Гражданский кодекс часть 1

Судья Санкт-Петербургского городского суда Охотская Н.В., при секретаре Корогодове Д.А., рассмотрев 24 июля 2020 года в открытом судебном заседании в помещении суда жалобу на постановление судьи Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июля 2020 года по делу об административном правонарушении в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, уроженки <...>, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением судьи Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июля 2020 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного ареста на срок 15 (пятнадцать) суток.

Вина ФИО1 установлена в том, что она, являясь лицом, совершившим административное правонарушение, в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии ст. 4.6 КоАП РФ за повторное совершение однородного административного правонарушения, на основании вступившего в законную силу решения Останкинского районного суда г. Москвы от <дата> за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, 16 июля 2020 года в период времени с 14 часов 59 минут по 15 часов 00 минут, находясь по адресу: <...>, в составе группы лиц, состоящей из трех человек, добровольно провела публичное мероприятие в форме пикетирования, целью которого было привлечение внимания окружающих к проблеме общественно-политического характера, а именно, совместно с двумя иными лицами, без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия в Комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности г. Санкт-Петербурга, в связи с чем, оно не было согласовано с Комитетом по вопросам законности, правопорядка и безопасности г. Санкт-Петербурга, целью которого было публичное выражение своего мнения и формирование мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера.

При этом ФИО1, совместно с находящимся в непосредственной близости от нее двумя лицами на проезжей части Невского проспекта у д. 73-75 Санкт-Петербурга, нарушая правила дорожного движения, держали в руках баннер черного цвета размером около 1200 см х 100 см с надписью белыми буквами: «меняй власть, а не Конституцию», то есть ФИО1 провела пикетирование, без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия в Комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности г. Санкт-Петербурга, в связи с чем оно не было согласовано в установленном законом порядке с Комитетом по вопросам законности, правопорядка и безопасности Санкт-Петербурга в указанное время и в указанном месте, то есть фактически пикетирование проводилось с нарушением требований ч. 1.1 и ч. 1 ст. 7, п. 6 ст. 2 Федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», а так же п. 1-2 ст. 5 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 г. «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге». При этом указанная группа создавала препятствия движению транспортных средств, повлекшие создание помех транспортной инфраструктуры, а также движению транспортных средств.

Также, своими действиями ФИО1 нарушила п. 1-2 ст. 5 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге», в части, определяющей минимально допустимое расстояние между лицами, осуществляющими одиночное пикетирование, составляющее 50 метров, так как данное расстояние между ней и другими участниками пикетирования составляло менее 3 метров, то есть своими действиями ФИО1 осуществляла не пикетирование, проводимое одним участником, а пикетирование, проводимое совместно с находящимися с ней гражданами.

Таким образом, ФИО1 совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ.

ФИО1, защитники Идрисов Д.Р., Малышева М.Е., Ткаченко И.В., обратились в Санкт-Петербургский городской суд с жалобой об отмене постановления судьи районного суда и прекращении производства по делу в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

В обоснование жалобы указали, что при возбуждении дела об административном правонарушении, производстве по данному делу должностным лицом и последующем судебном разбирательстве фундаментально нарушены принципы законности, презумпции невиновности, постановление судьи районного суда является незаконным и подлежит отмене, производство по делу – прекращению в связи с отсутствием состава и события административного правонарушения. Вследствие незаконного и необоснованного применения к ФИО1 обеспечительных мер в виде административного доставления и административного задержания, незаконного и необоснованного составления протокола об административном правонарушении, были существенно нарушены конституционные и конвенционные права ФИО1, гарантированные на территории Российской Федерации, при очевидной дискриминации ФИО1 в связи с ее гражданской позицией.

