указав в его обоснование, что 20 июля 2017 г. между ним и турагентом ИП ФИО2, действовавшей по поручению туроператора ООО «Пегас Туре», заключен договор о реализации туристского продукта, предусматривающий путешествие истца, его супруги и двух малолетних детей в Турецкую Республику в период с 20 по 30 августа 2017 г. В соответствии с условиями указанного договора Нартовым М.А. произведена оплата стоимости туристского продукта в сумме 188 900 руб. До начала путешествия на официальном сайте Федерального агентства по туризму появилась информация о возникновении угрозы безопасности здоровью туристов, находящихся в Турецкой Республике, вызванной неблагоприятной эпидемиологической обстановкой, в связи с чем 14 августа 2017 г. истец обратился к турагенту с письменным заявлением о расторжении названного договора и возврате уплаченных за туристский продукт денежных средств. Не получив ответа на данное обращение, 25 августа 2017 г. истец обратился к ИП ФИО2 с претензией, ответ на которую также не последовал. ФИО1 просил суд расторгнуть договор о
первый пункта 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве). Основные последствия и ограничения, связанные с введением процедуры реализации имущества гражданина, указаны в пунктах 5, 6 и 9 статьи 213.25 Закона о банкротстве. Принимая во внимание фактические обстоятельства настоящего дела, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, в том числе подтверждающие наличие на иждивении заявителя несовершеннолетнего ребенка, родившегося в апреле 2019 года, отсутствие трудоустройства должника и наличие объективных препятствий для ее трудоустройства в течение малолетнего возврата ребенка, суд приходит к выводу о том, что у гражданина в приведенных выше условиях заведомо отсутствует финансовая возможность произвести расчеты с кредиторами в течение непродолжительного период времени. Доказательств наличия у должника иного источника дохода, который, исходя из целей Закона о банкротстве, должен отвечать критерию достаточности, позволяющему с разумной долей вероятности предполагать возможность погашений имеющейся кредиторской задолженности на условиях ее отсрочки (рассрочки), из материалов дела не усматривается. При таких обстоятельствах арбитражный суд находит нецелесообразным утверждение
№ А46-974/2018) был освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина в соответствии с пунктов 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 18.05.2016 года у ФИО1 и ФИО6 родились два сына: ФИО7 и ФИО8. 29.12.2017 года ФИО5 была уволена с работы по инициативе работодателя: в связи с прекращением деятельности индивидуального предпринимателя, пункт 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. В связи с малолетним возвратом детей (на момент увольнения детям исполнилось 1 год и 7 месяцев) трудоустроиться не представилось возможности, на данный момент не работает. Таким образом, должник перестал исполнять денежные обязательства, срок исполнения которых наступил, при этом уровня постоянного дохода должника недостаточно для погашения кредиторской задолженности, доказательств наличия иного имущества у должника, за счет которого могут быть исполнены в полном объеме денежные обязательства в течение непродолжительного времени в материалы дела не представлено, следовательно, должник отвечает признакам неплатежеспособности, установленным
Сам по себе факт не снятия ФИО7 и ее несовершеннолетнего сына с регистрационного учета после прекращения права собственности ФИО7 на спорное помещение и вынесения решения о ее выселении не может отождествляться с фактом проживания в нем на законных основаниях. Кроме того, материалами дела также подтверждается, что ключи от квартиры переданы ФИО7 работнику отдела по жилищным вопросам Департамента по акту от 16.01.2019, то есть до наступления искового периода по данному требованию. ФИО2 в силу своего малолетнего возврата (около четырех месяцев) не имел возможности один проживать в спорной квартире. Ввиду изложенного, апелляционная инстанция признает отказ суда во взыскании с Департамента в пользу Общества 680 руб. 75 коп. долга необоснованным, иск в данной части подлежит удовлетворению. Иных доводов несогласия с судебным актом апелляционная жалоба не содержит, оснований для изменения решения суда в остальной части судебная коллегия не усматривает. Вывод суда о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о взыскании долга за период
Суд апелляционной инстанции отмечает, что срок удовлетворения требования о замене товара ненадлежащего качества предусмотрен в пункте 1 статьи 21 Закона № 2300-1 и составляет семь дней со дня предъявления такого требования потребителем или 20 дней со дня предъявления указанного требования (при необходимости дополнительной проверки качества такого товара продавцом). Однако нарушение требований статьи 21 Закона № 2300-1 обществу не вменялось. Ссылку управления в апелляционной жалобе на то, что обществом нарушен срок рассмотрения претензии Малолетнего К.В. от 08.10.2019 о возврате денежных средств, суд апелляционной признает несостоятельной, поскольку доказательств направления данной претензии обществу и получение ее последним материалы дела, вопреки позиции управления, не содержат, факт ее получения общество отрицало. Данное обстоятельство не позволяет сделать вывод о нарушении обществом установленного срока ответа на претензию. Более того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в оспариваемом постановлении управление не вменяло обществу нарушение установленного статьей 22 названного Закона срока рассмотрения претензии от 08.10.2019. Частью 1 статьи 18 Закона
