Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения земельного участка мнимой сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки;

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Правительство Севастополя, нотариус нотариального округа г. Севастополя ФИО7, Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя, Садовое некоммерческое товарищество «Рыбак-5»,

у с т а н о в и л:

В августе 2021 года ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением, в котором с учетом заявления от 24.11.2021 года просила:

- признать договор дарения земельного участка №, расположенного по адресу: <адрес> от 09.11.2006 года, реестровый № 5747, заключенный между ФИО6 и ФИО4, ФИО5, мнимой сделкой;

- применить последствия недействительной ничтожной сделки, включить в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, указанный земельный участок.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО3 является наследником к имуществу умершего ДД.ММ.ГГГГ отца ФИО6

После смерти ФИО6 B.И. открылось наследство в виде земельного участка №, общей площадью 376 кв.м., расположенного в <адрес>

Указанное имущество принадлежало наследодателю на основании Распоряжения Гагаринской районной государственной администрации г. Севастополя № 2351-р от 31.12.1997 года. Право собственности зарегистрировано за ФИО6 в установленном действующим законодательством 16.11.1998 года, также выдан государственный Акт на право частной собственности на землю серии I-KM № 089974, зарегистрированный в Книге записей актов на право частной собственности на землю под № 1736.

В установленный законом срок ФИО3 обратилась к нотариусу г. Севастополя ФИО7 с заявлением о принятии наследства после смерти отца. На основании заявления нотариусом заведено наследственное дело № 195/2020. ФИО3 является единственным наследником первой очереди, принявшим наследство.

Из письменного разъяснения нотариуса № 1423 от 03.08.2021 года истцу стало известно, что указанный государственный акт о праве наследодателя на земельный участок аннулирован по причине заключения договора дарения от 09.11.2006 года № 5747, на основании данного договора выдан государственный акт на земельные участки № «а» и № «б» на имя иных лиц.

После получения указанной информации в бумагах отца ФИО3 обнаружена копия договора дарения от 09.11.2006 года, согласно которого ФИО6 подарил, а ФИО4 и ФИО5 приняли в дар, по ? доли каждый, земельный участок № в <адрес> принадлежащий наследодателю. Данный договор удостоверен частным нотариусом Севастопольского городского нотариального округа ФИО9, реестровый №.

Истец указывает, что о заключении договора дарения земельного участка отец дочери никогда не говорил. Более того, в течение всего времени после заключения сделки, он и члены семьи продолжали пользоваться данным участком (обрабатывали землю, высаживали овощи, ухаживали за деревьями, собирали урожай и т.п.). Отец из членства в товариществе не выходил, согласно документам СТ «Рыбак-5» являлся его членом, за ним был закреплен земельный участок №, что подтверждается справками от 03.08.2013 года и от 11.01.2014 года, оплачивал членские взносы.

С ответчиками истец не знакома, они не являются родственниками либо друзьями отца, как следует из текста договора, на момент его заключения они проживали в <адрес> Украины и, по имеющейся информации, проживают там и в настоящее время. На участке их никогда не видели, членами кооператива они не являлись. В последние годы жизни отец часто болел, обработкой и уходом за участком занималась и продолжает заниматься истец.

Таким образом, сделка дарения земельного участка, заключенная между наследодателем и ответчиками, по мнению истца, не была исполнена сторонами - после заключения сделки участок из владения ФИО6 не выбывал, в фактическое пользование и владение одаряемых не поступал, после смерти наследодателя находится в фактическом владении и пользовании ФИО3

При указанных обстоятельствах, истец считает, что договор дарения заключен без намерения создать соответствующие правовые последствия, обусловленные им, т.е. является мнимой сделкой.

В судебное заседание истец ФИО3 не прибыла, о времени и месте рассмотрения дела извещалась в установленном порядке, воспользовалась правом ведения дела в суде через представителя.