Защитник Идрисов Д.Р. в Санкт-Петербургском городском суде, доводы жалобы поддержал в полном объеме, представил дополнение к жалобе, в котором указал, что материалами дела не подтверждается наличие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ. Протокол об административном правонарушении АП № 011727 от 18 июля 2020 года и обжалуемое постановление декларируют наступившие от действий ФИО1 и остальных участников вменяемого ей публичного мероприятия в виде пикетирований последствий, но не раскрывает их. Вывод о создании ФИО1 помех функционированию транспортной инфраструктуры, движению пешеходов и транспортных средств в части общественного транспорта, прямо опровергается материалами дела об административном правонарушении, в том числе исследованными в ходе судебного заседания видеозаписями. Проведенное публичное мероприятие, участие в котором вменяется ФИО1, длилось не более полутора минут, причем часть данного временного промежутка для автомобилей горел красный свет, что исключает возможность констатации сколь либо существенных помех движению транспортных средств. Баннер неоднократно приподнимался ФИО1 и другими участниками акции в целях обеспечения проезда автомобилей и собственной безопасности пешеходов, что свидетельствует об отсутствии у участников публичного мероприятия умысла препятствовать движению транспортных средств в части автомобильного транспорта и, как следствие, исключает возможность квалификации действий по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ. Об отсутствии у ФИО1 и иных участников публичного мероприятия умысла препятствовать движению транспортных средств также свидетельствует добровольное окончание ими запланированной акции. Объяснения свидетелей Б.А. и В.А. противоречат друг другу и прочим материалам дела. Б.А. не предупрежден об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ. В. А.И. и Б.А. не признаны в порядке ст. 25.2 КоАП РФ потерпевшими, дело об административном правонарушении рассматривалась без извещения и участия потерпевших лиц.

Протокол об административном правонарушении не содержит информации о том, каким конкретно образом действиями или бездействием ФИО1 нарушено движение общественного транспорта, создавались помехи движению транспортных средств и пешеходов. Таким образом, нельзя считать правильной квалификацию административного правонарушения по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ.

Не подтверждена достоверными и достаточными материалами дела об административном правонарушении и квалификация деяния ФИО1 по ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, осуществленная в связи с тем, что суд первой инстанции усмотрел в действиях ФИО1 признак повторности. Материалы дела не содержат запроса, ответа уполномоченного должностного лица Останкинского ОСП УФССП России по городу Москве относительно факта исполнения или неисполнения ФИО1 административного наказания в виде штрафа, наложенного постановлением Останкинского районного суда города Москвы от <дата>, вступившего в законную силу <дата>, то есть менее одного года назад. Кроме того, в материалах дела об административном правонарушения представлена ненадлежащим образом заверенная копия судебного акта.

Привлечение ФИО1 к административной ответственности представляет собой необоснованное вмешательство в реализацию прав, гарантированных требованиями ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд ограничился указанием на нарушения ФИО1 ч. 1.1. и ч. 1 ст. 7, п. 6 ст. 2 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», а так же п. 1-2 ст. 5 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге» без оценки пропорциональности вмешательства в право на свободу собраний. Статьей 7 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ подача уведомлений о проведении публичного мероприятия отнесена к обязанностям организатора, при этом доказательств того, что ФИО1 являлась организатором мероприятия материалы дела не содержат.

Судом при вынесении обжалуемого постановления нарушено право на справедливое судебное разбирательство. В основу обжалуемого постановления положены рапорты, письменные объяснения, а также иные письменные доказательства сотрудников полиции. Вместе с тем, суд первой инстанции не вызвал указанных полицейских в суд для допроса в качестве свидетелей, о чем ходатайствовала сторона защиты, таким образом лишив себя возможности подвергнуть критической оценке их версию событий, изложенную в рапортах, объяснениях и прочих материалах дела, нарушив право ФИО1 на допрос свидетелей обвинения.

При рассмотрении настоящего дела и вынесении обжалуемого постановления нарушен конституционный принцип равноправия и состязательности сторон. В частности, суд рассмотрел дело в отсутствии прокурора, поддерживающего обвинение. Таким образом, в отсутствие представителей стороны обвинения в судебном заседании, функции обвинения взял на себя суд. При рассмотрении дела необоснованно отклонены все ходатайства стороны защиты. Копии постановления судьи районного суда вручены ФИО1 и ее защитнику в незаверенном печатью суда виде. Краткая жалоба на постановление передана в 20 час. 20 мин. 20 июля 2020 года судье Куйбышевского районного суда для регистрации и направления в течение суток в Санкт-Петербургский городской суд. Однако, под предлогом окончания работы канцелярии суда, жалоба возвращена защитнику Идрисову Д.Р.

