Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Чемикос ФИО10 к Азово-Черноморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству о признании приказа о прекращении служебного контракта незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 первоначально обратился в Таганрогский городской суд Ростовской области с иском к Азово-Черноморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству (далее ответчик) о признании незаконным приказа Азово-Черноморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству №154-л от 18.05.2015 г., восстановлении истца на работе в должности главного государственного инспектора Нижнедонского отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов с 19.05.2015 г., взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию за время вынужденного прогула с 19.05.2015 г., компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что 18.10.2010 года он был принят на работу в Нижнедонской отдел государственного контроля надзора и охраны биологических ресурсов на должность старшего государственного инспектора. Приказом №150-л от 08.04.2011 г. он был назначен на государственную должность главного государственного инспектора.

На основании приказа №154-л от 18.05.2015 г. с ним был расторгнут служебный контракт на основании п.7 ч.1 ст.37 Закона от 27.07.2004 г. №79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ», а именно в связи с предоставлением им представителю нанимателя подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта.

Данный приказ о расторжении служебного контракта истец полагает незаконным, поскольку в данном случае, наличие погашенной судимости он не скрывал и довел данную информацию до будущего нанимателя. Местом работы истца являлась Таганрогская инспекция, которая находится в <адрес>. Истец указывает, что в результате незаконного увольнения ему причинен моральный вред, поэтому и обратился с настоящим иском в суд.

Определением Таганрогского городского суда Ростовской области от 21 августа 2015 года гражданское дело по иску ФИО1 к Азово-Черноморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству о восстановлении на работе, передано по подсудности в Ленинский районный суд г.Ростова-на-Дону (л.д.96-98).

Апелляционным определением Ростовского областного суда от 23 ноября 2015 года определение Таганрогского городского суда Ростовской области от 21 августа 2015 года оставлено без изменения, а частная жалоба ФИО1 – без удовлетворения (л.д.119-121).

В ходе судебного разбирательства истец в порядке ст. 39 ГПК РФ увеличил исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей и взыскании компенсации за время вынужденного прогула в размере 98053 рубля 61 коп. за период с 19.05.2015 г. по 21.08.2015 г.

В судебном заседании 15.01.16 года истец уточнил исковые требования, просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за время вынужденного прогула с 19.05.2015 года по 31.12.2015 года в размере 196 305,25 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный судом в соответствии с требованиями ст.53 п.6 ГПК РФ исковые поддержали исковые требования и с учетом их уточнения, просили удовлетворить, дали пояснения аналогично заявленным требованиям.

Представитель ответчика Азово-Черноморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству ФИО3, действующий по доверенности в судебное заседание явился исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении, согласно представленного отзыва.

Суд, выслушав истца, представителя истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, заключение прокурора полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

В соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 16 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" гражданин не может быть принят на гражданскую службу, а гражданский служащий не может находиться на гражданской службе в случае представления подложных документов или заведомо ложных сведений при поступлении на гражданскую службу.

Пункт 7 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе РФ" предусматривает в качестве основания для увольнения гражданского служащего с гражданской службы представление им подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта. При этом установлено два условия для законного увольнения государственного служащего по данному основанию: ложность сведений и осведомленность об этом государственного служащего. Представление гражданским служащим таких документов или сведений при заключении служебного контракта может быть основанием для расторжения с ним служебного контракта и увольнения его с гражданской службы при условии, если факт представления подложных документов или заведомо ложных сведений действительно имел место и если он установлен с соблюдением правил проверки документов, установленных законом, что нашло свое подтверждение при разбирательстве дела и не опровергнуто истицей в порядке, предусмотренном ГПК РФ.

В соответствии с частью 16 статьи 44 названного Федерального закона предоставление гражданским служащим заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта является основанием для расторжения с ним служебного контракта и увольнения его с гражданской службы при условии, если факт предоставления таких сведений действительно имел место и если он установлен с соблюдением правил проверки документов, установленных законом.

В соответствии с п. 16 ст. 44 Закона N 79-ФЗ сведения, представленные гражданином при поступлении на гражданскую службу, подлежат проверке в установленном порядке на предмет их достоверности и полноты. Данная норма является императивной, т.е. проверка должна осуществляться в обязательном порядке и непосредственно при поступлении на указанную службу. Все сведения хранятся в период прохождения лицом гражданской службы и при определенных условиях могут быть перепроверены.

