Гражданский кодекс часть 1

гражданское дело по иску ФИО1 ФИО16 к Ольшанской ФИО17 о признании договора дарения недействительным в части, прекращении права собственности на недвижимое имущество, признании права собственности,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 ГПК РФ) к ответчику ФИО2 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, ФИО3 и ФИО2, недействительным в части дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, принадлежавшей ФИО1, прекращении права собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, признании заключенным и исполненным договора дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2, признании права собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Свои уточненные исковые требования мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>. В соответствии с условиями договора истец ДД.ММ.ГГГГ передала ответчику 1/3 долю в праве общей долевой собственности на указанную квартиру. С этого времени истец выехала из спорной квартиры и стала проживать по адресу: <адрес> вместе со своей семьей: мужем ФИО12, сыном ФИО11, дочерью ФИО6 Ответчик после подписания договора не зарегистрировала право собственности на переданную ей долю в праве общей долевой собственности на квартиру. В 2018 году ответчик обратилась в МФЦ <адрес> с целью зарегистрировать право собственности на переданную ей долю в праве собственности на квартиру, однако в государственной регистрации ответчику было отказано вследствие изменений формы договора отчуждения долей в праве общей собственности на квартиру. В связи с отказом в государственной регистрации права собственности на спорную квартиру по договору от ДД.ММ.ГГГГ ответчик обратилась в нотариальную контору <адрес> для оформления нового договора дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. На основании заключенного договора дарения право собственности ответчика на долю в квартире было зарегистрировано в установленном порядке в Едином государственном реестре недвижимости. Согласно заключению СФ ОАО ВНИМИ от ДД.ММ.ГГГГ многоквартирный дом по <адрес> в <адрес> признан ветхим, непригодным для проживания в результате ведения горных работ на ООО «Шахта им. Ворошилова», подлежащим сносу по критериям безопасности. Поскольку истец фактически проживает в квартире по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, заключение спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ нарушает её жилищные права. Считает, что совершенная ДД.ММ.ГГГГ сделка дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес> является недействительной в части дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, принадлежавшую ФИО1, в силу притворности. Ссылаясь на положения статьи 167, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), просит признать договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, ФИО3 и ФИО2, недействительным в части дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, принадлежавшую ФИО1, применить последствия недействительности сделки в части, прекратить право собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, признать заключенным и исполненным договор дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2, признать право собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41-42).

Истец ФИО1 в суд не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила письменное заявление о рассмотрении дела в её отсутствие с участием представителя ФИО5 (л.д. 98).

Представитель истца ФИО1 – ФИО5, действующая на основании доверенности (л.д. 7), в судебном заседании на заявленных исковых требованиях настаивала, просила иск удовлетворить по основаниям, изложенным в уточненном иске. Дополнительно пояснила, что истцом ФИО1 сделка дарения принадлежащей ей 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес> в <адрес> в пользу матери ФИО2 была фактически совершена ДД.ММ.ГГГГ. С этого момента ответчик пользуется и владеет этим даром. Договор не отменялся, не прекращался. ФИО2 от дара не отказывалась, поэтому все правые последствия заключенного договора от ДД.ММ.ГГГГ наступили. ФИО2 несет бремя содержания имущества, оплачивает коммунальные платежи. Сделка от ДД.ММ.ГГГГ года является недействительной, поскольку в соответствии с данной сделкой не осуществлялась передача какого-либо имущества, сделка была заключена для регистрации перехода права собственности на объект недвижимости.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск признала полностью, просила удовлетворить, пояснила, что ФИО1 её дочь, ДД.ММ.ГГГГ была фактически совершена сделка между ней и истцом ФИО1 по отчуждению принадлежащей ей 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес>. Данное жилое помещение принадлежало ей и детям ФИО18 на основании договора приватизации по 1/3 доли каждому. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время ФИО1 проживает в квартире по <адрес> с мужем и детьми. Между ними неоднократно возникал вопрос по поводу того, что Юля не проживает с ними, на семейном совете было решено, что ФИО1 лучше отказаться от своей доли, истец согласилась. Договор дарения был заключен ДД.ММ.ГГГГ. С момента совершения сделки и до ДД.ММ.ГГГГ она не смогла зарегистрировать возникшее у нее право собственности на 1/3 доли, полученную в дар от дочери, т.к. не было времени. Когда обратились в регистрирующий орган, то изменилось законодательство, требовалось нотариальное удостоверение отчуждения доли в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество. На момент совершения сделки ДД.ММ.ГГГГ ей и дочери было известно о том, что дом, в котором проживает дочь, отнесен к категории ветхих, подлежащих сносу по критериям безопасности, в связи с расположением на горном отводе. Право собственности на 1/3 доли, которая принадлежала её дочери, возникло у неё на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании не возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, что он являлся собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес> по договору приватизации. На совершения сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенной между мамой ФИО2 и его сестрой ФИО1, он являлся совершеннолетним, ему было известно о совершаемой ими сделке, он не возражал против её совершения, желания одарить маму принадлежавшей ему 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру у него на тот момент не было. На момент совершения сделки ДД.ММ.ГГГГ у него возникло желание подарить принадлежащую ему долю ФИО2, это решение приняла мама, он согласился с этим решением. Совершая сделку ДД.ММ.ГГГГ, он действовал добровольно, без принуждения, сестра ФИО1 также действовала добровольно.

