Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ТСА» к ФИО1, Обществу с ограниченной ответственностью «Доверие» о признании недействительным (мнимым) договора аренды грузового автомобиля,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью (далее ООО) «ТСА» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1, Обществу с ограниченной ответственностью «Доверие» о признании недействительным (мнимым) договора аренды грузового автомобиля.

В обоснование требований указывало, что 12.12.2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП) с участием автомобиля ООО «ТСА» и автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №), что виновником ДТП был признан водитель автомобиля ООО «ТСА». Указывал, что в результате ДТП автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) получил ряд значительных повреждений, вследствие чего страховщиком ПАО «Росгосстрах» было выплачено ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей по страховому полису ОСАГО. Отмечал, что после ДТП истцу позвонил некий ФИО5 и сообщил, что он собственник фуры и предложил заплатить ему 2 200 000 рублей в счет возмещения убытков, на что ООО «ТСА» к согласилось, так как фура потерпевшего в лучшем техническом состоянии на дату ДТП стоила в среднем 1 800 000 рублей. ООО «ТСА» также ввел в заблуждение тот факт, что собственником представился некий ФИО5, а по документам, предоставленным в ГИБДД, собственником по договору купли-продажи от 9 декабря 2019 года выступал ФИО1. Отмечало, что ООО «ТСА» было принято решение выплачивать денежные средства за поврежденную фуру только собственнику в судебном порядке. Обращал внимание на то, что в страховую компанию ответчиком был предоставлен ПТС на поврежденный автомобиль, в котором вписан в качестве собственника ФИО1, однако указанная запись в ПТС не имеет отметки о регистрации со стороны ГИБДД, что в графе «документ на право собственности» ничего не указано. Обращало внимание на то, что отсутствует доказательство перехода права собственности от ФИО2 к ФИО1, что договор купли-продажи от 09.12.2019 года в силу п. 1 ст. 454 ГК РФ, является реальной сделкой и считается заключенным с момента реальной передачи вещи, в то время как акт приема-передачи транспортного средства от ФИО2 к ФИО1 отсутствует. Отмечало, что в соответствии с данными, указанными в Свидетельстве о регистрации право собственности на транспортное средство, поврежденный автомобиль зарегистрировано на ФИО3 Считал, что имеются и иные противоречия, а именно: договор купли-продажи автомобиля датирован 09 декабря 2019 года по которому ФИО1 купил у ФИО2 автомобиль, вместе с тем, в ПТС дата продажи автомобиля указана 10 декабря 2019 года. В Акте осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего от 10 января 2020 года (составленного страховой компанией) в графе «собственник» указан ФИО2 С учетом предоставленных доказательств, истец считал, что нельзя прейти к выводу о доказанности ФИО7 наличия субъективного права собственности на автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №).

В судебном заседании представитель истца ООО «ТСА» - ФИО4, принимавший участие посредством системы видеокоференц-связи поддержал исковые требования в полном объеме, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО6 и представитель ответчика ООО «Доверие» - ФИО2 возражали против удовлетворения заявленных требований, считали их необоснованными.

Суд, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, оценив доказательства, представленные сторонами, приходит к следующему выводу.

Как следует из содержания ч.3 ст.17 Конституции РФ, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 4 ст. 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (п.4 ст.10 ГК РФ).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом злоупотребление правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п.2 ст.10 ГК РФ, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следуют из положений ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абз.2 п.2 ст.166 ГК РФ).

Исходя из смысла положений абз.3 п.2 ст.166 ГК РФ, сделка может быть оспорена в интересах третьих лиц, если она нарушает права или охраняемые законом интересы третьих лиц.

Как следует из п.3 ст. 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ст. 169 ГК РФ, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и, при этом, посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2 ст.168 ГК РФ).

В силу п.1 ст.170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется тем, что воля сторон при ее заключении не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки. Мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами своих обязательств.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом мнимые сделки относятся к категории ничтожных, поэтому такие сделки недействительны, согласно положению п.1 ст.166 ГК РФ, независимо от признания их судом.

Согласно разъяснениям, содержавшимся в абз.2 п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В силу п.1 разъяснений вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, согласно п.3 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п.4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора купли-продажи транспортного средства и документов, подтверждающих его передачу, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Так, исполнением договора купли-продажи со стороны продавца является передача вещи (товара) в собственность другой стороне (покупателю) (пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу право собственности у приобретателя движимой вещи по договору возникает с момента ее передачи (пункт 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации). Передачей же признается, в частности, вручение вещи приобретателю, причем вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (пункт 1 статьи 224, пункт 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как видно из материалов дела, 09 декабря 2019 года по договору купли-продажи транспортного средства ФИО2 продал ФИО1 автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №

Согласно условиям данного договора, право собственности на транспортное средство переходит к «Покупателю» с момента подписания настоящего договора.

