Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по жалобе законного представителя юридического лица - председателя Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов ФИО4 на решение судьи Фрунзенского районного суда г. Иваново от 28 мая 2020 года,

УСТАНОВИЛА:

Постановлением первого заместителя начальника Департамента природных ресурсов и экологии Ивановской области, начальника управления по охране объектов животного мира Департамента природных ресурсов и экологии Ивановской области ФИО3 от 10 декабря 2019 года Ивановская областная общественная организация охотников и рыболовов (далее - Организация) признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), с назначением административного штрафа в размере 75 000 рублей.

Решением судьи Фрунзенского районного суда г. Иваново от 28 мая 2020 года указанное постановление должностного лица Департамента природных ресурсов и экологии Ивановской области отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В жалобе, поданной в Ивановский областной суд, законный представитель Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов ФИО4 ставит вопрос об изменении решения судьи районного суда путем исключения из его мотивировочной части выводов о виновности и обоснованности привлечения Организации к административной ответственности по ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, поскольку эти вопросы не могли обсуждаться по истечении установленного ч. 4.5 КоАП РФ срока давности. К тому же, данные выводы судьи являются ошибочными. Обязанность по разработке документа внутрихозяйственного охотустройства к 11 февраля 2019 года вытекала из гражданско-правового договора от 10 февраля 2016 года. Однако 07 февраля 2019 года, до истечения срока исполнения указанного условия, Организация в судебном порядке заключила охотхозяйственное соглашение на срок 49 лет, в связи с чем, у нее возникло новое основание реализации права на добычу охотничьих ресурсов, а обязанности по исполнению условий договора от 10 февраля 2016 года утратили силу. Таким образом, фактическое продление судьей срока действия старого договора до окончания срока действия долгосрочной лицензии 01 марта 2022 года не основано на законе и судебной практике. При этом ссылка судьи на ст. 47 Федерального закона от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ "О животном мире" ошибочна, поскольку спорные правоотношения она не регулирует, и при вынесении оспариваемого постановления административный орган ее не применял. Кроме того, вменяемое нарушение положений ст. 39 Федерального закона от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ "Об охоте..." и Порядка, утвержденного приказом Минприроды России от 23 июля 2010 года № 559, не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, так как эти правовые акты не содержат норм, устанавливающих правила пользования объектами животного мира. Такие правила установлены главой 5 Федерального закона от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ "О животном мире", и ввиду наличия специальных норм (ч.ч. 1, 2 ст. 8.37 КоАП РФ), устанавливающих ответственность за нарушение правил охоты и рыболовства, ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ в области охоты не применяется. К тому же, вменяемое нарушение сроков выполнения обязанности по составлению документа в области охотустройства не может квалифицироваться как нарушение правил пользования объектами животного мира. Наличие в санкции ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ наказания в виде конфискации орудий, используемых при совершении правонарушений, подтверждает волеизъявление законодателя на применение данной нормы исключительно к правоотношения, связанным с непосредственным пользованием животным миром.

Явившимся в судебное заседание председателю Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов ФИО4 разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 25.4 КоАП РФ, защитнику Гришину А.С. - ст. 25.5 КоАП РФ. Отводов и ходатайств не заявлено.

ФИО4 и защитник Гришин А.С. жалобу поддержали по изложенным в ней доводам.

Заслушав участвующих лиц, изучив доводы жалобы и проверив дело в полном объеме, прихожу к следующим выводам.

Административная ответственность по ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ установлена за нарушение правил пользования объектами животного мира, за исключением случаев, предусмотренных частями 1 - 2 настоящей статьи.

В силу разъяснений, данных в п. 13.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", согласно п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое подлежит прекращению в случае истечения установленных статьей 4.5 КоАП РФ сроков давности привлечения к административной ответственности. В постановлении о прекращении производства по делу по названному основанию, исходя из положения, закрепленного в п. 4 ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, должны быть указаны все установленные по делу обстоятельства, а не только связанные с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Следует иметь в виду, что в случае, когда постановление о прекращении производства по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности либо решение по результатам рассмотрения жалобы на это постановление обжалуется лицом, в отношении которого составлялся протокол об административном правонарушении, настаивающим на своей невиновности, то ему не может быть отказано в проверке и оценке доводов об отсутствии в его действиях (бездействии) состава административного правонарушения в целях обеспечения судебной защиты прав и свобод этого лица (ч. 3 ст. 30.6, ч. 3 ст. 30.9 КоАП РФ).

При этом необходимо учитывать, что в названном постановлении о прекращении производства по делу не могут содержаться выводы о виновности лица, в отношении которого был составлен протокол об административном правонарушении. При наличии таких выводов в обжалуемом постановлении судья, с учетом положений ст. 1.5 КоАП РФ о презумпции невиновности, обязан вынести решение об изменении постановления, исключив из него указание на вину этого лица (п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ).

Если при рассмотрении жалобы будет установлено, что в действиях лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, не содержится состава административного правонарушения либо отсутствовало само событие административного правонарушения, то такое постановление подлежит отмене с вынесением решения о прекращении производства по делу в соответствии с п. 1 либо п. 2 ст. 24.5 КоАП РФ.

Обстоятельств, указывающих на отсутствие события или состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, и влекущих прекращение производства по делу на основании п. 1 либо п. 2 ст. 24.5 КоАП РФ, судьей районного суда обоснованно не установлено, в связи с чем, принимая во внимание истечение в настоящее время срока давности привлечения к административной ответственности за вмененное Организации административное правонарушение, оснований для отмены вынесенного судьей районного суда решения не имеется.

