в ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принятое решение по делу в пользу истца, позицию истца, который был вынужден защищать свои интересы, с учетом сложности дела, объема выполненных представителем истца работ: составление искового заявления, участие в четырех судебных заседаниях, суд полагает подлежащим удовлетворению требование истца о возмещении расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере <...> руб., которые подлежат взысканию с ответчика.

При указанных обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в размере <...>., в том числе: <...> рублей – оплата услуг нотариуса по оформлению доверенности, <...> рублей – оплата юридических услуг.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1, <...> года рождения, с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере <...> (<...>) рублей <...> копеек.

Взыскать в пользу ФИО1, <...> года рождения, с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации судебные расходы в размере <...> (<...>) рублей <...> копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Пригородный районный суд Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено <...> года.

Судья (подпись)

<...>