Привлечение ФИО1 к административной ответственности в виде административного ареста на срок 15 суток не отвечает требованиям законности, критериям дифференциации, индивидуализации и соразмерности наказания. Административный арест на срок 15 суток, назначенный обжалуемым постановление ФИО1 в качестве административного наказания, является несоразмерным и суровым административным наказанием. Судья Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга не учел, что действия ФИО1 носили исключительно мирный характер, в связи с чем, применение к нему административного наказания в виде административного ареста, тем более на столь длительный срок, никак не отвечает конституционно значимым критериям дифференциации, индивидуализации и соразмерности наказания.

Из имеющегося в материалах дела протокола об административном задержании не следует, какой исключительный случай по смыслу ч.1 ст. 27.3 КоАП РФ стал основанием для применения в отношении ФИО1 такой меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, как административное задержание, в связи с чем, лишение ФИО1 свободы было произвольным и незаконным. Сотрудники полиции лишили ФИО1 свободы, никак не обосновав, почему протокол об административном правонарушении не мог быть составлен на месте без доставления в отдел полиции; какие имелись основания для административного задержания ФИО1 после составления протокола об административном правонарушении. Следовательно, примененные в отношение ФИО1 положения национального законодательства (ч.6.1, 8 ст.20.2 Кодекса) не соответствуют Конституции Российской Федерации и Конвенции, суду надлежит, как минимум, сократить срок административного ареста до фактически отбытого в рамках обеспечительной меры административного задержания с учетом особенностей дела, так как от действий ФИО1 ни один из конституционно защищаемых интересов не пострадал, либо в порядке ст. 24.5 КоАП РФ полностью освободить ФИО1 от административной ответственности ввиду отсутствия состава административного правонарушения, то есть ввиду исключающих производство по делу об административном правонарушении обстоятельств.

Административное преследование ФИО1 являлось политически мотивированным и осуществлялось не только с грубым нарушением национального законодательства Российской Федерации - Конституции РФ, КоАП РФ, Закона «О полиции», Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», но и с необоснованным нарушением прав человека и основных свобод, гарантированных ФИО1 статьями 3, 5, 6, 8, 10, 11, 14 и 18 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, что является неприемлемым в демократическом обществе и не отвечает международным правовым обязательствам Российской Федерации.

Все указанные обстоятельства не исследованы судом первой инстанции при вынесении обжалуемого постановления, которое должно быть признано незаконным и отменено Санкт-Петербургским городским судом.

На основании изложенного, защитник просит отменить постановление судьи районного и прекратить производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, проверить законность оперативно-розыскных мероприятий и административного расследования в период с 16.07.2020 года по 18.07.2020 года, а также применения к ФИО1 мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, вынести частное определение в адрес прокурора Центрального района Санкт-Петербурга в связи с необходимостью проверки законности привлечения ФИО1 к административной ответственности и применения к ней мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Защитник ФИО1 – Ткаченко И.В. в судебном заседании поддержал доводы жалобы и представленного защитником Идрисовым Д.Р. дополнения к жалобе, представил дополнение к жалобе, в котором указал, что из содержания фабулы протокола об административном правонарушении, описание вмененного ФИО1 административного правонарушения соответствует ч. 3 ст. 20.2 КоАП РФ, следовательно квалификация действий ФИО1 по ч. 6.1 указанной статьи КоАП РФ противоречит содержанию протокола об административном правонарушении и является неправильной. Указанные в протоколе нарушения ФИО1 требований ч. 1.1. и ч. 1 ст. 7, п. 6 ст. 2 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», а так же п. 1-2 ст. 5 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге» необоснованны. Приобщенные к материалам дела копии постановления судьи Останкинского районного суда г. Москвы и решения судьи Московского городского суда получены из неизвестных источников, неизвестным лицом. В материалах дела отсутствуют доказательства вины ФИО1 во вменяемом ей административном правонарушении. Не имеется подтверждений того, что уведомление о проведении публичного мероприятия по указанному в протоколе адресу и времени не подавались в Администрацию Центрального района Санкт-Петербурга. В протоколе об административном правонарушении содержится утверждение о том, что ФИО1 нарушены правила дорожного движения, при этом не приведено название нормативно-правого акта и конкретной нормы статьи. Из видеозаписей, представленных в материалы дела можно установить, что нахождение ФИО1 на пешеходном переходе не создавало помех движению пешеходов, объектам транспортной и социальной инфраструктуры. ФИО2 не подтверждают обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении. Ходатайство ФИО1 об отложении ознакомления с протоколом в связи с плохим самочувствием не рассмотрено. В связи с плохим самочувствием ФИО1 не имела возможности должным образом воспринимать происходящее, в том числе воспринимать разъяснения об объеме предоставленных прав, что повлекло нарушение ее прав на защиту.