Представитель третьего лица администрации города Прокопьевска ФИО13, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, считает, что оснований для признания недействительным договора дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру не имеется. Сделка соответствует требованиям закона, нотариально удостоверена. Считает, что именно договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является ничтожным, поскольку не был зарегистрирован в установленном порядке в ЕГРН. Полагает, что удовлетворение иска не повлечет для истца никаких правовых последствий, т.к. решением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в иске ФИО1 о предоставлении соцвыплат было отказано. Просила в иске отказать за необоснованностью.

Представитель третьего лица – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен под расписку, просит рассмотреть дело в его отсутствие, представили в суд письменный отзыв на исковое заявление (л.д. 27-28).

Представитель третьего лица Министерства энергетики РФ в суд не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, не сообщил суду о причинах неявки, не просил о рассмотрении дела в их отсутствие.

Свидетель ФИО7 пояснила суду, что с истцом ФИО1 знакома с детства, они вместе учились в одной школе, жили в одном доме. В ДД.ММ.ГГГГ истец вышла замуж за ФИО12 и переехала на <адрес> в этом же году. Со слов ФИО1 ей известно, что в ДД.ММ.ГГГГ году она подарила свою долю в праве общей собственности на квартиру по <адрес> своей маме, был составлен договор.

Свидетель ФИО8 пояснила суду, что с ФИО1 знакома с ДД.ММ.ГГГГ, когда она переехала на постоянное место жительства в квартиру по <адрес>. Они стали тесно общаться и дружить. Со слов ФИО4 она узнала, что в ДД.ММ.ГГГГ она составила с мамой договор дарения в отношении принадлежащей ей доли в квартире.

Выслушав представителя истца, ответчика, третьих лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации (статьи 35, 55) закрепила право каждого владеть, пользоваться и распоряжаться находящимся в его собственности имуществом, предусмотрев возможность ограничения прав человека и гражданина только федеральным законом и лишь в определенных целях.

В силу общеправового принципа, изложенного в п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), граждане осуществляют принадлежащие им права по своему усмотрению, то есть своей волей и в своем интересе. Из этого следует недопустимость понуждения лиц к реализации определенного поведения, составляющего содержание прав.

Как следует из пунктов 1, 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 4 ст. 212 ГК РФ права всех собственников защищаются равным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

В соответствии со ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев и оснований, предусмотренных законом.

Согласно ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности (пункт 1). Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (пункт 2).

