сумму 165 978,30 руб., тогда как готовая продукция, оборудование и растворители и лаки повреждены на сумму 796 080,79 руб., следовательно, в любом случае общая сумма страхового покрытия согласно полису составляет 250 000 руб., 250 000 руб. – движимое имущество, всего 500 000 руб. Отклоняя доводы страховщика о недоказанности воздействия огня на спорное имущество, суд исходит из того, что Акт № 1 инвентаризации после пожара от 13.01 2016, составленный комиссионно, отражает сведения об обследовании имущества – ТМЦ в обороте в приложении к настоящему акту с оценкой объемов по бухгалтерским проводкам (сырье) и договорам заказам на столярные изделия. В Акте № 2 осмотра места происшествия и имущества от 26.02.2016 зафиксировано состояние оборудования и инструментов, их неработоспособность в результате пожара, все документы переданы страховщику. Таким образом, отсутствие фиксации повреждений движимого имущества или ТМЦ в протоколе осмотра места происшествия от 12.01.2016, не является основанием не возмещать ущерб, что установлено иными документами, в том числе
книга продаж, книга покупок, без которых невозможно установить правомерность и соразмерность перечислений денежных средств с банковских счетов должника, снятия наличных и подотчетных денежных средств, что привело к невозможности формирования и реализации конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, а также нарушению прав кредиторов на получение полной и достоверной информации о финансовом состоянии должника и его имуществе. При проведении инвентаризации зафиксировано отсутствие ТМЦ, однако согласно банковским выпискам со счетов должника они оплачивались постоянно, в подтверждение чего управляющий представил выписку по счету № 40702810090570700044 в публичном акционерном обществе «Санкт-Петербург», содержащую большое количество проводок с назначением - оплата товаров. Аналогичные ситуации по покупкам по картам публичного акционерного общества «Сбербанк» и акционерного общества «Тинькофф Банк». Кроме того, не представлены в полном объеме авансовые отчеты, подтверждающие расходование подотчетных денежных средств, а также сведения, на какие именно нужды и во исполнение каких обязательств они расходовались, при этом, исходя из представленных банками выписок со счетов, ответчиком
году. Следовательно, исправление этой ошибки должно быть произведено в 2011 году, а результаты инвентаризации 2008г. (с учетом еще не выявленной ошибки) не должны были сходиться с результатами бухгалтерского учета на дату проведения инвентаризации. По мнению суда, это обстоятельство подтверждает мнение инспекции о том, что инвентаризационные описи № 1 и № 2 от 29.12.2008 были составлены в 2011г. без фактического проведения инвентаризации 29.12.2008, а остатки ТМЦ выведены расчетным путем по данным бухгалтерского учета. Кроме того, без проверки бухгалтерского учета организации невозможно определить, имела ли место в действительности в 2006г. проводка Д-т 41.2 К-т 41.1 на сумму 2 779 611руб. Такая проверка по состоянию на 2012 год является невозможной, в том числе по причине ограниченного (в течение 4 лет) хранения бухгалтерских документов организации (подп.8 п.1 ст.23 НК РФ). При этом, согласно п.2 ст.12 Федерального закона «О бухгалтерском учете», проведение инвентаризации является обязательным перед составлением годовой бухгалтерской отчетности. Таким образом, данную ошибку
могут входить в состав инвентаризационной комиссии. При проведении инвентаризации ТМЦ ИП ФИО1 являлся и материально ответственным лицом, и председателем и членом инвентаризационной комиссии, что является грубым нарушением Методических указаний по инвентаризации. Кроме того, пояснили, что истцом не представлены документы, подтверждающие утилизацию товара, а также доказательства того, что указанные ТМЦ действительно находились на складе на момент пожара. Проведенный экспертом ФИО11 анализ журнала регистрации документов в программе 1С, представленного истцом и подтверждающего ведение им бухгалтерского учета, отражающего движение ТМЦ на складе, свидетельствует о том, что документы с конкретными номерами и датами впервые были введены в программу 1С позднее даты пожара. Указанные обстоятельства, по мнению эксперта ФИО11, подтверждают невозможность составления инвентаризационной ведомости по состоянию на 01.05.2014, в базе программы 1С отсутствуют какие-либо проводки (сведения о поступлении имущества). В материалы дела также представлены письменные пояснения эксперта ООО «Дальневосточный аудиторский центр» ФИО14, в которых эксперт пояснила, что в результате проведенной 05.01.2014 инвентаризации имущества ИП ФИО1
указан); - акты инвентаризацииТМЦ в разрезе складов по ст. 10 в 2019 году; - акты инвентаризации дебиторов-кредиторов в 2019 году; - акты сверки дебиторской, кредиторской задолженности на 31.12.2019 со следующими контрагентами на счетах 60, 62, 76 – Альстрой ООО, Бугульминская база Управления «Татнефтьснаб» ПАО «Татнефть», М-Теплосервис ООО, Модуль-плюс ООО, Нижнекамская база управления «Татнефтьснаб» ПАО «Татнефть», НПК Сигма ООО, ООО «Восток-Лизинг», ООО «Гаранстройсервис», ООО «МК-Омега», ООО «Ривьера», ООО «СМУ-77», ООО Строй сервис», ООО «Тепло-вам», Тагрис-плюс ООО, НГДУ «Азнакаевскнефть», НГДУ «Бавлынефть», ООО «ГранаТ-Стан Инжиниринг», ООО «СМУ №7», ООО «Транэкострой», ООО «Восток Лизинг» по договорам №0418-Л-19-КЗН от 30.04.2019, №0606-Л-КЗН от 28.06.2019, которые было принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. Арбитражный суд Республики Татарстан решением от 16.02.2021 исковые требования удовлетворил частично, обязав ответчика в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения в законную силу передать ФИО1, копии следующих документов: - договоры на поставку материалов от компаний (проводка дебет 10 кредит
