Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «<данные изъяты>» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору, встречному иску ФИО2 к ООО «<данные изъяты>» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ООО «<данные изъяты>» обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по оплате выполненных дополнительных работ по договору бытового подряда № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 84 269, 17 руб., неустойки за нарушение сроков оплаты работ в размере 219 942, 53 руб., расходов на нотариальные услуги в размере 40 725 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» (Подрядчик) и ФИО2 (Заказчик) заключен договор бытового подряда №, по условиям которого подрядчик обязался в установленный договором срок провести строительно-отделочные работы на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, в соответствии с условиями договора, проектом и технической документацией, утвержденными сметами работ, которые являются неотъемлемой частью договора. Стоимость работ устанавливается исходя из действующих расценок подрядчика на выполнение работ и их объема, в соответствии с утвержденными сметами работ на основании проекта и технической документации. Предварительная стоимость работ по договору определена в размере 184 417, 02 руб. Итоговая стоимость работ согласно смете составила 175 237, 02 руб. По условиям договора оплата работ производится поэтапно, согласно фактически выполненным работам из утвержденных смет и на основании подписанных актов сдачи-приёмки работ. Этапы работ определяются подрядчиком. Согласно п. 2.3 договора оплата заказчиком следующего этапа работ является действием, означающим приемку предыдущего этапа. Заказчик обязался предоставить подрядчику объект (помещение) для выполнения работ к 03.07.2019. Подрядчик обязался приступить к работам в течение 5 рабочих дней с момента предоставления заказчиком помещения. Датой начала работ является 03.07.2019, а планируемой датой окончания выполнения работ является 30.07.2019. Подрядчик обязан выполнять предусмотренные договором работы в соответствии с технической документацией, сметами и проектом. Подрядчик не вправе без письменного согласования с заказчиком производить работы, не соответствующие утвержденному проекту. В случае, если в ходе выполнения обусловленной технической документацией работ, подрядчик обнаружит не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости работ, он обязан сообщить об этом заказчику. По завершению этапа работ подрядчик предоставляет заказчику акт сдачи-приемки работ. Заказчик с участием подрядчика принимает и оплачивает результат работ и в течение 3-х календарных дней с даты получения акта сдачи-приемки работ обязан направить подрядчику подписанный акт сдачи-приемки или мотивированный отказ от приемки работ с указанием конкретных замечаний. Если в указанный срок оформленный заказчиком акт сдачи-приемки или мотивированный отказ заказчика от приемки работ подрядчику не поступят, то работы считаются принятыми и подлежат оплате. В случае мотивированного отказа заказчика сторонами составляется двухсторонний акт с перечнем необходимых доработок и сроков их выполнения. 23.07.2019 заказчиком была оплачена часть согласованной суммы в размере 152 000 руб. 02.08.2019 подрядчиком окончено выполнение работ, предусмотренных договором. 05.08.2019 подрядчиком направлено в адрес заказчика уведомление об окончании работ. При этом 05.08.2019 составлен акт описания недостатков при приемке выполненных работ. В этот же день заказчиком были представлены замечания относительно качества выполненных работ. 06.08.2019 подрядчиком в адрес заказчика направлены ответы на представленные замечания. 07.08.2019 заказчиком представлены дополнительные замечания к выполненным работам. В период с 05.08.2019 по 17.08.2019 подрядчиком устранялись выявленные недостатки, которые также дополнительно вносились в акт описания недостатков при приемке выполненных работ от 05.08.2019. Подрядчиком в адрес заказчика 07.09.2019 повторно отправлено уведомление об окончании работ от 03.09.2019 с требованием оплатить оставшуюся сумму как основных, так и дополнительных работ. Вместе с уведомлением об окончании работ от 03.09.2019 подрядчиком направлены акты приемки дополнительных работ на общую сумму 107 506 руб. 19 коп., выполненных с согласия и по указанию заказчика. 21.09.2019 от заказчика на расчетный счет подрядчика поступили денежные средства в сумме 23 237, 02 руб. в качестве оплаты оставшейся части суммы по договору, что подтверждается платежным поручением №2 от 21.09.2019. Таким образом, цена договора, определенная в смете и составляющая 175 237, 02 руб., была оплачена в полном объеме 21.09.2019. Заказчиком 24.09.2019 направлены возражения на представленные акты приемки выполненных работ, мотивированные включением в цену договора дополнительных работ, проведенных без получения согласия заказчика. Данные доводы не соответствует действительности. 16.07.2019 истец направил в адрес ответчика посредством электронной почты сметы на дополнительные работы для рассмотрения и согласования. 18.07.2019 истец направил посредством электронной почты актуализированные сметы по всем видам работ. 22.07.2019 ответчик также посредством электронной почты сообщил, что представленные сметы будут проверяться непосредственно на месте выполнения работ. В переписке в мобильном приложении WhatsApp истец представил для рассмотрения и согласования 2 сметы, одна и которых была на основные работ, вторая - на дополнительные. В ходе переписки заказчик указал на необходимость внести незначительные изменения в предложенные сметы в части площадей работы. По итогу переписки ответчик сообщил, что сметы с изменениями просмотрены и согласованы. Согласие на выполнение дополнительных работ со стороны заказчика подтверждается оплатой им материалов, поставленных по товарным накладным ООО «СТД «Петрович». Таким образом, истец надлежащим образом выполнил свои договорные обязательства, в то время как ответчик уклонился не только от приемки выполненных работ, но и от их оплаты. Пунктом 6.19 договора предусмотрено, что в случае нарушения заказчиком сроков оплаты работ заказчик выплачивает подрядчику пени в размере 3% от суммы неоплаченных в срок видов работ за каждый день просрочки. Размер неустойки договором не ограничен. 07.09.2019 истец направил в адрес ответчика уведомление об окончании работ от 03.09.2019 с требованием рассмотреть представленные акты приемки выполненных дополнительных работ и оплатить их в течение 3 календарных дней с момента получения уведомления. Ответчик получил уведомление 24.09.2019, в связи с чем последний день срока для оплаты приходится 27.09.2019. Поскольку ответчик работы не оплатил, истец произвел начисление неустойки за период с 28.09.2019 по 23.12.2019 на сумму 219 942, 53 руб.