Доля в праве общей собственности переходит к приобретателю по договору с момента заключения договора, если соглашением сторон не предусмотрено иное. Момент перехода доли в праве общей собственности по договору, подлежащему государственной регистрации, определяется в соответствии с пунктом 2 статьи 223 настоящего Кодекса (ст. 251 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки. В этом случае сделка регистрируется в соответствии с решением суда (п. 3 ст. 165 ГК РФ в ред. на момент возникновения спорных правоотношений ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (п. 3 ст. 433 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу пунктов 1, 3 статьи 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме, подлежит государственной регистрации.

Таким образом, в силу вышеуказанных правовых положений в их системном толковании, следует, что гражданским законодательством Российской Федерации прямо предусмотрена обязанность сторон сделки по отчуждению недвижимого имущества по осуществлению государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, в том числе доли, с которой законодатель связывает момент возникновения у нового собственника права собственности на переданное ему имущество.

В случае уклонения одной из сторон сделки по отчуждению недвижимого имущества от ее регистрации, законодателем предусмотрен правовой механизм защиты прав прежнего и нового собственника, предусмотренный статьей 165 ГК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов гражданского дела, материалов гражданского дела №, обозренного в судебном заседании, истцу ФИО1, ответчику ФИО2 и третьему лицу ФИО3 принадлежала на праве общей долевой собственности квартира, расположенная по адресу: <адрес>, общей площадью 75,1 кв.м., по 1/3 доли каждому на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ за № (л.д. 42, 43 гр. дело №).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 заключен в письменной форме договор дарения доли в праве собственности на квартиру (л.д. 14), по условиям которого даритель ФИО1 безвозмездно передает (дарит) в собственность одаряемой ФИО2 принадлежащую ей на праве собственности 1/3 доли в праве собственности на квартиру по <адрес>, общей площадью 75,1 кв.м., а одаряемая ФИО2 принимает в качестве дара указанную долю.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.2 указанного договора дарения, договор вступает в силу и считается заключенным с момента его подписания сторонами, расходы, связанные с государственной регистрацией перехода права собственности, несет одаряемый.

Пунктом 2.3 договора дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что одаряемый приобретает право собственности на отчуждаемую долю после государственной регистрации перехода права собственности.

Таким образом, стороны договора дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 прямо предусмотрели в условиях договора момент возникновения у одаряемой права собственности на долю в недвижимом имуществе, которым является государственная регистрация перехода права собственности.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами в судебном заседании, государственная регистрация договора дарения доли в праве собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО2, не была осуществлена сторонами в установленном законом порядке, вплоть ДД.ММ.ГГГГ

Как пояснила ответчик ФИО2 в судебном заседании, причиной не осуществления ею государственной регистрации заключенного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ явилось отсутствие необходимого свободного времени.

Между тем, пунктом 1 статьи 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 122-ФЗ (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ, действующей при заключении сделки дарения) «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» было предусмотрено, что государственная регистрация прав проводится на основании заявления правообладателя, сторон договора или уполномоченного им (ими) на то лица при наличии у него нотариально удостоверенной доверенности, если иное не установлено федеральным законом.

Несовершение ответчиком действий, направленных на регистрацию перехода права по сделке дарения 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру, в том числе с привлечением дарителя (истца) или уполномоченного ею (ими) на то лица, явилось поводом для обращения истца в суд с иском по настоящему делу.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ, действующей при заключении сделки дарения), даны соответствующие разъяснения о том, что если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки (пункт 3 статьи 165 Гражданского кодекса). Сторона сделки не имеет права на удовлетворение иска о признании права, основанного на этой сделке, так как соответствующая сделка до ее регистрации не считается заключенной либо действительной в случаях, установленных законом.