Достоверность сведений претендента проверяется соответствующей кадровой службой на основании запроса подразделения по вопросам гражданской службы и кадров того государственного органа, руководитель которого решает вопрос о приеме гражданина на гражданскую службу.

На основании полученных материалов проверок кадровая служба государственного органа составляет заключение о достоверности и полноте представленных сведений и о возможности поступления гражданина на гражданскую службу. Если в результате проверки будут установлены факты представления ложных сведений, то это обстоятельство препятствует принятию на гражданскую службу и нахождению на ней.

Таким образом, из буквального содержания приведенных норм следует, что именно сам факт предоставления подложных документов и заведомо ложных сведений является основанием для расторжения служебного контракта по инициативе представителя нанимателя, независимо от того, могли ли повлиять представленные сведения или документы на возможность заключения с лицом служебного контракта или явиться основанием для отказа в его заключении.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 18.10.2010 года был принят на работу в Нижнедонской отдел государственного контроля надзора и охраны биологических ресурсов на должность старшего государственного инспектора.

Приказом № 150-л от 08.04.2011 г. истец был назначен на государственную должность главного государственного инспектора.

Данные обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке ТК № (л.д. 155-161).

Приказом № 154-л от 18.05.2015 г. с ФИО1 был расторгнут служебный контракт на основании п.7 ч.1 ст.37 Закона от 27.07.2004 г. №79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ», а именно в связи с предоставлением им представителю нанимателя подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта (л.д. 8).

Как видно из материалов дела, при поступлении на службу истец указал в анкете в графе о судимости «юридически не судим».

Между тем, в материалах дела имеется приговор Таганрогского городского суда РО от 06.03.2006 года, согласно которому ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на один год, также он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления сроком на один год, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения определено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления сроком на один год (л.д. 148-154).

Впоследствии, постановлением Таганрогского городского суда РО от 02.10.2006 года по представлению начальника МРУИИ № 2 условное осуждение было отменено (л.д. 153-154).

В пункте 3 статьи 6 Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" закреплена такая мера по профилактике коррупции, как явление в установленном законом порядке квалификационных требований к гражданам, претендующим на замещение государственных или муниципальных должностей и должностей государственной или муниципальной службы.

Положения нормы, содержащейся в пункте 2 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации" в системной связи с п. 3 статьи 6 Федерального закона "О противодействии коррупции" направлены на создание эффективно действующего государственного аппарата и обеспечение поддержания высокого уровня отправления государственной гражданской службы.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 при поступлении на службу не представил сведений о наличии приговора Таганрогского городского суда РО от 06.03.2006 года о признании его виновным, а также постановления от 02.10.2006г. о снятии судимости.

Согласно ч.2 статьи 86 УК Российской Федерации лицо, освобожденное от наказания, является несудимым.

Однако, суд полагает, что к спорным правоотношениям данная норма подлежит применению только при комплексном подходе, с учетом норм действующего правового регулирования особенностей и принципов прохождения государственной гражданской службы Российской Федерации.

Освобождение от наказания в связи с отменой условного осуждения не аннулирует сам факт осуждения как отрицательную оценку действий гражданина государством на момент вынесения обвинительного приговора, остается объективным критерием, влияющим на оценку репутации лица, занимающего должность государственной гражданской службы Российской Федерации.

Понятие «судимость» в уголовном законодательстве не совпадает с понятием «сведения о судимости» в законодательстве, регламентирующем прохождение государственной гражданской службы, которое предъявляет повышенные требования к кандидатам на замещение должностей, что необходимо для обеспечения уверенности граждан в морально-этических, нравственных качествах и соответственно в законности и бескорыстности действий должностных лиц, занимающих должности государственной гражданской службы.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО1, не сообщив при поступлении на государственную гражданскую службу сведений о факте привлечения к уголовной ответственности, а указав ввиду освобождения от наказания лишь на то, что он «юридически не судим», по сути, сообщил представителю нанимателя заведомо ложные сведения.