Согласно свидетельству о регистрации Транспортного средства, собственником автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №) указан ФИО2

В ПТС на автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) ФИО1 вписан в качестве собственника, однако указанная запись в ПТС не имеет отметки о регистрации со стороны ГИБДД, в графе «документ на право собственности» ничего не указано.

В ходе судебного разбирательства ответчики не оспаривали то обстоятельство, что в ГИБДД право собственности на автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) на ФИО1 до сих пор не зарегистрировано.

10 декабря 2019 года между ФИО1 и ООО «Доверие», действующее в лице ФИО2 заключен договор аренды грузового автомобиля с экипажем - автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №).

Указанный договор заключен на срок с 10 декабря 2019 года до 09 декабря 2020 года.

Согласно условиям данного договора, передача автомобиля в аренду осуществляется по акту приема-передачи.

При этом, арендная плата составляет 200 000 рублей в месяц.

Согласно Акту, автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. № передан в аренду 10 декабря 2019 года.

12.12.2019 года произошло ДТП с участием автомобиля ООО «ТСА» и автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №)

Виновником ДТП, согласно постановлению по делу об административном правонарушении, признан водитель автомобиля ООО «ТСА».

В результате ДТП автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) получил ряд значительных повреждений, вследствие чего страховщиком ПАО «Росгосстрах» было выплачено ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей по страховому полису ОСАГО, что подтверждается материалами дела.

Согласно уведомлению от 20 декабря 2019 года, за № 168, ООО «Доверие» уведомляет Арендодателя ФИО1 о досрочном расторжении договора аренды автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №) в связи с повреждением транспортного средства в ДТП.

Суд обращает внимание на то, что ответчиками ФИО1 либо ООО «Доверие» не представлено доказательств в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, подтверждающих направление указанного уведомления, либо получение уведомления ФИО1

Согласно сведениям, предоставленным из УМВД России по Тверской области, по состоянию на 24.12.2020 года владельцем транспортного средства «MAN TGA» (г.р.з. №) является ФИО2

В ходе судебного разбирательства по делу представителем ООО «Доверие» - ФИО2 представлены документы, заключенные с ООО «НефтеТрансСервис» на перевозку грузов, подтверждающие, по его мнению, отсутствие обоснованности заявленных требований истца.

Из материалов дела усматривается, что 28 октября 2019 года между ООО «НефтеТрансСервис» и ООО «Доверие» заключен договор на оказание услуг по перевозке грузов № ТП-28/10-2019 (том №1 л.д. 150-152).

Согласно данному договору период оказания услуг – с 1 октября 2019 года по 31 декабря 2020 года.

В перечне автомобилей, занятых на перевозке грузов числится MAN TGA» (г.р.з. №) (том №1 л.д. 153).

Представителем ООО «Доверие» - ФИО2 представлено техническое задание к договору № ТП-28/10-2019 от 28.10.2019 года (том №1 л.д. 155-оборот-161).

Вместе с тем, учитывая дату ДТП - 12.12.2019 года, договор на оказание услуг по перевозке грузов № ТП-28/10-2019 от 28 октября 2019 года, ООО «Доверие» в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что автомобиль MAN TGA» (г.р.з. №) выполнял какое-либо техническое задание, а именно не представлены заполненные документы - заявка на выделение автотранспорта, Акт сдачи-приемки оказанных услуг, реестр транспортных услуг, которые являются обязательными по договору между ООО «НефтеТрансСервис» и ООО «Доверие» № ТП-28/10-2019.

Кроме того, в документах, именуемых счет-фактурой и Универсальный передаточный документ не имеется сведений об автомобиле «MAN TGA» (г.р.з. №) и водителе ФИО1, что опровергает доводы ответчика ООО «Доверие» - ФИО2 представленными им документами (том № 1 л.д. 139-148).

Согласно сведениям, предоставленным из Российского Союза Автостраховщиков в отношении автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №) указаны сведения о страхователе – ФИО2 за периоды с 10.07.2018 года по 10.07.2019 года, с 30.11.2020 года по 30.11.2021 года, при этом ФИО2 указан как собственник.