Оценивая доводы сторон и учитывая вышеуказанные положения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 122-ФЗ, разъяснения Пленума N 10/22 о порядке государственной регистрации прав на недвижимое имущество, а также с учётом пункта 2 статьи 2 ГК РФ, предусматривающего свободу граждан (физических лиц) и юридических лиц в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора, а также исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства и требований добросовестности, разумности и справедливости, суд убежден, что стороны настоящего гражданского спора имели реальную (объективную) возможность обратиться в регистрирующий орган как лично, так и с привлечением уполномоченного на то лица для государственной регистрации заключенного ДД.ММ.ГГГГ договора дарения, и тем самым возникновения у ответчика ФИО2 права собственности на принадлежавшую её дочери ФИО1 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по пр<адрес>, переданной последней в дар матери ФИО2

Таким образом, несоблюдение сторонами предусмотренного законом (п. 3 ст. 574 ГК РФ) и договором дарения доли в праве собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 2.3) условия о необходимости обязательной государственной регистрации договора вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, привело к тому, что у одаряемой ФИО2 не возникло право собственности на спорное имущество (1/3 доли в квартире ФИО1), и не повлекло никаких правовых последствий для дарителя ФИО1 и одаряемой ФИО9 в виде перехода права собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес>, принадлежащую им на праве общей равнодолевой собственности.

При этом, даритель ФИО1 своевременно не обратилась в суд с требованием вынести решение о регистрации совершенной в пользу ответчика сделки от ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 3 ст. 165 ГК РФ, следовательно, в силу разъяснений, изложенных в п. 63 Пленума N 10/22, истец утратила такую возможность для признания в судебном порядке права, основанного на этой сделке, поскольку до государственной регистрации в рассматриваемом случае сделка дарения доли в жилом помещении (квартире) не считается заключенной и действительной.

Поскольку, как установлено судом, у ответчика ФИО9 не возникло право собственности на 1/3 доли в праве собственности на квартиру, принадлежащую её дочери ФИО1, в виду несоблюдения сторонами обязательного условия государственной регистрации заключенного договора дарения, стороны по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в силу положений п. 2 ст. 2, ст. 8, ст. 9, ст. 218 ГК РФ вправе были свободно, по своему усмотрению и в собственных интересах, осуществить принадлежащие им гражданские права, в том числе повторно заключить договор дарения принадлежащих им долей в праве общей долевой собственности на спорное недвижимое имущество.

Так, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами ФИО1, ФИО3 и их матерью ФИО2 был заключен договор дарения доли в праве общей собственности на квартиру (л.д. 12-13), по условиям которого дарители ФИО1 и ФИО3 безвозмездно передают (дарят) своей матери принадлежащие им 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 75,1 кв.м., а одаряемая ФИО2 принимает в дар в собственность указанные 2/3 доли.

Согласно п. 2 договора дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ, указанные 2/3 доли в праве общей собственности на квартиру принадлежат ФИО1, ФИО3 в равных долях по 1/3 доле каждому на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации №, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права.

Пунктами 7, 8 договора дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что право собственности на указанную долю в праве общей собственности на квартиру возникает у одаряемого с момента государственной регистрации перехода права собственности в Едином государственном реестре недвижимости. Передача дара произойдет посредством вручения одаряемой зарегистрированных в Едином государственном реестре недвижимости правоустанавливающих документов.

Указанный договор дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ подписан каждой стороной лично, удостоверен нотариусом Прокопьевского нотариального округа ФИО10, зарегистрирован в реестре №-№, а также зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ за №, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 11) и не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

Таким образом, право собственности ответчика ФИО2 на принадлежавшую на праве собственности её дочери ФИО1 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес> возникло у ответчика только ДД.ММ.ГГГГ с момента осуществления государственной регистрации права в установленном порядке.

Как следует из материалов гражданского дела №, истец ФИО1, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., несовершеннолетней дочери ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также её супруг ФИО12ДД.ММ.ГГГГ обратились в суд с иском к администрации <адрес> о заключении с ними договора о предоставлении социальной выплаты для приобретения (строительства) жилья за счет средств федерального бюджета, направляемого на содействие переселяемым из ветхого жилья гражданам.

Решением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 92-99), исковые требования ФИО12, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., об обязании администрации <адрес> заключить с ними договор о предоставлении социальной выплаты для приобретения (строительства) жилья за счет средств федерального бюджета, направляемого на содействие переселяемым из ветхого жилья гражданам, удовлетворены полностью. В иске ФИО1 о заключении договора о предоставлении социальной выплаты отказано.