Данное обстоятельство подтверждается свидетельскими показаниями. В судебном заседании были допрошены свидетели ФИО7, ФИО8

Свидетель ФИО7 показал суду, что истца знает, отношения нормальные, свидетель работал заместителем руководителя, входил в состав комиссии по приёму лиц на гражданскую службу в качестве гражданских служащих. Истца принимали на государственную службу, и свидетелю и комиссии было известно, что у истца была погашена судимость на тот момент, потому вопросов не возникло. После принятия на государственную службу представители Росрыболовства проверяли данный факт о наличии либо отсутствии судимости в 2012 или 2013 году, это можно уточнить по зарегистрированным жалобам. Истец предоставлял копию приговора и свидетель читал его, видел документ о снятии судимости, ознакомился с постановлением об освобождении от наказания и отдал обратно истцу. Другим членам комиссии также было известно о данном факте, так как в процессе проведения комиссии был задан вопрос, что за судимость была у истца, по результатам комиссии оформлялся протокол, а отражен ли данный факт в протоколе не может сказать, так как протокол смотрел в 2010 году, но из-за их количества не помнит содержание. Анкеты истца свидетель читал, в графе о судимости истец указал, что не судим или юридически не судим. У истца судимость была погашена, было две анкеты, где разные формулировки по судимости «судимы ли вы» и «были ли вы судимы». На заседании комиссии зачитывали перечень документов и если у кого - то были вопросы по документам, его обсуждали. Документы, которые предоставлял гражданское лицо, претендующее на должность гражданского государственного служащего поступают в личное дело.

Свидетель ФИО8 показал суду, что истца знает, на тот момент отношения с ним были нормальными, на момент приёма истца на службу истец состоял на службе у представителя ответчика в должности начальника правового отдела. К свидетелю обратился начальник отдела кадров с вопросом прохождения службы истца. На момент подачи документов истец был с погашенной судимостью. Начальник отдела кадров спросил имеет ли Управление право принять на работу истца. Тогда делали запрос в информационный центр и поступил ответ, на основании которого свидетель дал заключение, что истца возможно принять на службу, так как судимость была погашена, на что была составлена справка и приобщена к личному делу. Фраза юридически не судим обозначена в анкете в связи с тем, что согласно ФЗ №7-ФЗ РФ имеется ряд ограничений для прохождения гражданской службы, одним из которых является наличие судимости. При погашенной судим гражданин может находиться на гражданской службе. Анкета заполняется лично кандидатом, он же несет ответственность за предоставленные сведения в анкете. Достоверность и полноту сведений в анкете проверяет кадровый орган, после чего даёт своё заключение руководитель о возможности принятия на службу. На тот момент существовали две анкеты и формулировка была «имелась ли у вас судимость» и «были ли вы судимы». К свидетелю обратились с вопросом будет ли данные формулировки проблемой, на что члены комиссии решили, что проблемы не возникнут. Истец заполнил анкету после получения сведений из информационного центра. Советы по заполнению анкеты даны истцу свидетелем не были, правил заполнения анкеты нет, потому члены комиссии посчитали, что указанные сведения истцом не являются нарушением заполнения. Свидетель пояснил, что участвовал при приёме истца и присутствовал на комиссии, но какие вопросы задавались истцу не помнит.

Показания вышеуказанных свидетелей суд учитывает, однако они не имеют существенного значения для разрешения данного спора, так как истец сведения о своей судимости и впоследствии о ее снятии должен был указать лично при заполнении анкеты и поступлении на работу.

Таким образом, у представителя нанимателя имелись достаточные основания для расторжения с ФИО1 служебного контракта по пункту 7 части 1 статьи 37
Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", представляет собой правовое последствие несоблюдения гражданским служащим ограничений, установленных пунктом 8 части 1 статьи 16 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ.

Таким образом, суд полагает доказанным факт указания истцом заведомо ложных сведений нанимателю при поступлении на государственную гражданскую службу о ложности которых истец с достоверностью знал, следовательно, у ответчика имелись основания для увольнения истца с государственной гражданской службы по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации".

Кроме того, увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 7 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", в силу статьи 57 данного закона не является дисциплинарным взысканием, а представляет собой правовое последствие несоблюдения гражданским служащим ограничений, предусмотренных пунктом 8 части 1 статьи 16 вышеуказанного закона.

Доводы истца о незаконности расторжения с ним служебного контракта, поскольку при приеме его на работу с его слов руководителю было известно о том, что он привлекался к уголовной ответственности, а впоследствии судимость была снята, являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения и не могут служить основанием к удовлетворению иска.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о необходимости отказа истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Чемикос ФИО11 к Азово-Черноморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству о признании приказа о прекращении служебного контракта незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 09 марта 2016 года.

Судья: Г.А. Фаустова