Заключение охотхозяйственного соглашения ДД.ММ.ГГГГ, то есть до истечения 11 февраля 2019 года срока исполнения Организацией обязанностей по осуществлению внутрихозяйственного охотустройства, содержащихся в п.п. 4.1.1, 4.1.8 договора о предоставлении Организации территории охотничьих угодий, необходимых для ведения охотничьего хозяйства и пользования животными миром, от 10 февраля 2016 года, вопреки доводам жалобы, не дает оснований для вывода об отсутствии состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ.

Как верно указано судьей районного суда со ссылкой на положения ч. 1 ст. 47 Федерального закона от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ "О животном мире", право пользования Организацией охотничьими угодьями, предоставленными ранее на основании договора от 10 февраля 2016 года, в результате заключения 07 февраля 2019 года охотхозяйственного соглашения не прекратилось.

Обязанность обеспечить за счет собственных средств осуществление внутрихозяйственного охотустройства предусмотрена условиями, как договора от 10 февраля 2016 года, так и охотхозяйственного соглашения от 07 февраля 2019 года.

К тому же, для лиц, заключивших охотхозяйственные соглашения, такая обязанность установлена положениями ч. 11 ст. 39 Федерального закона от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Таким образом, факт заключения охотхозяйственного соглашения не является в данном случае обстоятельством, освобождающим от надлежащего документального сопровождения деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

Доводы жалобы о том, что неисполнение обязанности по составлению документа в области охотустройства не может квалифицироваться как нарушение правил пользования объектами животного мира и не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, ответственность за нарушение правил охоты и рыболовства установлена специальными нормами (ч.ч. 1, 2 ст. 8.37 КоАП РФ), и наличие в санкции ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ наказания в виде конфискации орудий добывания животных свидетельствует о невозможности применения данной нормы к правоотношениям, несвязанным с непосредственным пользованием животным миром, являлись предметом проверки и оценки при рассмотрении дела судьей районного суда и были обоснованно отклонены.

Согласно положениям Федерального закона от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ "О животном мире" пользователи животным миром обязаны, в числе прочего, соблюдать установленные правила, нормативы и сроки пользования животным миром (ст. 40). Охота является одним из видов пользования животным миром (ст. 34). Объекты животного мира предоставляются в пользование физическим лицам и юридическим лицам по основаниям, установленным настоящим Федеральным законом и федеральным законом об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов (ст. 33).

Федеральным законом от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" осуществляется правовое регулирование в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов в связи с деятельностью в сфере охотничьего хозяйства.

В соответствии со ст. 1 данного Федерального закона охотничьим хозяйством признается сфера деятельности по сохранению и использованию охотничьих ресурсов и среды их обитания, по созданию охотничьей инфраструктуры, оказанию услуг в данной сфере, а также по закупке, производству и продаже продукции охоты.

В силу положений ч. 1 ст. 39 указанного Федерального закона и п. 2 Порядка организации внутрихозяйственного устройства, утвержденного Приказом Минприроды России от 23 декабря 2010 года № 559, внутрихозяйственное охотустройство осуществляется в целях планирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов и направлено на обеспечение осуществления физическими и юридическими лицами видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

Таким образом, нормы, регламентирующие порядок организации внутрихозяйственного охотустройства, являются составной частью правил пользования объектами животного мира, и ответственность за их несоблюдение подпадает по действие ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ.

При этом наличие в санкции ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ дополнительного наказания в виде конфискации орудия добывания животных не свидетельствует о невозможности применения этой нормы к рассматриваемым правоотношениям.

Все обязательные признаки состава правонарушения (объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона) устанавливаются диспозицией соответствующей правовой нормы, и невозможность применения в отношении привлекаемого лица одного из видов административного наказания, предусмотренного санкцией статьи, не может служить обстоятельством, указывающим на отсутствие состава данного административного правонарушения.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы жалобы о недопустимости наличия в обжалуемом судебном решении выводов о виновности лица, в отношении которого производство по делу прекращено в связи с истечением срока давности привлечения в административной ответственности.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П, лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

Однако, прекращая производство по делу по указанному основанию, судья районного суда в мотивировочной части решения указал, что, должностное лицо пришло к правильному выводу о наличии в деянии общества объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, Ивановская областная общественная организация охотников и рыболовов не обеспечила осуществления внутреннего охотустройства в части разработки и предоставления схемы охраны и использования закрепленного охотничьего угодья до 11 февраля 2019 года в Правительство Ивановской области, факт совершения административного правонарушения подтверждается совокупностью доказательств, наличие в санкции ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ дополнительного наказания в виде конфискации орудий добывания животных не свидетельствует об отсутствии в действиях привлекаемого к административной ответственности юридического лица состава административного правонарушения.

При таких обстоятельствах решение судьи районного суда подлежит изменению путем исключения из его мотивировочной части выводов о виновности Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ.

При этом исключение таких выводов означает невозможность любого иного толкования содержания оспариваемого решения.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ,

РЕШИЛА:

Решение судьи Фрунзенского районного суда г. Иваново от 28 мая 2020 года, которым отменено постановление заместителя начальника Департамента природных ресурсов и экологии Ивановской области, начальника управления по охране объектов животного мира Департамента природных ресурсов и экологии Ивановской области ФИО1 от 10 декабря 2019 года и на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов, изменить.

Исключить из мотивировочной части указанного решения выводы о виновности Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.37 КоАП РФ.

Жалобу председателя Ивановской областной общественной организации охотников и рыболовов ФИО4 удовлетворить частично.

Решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Ивановского областного суда Н.С. Круглова