Как следует из решения, суд, отказывая ФИО1 в удовлетворении иска, установил, что истец в ДД.ММ.ГГГГ произвела отчуждение принадлежащей ей на праве собственности 1/3 доли в праве общей собственности на жилое помещение, расположенное по <адрес>, общей площадью 75,1 кв.м., тем самым ухудшила свои жилищные условия, и не имеет право на получение социальной выплаты, поскольку в отношении неё не установлена совокупность условий, при которых у гражданина возникает право на получение социальной выплаты.

Решение суда от ДД.ММ.ГГГГ сторонами не обжаловалось в установленном законом порядке, вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, вопрос отчуждения истцом ФИО1 принадлежавшей ей 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по <адрес> в <адрес> в пользу её матери ФИО2, являлся предметом судебного исследования при разрешении иска ФИО1 о заключении с ней договора на предоставление социальной выплаты, судом была дана оценка заключенному ею договору дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого судом признано отсутствие у истца права на получение мер социальной поддержки, предоставляемых за счет средств федерального бюджета, направляемых на содействие переселяемым из ветхого жилья гражданам, в связи с ухудшением ею жилищных условий в ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, согласившись с решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО1 обратилась с настоящим иском в суд о признании заключенного ДД.ММ.ГГГГ договора дарения недействительным в части 1/3 доли, принадлежавшей ей на праве собственности, в силу притворности на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ.

По мнению истца, о притворности совершенной сделки свидетельствует то обстоятельство, что принадлежавшая ей 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру фактически была передана в собственность её матери ФИО2 по договору дарения доли от ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что данная сделка является ничтожной в силу прямого указания в законе.

Других оснований недействительности сделки дарения в заявленном иске не содержится, уточнений, дополнений, изменений исковых требований с учетом разъясненных сторонам процессуальных прав, истцом и её представителем в ходе судебного разбирательства заявлено не было.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании, не возражая против удовлетворения исковых требований, пояснила, что действительно 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру была передана ей в дар дочерью по договору от ДД.ММ.ГГГГ без государственной регистрации. Сделка фактически была совершена ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (ст. 180 ГК РФ).

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума ВС РФ следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора, учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу (пункт 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Ответчик ФИО2, заявляя в судебном заседании о наличии воли сторон именно на совершение сделки по дарению принадлежавшей истцу ФИО1 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, одновременно указала на признание иска ФИО1

С учётом противоречивой позиции ответчика ФИО2 относительно настоящего иска, суд приходит к выводу о том, что признание иска ФИО2 не может быть принят судом, поскольку это противоречит закону и нарушает права и законные интересы других лиц, что является препятствием к принятию признания иска (ч. 2 ст. 39 ГПК РФ).

Как указано выше, истец ФИО1 и ответчик ФИО2 намеревались осуществить сделку дарения принадлежащей истцу 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру ДД.ММ.ГГГГ, однако сделка не была осуществлена в связи с несоблюдением сторонами обязательного условия, установленного законом и договора, о государственной регистрации договора дарения.

Фактически, волеизъявление сторон на совершение сделки дарения принадлежащей истцу 1/3 доли в вправе общей долевой собственности на квартиру было реализовано ДД.ММ.ГГГГ после осуществления государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости заключенного договора дарения доли в праве общей собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1, ФИО3 и ФИО2

Таким образом, совершенная ДД.ММ.ГГГГ между сторонами ФИО1 и ФИО2 сделка дарения принадлежащей истцу 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по <адрес> в городе Прокопьевске, была направлена на достижение тех же правовых последствий, что и при заключении сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, доводы сторон о наличии иной воли у всех участников сделки, которую прикрывает последующая сделка, суд отвергает как необоснованные и опровергаемые материалами дела.

Доводы истца ФИО1 и ей представителя ФИО5 о притворности совершенной сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ в части на том основании, что сделка дарения фактически была совершена ДД.ММ.ГГГГ, суд также отклоняет как несостоятельные, исходя из указанных выше требований закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и разъяснений Пленума N 10/22 о последствиях нарушений данных требований для участников сделки.

Так, сам факт отчуждения (дарения) ФИО1 принадлежащей ей 1/3 доли в праве общей собственности спорной квартиры в пользу ответчика ФИО2 именно ДД.ММ.ГГГГ (а не ДД.ММ.ГГГГ) был установлен вступившим в законную силу решением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и расценен как ухудшение истцом ФИО1 своих жилищных условий, вследствие чего ФИО1 было отказано в праве на получение социальной выплаты.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что воля каждого участника сделки – дарителя ФИО1 и одаряемой ФИО2 была направлена на достижение одних и тех же правовых последствий, а именно: на совершение между ними сделки дарения доли недвижимого имущества.

При этом, никто из сторон, не выражал волеизъявления на совершение сделки на иных условиях.

Каких-либо сведений и доказательств того, что воля всех сторон заключенной ДД.ММ.ГГГГ сделки была направлена на достижение иных правовых последствий, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, в материалы дела не представлено и судом в судебном заседании не установлено.

То обстоятельство, что сделка дарения доли недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ не была в установленном порядке зарегистрирована и в силу этого не повлекла никаких правовых последствий для сторон, не может свидетельствовать о притворности последующей заключенной между теми же сторонами, в отношении того же имущества и на тех же условиях - безвозмездной сделки дарения спорной доли от ДД.ММ.ГГГГ.

Совершенная ДД.ММ.ГГГГ между сторонами сделка дарения 1/3 доли в праве общей собственности на спорную квартиру с реализацией сторонами установленного п. 3 ст. 574 ГК РФ и пунктами 7, 8 договора обязательного условия государственной регистрации заключенного договора дарения способствовала устранению возникшей между сторонами правовой неопределенности в связи с неисполнением первой сделки (договора) дарения от ДД.ММ.ГГГГ в силу не признания её заключенной и действительной (п. 63 Пленума N 10/22), что в конечном итоге привело к желаемому результату для одаряемой ФИО15, а именно возникновению у неё права собственности на полученное в дар имущество с момента государственной регистрации права, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в силу положений п. 2 ст. 170, ст. 572 ГК РФ, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что совершенная ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО1, третьим лицом ФИО3, ответчиком ФИО2 сделка дарения долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по <адрес> в городе Прокопьевске, не является ничтожной, поскольку по своему содержанию и условиям соответствует всем требованиям, предъявляемым к договору дарения и не прикрывала никакую иную сделку, направленную на достижение других правовых последствий и на иную волю всех участников сделки.

Анализируя в совокупности представленные доказательства, пояснения сторон и свидетельские показания, суд приходит к выводу, что в данном случае правоотношения, возникшие между дочерью ФИО1 и матерью ФИО2 по дарению 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по <адрес> в <адрес>, были направлены на достижение правового результата, соответствующего сделке дарения доли недвижимого имущества.

Так как бесспорных данных в подтверждение обратного суду истцом в условиях состязательности процесса в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено, следовательно, оснований для признания оспариваемого договора дарения доли в праве общей собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1, ФИО3 и ФИО2, недействительным в части и применения последствий недействительности части сделки по указанным в иске основаниям - не имеется.

Таким образом, суд отказывает истцу ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований полностью за необоснованностью.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО19 к Ольшанской ФИО20 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 ФИО21, Ольшанским ФИО22 и Ольшанской ФИО23, недействительным в части дарения принадлежавшей ФИО1 ФИО24 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, прекращении права собственности Ольшанской ФИО25 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, признании заключенным и исполненным договора дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 ФИО26 и Ольшанской ФИО27, признании права собственности Ольшанской ФИО28 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, отказать полностью за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, т.е. через Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области.

Судья (подпись) Ю.В. Мокин

Решение в окончательной форме изготовлено 7 декабря 2020 года

Судья (подпись) Ю.В. Мокин

Подлинный документ подшит в деле УИД 42RS0033-01-2020-001467-44 (2-808/2020)

Центрального районного суда <адрес>