Представитель истца ФИО1 доводы искового заявления подержала, просила иск удовлетворить. Пояснила, что фактически земельный участок из пользования наследодателя не выбывал, реальные правовые последствия сделки дарения не наступили, ответчики в права владения земельным участком не вступали, что свидетельствует о том, что заключенный наследодателем договор дарения является мнимой сделкой.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не прибыли по причине проживания за пределами Российской Федерации, извещались установленным порядком воспользовались правом ведения дела в суде через представителя.

Представитель ответчиков ФИО2 в суде против иска возражала. Пояснила, что мотивом заключения договора дарения являлось неисполнение при жизни наследодателя денежного обязательства перед его доверителями. Считала основания признания сделки мнимой не обоснованными, указал на государственную регистрацию права собственности ФИО4 и ФИО5 на земельный участок в установленном на момент заключения сделки порядке. Факт использования наследодателем и его семьей земельным участком, ранее принадлежащим, пояснила наличием устного соглашения с умершим. Также, заявила о применении последствий пропуска срока на обращение в суд с требованиями о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ не препятствует рассмотрению дела.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав доводы иска и материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 717 ГК Украины, действующему на момент заключения оспариваемого договора, по договору дарения одна сторона (даритель) передает или обязуется передать в будущем второй стороне (одаряемому) безвозмездно имущество (дар) в собственность.

Согласно ч. 2 ст. 719 ГК Украины договор дарения недвижимого имущества составляется в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Частью 1 ст. 722 УК Украины определено, что право собственности одаряемого на дар возникает с момента его принятия.

Судом установлено, что 09.11.2006 года между ФИО6 и ФИО4, ФИО5 заключен договор дарения земельного участка №, расположенного по адресу: <адрес> реестровый №, удостоверенный нотариусом ФИО9, по условиям которого ответчикам передан данный земельный участок в общую долевую собственность.

При заключении сделки дарения получено согласие супруги ФИО6 – ФИО11 на осуществление дарения в пользу ФИО4 и ФИО5

10.09.2009 года на имя ФИО4 и ФИО5 Главным управлением Госкомзема в г. Севастополе на основании договора дарения земельного участка от 09.11.2006 года выдан государственный акт о праве собственности на земельный участок серии ЯЖ № в равных долях.

23.03.2015 года представителем собственников в Управление государственной регистрации права и кадастра г. Севастополя подано заявление о внесении в государственный кадастр недвижимости сведений о ранее учтенном объекте недвижимости согласно государственному акту на землю от 09.11.2006 года серии ЯЖ №.

Согласно выписки из ЕГРН спорный земельный участок поставлен на кадастровый учет, как ранее учтенный с 10.09.2009 года.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В соответствии с ч. 1 ст. 234 ГК Украины, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, установлены правовые последствия фиктивной сделки. В силу приведенной нормы закона фиктивной является сделка, совершенная без намерения создания правовых последствий, которые обуславливались этой сделкой. Фиктивная сделка признается судом недействительной.

Фиктивная сделка характеризируется тем, что стороны совершают её только для вида, наперед зная, что она не будет исполнена. При совершении фиктивной сделки участники имеют иные цели, кроте тех, которые предусмотрены ею. Фиктивной сделкой может быть признан любой договор, если он не имеет цели наступления правовых последствий, независимо от того, в какой форме он совершен (нотариальное удостоверение, государственная регистрация).

Таким образом, истец, обращаясь в суд с требованием о признании сделки фиктивной, должен доказать отсутствие у участников сделки цели создания правовых последствий.

Для признания сделки фиктивной признак совершения его только для вида должен быть присущим в действиях обеих сторон договора. Если одна сторона договора действовала только для вида, а вторая – намеревалась достижения результата, такой договор нельзя признать фиктивным.

В обоснование требований о признании договора дарения от 09.11.2006 года, заключенного наследодателем ФИО6, мнимой сделкой, его наследником ФИО12 указывается на то обстоятельство, что фактически земельный участок находился до момента его смерти ДД.ММ.ГГГГ в пользовании семьи К-ных, которые обрабатывали земельный участок, извлекали пользу от его использования, вносили оплату в пользу садоводческого товарищества, а также, что при жизни отец из членства в товариществе не выходил.