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы и представленные защитниками дополнения к жалобе поддержала в полном объеме.

Исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы и представленных дополнений, прихожу к следующим выводам.

Вопреки доводам жалобы, в ходе рассмотрения настоящего дела судьей Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В соответствии с требованиями статьи 26.1 КоАП РФ судом установлено наличие события административного правонарушения, лицо, являющееся участником публичного мероприятия, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждены совокупностью исследованных и получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают.

В соответствии с ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается участие в несанкционированных собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании, повлекших создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст.ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п. 1 ст. 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст. 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия и процедуру согласования, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

В соответствии ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уведомление о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия. При проведении пикетирования группой лиц либо пикетирования, осуществляемого одним участником с использованием быстровозводимой сборно-разборной конструкции, создающей препятствия для движения пешеходов и транспортных средств, уведомление о проведении публичного мероприятия может подаваться в срок не позднее трех дней до дня его проведения, а если указанные дни совпадают с воскресеньем и (или) нерабочим праздничным днем (нерабочими праздничными днями), - не позднее четырех дней до дня его проведения.

В соответствии с п. 1 ст. 2 закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге» уведомление о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в уполномоченные Правительством Санкт-Петербурга исполнительные органы государственной власти Санкт-Петербурга (далее - уполномоченные органы) в срок, установленный Федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, 16 июля 2020 года в период времени с 14 часов 59 минут по 15 часов 00 минут, находясь по адресу: <...>, ФИО1 в составе группы лиц, состоящей из трех человек, добровольно провела публичное мероприятие в форме пикетирования, целью которого было привлечение внимания окружающих к проблеме общественно-политического характера, а именно, совместно с двумя иными лицами, без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия в Комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности г. Санкт-Петербурга, в связи с чем, оно не было согласовано в установленном порядке.

Несогласованное (несанкционированное) публичное мероприятие, в котором принимала участие ФИО1, отвечает признакам публичного мероприятия в том значении, которое указано в Федеральном законе от 19.06.2004 № 54-ФЗ.

Вывод постановления о том, что указанное публичное мероприятие не согласовано в установленном порядке, подтверждается письмом Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности Правительства Санкт-Петербурга от 17 июля 2020 года и не опровергается какими-либо другими доказательствами.

Кроме того, следует отменить, что в силу статьей 5-2 Закона Санкт-Петербурга от 21.06.2011 № 390-70 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге» (принят ЗС СПб 08.06.2011) установлено, что в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности, правопорядка и общественной безопасности запрещается проведение собраний, митингов, шествий, демонстраций на Дворцовой площади, Исаакиевской площади и Невском проспекте.

Обязательным условием для квалификации действий (бездействия) участника несанкционированного публичного мероприятия по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ является наличие последствий, выражающихся в создании помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры, а также причинно-следственной связи между совершенными действиями (бездействием) и наступившими последствиями (п.35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 28).

Наличие причинно-следственной связи между совершенными ФИО1 действиями и наступившими последствиями в виде создания помех движению транспортных средств подтверждаются рапортами и объяснениями сотрудников полиции Ж.А. и К.А., в которых обстоятельства правонарушения изложены последовательно и согласуются с протоколом об административном правонарушении, при этом сотрудники полиции при даче объяснений были предупреждены об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Таким образом, вывод судьи районного суда о том, что в действиях ФИО1 усматривается состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, является обоснованным и подтвержден материалами дела, в связи с чем, доводы жалобы о том, что действия ФИО1 подлежат квалификации по ч. 3 ст. 20.2 КоАП РФ, несостоятельны.

Доводы жалобы о том, что в протоколе об административном правонарушении содержится утверждение о том, что ФИО1 нарушены правила дорожного движения, при этом не приведено название нормативно-правого акта и конкретной нормы статьи, не являются основанием для освобождения ФИО1 от административной ответственности за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ.

Рапорты и объяснения сотрудников полиции соответствуют требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, каких-либо данных, объективно свидетельствующих о личной заинтересованности сотрудников полиции и наличии у них оснований для оговора ФИО1, материалы не содержат, при этом исполнение сотрудниками полиции своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе не может свидетельствовать об их субъективности в изложении обстоятельств вмененного ФИО1 административного правонарушения.

Согласно п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года №5 должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

В соответствии с положениями КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

При этом судья вправе в порядке ст. 26.10 КоАП РФ истребовать сведения, необходимые для разрешения дела об административном правонарушении, вызвать для допроса в качестве свидетелей лиц, которым могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению по собственной инициативе либо по ходатайству участника производства по делу, в том числе лица, в отношении которого ведется производство по делу, его защитника.

Процессуальные документы, составленные сотрудниками полиции и находящиеся в материалах дела об административном правонарушении, соответствуют требованиям КоАП РФ.

Соответственно, вывод об отсутствии необходимости в вызове в судебное заседание сотрудников полиции, является обоснованным, и не свидетельствует о нарушении прав ФИО1 на справедливое судебное разбирательство, нормами КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела указанных должностных лиц, в связи с чем, доводы жалобы в данной части подлежат отклонению.

Судья Санкт-Петербургского городского суда не соглашается с содержащимся в обжалуемом постановлении выводом о том, что ФИО1 провела публичное мероприятие, так как материалами дела не подтверждено, что именно она являлась организатором данного мероприятия. Вместе с тем, указанное обстоятельство не влияет на наличие состава вмененного административного правонарушения по ч.8 ст.20.2 КоАП РФ и на правильность квалификации действий ФИО1 по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, в связи с чем, не может служить основанием для отмены либо изменения постановления судьи районного суда.

В соответствии с п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», исходя из взаимосвязанных положений п. 2 ч. 1 ст. 4.3 и ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ повторным является совершение любого из предусмотренных частями 1 - 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ административных правонарушений в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 данного Кодекса.

Факт повторного совершения ФИО1 административного правонарушения, являющегося квалифицирующим признаком состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, подтверждается копией, вступившего в законную силу, постановления судьи Останкинского районного суда г. Москвы от <дата>, которым ФИО1 привлечена к административной ответственности по ч.6.1 ст. 20.2 КоАП РФ. Помимо указанного постановления привлечение ФИО1 к административной ответственности по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ подтверждается сведениями справки ИЦ УМВД (л.д.67).

Доводы жалобы о том, что материалы дела не содержат ни запроса, ни ответа уполномоченного должностного лица Останкинского ОСП УФССП России по городу Москве относительно факта исполнения или неисполнения ФИО1 административного наказания в виде штрафа, наложенного постановлением Останкинского районного суда города Москвы от <дата>, не могут послужить основанием к отмене состоявшегося постановления, поскольку в данном случае не имеют правового значения для рассматриваемого дела.

Таким образом, вопреки доводам жалобы, действия ФИО1, выразившиеся в повторном совершении административного правонарушения, с учетом требований ст. 4.6 КоАП РФ, правильно квалифицированы по ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ. Оснований для переквалификации совершенного административного правонарушения не усматривается.

