Мораторные проценты физического лица - гражданское законодательство и судебные прецеденты

213.8, пункта 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве приводит к освобождению должника от ответственности, что явно не согласуется с требованиями добросовестности, разумности и справедливости (пункт статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), нарушает баланс интересов кредиторов и должника в процедуре несостоятельности, в связи с чем выводы судов первой и апелляционной инстанций о необходимости начисления мораторных процентов на требование ФИО3 за период с 27.07.2016 (даты введения процедуры реструктуризации долгов) по 22.05.2017 (даты введения процедуры реализации имущества) являются правильными. Выводы коллегии базируются на анализе применяемой нормы Закона о банкротстве с позиции сохранения баланса прав и законных интересов должника-физического лица и кредиторов в ситуации, когда мораторий введен, а план реструктуризации, с которым заявитель жалобы связывает право на начисление мораторных процентов, не утвержден, являются правильными. В связи с этим приведенные заявителем доводы о противоречии выводов Судебной коллегии специальным нормам о банкротстве, основаны на ошибочном толковании этих норм и не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей

о банкротстве (в том числе в результате погашения должником всех включенных в реестр требований в ходе наблюдения или погашения таких требований в ходе любой процедуры банкротства третьим лицом в порядке статей 113 или 125 Закона), кредитор вправе предъявить должнику в общеисковом порядке требования о взыскании оставшихся мораторных процентов, которые начислялись за время процедур банкротства по правилам Закона о банкротстве. Начисление процентов произведено истцом в связи с нарушением ФИО1 обязательств по договору поручительства № 2613-069-К-П/3 от 13.03.2013. Судом установлено, что ФИО1 является поручителем по обязательствам ООО «Гранит-XXI» перед АО «Газпромбанк» по договору поручительства № 2613-069-К-П/3 от 13.03.2013 и выступает по данному договору как физическое лицо . Между тем действующее законодательство не предусматривает нормы, в соответствии с которой спор о взыскании с поручителя задолженности по обеспеченному поручительством обязательству может быть рассмотрен арбитражным судом с участием физического лица. Не отнесена такая категория дел к компетенции арбитражных судов и ч. 6 ст. 27 АПК

лишает кредиторов права на получение мораторных процентов». Суды в данном случае указали, что поскольку действие указанного выше моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника, продолжается и в процедуре реализации (пункт 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве), в данной процедуре также подлежат начислению и последующей уплате кредиторам мораторные проценты, выступающие заменой договорных санкций. Это вытекает из пункта 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве, относящегося к регламентации процедуры конкурсного производства применимого по аналогии к процедуре реализации имущества должника - физического лица , поскольку отсутствует специальная норма права. Данная позиция полностью соответствует правовому подходу, изложенному в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2019 по делу № 304-ЭС17-2162(2), а также в Определении от 21.08.2019 № 304-ЭС17-2162(4), в которых указано на компенсационный характер мораторных процентов и недопустимость освобождения должника от ответственности. В связи с этим суды обоснованно посчитали, что сумма мораторных процентов

236 Трудового кодекса Российской Федерации. Таким образом, законодатель предусмотрел механизм компенсации потерь работников, вызванных просрочкой исполнения. При этом судами первой и апелляционной инстанции обоснована учтена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 28.12.2020 № 309-ЭС20-10487, согласно которой правовая природа мораторных процентов, которая по сути носит характер финансовых санкций, не позволяет погашать их ранее оставшихся неудовлетворенными требований иных кредиторов по основному долгу. Проанализировав названные положения закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, судами сделан обоснованный вывод о том, что несмотря на то, что требования ФНС России о погашении задолженности по уплате налога на доходы физических лиц и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование отнесены ко второй очереди удовлетворения в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы, ФНС России не может быть поставлена в равное положение с работниками, имеющими требования к Обществу, поскольку ФНС России не была связана с Обществом трудовыми правоотношениями,

обращения конкурсного управляющего в суд с ходатайством о разрешении разногласий. Разрешая разногласия в части установления порядка выплаты данного размера мораторных процентов, суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 1, 2 статьи 138 Закона о банкротстве, разъяснениями, данными в пунктах 7, 8 постановления Пленума № 88, пришел к выводу о правомерности перечисления конкурсным управляющим мораторных процентов в соответствии с пунктом 8 постановления Пленума № 88. При этом суд первой инстанции отклонил доводы уполномоченного органа со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 303-ЭС20-10154(2), указав, что приведенная уполномоченным органом и кредитором судебная практика касается исключительно дел о банкротстве физических лиц , к определению порядка начисления и уплаты мораторных процентов в процедуре банкротства юридических лиц отношения не имеет. Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции и со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 303-ЭС20- 10154(2), исходил из того, что правовая природа мораторных

194, 197, 198 ГПК РФ, суд решил: 1. Исковые требования Министерства финансов РФ договору поручительства физического лица xx.xx.xxxx года __ удовлетворить частично. Взыскать со ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ по договору поручительства физического лица от xx.xx.xxxx года __ неустойку и мораторные проценты на общую сумму 179 262 723,62 руб. Взыскать со ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ неустойку в размере двойной действующей ставки рефинансирования Банка России, начисленной на сумму 408161345,34 руб. за период с xx.xx.xxxx г. до момента фактического исполнения обязательств по Договору поручительства. 2. Исковые требования Министерства финансов РФ по договору поручительства физического лица от xx.xx.xxxx года __ удовлетворить частично. Взыскать со ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ по договору поручительства физического лица от xx.xx.xxxx года __ неустойку и мораторные проценты на общую сумму в размере 160432413,74 руб. Взыскать со ФИО1 в пользу Российской Федерации

день введения моратория (без учета начисленных процентов), начисляются проценты в размере двух третей процентной ставки рефинансирования Банка России (мораторные проценты). Начисленные проценты подлежат выплате после окончания срока действия моратория. Проценты, требуемые истцом за период с 21.12.2015 по 21.01.2016, являются мораторными, так как начисление таковых процентов по смыслу вышеназванной нормы должно осуществляться после введение моратория. Вместе с тем, при несогласии с размером подлежащего выплате возмещения по вкладам вкладчик в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с иском об установлении состава и размера соответствующих требований, а также подлежащего выплате возмещения по вкладам (ч.10 ст. 12 Федерального закона Российской Федерации от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации»). Исковые требования ФИО4 заявлены не в рамках требований кредиторов по денежным обязательствам банка, а основаны на положениях названного Закона о страховании вкладов, в силу которых выплата вкладчику возмещения по застрахованному вкладу в пределах лимита страхового