Ответчик с исковыми требованиями не согласился, предъявил встречный иск, в котором просил соразмерно уменьшить установленную за работу по договору бытового подряда от 28.06.2019 № цену на 12 053 рубля, взыскать с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО2 12 053 рубля как излишне уплаченные за выполнение работы по договору, неустойку за несоблюдение сроков окончания работ за период с 30.07.2019 по 17.08.2019 в размере 94 627,99 руб., неустойку за неисполнение требований потребителя в период с 09.09.2019 по 30.11.2020 в размере 175 237, 02 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В обоснование встречных исковых требований указал, что ответчиком в полном объеме исполнена обязанность по оплате работ по договору бытового подряда № от 28.06.2019. Требование истца об оплате дополнительных работ на сумму 107 506, 19 руб. является незаконным, так как выполнение таких работ заказчиком не согласовывалось. В свою очередь истцом допущено нарушение сроков исполнения обязательств по договору. При определенном договором сроке окончания работ - 30.06.2019, фактически работы завершены только 17.08.2019. При этом, не произведены работы и не устранены недостатки на сумму 12 053 руб. Не произведен монтаж наличников в дверь в комнату - 425 рублей, не произведена очистка испачканных наличников, не произведен монтаж порожков на саморезы путем засверливания в существующую стяжку 673, 20 руб. (336,60 х 2), не устранены дефекты потолка в зале и кухне, не устранены замечания к малярным работам на потолке в коридоре - заделка трещин, отверстий 771, 80 руб., окраска потолка валиком -4 318 руб. Некачественно выполнены работы по устройству короба ГКЛ по индивидуальному проекту - 5 865 руб. Углы короба не равны 90 градусам, в связи с чем не соответствуют проекту, а установка в нем мебели и техники производится некорректно и их эксплуатация затруднена. При указанных обстоятельствах у заказчика возникло право требовать соразмерного уменьшения цены по договору подряда. Требование заказчика о предоставлении акта выполненных работ получено подрядчиком 28.09.2019, однако им проигнорировано, в связи с чем ответчиком рассчитана неустойка.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования по изложенным в иске основаниям. Возражал против удовлетворения встречных исковых требований. Указал, что требование о взыскании неустойки является формой злоупотребления правом. В период выполнения работ истцом со стороны ФИО2 имели место недобросовестные действия, связанные с ограничением доступа в жилое помещение, затягиванием срока вызова мастера сервисной службы для проверки оборудования, неоднократным внесением изменений в проект работ, приостановке работ по инициативе заказчика до согласования изменений и поставки необходимых материалов, что повлекло просрочку исполнения договорных обязательств не по вине подрядчика. Начисление ФИО2 неустойки не основано на законе. Требования ФИО2, в связи с неисполнением которых им рассчитана неустойка, не относятся к числу требований, за неисполнение которых подлежит начислению неустойка по правилам статей 28, 31 Закона о защите прав потребителей.