Вопреки доводам жалобы, право ФИО1 на справедливое судебное разбирательство не нарушено.

Существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ как при составлении протокола об административном правонарушении и иных процессуальных документов, так и в ходе рассмотрения дела в районном суде, не установлено.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом, соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано, а потому он обоснованно признан судом в качестве допустимого доказательства по делу.

При составлении протокола об административном правонарушении ФИО1 имела возможность предоставить необходимые объяснения, принести замечания на протокол, что ей реализовано.

Постановление судьи районного суда отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является мотивированным.

Довод жалобы о том, что В. А.И. и Б.А., обратившиеся с заявлениями об обстоятельствах проведенного с участием ФИО1 публичного мероприятия, являются потерпевшими по настоящему делу об административном правонарушении, подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании права.

Вопреки доводам жалобы, наличие потерпевших не является обязательным элементом состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ.

Вместе с тем, имеются основания для исключения из перечня доказательств по настоящему делу объяснения Б.А. от 16.07.2020 года.

В соответствии со ст. 25.6 КоАП РФ в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению. Свидетель обязан явиться по вызову судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, и дать правдивые показания: сообщить все известное ему по делу, ответить на поставленные вопросы и удостоверить своей подписью в соответствующем протоколе правильность занесения его показаний. Свидетель предупреждается об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Как следует из материалов дела, перед написанием объяснения Б.А. не предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в соответствии со ст. 17.9 КоАП РФ, в связи с чем, составленное им объяснение не может рассматриваться как надлежащее доказательство по делу и подлежит исключению из перечня доказательств, что, тем не менее, не влияет на правильность квалификации действий ФИО1, данной на основании иных исследованных по делу допустимых и относимых доказательств.

Довод жалобы о том, что в рассмотрении дела об административном правонарушении не принимал участие прокурор, не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено поддержание обвинения, не предусмотрено наличие стороны обвинения, на которую возлагались бы соответствующие функции при рассмотрении дел об административных правонарушениях.

При этом согласно требованиям КоАП РФ прокурор извещается о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, совершенном несовершеннолетним, а также дела об административном правонарушении, возбужденного по инициативе прокурора. Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 не относится к перечисленным категориям дел, в связи с чем, его рассмотрение в отсутствие прокурора не является нарушением процессуальных требований КоАП РФ, в том числе нарушением принципов равноправия и состязательности сторон.

Довод жалобы о нарушении прав ФИО1 отказом в удовлетворении заявленных ходатайств, суд находит необоснованным.

Согласно положениям ст. 24.4 КоАП РФ, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении лица имеют право заявлять ходатайства, подлежащие обязательному рассмотрению судьей, в производстве которого находится дело. Ходатайство заявляется в письменной форме и подлежит немедленному рассмотрению. Решение об отказе в удовлетворении ходатайства выносится судьей в виде определения.

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленной силы.

Анализ вышеуказанных процессуальных норм позволяет сделать вывод о том, что судья самостоятельно определяет предмет и объем доказывания. Он вправе как удовлетворить ходатайство участвующего в деле лица об истребовании доказательств, так и отказать в его удовлетворении. Отказ в удовлетворении ходатайства осуществляется в установленной законом форме (в виде определения).

Как следует из материалов дела, ходатайства, заявленные в ходе рассмотрения дела судьей районного суда, рассмотрены в установленном КоАП РФ порядке, в материалах дела имеются мотивированные определения.

В силу части 1 статьи 27.1 КоАП РФ, закрепляющей, что в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления, уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, в частности доставление и административное задержание.

В соответствии с ч. 1 ст. 27.2 КоАП РФ доставлением является принудительное препровождение физического лица в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным.

В соответствии с ч. 2 ст. 27.3 КоАП РФ административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

При этом, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест, может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

Поскольку ФИО1 доставлена в 28 отдел полиции УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга для обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении, влекущем административное наказание в виде административного ареста, решение о доставлении ФИО1 в отдел полиции и о ее задержании является законным и обоснованным.

