Использование чужой репутации - гражданское законодательство и судебные прецеденты

10 000 рублей, приняв во внимание недолгий период, в течение которого такое использование было незаконным. Взысканную сумму компенсации суды признали соразмерной последствиям нарушения ответчиком исключительных прав истца. Отказывая в удовлетворении встречного искового заявления о признании действий общества «СОЖ Синтез» по регистрации товарного знака «ArctikLine» злоупотреблением правом, суды исходили из недоказанности обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о недобросовестном поведении общества «СОЖ Синтез» при осуществлении действий по регистрации спорного товарного знака. С учетом того, что с момента регистрации истца и ответчика в качестве юридических лиц до даты подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака прошло не более трех месяцев, а также того, что в начале своей деятельности они занимались выпуском однородной продукции под одним обозначением и располагались в одном помещении, суды признали недоказанным, что общество «СОЖ Синтез», приобретая исключительное право на товарный знак, имело намерение воспользоваться чужой репутацией или узнаваемостью такого обозначения, а также причинить вред иным хозяйствующим субъектам. Сам

не приведено доказательств того, что вследствие использования обществом спорного обозначения потребители полагали или могли полагать, что спорное обозначение индивидуализирует деятельность общества, как правообладателя товарного знака. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что продукция - зажигалки, о которой речь идет в заявлении, имеется в реальном обороте. Исходя из системного анализа положений ГК РФ в части товарных знаков, а также судебной практики, общество полагает, что целью использования сходного до степени смешения обозначения является использование чужой репутации , репутации, которая создана правообладателем, получение необоснованных преимуществ за счет правообладателя. Таким образом, считает, что размещение на этикетке товара изображений сходных с товарным знаком, не нарушает законные интересы правообладателя, так как данное размещение не преследовало цели индивидуализации товара с продукцией выпускаемой правообладателем, и не могло ввести в заблуждение покупателя товара. Признание товарного знака общеизвестным, не распространяет его действие на все виды товаров (услуг), а только на те, с производством (предоставлением) которых связан правообладатель

экземпляров «для СССР является маленьким … и не говорит о том, что все экземпляры были проданы разным организациям, к потребителям это издание никакого отношения не имеет, оно предназначено для производителей». Общество «Новосибхлеб» настаивает на недоказанности вывода об известности ему фактов использования обозначения «ИРЭК» иными лицами до даты приоритета спорного товарного знака. Заявитель кассационной жалобы опровергает вывод суда первой инстанции о том, что целью регистрации спорного товарного знака было причинение вреда третьим лицам и использование чужой репутации , и поясняет о своем намерении закрепить права на обозначение, которым он с 1999 года маркировал производимые им пряники. При этом правообладатель спорного товарного знака отмечает, что начал изготовление пряников «ИРЭК» с 20.07.1999, т.е. с момента утверждения рецептуры и технологической инструкции по их производству, а не с 2000 года, как об этом указано в обжалуемом решении. По мнению заявителя кассационной жалобы, отсутствие на страницах 27 и 28 решения суда первой инстанции ссылок на

обоснование данного довода заявитель ссылается на то, что в 2014 году он предоставил обществу «Дамате» письмо-согласие на регистрацию товарного знака «ИНДИЛАЙТ» по заявке № 2014715009. Как считает общество «РУСКОМ-АГРО», третье лицо использовало свое право во вред заявителю, сформировав серию товарных знаков «ИНДИ», вместо того, чтобы формировать эту серию на основе словесного обозначения «ИНДИЛАЙТ». По мнению общества, регистрация товарного знака «Indikids» по свидетельству Российской Федерации № 682198 направлена на получение необоснованных преимуществ, возникающих при использовании чужой репутации , и имеет своей целью препятствовать развитию своего конкурента – правообладателя противопоставленного товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 517278, размывает товарные знаки заявителя. Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим

изготовителя товара. Общество «Чистая планета» утверждает, что в материалах дела не имеется доказательств того, что правообладатель оспариваемого товарного знака (общество «Амурская вода») является правопреемником каких-либо лиц, ранее производивших продукцию под обозначением, аналогичным оспариваемому товарному знаку. По мнению заявителя, действия общества «Амурская вода» по приобретению и использованию исключительного права на оспариваемый товарный знак представляют собой недобросовестную конкуренцию, так как истинной целью регистрации этого товарного знака было получение конкурентных преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности путем использования чужой репутации и узнаваемости обозначения «АМУРСКАЯ», используемого заявителем в течение четырех лет до даты приоритета оспариваемого товарного знака, а также с 1999 года – закрытым акционерным обществом «Торговый дом Амурская вода-Партнер» (далее – общество «ТД Амурская вода-Партнер»), прекратившим свою деятельность в качестве юридического лица в связи с его признанием несостоятельным (банкротом). Роспатентом представлен отзыв на заявление, в котором он просит отказать в удовлетворении заявленных требований. Как полагает Роспатент, представленные заявителем при рассмотрении возражения доказательства не

подпункт г) пункта 10.6 Порядка предусматривает необходимость определения состава хозяйствующих субъектов, действующих на товарном рынке, в объеме установления фактических конкурентных отношений. Президиум Суда по интеллектуальным правам считает необходимым отметить, что установление фактических конкурентных отношений не возможно без учета анализа столкновения интересов хозяйствующих субъектов, выражающегося в обращении в суд с защитой исключительного права на товарные знаки, о недобросовестном приобретении прав на которые указывал заявитель при обращении в антимонопольный орган, а также без учета возможности использования чужой репутации при изготовлении и введении в гражданский оборот товаров, которые не относятся к взаимозаменяемым по формальным признакам. При таких обстоятельствах президиум Суда по интеллектуальным правам полагает, что судом первой инстанции статьи 39, 44 Закона о защите конкуренции применены правильно. Ссылка антимонопольного органа на Административный регламент подлежит отклонению, поскольку основания для вывода о нарушении судом стадийности рассмотрения заявления и дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренной этим регламентом, не установлено. Самостоятельность каждой стадии рассмотрения судом