оборудование многоквартирного дома является частью единых систем и конструктивными элементами инженерных оборудований многоквартирных домов и, как оборудование, обслуживающее более одной квартиры, относится к общему имуществу МКД, в связи с чем управляющая организация обязана выполнять работы по его надлежащему содержанию и ремонту. Суд апелляционной инстанции отменил решение, указав, что в деле отсутствуют доказательства включения домофона в состав общего имущества спорного МКД, в свою очередь, данное оборудование в силу жилищного законодательства неотделимым относительно спорного МКД не является. Судом приняты во внимание разъяснения, изложенные в письме Министерства регионального развития Российской Федерации от 27.04.2011 № 8055-14/ИБ- ОГ, и учтен факт постройки спорного МКД в 1964 году. Суд апелляционной инстанции установил, что домофонное оборудование не предусмотрено проектом МКД и не вошло в состав общего имущества МКД с соблюдением соответствующей процедуры такого внесения. В договоре управления от 01.07.2010 № 322-ДУ-10, заключенном между собственниками помещений МКД и обществом, и приложениях к нему упоминания о работах и услугах
систем и конструктивными элементами инженерных оборудований многоквартирных домов и, как оборудование, обслуживающее более одной квартиры, относится к общему имуществу МКД, в связи с чем управляющая организация обязана выполнять работы по его надлежащему содержанию и ремонту. Суд апелляционной инстанции отменил решение, указав, что в деле отсутствуют доказательства включения домофона в состав общего имущества спорного МКД, в свою очередь, данное оборудование в силу жилищного законодательства неотделимым относительно спорного МКД не является. Судом приняты во внимание разъяснения, изложенные в письме Министерства регионального развития Российской Федерации от 27.04.2011 № 8055-14/ИБ-ОГ, и учтен факт постройки спорного МКД в 1975 году. Судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что поскольку домофонное оборудование не предусмотрено проектом МКД и не вошло в состав общего имущества МКД с соблюдением соответствующей процедуры такого внесения, у управляющей компании отсутствует обязанность по его содержанию. В договоре управления от 01.07.2010 № 3950ДУ-10, заключенном между собственниками помещений МКД и обществом, и приложениях к
реагирования в отношении предприятия в связи с невыполнением последним обязанности по оформлению факта прекращения управления МКД № 4, ТСЖ обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались статьями 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса, статьями 47, 47.1, 48 Жилищного кодекса Российской Федерации, статьей 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, Требованиями к оформлению протоколов общих собраний собственников в многоквартирных домах, утвержденными приказом Минстроя России от 25.12.2015 № 937/пр, и исходили из того, что протоколы общего собрания собственников оформлены с нарушением норм законодательства (отсутствует реестр собственников помещений МКД, содержащий сведения обо всех собственниках с указанием их фамилий, номеров принадлежащих им помещений, реквизитов документов, подтверждающих право собственности, количество голосов, которым владеет собственник; отсутствует список собственников, принявших участие в собрании, со всеми необходимыми сведениями; отсутствуют оформленные в письменном виде решения собственников, принявших участие в собрании в форме заочного голосования, по вопросам, поставленным на голосование; в протоколах собраний зафиксировано участие собственников
Как установлено судом первой инстанции и сторонами не оспаривается, между ООО «Спецавтохозяйство» и Удмуртским филиалом акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс» 01.12.2018 заключен договор, в соответствии с которым последний начисляет и выставляет плату жителям Удмуртской Республики за коммунальную услугу по обращению с ТКО. Начиная с декабря 2019 года собственнику земельного участка, расположенного по адресу: <...> начисляется плата за указанную коммунальную услугу. Между тем, Управлением в ходе проведения проверки установлено, что на вышеуказанном земельном участке жилой домотсутствует, собственников и зарегистрированных лиц в доме нет. Иных построек, в которых возможно постоянное проживание граждан также не имеется. Так, из акта осмотра от 17.08.2021, фотографий земельного участка, приложенных к акту проверки, следует, что на данном земельном участке отсутствует введенный в эксплуатацию жилой дом, имеются только баня, деревянный туалет, теплица и дровяник. Узел учета электроэнергии установлен на периметре земельного участка, электроэнергия подведена к бане, иные коммунальные услуги не потребляются. Хозяйственная деятельность ведется в летнее время
ТКО. Образование ТКО является закономерным и неотъемлемым результатом процесса жизнедеятельности человека, в этой связи отсутствие на земельном участке жилых или нежилых помещений, которые получили государственную регистрацию, не свидетельствует о ненакоплении ТКО владельцами указанных земельных участков, в том случае, если доказано нахождение на земельном участке объектов, пригодных для проживания, в том числе временного, но не зарегистрированных в государственном реестре прав на недвижимое имущество. Суды, установив, что на земельном участке, расположенном по адресу: <...>, жилой домотсутствует, собственников и зарегистрированных лиц в домах не имеется, согласно выписке из Единого государственного реестра объектов недвижимости, данные об объектах недвижимости на данном земельном участке отсутствуют, принимая во внимание, что в данном конкретном случае образование на спорном земельном участке ТКО носит предположительный характер, а факт начисления платы за коммунальную услугу по электроснабжению не означает автоматически факт образования ТКО, пришли к верному выводу о том, что при отсутствии жилого помещения, собственников, а также лиц, постоянно или