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, полагая их необоснованными. Просил удовлетворить встречные исковые требования по изложенным во встречном иске основаниям.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от обязательств не допускается.

В соответствии с п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В случаях, когда по договору строительного подряда выполняются работы для удовлетворения бытовых или других личных потребностей гражданина (заказчика), к такому договору применяются правила § 2 гл. 37 о правах заказчика по договору бытового подряда.

Согласно п. 1 ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным названным кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3 ст. 730 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 29.06.2019 между ООО «<данные изъяты>» (подрядчик) и ФИО2 (заказчик) заключен договор бытового подряда № (далее – Договор), по условиям которого подрядчик обязался в установленный договором срок провести строительно-отделочные работы на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, в соответствии с условиями договора, проектом и технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, утвержденными сметами работ, которые являются неотъемлемой частью договора, а заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить обусловленную договором цену (л.д. 13 – 18).

В соответствии с п. 2.1 Договора, стоимость работ устанавливается исходя из действующих расценок подрядчика на выполнение работ и их объема, в соответствии с утвержденными сметами работ на основании проекта и технической документации. Предварительная стоимость работ по договору составляет 184 417, 02 руб., не учитывает стоимость материалов и может быть изменена соглашением сторон.

Оплата работ производится поэтапно - за фактически выполненные работы на основании актов приёмки работ. Этапы работ определяются подрядчиком (п. 2.2 Договора).

Оплата заказчиком следующего этапа работ является действием, означающим приемку предыдущего этапа (п. 2.3 Договора).

Подрядчик обязан приступить к работам в течение 5 рабочих дней с момента предоставления заказчиком помещения. Планируемые сроки выполнения работ – с 03.07.2019 по 30.07.2019 (п. 3.1 Договора).

Подрядчик не вправе без письменного согласования с заказчиком производить работы, не соответствующие утвержденному проекту. В случае выявления необходимости проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости работ, подрядчик обязан сообщить об этом заказчику (п. 4.1, 4.4 Договора).

По завершению этапа работ подрядчик предоставляет заказчику акт сдачи-приемки работ. Заказчик в течение трех календарных дней с даты получения акта сдачи-приемки работ обязан направить подрядчику подписанный акт или мотивированный отказ от приемки работ с указанием конкретных замечаний. Если в указанный срок оформленный заказчиком акт сдачи-приемки или мотивированный отказ заказчика от приемки работ подрядчику не поступят, то работы считаются принятыми и подлежат оплате. В случае мотивированного отказа заказчика сторонами составляется двухсторонний акт с перечнем необходимых доработок и сроков их выполнения (п. 5.1, 5.2, 5.3 Договора).

Из материалов дела следует, что в связи с заключением и исполнением договора истцом составлено две сметы:

- смета от 28.06.2019, которой определен перечень и стоимость работ на объекте заказчика, на сумму 175 237, 02 руб. (л.д. 29 – 33);

- смета от 19.08.2019, которой определен перечень дополнительных работ на объекте заказчика, необходимость выполнения которых выявлена после начала работ, на сумму 124 229, 59 руб. (л.д. 36- 39).

Истцом в материалы дела представлен акт приемки выполненных работ от 19.08.2019, в котором отражено частичное выполнение работ, предусмотренных сметой от 28.06.2019, общей стоимостью 138 227, 16 руб. (л.д. 48).

Также, истцом представлен акт приемки выполненных работ от 19.08.2019, в который включена часть работ, предусмотренных сметой от 28.06.2019, а также указаны работы, предусмотренные сметой от 19.08.2019. Всего отражено выполнение работ на сумму 121 279, 03 руб. (л.д. 49).

Оба акта подписаны только со стороны подрядчика.

Ответчиком 23.07.2019 произведена оплата работ по Договору на сумму 152 000 рублей (л.д. 34), что сторонами не оспаривается.

Истцом 07.09.2019 в адрес ответчика направлено уведомление, в котором указано на завершение 02.08.2019 в полном объеме работ по Договору, а также изложено требование об оплате оставшейся части работ на сумму 107 506, 19 руб. в течение трех календарных дней с момента получения актов (л.д. 46-47).

