наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения судебных актов, вынесенных по обособленному спору, доводов кассационной жалобы заявителя, представленных им документов, не установлено. Исследовав и оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций установили фактическуюаффилированностькредитора и должника , подконтрольность их внутригрупповых отношений единому центру, и, приняв во внимание правовые позиции, изложенные в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), констатировали компенсационный характер требования общества «ТаграС-Нефтегазстрой», в связи с чем пришли к выводу о наличии оснований для понижения очередности его удовлетворения. Окружной суд согласился с такой оценкой доказательств. Доводы, которые бы
152,75 руб. Суд установил ненадлежащее исполнение должником перед банком кредитных обязательств. Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения суда от 07.03.2019 по новым и вновь открывшимся обстоятельствам и последующего рассмотрения обоснованности требования банка к должнику ввиду установленной фактическойаффилированности этих лиц, а также признании кредитного договора от 08.09.2017 № 0440-17-2-0 недействительной (притворной) сделкой, прикрывающей внутригрупповое корпоративное финансирование. Определением суда от 15.10.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.12.2020 и постановлением суда округа от 24.02.2021, судебный акт отменен по вновь открывшимся обстоятельствам в части признания обоснованным требования банка в размере 23 122 152,75 руб. и включения его в реестр требований кредиторовдолжника ; в этой части принят новый судебный акт о признании обоснованным требования банка в размере 23 122 152,75 руб. основного долга, подлежащего удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты должника; в удовлетворении остальной части заявления банка отказано. В кассационной жалобе банк просил
ЗАО «Хабаровский бройлер». Таким образом, должник с даты создания общества, фактически вошел в состав группы компаний «Михайловский Бройлер», что также подтверждается ранее представленными в материалы дела инвестиционным проектом «Развитие ООО «Дальневосточная птица» от 07.12.2016. Были созданы условия для передачи должнику активов ЗАО «Михайловский бройлер» для последующего осуществления деятельности должника по производству мяса птицы, включая оговоренные в Соглашении условия для предоставления ему кредитов подконтрольными ФИО3 банками. В этой связи с следует признать, что фактическая аффилированность кредитора и должника подтверждена материалами дела. В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их
(далее - ООО «Надеждинская птица») и общество с ограниченной ответственностью «Хабаровская птица» (далее - ООО «Хабаровская птица»), которые, в свою очередь, приняли во временное управление активы, находящихся в процедуре банкротства (предбанкротном состоянии) ЗАО «ФИО7 бройлер», ОАО «Птицефабрика Надеждинская» и ЗАО «Хабаровский бройлер». Таким образом, должник фактически входит в группу компаний Дальневосточная птица (ранее группа компаний ФИО7 бройлер), основной целью которой является производство и реализации мяса птицы. В этой связи следует признать, что фактическая аффилированность кредитора и должника подтверждена как материалами дела о банкротстве должника, так и ООО «Дальневосточная птица». В Обзоре от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица. Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 указанного Обзора от 29.01.2020, предоставление контролирующим должника лицом компенсационного финансирования (в условиях имущественного кризиса либо посредством отказа от принятия мер к истребованию задолженности в условиях имущественного
компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Определяющим критерием критической оценки сделки, на основании которой кредитором заявлены имущественные требования в деле о банкротстве, является аффилированность кредитора и должника, поскольку именно такая взаимосвязь хозяйствующих субъектов позволяет им создать видимость исполнения мнимой сделки при отсутствии реальных правоотношений сторон с целью обеспечения статуса конкурсного кредитора, устранения независимых кредиторов, и тем самым достижения хозяйственной цели аффилированности лиц – сохранения единства капитала. Между тем ни корпоративная, ни фактическая аффилированность Кредитора и Должника материалами дела не подтверждена, а заявленные в обоснование данного обстоятельства уполномоченным органом факты по существу направлены на оспаривание обоснованности требований Кредитора, для чего у арбитражного суда отсутствуют основания в силу статьи 16 АПК РФ, поскольку определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.01.2021 по делу № А56-104442/2020 вступило в законную силу и не отменено. При изложенных обстоятельствах иные доводы апелляционной жалобы, направленные на оценку обоснованности кредиторских требований, подтвержденных судебным актом,
кадастровый номер 47:07:1001001:327, вмонтированное в помещение для обеспечения единства хозяйственного использования здания и оборудования (хранение товаров с соблюдением низкотемпературного режима). Согласно сведениям, изложенных конкурсным управляющим должника в дополнении к отзыву на апелляционную жалобу, и не опровергнутым кредитором, между кредитором (арендатор) и должником (арендодатель) оформлен договор аренды №01/17 от 01.01.2017 (зарегистрирован в публичном реестре 13.10.2017), в том числе, здания с кадастровым номером 47:07:1001001:327, который прекращен в 2020 году. Из изложенной совокупности обстоятельств следует фактическая аффилированность кредитора и должника , обусловленная единством хозяйственного интереса совершенных сделок по аренду здания и оборудования, которая в силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, является юридически значимой для оценки субординации требований контролирующего кредитора. Наряду с этим, кредитором не доказана необходимость заключения договора аренды от 28.04.2020 оборудования при прекращении договора аренды помещения в здании, составной частью которого такое оборудование является. С учетом изложенного, при доказанности аффилированности кредитора и должника
доказательств наличия неплатежеспособности должника, финансового кризиса на момент совершения сделки в материалах дела не имеется. Заявителем жалобы не приводится обстоятельств, свидетельствующих об оказании ООО АБ «Европроект» влияния на принятие должником решений в сфере ведения экономической деятельности, равно как и заключения сделок на условиях, недоступных независимым участникам рынка. Конкретных доказательств, позволяющих однозначно установить влияние ООО АБ «Европроект» на хозяйственную деятельность должника, не представлено. С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что фактическая аффилированность кредитора и должника надлежащими и достаточными доказательствами также не подтверждена. Сведения, приведенные апеллянтом в качестве доказательств заинтересованности должника и заявителя, не свидетельствуют о заинтересованности субъектов на даты совершения обязательств, по которым кредитор включается в реестр требований кредиторов. Кроме того, заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения
наличия заемных правоотношений по договорам займа, исходя из представленных в материалы дела доказательств с учетом фактических обстоятельств спора, судом правомерно не установлен. Законных оснований для взыскания суммы займа с ответчика не имелось. Рассматривая исковые требования ФИО1 по существу, суд первой инстанции выполнял требования закона, направленные на противодействие незаконным финансовым операциям, что позволило прийти к выводу о том, что поведение истца и ответчика свидетельствует о транзитном движении денежных средств внутри группы аффилированных лиц, объединенных общностью хозяйственных интересов, в результате чего денежные средства были возвращены кредитору или в его интересах связанным с ним лицам непосредственно после выдачи займа с целью создания видимости заемных отношений. Суд первой инстанции, установив аффилированность лиц, исходил из следующего. Так, определением Арбитражного Суда Республики Мордовия от 16 сентября 2021 г. признано обоснованным заявление кредитора – ИП П.В.В. о признании несостоятельным (банкротом) должника – ОАО «Ламзурь. В отношении должника введена процедура наблюдения сроком до 1 марта 2022 г.