Суд обращает внимание на то, что ФИО1 указан как водитель в период с 30.11.2020 года по 30.11.2021 года, то есть после оформления договора купли-продажи автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №

Согласно сведениям, предоставленным из РЕСО Гарантия, страховой полис на автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) на период с 1 декабря 2020 года по 30 ноября 2021 года оформлен ФИО2, при этом в графе «собственник» так же указан ФИО2

Заявление в страховую компанию РЕСО Гарантия написано так же ФИО2, то есть после оформления сделки между ФИО1 и ФИО2

Материалами дела достоверно подтверждается, что 09 декабря 2019 года по договору купли-продажи транспортного средства ФИО2 продал ФИО1 автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №), а 10 декабря 2019 года между ФИО1 и ООО «Доверие», действующее в лице ФИО2 заключен договор аренды грузового автомобиля с экипажем - автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №).

Таким образом, ФИО2, заключая договор аренды автомобиля с ФИО1, знал о том, что данный автомобиль куплен ФИО1 день назад, поскольку он (ФИО2) являлся продавцом по договору от 09 декабря 2019 года.

В силу п. 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. № 938 "О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации", собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами (далее именуются - владельцы транспортных средств), обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах).

Юридические и физические лица, за которыми зарегистрированы транспортные средства, обязаны снять транспортные средства с учета в подразделениях Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора, в которых они зарегистрированы, в случае изменения места регистрации, утилизации (списания) транспортных средств либо при прекращении права собственности на транспортные средства в предусмотренном законодательством Российской Федерации порядке.

Пунктом 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" установлено, что допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Приведенными выше правовыми нормами предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении. Соответственно, вступление нового владельца автомобиля в свои права с соблюдением положений специального законодательства является подтверждением того, что сделка, на основании которой передан автомобиль, повлекла для нового владельца правомерные правовые последствия.

Поскольку в данном случае предметом сделки являлось транспортное средство, в силу вышеприведенного постановления правительства, на собственника транспортного средства возлагается обязанность в установленном порядке зарегистрировать его. Регистрация транспортных средств осуществляется в целях обеспечения их государственного учета, выявления преступлений и пресечения правонарушений, связанных с использованием транспортных средств, исполнения законодательства Российской Федерации.

С момента заключения договора купли-продажи (09 декабря 2019 года) до заключения договора аренды (10 декабря 2019 года) прошел один день, автомобиль в установленном порядке зарегистрирован на ФИО1 не был, при заключении договора аренды ФИО1 и ФИО2 располагали сведениями о том, что автомобиль не зарегистрирован в ГИБДД.

Довод о том, что автомобиль «MAN TGA» (г.р.з. №) не зарегистрирован на ФИО1 в ГИБДД в связи с тем, что транспортное средство является неисправным и по настоящее время, не нашел свое подтверждения в ходе судебного разбирательства по делу.

Предоставленный ответчиком Акт № 17 от 20 декабря 2020 года на оказание услуг по ремонту автотранспорта нельзя признать по делу достоверным и допустимым доказательством, поскольку на данном Акте отсутствует подпись заказчика ФИО1, к данному Акту ответчиком не представлен чек, подтверждающий произведение оплаты по указанной в Акте услуге, кроме того, ответчиком не представлен договор, заключенный с ООО «Технотранс» на оказание услуг по замене кабины автомобиля.

Таким образом, исходя из обстоятельств дела, приведенных норм права, доказательств, представленных сторонами, суд приходит к выводу о том, что совокупность имеющихся в материалах дела доказательств дает основания полагать, что при заключении договора аренды грузового автомобиля «MAN TGA» (г.р.з. №) от 10 декабря 2019 года ответчик ФИО2 и ответчик ФИО1 действовали недобросовестно, поскольку на день заключения договора аренды ФИО1 не оформил на себя право собственности на указанный автомобиль, о чем было достоверно известно ФИО2

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «ТСА» к ФИО1, Обществу с ограниченной ответственностью «Доверие» о признании недействительным (мнимым) договора аренды грузового автомобиля удовлетворить.

Признать недействительным договор аренды грузового автомобиля с экипажем от 10 декабря 2019 года, заключенным между ФИО1 и ООО Доверие в лице генерального директора ФИО2 по сдаче в арен6ду с экипажем в аренду автомобиля «MAN TGA» г.р.з №

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ломоносовский районный суд Ленинградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 23 марта 2022 года.

Судья А.В. Золотухина

<данные изъяты>