Платежным поручением от 21.09.2019 ответчик произвел платеж по Договору в пользу истца в размере 23 237, 02 руб.

Учитывая произведенные ответчиком платежи, истец просит взыскать с ответчика задолженность за выполненные по Договору работы в размере 84 269, 17 руб.

Таким образом, истцом на основании актов выполненных работ от 19.08.2019 предъявлены к оплате работы на общую сумму 259 506, 19 руб., а ответчиком оплачены работы на сумму 175 237, 02 руб.

При этом, сметой от 28.06.2019, согласованной и подписанной ответчиком, стоимость работ с учетом их вида и объема определена в размере 175 237, 02 руб., то есть в пределах предусмотренной п. 2.1 Договора предварительной стоимости работ в размере 184 417, 02 руб.

В соответствии с п. 4 ст. 709 ГК РФ цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой (п. 4 ст. 709 ГК РФ).

Согласно п. 5 ст. 709 ГК РФ, если возникла необходимость в проведении дополнительных работ и по этой причине в существенном превышении определенной приблизительно цены работы, подрядчик обязан своевременно предупредить об этом заказчика. Заказчик, не согласившийся на превышение указанной в договоре подряда цены работы, вправе отказаться от договора. В этом случае подрядчик может требовать от заказчика уплаты ему цены за выполненную часть работы.

Подрядчик, своевременно не предупредивший заказчика о необходимости превышения указанной в договоре цены работы, обязан выполнить договор, сохраняя право на оплату работы по цене, определенной в договоре.

Пунктом 4.4 рассматриваемого Договора предусмотрено, что в случае обнаружения подрядчиком в ходе выполнения работ по Договору необходимости проведения дополнительных работ и увеличения сметы, подрядчик обязан сообщить об этом заказчику.

При неполучении от заказчика ответа на свое сообщение в течение одной рабочей смены, подрядчик обязан приостановить соответствующие работы (п. 4.5 Договора).

Таким образом, согласованные сторонами условия Договора, определяющие порядок изменения цены договора при выявлении необходимости в проведении дополнительных работ, соответствуют регулированию, установленному п. 5 ст. 709 ГК РФ применительно к случаям, когда цена работ по договору подряда определена приблизительною.

Следовательно, условия п. 4.4, 4.5 Договора свидетельствуют о том, что при заключении договора и согласовании сметы от 28.06.2019 стороны определили цену работы приблизительно.

В соответствии с п. 3 ст. 33 Закона о защите прав потребителей, если возникла необходимость выполнения дополнительных работ и по этой причине существенного превышения приблизительной сметы, исполнитель обязан своевременно предупредить об этом потребителя. Если потребитель не дал согласие на превышение приблизительной сметы, он вправе отказаться от исполнения договора. В этом случае исполнитель может требовать от потребителя уплаты цены за выполненную работу.

Согласно п. 3 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, исполнитель не вправе без согласия потребителя выполнять дополнительные работы за плату. Потребитель вправе отказаться от оплаты таких работ, а если они оплачены, потребитель вправе потребовать от исполнителя возврата уплаченной суммы. Согласие потребителя на выполнение дополнительных работ оформляется исполнителем в письменной форме, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными (п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, поскольку порядок получения согласия потребителя на проведение дополнительных работ может быть изменен только на основании федерального закона (п. 3 ст. 16 Закона о защите прав потребителей), то условия договора с потребителем не могут служить основанием для изменения такого порядка, а в случае включения соответствующих условий в договор они являются недействительными в силу закона и не влекут правовых последствий (п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей).

Учитывая характер отношений сторон настоящего спора, выступающих по договору бытового подряда в качестве потребителя и исполнителя, на указанные отношения распространяются положения Закона о защите прав потребителей, в связи с чем согласие ответчика на выполнение истцом дополнительных работ подлежало оформлению в письменном виде.

Доказательств оформления такого согласия в материалы дела не представлено.

Переписка между представителем истца и ответчиком в мессенджере WhatsApp (л.д. 70 – 76), на которую ссылается истец в подтверждение согласования ответчиком дополнительных работ, таким доказательством не является.

Кроме того, из указанной переписки не следует, что ответчик в какой-либо форме подтвердил свое согласие на выполнение дополнительных работ и увеличение сметы.