Как следует из предоставленной в материалы дела копии членской книжки садовода №, выданной на имя ФИО6 оплата членских вносов осуществлялась до 07.06.2015 года.

Из справки СНТ «Рыбак-5» от 13.06.2021 года следует, что по земельному участку № числиться задолженность за 2017-2020 года в размере 34 201,56 руб.

Как указано в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу приведенной нормы бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой лежит на стороне, заявившей о наличии таких обстоятельств.

В тоже время, истцом не приведено никаких доводов и никаких обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности приобретателей имущества либо об их намерении совершить эту сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения, а также совершения сделки только для вида всеми сторонами договора.

Сам факт длительности использования земельным участком семей К-ных после заключения договора дарения в 09.11.2006 году, что представителем ответчиков в суде не оспаривалось и подтвердившей согласие своих доверителей на возможность пользования участком ФИО6 после заключения договора, а также внесение членских вносов за земельный участок, не может свидетельствовать о том, что стороны договора дарения при его заключении не преследовали цели создания правовых последствий данной сделки.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО3 исковых требований.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Частью 3 ст. 261 ГК Украины определено, что течение исковой давности по требованиям о применении следствий ничтожной сделки начинается со дня, когда началось ее выполнение.

Согласно ч. 1 и 3 ст. 5 ГК Украины акты гражданского законодательства регулируют отношения, возникшие со дня вступления в силу. Если гражданские отношения возникли раньше и регулировались актом гражданского законодательства, утратившим силу новый акт гражданского законодательства применяется к правам и обязанностям, возникшим с момента вступления его в силу.

К правоотношениям, возникшим во время действия нормативно-правового акта, который впоследствии потерял силу, применяются его нормы. К правоотношениям, которые возникли ранее и регулировались нормативно-правовым актом, который утратил силу, но права и обязанности сохраняются и после вступления в силу нового нормативно-правовым актом, применяются положения новых правовых актов.

Положениями ст. 258 ГК Украины, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, была установлена специальная исковая давность в 10 лет для требований о применении последствий недействительности ничтожного договора (ч. 4). Законом Украины от 20.12.2011 года N 4176-VI исключена ч. 4 приведенной нормы, устанавливающая такую специальную исковую давность. При этом в п. 5 переходных положений данного закона имелось указание о том, что лицо имеет право на обращение в суд с иском с данными требованиями на протяжении 3 лет со дня вступления в законную силу закона.

Как установлено в ходе судебного разбирательства исполнение договора дарения от 09.11.2006 года ответчиками ФИО4 и ФИО5 началось с 10.09.2009 года, т.е. со дня выдачи Главным управлением Госкомзема в г. Севастополе на основании договора дарения земельного участка государственного акта о праве собственности на земельный участок серии ЯЖ №.

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В связи с изложенным суд находит обоснованными доводы представителя ответчика о пропуске ФИО3 при обращении с настоящим иском в августе 2021 года срока исковой давности о применении последствий ничтожной сделки, поскольку с момента её исполнения прошло более 11 лет.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Отказать в удовлетворении искового заявления ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения земельного участка мнимой сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Решение суда может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в порядке, установленном статьей 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение суда вступает в законную силу по истечении срока на апелляционное обжалование, если оно не было обжаловано.

Мотивированный текст решения изготовлен 19.02.2022 года.

Председательствующий по делу

судья /подпись/ Н.В. Моцный

Решение не вступило в законную силу

-----------------------------------------¬

¦"КОПИЯ ВЕРНА" ¦

¦подпись судьи _____________________ ¦

¦Наименование должности ¦

¦уполномоченного работника аппарата суда ¦

¦помощник судьи ___________ Л.М.Касьянова¦

¦ (инициалы,фамилия)¦

¦"__" _____________ 20__ г. ¦

L-----------------------------------------