образуется ТКО. Образование ТКО является закономерным и неотъемлемым результатом процесса жизнедеятельности человека, в этой связи отсутствие на земельном участке жилых или нежилых помещений, которые получили государственную регистрацию, не свидетельствует о ненакоплении ТКО владельцами указанных земельных участков, в том случае, если доказано нахождение на земельном участке объектов, пригодных для проживания, в том числе временного, но не зарегистрированных в государственном реестре прав на недвижимое имущество. Суды, установив, что на земельном участке по адресу: <...> жилой домотсутствует, собственников и зарегистрированных лиц в доме не имеется, согласно выписке из Единого государственного реестра объектов недвижимости, данные об объектах недвижимости на земельном участке с кадастровым номер № 18:18:062001:155, расположенный по адресу: <...>, отсутствуют, принимая во внимание, что в данном конкретном случае образование на спорном земельном участке ТКО носит предположительный характер, а факт начисления платы за коммунальную услугу по электроснабжению не означает автоматически факт образования ТКО, пришли к верному выводу о том, что при отсутствии
учетом количества собственников такого помещения. Судами установлено и материалами дела подтверждено, что между обществом и Удмуртским филиалом акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс» 01.12.2018 заключен договор, в соответствии с которым последний начисляет и выставляет плату жителям Удмуртской Республики за коммунальную услугу по обращению с ТКО. Начиная с сентября 2020 г. собственнику земельного участка, расположенного по адресу: <...> начисляется плата за указанную коммунальную услугу. Однако согласно акту осмотра Управления от 26.02.2021 на указанном земельном участке жилой домотсутствует, собственников и зарегистрированных лиц в доме нет. Иных построек, в которых возможно постоянное проживание граждан также не имеется. Согласно акту осмотра от 05.04.2021 на спорном земельном участке расположен сарай (стены возведены из газоблока, имеется крыша), гараж (стены возведены из газоблока, имеется крыша, установлены двери), не завершенная строительством баня (стены возведены из бруса, имеется крыша, установлены пластиковые окна, кирпичная печь, отопление отсутствует). Узел учета электроэнергии установлен на периметре земельного участка, к надворным постройкам электроэнергия не
образуется ТКО. Образование ТКО является закономерным и неотъемлемым результатом процесса жизнедеятельности человека, в этой связи отсутствие на земельном участке жилых или нежилых помещений, которые получили государственную регистрацию, не свидетельствует о ненакоплении ТКО владельцами указанных земельных участков, в том случае, если доказано нахождение на земельном участке объектов, пригодных для проживания, в том числе временного, но не зарегистрированных в государственном реестре прав на недвижимое имущество. Судами установлено, что на земельном участке, по адресу: <...> жилой домотсутствует, собственников и зарегистрированных лиц в доме нет. Иных построек, в которых возможно постоянное проживание граждан также не имеется. Так, из акта осмотра от 14.09.2021, фотографий земельного участка, приложенных к акту проверки следует, что на данном земельном участке отсутствует введенный в эксплуатацию жилой дом, имеются только объект незавершенного строительства гараж без крыши, окон и дверей, также расположена баня, летний душ из профнастила, деревянный туалет, иная постройка хозяйственного назначения под крышей с окнами, иная постройка из
административного штрафа в размере 10 000 рублей. Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка площадью 1500 кв. м с кадастровым номером 36:…, расположенного по адресу: Воронежская область, Р… район, <...> …. Право собственности на данный участок зарегистрировано 08 ноября 2013 года, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование - для жилищного строительства. В ходе визуального осмотра, проведенного 29 декабря 2016 года, было установлено, что на данном земельном участке жилой дом отсутствует, собственник не обращался за получением разрешения на строительство. Должностные лица и судья районного суда пришли к выводу, что ФИО1 после регистрации права собственности на земельный участок для жилищного строительства за получением разрешения на строительство не обращалась, к строительству жилого дома не приступила. Собственник земельного участка в нарушение статьи 42 ЗК РФ не использовал его в соответствии с назначением в установленный положениями статьи 284 ГК РФ срок, равный трем годам. Полагаю, что ими не дана
что в 1995 году она работала в колхозе «Путь Ильича» и ей, как работнику данного колхоза был предоставлен дом, расположенный <адрес>, данным домом она пользуется по сегодняшний день. В настоящее время она решила приватизировать данный жилой дом, но при оформлении документов выяснилось, что данный дом она приватизировать не может, так как организация, работая в которой она получила данный дом, перестала существовать, на балансе данный дом нигде не состоит, техническая и правоустанавливающая документация на дом отсутствует, собственник дома не известен. На протяжении 19 лет она несет бремя содержания данного дома, то есть проводила за свой счет текущие ремонты, следит за техническим состоянием дома, также на протяжении 19 лет она открыто и непрерывно владеет данным недвижимым имуществом как своим собственным. Просит суд подтвердить добросовестность и непрерывность владения более 15 лет как своим собственным жилым домом, расположенным <адрес>, общей площадью 23,9 кв.м., в том числе жилой – 16,2 кв.м., и признать право
до фактического обеспечения их жилыми помещениями (п.9 ст.8). Согласно договору на передачу жилого помещения в собственность граждан, 4 апреля 2014 г. администрация сельского поселения «Хара-Шибирь» передала безвозмездно в собственность Дашинимаеву В.Т. жилой дом, по адресу: <адрес>. Как следует из ответа администрация сельского поселения «Хара-Шибирь» от 30 августа 2021 г. данное жилое помещение было предоставлено истцу по программе обеспечение жильем детей-сирот по СП «Хара-Шибирь». В данном доме Дашинимаев В.Т. не проживал. В настоящее время дом отсутствует, собственник разобрал и вывез из сельского поселения. Таким образом, установлено, что истец в 28 лет был обеспечен жилым помещением по программе обеспечение жильем детей-сирот, площадью 42 кв.м, тем самым престал являться нуждающимся в жилом помещении. Орган местного самоуправления исполнил возложенную действующим законодательством обязанность по предоставлению жилого помещения. Предоставление повторно жилого помещения истцу противоречит ч.1 ст. 8 Федерального закона от 21.12.1996 № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения
