указывает, что расходы Общества являются обоснованными, документально подтвержденными, имеют производственный характер и направлены на получение доходам от реально осуществляемой предпринимательской деятельности. В обоснование своего довода Заявитель приводит факты приобретения неисключительных прав у указанных контрагентов на основании лицензионных соглашений (с приложением актов к ним), факты надлежащего оприходования и отражения в бухгалтерском учете и налоговой отчетности неисключительных прав. Кроме того, Заявитель в обоснование довода ссылается на то, что Инспекцией не учтены факты того, что для перепродажинеисключительныхправ организациям-контрагентам не требовался значительный штат организации и наличие основных средств. Вместе с тем, указанные доводы о реальности осуществлении хозяйственных операций контрагентами ООО «МедиаСтудия», ООО «Арт-Сервис», ООО «МедиаСтудия плюс», ООО «Бренд Фабрика» не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются результатами мероприятий налогового контроля. В ходе выездной налоговой проверки установлено, что спорные контрагенты не являются реальными участниками предпринимательских отношений, их создание и деятельность не направлены на добросовестное участие в предпринимательской деятельности, спорные контрагенты выступали лишь
ответчика о том, что спорный товар был введен в оборот производителем, а именно АО «СААЗ Комплект», для последующей перепродажи, отклоняется судом, поскольку не подтвержден материалами дела, так как каких-либо доказательств данного утверждения ответчиком не представлено. Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции руководствуясь статьями 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца только на товарный знак №168572. При этом, на представленных скрин-шотах товарный знак № 34663 состоящий из графического изображения и словесного отсутствует. Несмотря на то, что истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение права на товарный знак в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, в обоснование суммы компенсации им представлен лицензионный договор № 1 о предоставлении неисключительногоправа использования товарных знаков от 01.01.2014 г., согласно которому Открытое акционерное общество «Скопинский автоагрегатный завод» предоставляет Обществу с ограниченной
что спорный товар был введен в оборот производителем, а именно АО «СААЗ Комплект», для последующей перепродажи, отклоняется судом, поскольку не подтвержден материалами дела, так как каких-либо доказательств данного утверждения ответчиком не представлено, а товарная накладная №157080 от 02.06.2020 подтверждает факт приобретения спорного товара у ИП ФИО2, а не у ООО «СААЗ» или ООО «СААЗ Комплект». Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции руководствуясь статьями 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак №168572. Несмотря на то, что истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение права на товарный знак в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, в обоснование суммы компенсации им представлен лицензионный договор № 1 о предоставлении неисключительногоправа использования товарных знаков от 01.01.2014 г., согласно которому Открытое акционерное общество «Скопинский автоагрегатный завод» предоставляет
прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау). Согласно статье 1030 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение по договору коммерческой концессии может выплачиваться пользователем правообладателю в форме фиксированных разовых или периодических платежей, отчислений от выручки, наценки на оптовую цену товаров, передаваемых правообладателем для перепродажи, или в иной форме, предусмотренной договором. В пункте 1 дополнительного соглашения от 04.12.2007 к договору коммерческой субконцессии от 14.02.2006 стороны согласовали, что вознаграждение за пользование комплексом неисключительныхправ составляет 2 800 руб.00 коп. и выплачивается в форме фиксированных ежегодных платежей не позднее 15 февраля каждого года, в период действия договора. Согласно акта № 00000489 от 31.12.2008 ООО «УК «Холдинг Минитэкс» оказало ООО «Минитэкс Сибирь» услуги на сумму 2 800 руб.00 коп., в связи с чем выставило к оплате счет-фактуру № 00000521 от 31.12.2008. ООО «Минитэкс Сибирь» свои обязательства
исходя из факта его творческого создания, заявляя, что комплект дисков не является контрафактным. Следовательно, предметом договора являлась передача не дисков, как вещей, а дисков с программным обеспечение, т.е. основной целью данной сделки была реализация информации, которая находилась на материальном носителе - лазерном диске. Таким образом, в данном случае, предметом этих договоров являлась реализация неисключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, в связи с чем, расходы налогоплательщика упрощенной системы налогообложения в виде стоимости приобретенных для перепродажинеисключительныхправ на программы для электронно-вычислительных машин и базы данных не могли учитываться при определении налоговой базы по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения. Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему: В соответствии с п.1 ст.3 Налогового кодекса РФ каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. При этом, в силу п. 7 ст.3 НК РФ