Так, согласно нотариальному протоколу осмотра переписки ответчик 19.07.2019 в 11:04 направил в адрес представителя истца сообщение, в котором указал, что считает недопустимым увеличение сметы в несколько раз при отсутствии значительных изменений в техническом задании.

При этом, содержание сообщений, на которые ссылается истец в обоснование своей позиции, не подтверждает волеизъявления ответчика на согласование перечня работ и смет, исходя из которых истцом произведен расчет исковых требований.

Как усматривается из переписки, имевшей место 22.07.2019 в период с 17:45 по 19:16, представителем истца и ответчиком обсуждены вопросы, касающиеся содержания проектов смет, направленных представителем истца в адрес ответчика по электронной почте.

Из нотариального протокола осмотра страниц сети «Интернет» следует, что данной переписке предшествовало направление представителем истца в адрес ответчика по электронной почте сообщений 28.06.2019, 16.07.2019, двух сообщений 18.07.2019 с вложением в виде проектов смет.

Так, в адрес ответчика направлен проект сметы от 28.06.2019, составленной до начала выполнения работ, на сумму 144 747, 49 руб., (л.д. 92, 99-103), проект сметы от 16.07.2019 в отношении дополнительных работ на 27 500, 67 руб. (л.д. 95, 107-108), проекты двух смет от 18.07.2019 в отношении дополнительных работ – на 89 117, 16 руб. (л.д. 96 -98) и на 69 426, 60 руб. (л.д. 104-106). Последние две сметы, направленные 18.07.2019, обозначены в сообщениях представителя истца как актуализированная смета по всем видам работ (л.д. 91) и актуализированные объемы по черновой электрике (л.д. 94) соответственно.

Таким образом, ни одна из направленных в адрес ответчика смет не содержит сведений о необходимости выполнения дополнительных работ на сумму 84 269, 17 руб., составляющую разницу между общей стоимостью заявленных истцом работ (л.д. 48, 49) - 259 506, 19 руб., и стоимостью работ, предусмотренной в согласованной ответчиком смете от 28.06.2019 (л.д. 30-33) - 175 237, 02 руб.

При этом, общая сумма направленных в адрес ответчика проектов смет составляет 330 791, 92 руб. В то же время, ни одно из сочетаний проектов смет не образует общей стоимости работ в размере 259 506, 19 руб.

Суд учитывает, что в соответствии с п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 10 ГК РФ).

Принцип добросовестности способствует выравниванию договорной диспропорции, где одной из сторон выступает профессионально сильная сторона, осуществляющая оказание услуг потребителю.

Этот принцип права обязывает участников гражданского оборота вести себя добросовестно, определяя пределы осуществления участниками гражданских правоотношений своих субъективных прав, а выход за эти пределы лица, обладающего этим правом, влечет отказ в его защите (ст. 10 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 434.1 ГК РФ в переговорах о заключении договора стороны обязаны действовать добросовестно. Недопустимо предоставление неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны.

Согласно п. 3 ст. 709 ГК РФ в случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком.

Таким образом, поскольку по договору подряда смета является частью договора, определяющей условие о цене работы, действия подрядчика при согласовании сметы не должны создавать неопределенности в отношениях сторон и приводить к извлечению подрядчиком выгоды из такого поведения.

В соответствии с разъяснениями пункта 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний.

Учитывая изложенное, условия спорного договора, в том числе оформленное путем составления сметы условие о цене работ, подлежат толкованию в пользу ФИО2, являющегося потребителем и, как следствие, заведомо более слабой стороной в договоре.

Таким образом, представленная истцом переписка не может свидетельствовать о выражении ответчиком воли на согласование дополнительных работ в заявленном истцом размере, и увеличение сметы на стоимость таких работ.

Акты выполненных работ от 19.08.2019 и смета от этой же даты составлены истцом после завершения работ по договору, не подписаны ответчиком, в связи с чем также не могут служить доказательством согласия ответчика на выполнение истцом дополнительных работ.

Напротив, после получения данных актов и сметы заказчиком представлены возражения от 24.09.2019 относительно указанной в них стоимости работ (л.д. 46-47).

Заключение эксперта, согласно которому стоимость фактически выполненных истцом на объекте заказчика работ составляет 259 506, 19 руб., основанием для взыскания с ответчика задолженности исходя из указанной суммы не является, поскольку он не давал согласия на выполнение истцом работ такой стоимостью.

С учетом изложенного, оснований для взыскания с ответчика стоимости работ, превышающей размер согласованной им сметы - 175 237, 02 руб., не имеется.

