3.1 спорного договора, лицензиат уплачивает лицензиару за право пользования товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 453453 за вознаграждение в размере 5 000 рублей в год. Исходя из указанных обстоятельств, суд первой инстанции, установив ущербный характер названной сделки по отношению к обществу «Спецнефтепродукт», поскольку сделка по предоставлению права пользования товарным законом ответчику была совершена по стоимости, более чем в 467 раз ниже рыночной, и признав пункт 8.1 договора, в котором стороны спорного договора предусмотрели ответственность лицензиара в случае его расторжения по его инициативе уплату неустойки в размере 5 000 000 рублей, явно свидетельствующим о факте сохранения условий договора, приносящих ущерб истцу, руководствуясь пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и правовой позицией, изложенной в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 №
не относятся к секрету производства. В соответствии с пунктом 11.2 Договора стороны признали, что прибыльность коммерческой деятельности, осуществляемой в рамках настоящего договора, сопряжена с экономическими рисками и зависит от предпринимательских способностей лицензиата. На лицензиаре не лежит риск не достижения результата услуг, оказываемых лицензиаром по договору, в силу правовой природы услуги. На лицензиаре не лежит риск не достижения прибыльности торговой точки и предпринимательской деятельности, осуществляемой в рамках настоящего договора. В этой связи, стороны согласились считать ответственность лицензиара по настоящему договору ограниченной, и именно на истце, согласно договору, лежит риск недостижения результата в силу специфики договора. Истолковав условия лицензионного договора N 13 от 27.05.2022 в соответствии со статьей 431 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно установил, что по смыслу рассматриваемого лицензионного договора секретом производства являются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) ответчика в процессе предпринимательской деятельности по осуществлению продажи ассортимента продукции, развитию и увеличению эффективности функционирования Instagram-женского белья, с
Перечень указанной информации, сроки и порядок ее предоставления согласовываются сторонами после получения лицензиатом письменного запроса лицензиара. Согласно пункту 3.1 договора лицензиат уплачивает лицензиару за право пользования товарным знаком (знаком обслуживания) вознаграждение в размере 5 000 рублей в год. Вознаграждение уплачивается лицензиару единовременным платежом за каждый календарный год в рок до 31 декабря года следующего за текущим, путем перечисления денежных средств на счет лицензиара. Пунктом 8.1 договора стороны предусмотрели срок действия договора до 20.07.2020. и ответственность лицензиара в случае расторжения договора по его инициативе в виде уплаты неустойки в размере 5 000 000 руб. ООО «Спецнефтепродукт» полагает, что лицензионный договор, заключенный на изложенных условиях, является недействительной сделкой, которую бывший руководитель истца заключила явно в ущерб интересам юридического лица. Из пункта 2 статьи 174 ГК РФ следует, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть
указал суд первой инстанции, в соответствии с п. 11.2 договора, стороны признают, что прибыльность коммерческой деятельности, осуществляемой в рамках настоящего договора, сопряжена с экономическими рисками и зависит от предпринимательских способностей лицензиата. Также на лицензиаре не лежит риск не достижения результата услуг, оказываемых лицензиаром по договору, в силу правовой природы услуги. На лицензиаре не лежит риск не достижения прибыльности торговой точки и предпринимательской деятельности, осуществляемой в рамках настоящего договора. В этой связи, стороны согласились считать ответственность лицензиара по настоящему договору ограниченной, и именно на истце, согласно договору, лежит риск недостижения результата в силу специфики договора. Таким образом, ответчик не несет ответственности за возникновение обстоятельств, препятствующих истцу осуществлять деятельность в рамках настоящего договора. Невозможность использования секрета производства ввиду неправомерных действий ответчика материалами дела не подтверждена. Ссылку в апелляционной жалобе на наличие оснований для возврата единовременного вознаграждения в соответствии с п. 10.1 договора, согласно которому лицензиар гарантирует, что, если общий размер дохода, полученного
строгого следования инструкциям Правообладателя (п. 16.1.3 Договора). Согласно п. 11.2 Договора, стороны признали, что прибыльность коммерческой деятельности, осуществляемой в рамках настоящего Договора, сопряжена с экономическими рисками и зависит от предпринимательских способностей Лицензиата. Также на Лицензиаре не лежит риск недостижения результата услуг, оказываемых Лицензиаром по Договору, в силу правовой природы услуги. На Лицензиаре не лежит риск не достижения прибыльности Торговой точки и предпринимательской деятельности, осуществляемой в рамках настоящего Договора. В этой связи Стороны согласились считать ответственность Лицензиара по настоящему Договору ограниченной. Соответственно, именно на истце, согласно Договору, лежит риск недостижения результата в силу специфики Договора. Следовательно, достижение цели заключения Договора и оговоренных в Договоре показателей не гарантируется в силу особенностей предмета. На ответчике (лицензиаре) не лежит риск не достижения результата использования секрета производства и прибыльности предпринимательской деятельности истца. В соответствии с договором такой риск лежит на истце. В свою очередь, истец сам не исполнил ряд обязанностей по договору, в силу чего
