том же преступлении, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (с учетом новелл, включенных в него Федеральным законом от 3 июля 2016 года N 322-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросу совершенствования порядка судопроизводства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве") предусматривает ряд правовых инструментов. Так, на прокурора возлагается обязанность разъяснить подозреваемому или обвиняемому, заявившим ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, что в случае отказа от дачи показаний в суде в отношении соучастников преступления и иных лиц, совершивших преступления, с учетом положений пункта 2 части четвертой статьи 46, пункта 3 части четвертой статьи 47 УПК Российской Федерации его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и что на основании статьи 317.8 данного Кодекса приговор может быть пересмотрен, если после назначения подсудимому наказания будет обнаружено, что он умышленно сообщил ложные сведения или умышленно скрыл от следствия какие-либо существенные сведения, им не соблюдены условия и не выполнены
27 октября 2017 г. и договора подряда от 30 октября 2017 г. № 4, заключенного между ООО «Оптимастрой» и ФИО3, пришел к выводу о том, что между ФИО1 и ООО «Оптимастрой» сложились гражданско- правовые отношения по договору подряда, при заключении которого сторонами не оговаривались условия труда, режим рабочего времени и времени отдыха. По мнению суда апелляционной инстанции, приказ ООО «Оптимастрой» от 1 ноября 2017 г. № 7 «О допуске на работу» не свидетельствует о возникновении между сторонами трудовых отношений, поскольку данный приказ издан во исполнение договора подряда и не содержит сведений о продолжительности рабочего времени. Суд апелляционной инстанции также указал на то, что ФИО1 в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств , подтверждающих, что он приступил к выполнению трудовых функций и выполнял названную в договоре подряда работу с соблюдением режима работы и правил внутреннего трудового распорядка ответчика, что он обращался в ООО «Оптимастрой» с
договору от 25.06.2008 № ВСК 08/0346 в период с 01.01.2009 по 31.08.2009 – 2075876424 рубля 69 копеек с НДС. Проанализировав представленные в материалы дела три экспертные заключения с учетом данных всеми привлеченными для проведения судебных экспертиз письменными и устными пояснениями, ответами на дополнительные вопросы суда и сторон, заслушав и изучив доводы истца, ответчика и Департамента относительно результатов экспертных исследований, а также руководствуясь правовым подходом, изложенным в определении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.11.2018 по настоящему делу, коллегия судей пришла к заключению, что все заключения экспертов являются допустимыми доказательствами и на основании части 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оценке судом наряду с другими доказательствами. Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу апелляционный суд полагает, что исковые требования ОАО «Вологодская сбытовая компания» не подлежат удовлетворению,
вопрос длительности использования спорного обозначения и не дана надлежащая правовая оценка представленному им заключению специалиста от 13.10.2017 № 153-17, подготовленному ФИО9 (далее – заключение от 13.10.2017 № 153-17), в котором подтверждена описательность спорного обозначения в отношении товара 30-го класса МКТУ «кондитерские изделия». При этом общество «ПТО фирма АМА» указывает, что обозначение «МУРАВЕЙНИК» не является фантазийным, поскольку данное обозначение для кондитерских изделий стало описательным до момента государственной регистрации оспариваемого товарного знака. Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, рассмотрев доводы, содержащиеся в кассационных жалобах и отзыве на них, выслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам , пришел к следующим выводам. Судом первой инстанции верно
по просроченной задолженности.В судебном заседании представитель истца уточненные исковые требования поддержал.Ответчик 1, извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, не явился. Ответчик 2 исковые требования не признал, заявил встречное исковое заявление о признании недействительным договор поручительства от ... №1.В обоснование встречного искового заявления ответчик 2 указал, что указанный договор является мнимой сделкой, совершенной для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, о чем свидетельствует то, что при заключении указанного договора банк не осуществил проверку финансового и материального положения поручителя, не обязав его представить доказательства своей платежеспособности, на основании чего договор поручительства от ... является ничтожной сделкой в силу ст.170 Гражданского кодекса РФ.Ответчик 2 и его представитель в судебном заседании встречные исковые требования поддержали.Истец встречные исковые требования не признал.Третье лицо, по встречному иску извещенное о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, не явилось. Исследовав материалы дела, заслушав лиц, присутствующих в судебном заседании, суд приходит к следующему.
