внесенные супругами за счет общего имущества на имя их несовершеннолетних детей, считаются принадлежащими детям и не должны учитываться при разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов. 8. Учитывая, что ст. 21 КоБС не связывает возможность раздела общего имущества супругов с наличием расторгнутого брака, суд не вправе отказать в приеме искового заявления по тому мотиву, что брак между супругами расторгнут не был. 9. Течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделеимущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, следует исчислять не со времени прекращения брака (дня регистрации развода в книге записи актов гражданского состояния), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 10 КоБС РСФСР). (п. 9 в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.04.95 N 6) (см. текст в предыдущей редакции) 10. При рассмотрении дел о разделе имущества, нажитого супругами во
сеялка, опрыскиватель, бочка для воды, цистерна для топлива, тележка тракторная, сварочный аппарат, земельные участки, а также сельскохозяйственная продукция, которой являются семена подсолнечника, в состав имущества, нажитого супругами в период брака, не входят, разделу не подлежат. Решением суда исковые требования Т.Н. удовлетворены частично. Брак, заключенный между Т.Н. и Т.А., расторгнут. Суд произвел раздел движимого и недвижимого имущества, определив компенсацию разницы стоимости имущества, переданного сторонам. Разрешая, в частности, требования Т.Н. о взыскании с Т.А. компенсации половины стоимости имущества, приобретавшегося для осуществления деятельности КФХ, суд первой инстанции исходил из его принадлежности КФХ, в связи с чем исключил спорные земельные участки и предназначенное для работы КФХ движимое имущество из состава совместно нажитого сторонами в период брака имущества. Поскольку Т.А. не отрицал того, что ведение фермерского хозяйства осуществлялось супругами совместно до фактического прекращения брачных отношений в ноябре 2016 года, несмотря на отсутствие письменного соглашения об этом, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 162, п. 2
Республики Башкортостан от 12 марта 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 13 августа 2020 г. Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила: ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3, обратилась в суд с исковыми требованиями к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов - трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 51,7 кв.м. В обоснование иска истец указала, что состояла в браке с ФИО4, от которого имеет детей: ФИО3, <...> года рождения, ФИО2, <...> года рождения. Желая приобрести квартиру для максимально комфортного проживания семьи, стороны приняли решение о приобретении ее в том числе с использованием средств материнского (семейного) капитала. 23 августа 2012 г. супруги приобрели спорную трехкомнатную квартиру по цене 1 480 000 руб. Поскольку квартира продавалась только за наличные деньги, для
38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (регистрация права собственности на имущество за одним из супругов в период брака, прекращение брака, неиспользование спорного имущества и т.п.). Как установлено судом, спорная квартира приобретена сторонами в период брака, в связи с чем в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации является совместной собственностью супругов, что
прав ФИО4 допущенным обременением здания посредством залога правомерен. Как следствие, правильной является позиция о необоснованности исчисления срока давности по заявленному требованию с даты государственной регистрации залога. Иных обстоятельств, указывающих на возникновение нарушений прав бывшей супруги должника относительно общего имущества ранее утверждения положения о продаже этого имущества в деле о банкротстве должника, не приведено и из материалов дела не выявлено. В этой связи обоснован вывод апелляционного суда о том, что срок исковой давности по требованию о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, в данном случае не пропущен. Также следует согласиться с выводом апелляционного суда о том, что срок исковой давности может быть применен лишь к требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут (данное соответствует положениям пункта 1 статьи 9, пункта 7 статьи 38 СК РФ), в то время как предмет рассмотрения по настоящему обособленному спору иной - о выплате супругу гражданина-должника половины средств, вырученных от реализации общего имущества