Рассматривая встречные исковые требования ФИО2 к ООО «<данные изъяты>», суд приходит к следующему.

Требование встречного иска о соразмерном уменьшении цены по Договору и взыскании с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО2 излишне уплаченных денежных средств в размере 12 053 руб. суд считает не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как указано выше, ФИО2 оплачены работы на сумму 175 237, 02 руб. в соответствии с согласованной им сметой от ДД.ММ.ГГГГ.

Фактическое выполнение указанных работ подтверждено заключением проведенной по делу экспертизы. Доказательств ненадлежащего качества работ в материалы дела не представлено.

После завершения истцом работ по Договору ответчик 21.09.2019 произвел оплату оставшейся части цены работ, что в соответствии с п. 2.3 Договора признается приемкой предыдущего этапа работ.

Таким образом, факт выполнения работ оплаченной истцом стоимостью - 175 237, 02 руб., соответствующей цене Договора, подтвержден материалами дела, истцом по встречному иску не опровергнут, в связи с чем оснований для соразмерного уменьшения цены Договора и взыскания с ООО «<данные изъяты>» денежных средств на сумму уменьшения суд не усматривает.

В части требования ФИО2 о взыскании неустойки в связи с нарушением срока выполнения работ по договору суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Неустойка (пеня) за нарушение сроков окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или предъявления потребителем требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

По условиям заключенного ФИО6 и ООО «<данные изъяты>» Договора, заказчик обязался предоставить подрядчику объект (помещение) для выполнения работ к 03.06.2019, а подрядчик обязался приступить к работам в течение 5 рабочих дней с момента предоставления Заказчиком помещения. Планируемый срок выполнения работ - с 03.06.2019 по 30.06.2019 (п. 3.1 Договора).

Сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривалось, что заключая договор 28.06.2019 истец и ответчик фактически подразумевали выполнение работ в июле 2019 года. Указание в договоре на июнь является технической ошибкой, в связи с чем срок выполнения работ следует считать определенным сторонами периодом с 03.07.2019 по 30.07.2019.

Согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

День фактического исполнения нарушенного обязательства включается в период расчета неустойки (п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7).

Соответственно, период взыскания неустойки за просрочку исполнения обязательства подлежит определению со дня, следующего за последним днем срока исполнения обязательства, и до дня его фактического исполнения.

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для определения срока исполнения обязательства ООО «<данные изъяты>» по выполнению предусмотренных Договором работ иным периодом, нежели установлен этим договором, то есть с 03.07.2019 по 30.07.2019.

Как следует из акта описания недостатков при приёмке ремонтных работ от 05.08.2019 (л.д. 50), при приемке заказчиком выполненных подрядчиком работ выявлен ряд недостатков, которые устранены в период с 05.08.2019 по 17.08.2019.

Замечания к проводке люстры устранены 17.08.2019, работе насоса – 12.08.2019, монтажу антресоли – 16.08.2019, затирке плитки - 16.08.2019, монтажу розетки – 16.08.2019.

Таким образом, по указанным работам допущена просрочка, срок которой подлежит исчислению с 01.08.2019 - со дня, следующего за последним днем исполнения обязательства подрядчика по Договору.

В период просрочки не подлежит включению 14.08.2019, поскольку в указанный день работы по устранению недостатков не могли выполняться по обстоятельствам, зависящим от заказчика, что следует из содержания переписке в мессенджере WhatsApp и не оспаривается ФИО2

Оснований для не включения иных дней в период просрочки не имеется.

Доводы ООО «<данные изъяты>» о затягивании сроков выполнения работ по устранению недостатков по причине ограничения заказчиком доступа на объект материалами дела не подтверждаются.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на продавце (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Переписка по электронной почте, на которую ссылается ООО «<данные изъяты>» в обоснование своих возражений по встречному иску, не подтверждает наличие таких обстоятельств.

Так, в переписке с представителем ООО «<данные изъяты>» по электронной почте (л.д. 85) ФИО2 отмечает, что ранее им согласован доступ подрядчика на объект в присутствии заказчика 8 августа в 10.00.

При этом, 12.08.2019 ФИО2 направил в адрес представителя ООО «<данные изъяты>» сообщение в мессенджере WhatsApp (л.д. 74), в котором указал на возможность выполнения работ на объекте в любой день недели, кроме среды (14.08.2019).

Иных сообщений, свидетельствующих об отказе в предоставлении подрядчику доступа на объект заказчика, в переписке не содержится.

