Моральный вред родственнику потерпевшего - гражданское законодательство и судебные прецеденты

судом всех фактов, свидетельствующих в пользу обвиняемого (если они не опровергнуты стороной обвинения в должной процессуальной форме), предоставление близким родственникам умершего подозреваемого (обвиняемого) права отстаивать в уголовном процессе свою позицию по вопросу о невиновности умершего, о возможности или невозможности прекращения уголовного дела, а также предъявлять требования о возмещении имущественного вреда и устранении последствий морального вреда (что порождается юридическим фактом реабилитации умершего) в порядке, предусмотренном главой 18 УПК Российской Федерации, наилучшим образом отвечает конституционно значимым целям обеспечения эффективной защиты субъективных гражданских прав и беспрепятственного доступа к правосудию. Права и законные интересы умершего подозреваемого (обвиняемого) и его близких родственников , затронутые решением о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, не могут быть в полной мере защищены и с помощью обжалования данного решения в суд в порядке его статьи 125. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23 марта 1999

относительно того, что авария 18.08.2005 произошла в результате сочетания совокупности факторов, свидетельствующих о нарушениях как со стороны экипажа вертолета Ми-8Т № RA-22634, так и со стороны экипажа вертолета Ка-32Т № RA-31010, не доказываются вновь при рассмотрении настоящего дела, поскольку в нем участвуют те же лица. Именно сочетание обстоятельств, возникших в результате допущенных нарушений экипажами вертолетов, стало причинной наступившего негативного результата и находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, повлекло причинение морального вреда и материального ущерба родственникам погибших и потерпевшим в авиакатастрофе. В силу статей 1080, 1081 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 ростановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами

Федерации, статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Торговый дом не спорит с тем, что на момент несчастного случая именно он являлся владельцем опасного объекта. По условиям мирового соглашения, утвержденного определением Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 01.10.2018 по делу № 2-2670/2018, Торговый дом обязался выплатить ФИО5 500 000 руб. в счет компенсации морального вреда. ФИО5 и ФИО3 (сестра погибшего) 14.01.2019 и 30.01.2019 соответственно обратились к Страховой компании с заявлениями о страховой выплате по Договору страхования. Признав произошедший несчастный случай страховым случаем, истец платежными поручениями от 05.02.2019 № 29761 и от 12.02.2019 № 36433 выплатил родственникам погибшего 2 025 000 руб. страхового возмещения. Полагая, что убытки, связанные с выплатой страхового возмещения, причинены виновными действиями должностных лиц Торгового дома и общества «Норд-Лифт», истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Суды отказали в удовлетворении требований, указав на отсутствие вины страхователя (общества «Мясомолторг») в произошедшем несчастном случае и, соответственно, отсутствие у

ДД.ММ.ГГГГ инспектором по ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по <адрес> ФИО5 в отношении ФИО1 был составлен протокол <адрес> по ч.2 ст.12.24 КоАП РФ. В судебном заседании ФИО1 и его представителем по устному ходатайству ФИО2 вину в правонарушении признали, просили назначить минимальное наказание и учесть, что правонарушение было совершено в темное время суток при полном отсутствии уличного освещения, перед пешеходным переходом он был ослеплен светом фар встречного автомобиля, при этом на предложения потерпевшей возместить причиненный моральный вред, родственники потерпевшей отказались в даче какой либо расписки, в связи с чем деньги не были возмещены. Также ФИО1 просил принять во внимание, что и он и супруга являются пенсионерами, имеет совокупный доход в размере 20000 рублей в месяц, на их иждивении находится внучка – дочь умершего 2 года назад сына. В судебное заседание потерпевшая ФИО6, надлежащим образом извещенная о дате и месте рассмотрения дела не прибыла, уважительных причин неявки не сообщила, обеспечила явку своего представителя,

положения судебной практики и приводя анализ ч. 4 ст. 80 УК РФ, отмечает, что ФИО1 за время отбывания наказания в колонии-поселении зарекомендовал себя с положительной стороны, не имеет взысканий, не нарушал порядок отбывания наказания и трудовую дисциплину, был привлечен к труду, имеет ряд поощрений. Обращает внимание на признание ФИО1 своей вины, раскаяние в содеянном, стабильную позицию на предварительном следствии и в суде, неоднократное принесение извинений потерпевшим. Указывает, что его подзащитный полностью возместил компенсацию морального вреда родственникам потерпевшей , установленную решением Щекинского районного суда Тульской области от 12.02.2020. Отмечает, что ФИО1 являясь <данные изъяты> был вынужден взять академический отпуск до ДД.ММ.ГГГГ, в связи с отбыванием наказания. Ссылается на возможность трудоустройства его подзащитного в <данные изъяты>, а также положительные характеристики ФИО1 по месту регистрации. Полагает, что поведение осужденного ФИО1 свидетельствует о том, что он твердо встал на путь исправления и в случае замены ему необтытой части наказания, его подзащитный намерен трудоустроиться и