Применение указанных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении явилось соразмерным, разумным и необходимым при изложенных обстоятельствах.

Законность действий сотрудников полиции при применении мер обеспечения по настоящему делу об административном правонарушении сомнений не вызывает.

Вопреки доводам жалобы, существенных нарушений при составлении протоколов применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении не установлено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, а потому нет оснований для признания их недопустимыми доказательствами.

По изложенным основаниям не подлежит удовлетворению содержащееся в жалобе требование о вынесении частного определения в адрес прокурора Центрального района Санкт-Петербурга в связи с необходимостью проверки законности привлечения ФИО1 к административной ответственности и применения к нему мер обеспечения производства по данному делу об административном правонарушении.

Содержащееся в жалобе требование о проведении проверки законности применения к ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий и административного расследования в период с 16.07.2020 года по 18.07.2020 года, подлежит отклонению, так как из материалов дела не следует совершение указанных процессуальных действий в отношении ФИО1, а потому доводы стороны защиты в данной части ничем не подтверждены, являются явно надуманными, основанными на субъективной трактовке обстоятельств производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, и направленными на переоценку обстоятельств дела.

Доводы жалобы о нарушении привлечением ФИО1 к административной ответственности прав и основных свобод, гарантированных Конвенцией от 04.11.1950 года, являются несостоятельными, поскольку осуществление права выражать свое мнение и участвовать в собраниях, как указано в ч. 2 ст. 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц.

Таким образом, нарушений Конституции РФ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм Кодекса РФ об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием для отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Довод жалобы о том, что в ходе производства по делу об административном правонарушении должностным лицом не были разрешены заявленные ФИО1 ходатайства; в связи с плохим самочувствием ФИО1 не имела возможности должным образом воспринимать происходящее, в том числе воспринимать разъяснения об объеме предоставленных прав, что повлекло нарушение ее прав на защиту, подлежит отклонению.

В соответствии с ч. 2 ст. 24.4 КоАП РФ письменное определение по результатам рассмотрения ходатайства выносится только в случае его отклонения. Вместе с тем, ходатайства ФИО1 (л.д. 46-47) приобщены к материалам дела и удовлетворены. От медицинской помощи ФИО1 отказалась. Защитник Ткаченко И.В. находился в 28 отделе полиции УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга, допущен к ФИО1 в 13 час 00 мин. 18 июля 2020 года. С протоколом об административном правонарушении ФИО3 ознакомлена в 13 час. 18 мин., то есть с участием защитника. Копии процессуальных документов, составленных с участием ФИО1, ей вручены, о чем свидетельствуют ее личные подписи в соответствующих графах данных документов. ФИО3 освобождена из 28 отдела полиции УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга, что подтверждается протоколом АЗ № 005896 от 18 июля 2020 года.

Наказание ФИО1 определено в пределах санкции ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ в соответствии с требованиями Глав 3 и 4 КоАП РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного правонарушения, данных о личности виновной.

Оснований для признания назначенного ФИО1 административного наказания чрезмерно суровым не усматривается, поскольку оно согласуется с его предупредительными целями (ст. 3.1 КоАП РФ), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного. Исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью привлекаемого к административной ответственности физического лица, а также обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 3.9 КоАП РФ, при рассмотрении дела судьей районного суда не установлено, ФИО1 доказательств наличия таковых не приведено.

Основания для изменения наказания, применения положений ст. 2.9 КоАП РФ по настоящему делу не усматриваются.

Таким образом, в ходе рассмотрения настоящего дела об административном правонарушении по жалобе ФИО1, защитника Идрисова Д.Р., защитника Малышевой М.Е., защитника Ткаченко И.В. на постановление судьи Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июля 2020 года, не установлено оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта, а также оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1

С учётом изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л :

Постановление судьи Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июля 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Жалобу ФИО1, защитника Идрисова Д.Р., защитника Ткаченко И.В. оставить без удовлетворения.

Судья Н.В. Охотская