С учетом изложенного, в период просрочки подлежит включению время с 01.08.2019 по 13.08.2019, а также с 14.08.2019 по день фактического устранения недостатков.

Неустойка за нарушение сроков выполнения работ в отношении насоса не подлежит взысканию с подрядчика, поскольку указанные работы сметой от 28.06.2019 не предусмотрены и заказчиком не оплачивались.

За нарушение сроков выполнения остальных работ с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО2 подлежит взысканию неустойка, рассчитанная исходя из стоимости работ, определенной в согласованной сторонами смете от 28.06.2019 (л.д. 29-33), и периодов просрочки их выполнения:

- проводка люстры: 2 380 руб. (п. 4.5 раздела 3 сметы) х 15 дней х 3% = 1 071 руб.;

- монтаж антресоли: 5 100 руб. (п. 2.9 раздела 3 сметы) х 14 дней х 3% = 2 142 руб.;

- затирка плитки: 907, 97 руб. (п. 2.10 раздела 4 сметы) х 14 дней х 3% = 381, 34 руб.;

- монтаж розетки: 340 руб. (п. 2 раздела 5 сметы) х 14 дней х 3% = 142,8 руб.

Таким образом, с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО2 подлежит взысканию неустойка в размере 3 737, 14 руб. за просрочку выполнения работ по договору.

В части требования ФИО2 о взыскании с ООО «<данные изъяты>» неустойки за неисполнение требований потребителя в период с 09.09.2019 по 30.11.2020 в размере 175 237, 02 руб., суд приходит к следующему.

Согласно материалам дела, в ответ на поступившее от истца уведомление о завершении работ и необходимости оплаты оставшейся цены Договора (л.д. 46-47), ФИО2 направил в адрес ООО «<данные изъяты>» возражение от 24.09.2019, в котором потребовал от подрядчика отозвать требование об оплате не предусмотренных договором подряда денежных средств, составить и предоставить на подпись заказчика акты выполненных работ согласно смете от 28.06.2019 на сумму 175 237, 02 руб., уведомить заказчика о результатах рассмотрения указанного требования.

Указанные требования заказчика не относятся к числу требований потребителя, неисполнение которых может служить основанием для взыскания неустойки в соответствии с положениями ст.ст. 28, 31 Закона о защите прав потребителей, в связи с чем в данной части встречный иск не подлежит удовлетворению.

В силу статьи 15 Закон о защите прав потребителей компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Принимая во внимание характер и степень причиненных ФИО2 нравственных страданий, степень вины ООО «<данные изъяты>», требования разумности, справедливости и соразмерности, суд полагает возможным взыскать с ответчика в качестве денежной компенсации морального вреда сумму в размере 1 000 рублей.

В соответствии с п. 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона).

Тот факт, что ФИО2 не обращался к ООО «<данные изъяты>» с требованием о выплате неустойки, не исключает взыскание штрафа, так как законом обязательный досудебный порядок урегулирования данных споров не предусмотрен. После предъявления встречного иска в суд у ООО «<данные изъяты>» имелась возможность удовлетворить требование ФИО2 в добровольном порядке, однако этого сделано не было.

Учитывая изложенное, с ООО «<данные изъяты> в пользу ФИО2 подлежит взысканию штраф в размере 2 368, 57 руб. ((3737, 14 + 1 000)/2).

Встречное исковое заявление по настоящему делу основано на положениях Закона о защите прав потребителей, при его подаче государственная пошлина не уплачивалась в соответствии с п. 3 ст. 17 Закона о защите прав потребителей, подп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

В связи с частичным удовлетворением встречных исковых требований государственная пошлина подлежит взысканию с ООО «<данные изъяты>» исходя из размера удовлетворенных исковых требований имущественного характера (неустойка в размере 3 737, 14 руб.) и удовлетворения требования неимущественного характера (компенсация морального вреда 1 000 руб.).

С учетом положений статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ООО «<данные изъяты>» в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО «<данные изъяты>» к ФИО2 отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к ООО «<данные изъяты>» удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО2 неустойку за нарушение сроков выполнения работ по договору бытового подряда от 28.06.2019 № в размере 3 737 рублей 14 копеек, компенсацию морального вреда 1 000 рублей, штраф 2 368рублей 57 копеек.

Взыскать с ООО «<данные изъяты>» государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 700 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение составлено 14.12.2020