нарушение принципа поддержания доверия к закону и действиям государства может иметь место, если изменение правового регулирования создает неблагоприятные имущественные последствия для добросовестных участников оборота, полагавшихся в определении своих прав, обязанностей и, в конечном счете, своего имущественного положения, на ранее принятые в их отношении правоприменительные акты и (или) устоявшиеся в правоприменительной практике подходы к применению правовых норм органами публичной власти, в частности, применительно к вопросам классификации товаров для таможенных целей – на ранее сложившуюся в Российской Федерации устойчивую практику классификации соответствующих товаров, выраженную в предварительных решениях по классификации товаров, срок действия которых не истек, решениях и разъяснениях по классификации отдельных видов товаров, принятых в соответствии с пунктом 6 статьи 21 Таможенного кодекса, и (или) судебную практику. В последнем случае участник внешнеэкономической деятельности должен указать наличие оснований (принятые в его отношении правоприменительные акты, устойчивая правоприменительная практика), с которыми он связывал возникновение у него доверия к действиям органов публичной власти. Таможенныйорган вправе
3 Договора о ЕАЭС определено, что данный союз осуществляет свою деятельность на основе принципов уважения общепризнанных принципов международного права, включая принципы суверенного равенства государств-членов и их территориальной целостности; уважения особенностей политического устройства государств- членов; обеспечения взаимовыгодного сотрудничества, равноправия и учета национальных интересов Сторон; соблюдения принципов рыночной экономики и добросовестной конкуренции; функционирования таможенного союза без изъятий и ограничений после окончания переходных периодов. В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ТК ЕАЭС таможенное регулирование в ЕАЭС основывается на принципах равноправия лиц при перемещении товаров через таможенную границу ЕАЭС, четкости, ясности и последовательности совершения таможенных операций, гласности в разработке и применении международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и их гармонизации с нормами международного права, а также на применении современных методов таможенного контроля и максимальном использовании информационных технологий в деятельноститаможенныхорганов . Все лица на равных основаниях имеют право на перемещение товаров через таможенную границу ЕАЭС в порядке и на условиях,
государства транзитного следования товара о специальных экономических мерах. С точки зрения действия принципов правовой определенности и действия законодательства во времени законодательство Российской Федерации о специальных экономических мерах носит определенный характер, нормы Указа Президента Российской Федерации № 560 и Указа Президента Российской Федерации № 391 не имеют equivocum (двойного смысла) – из их содержания однозначно ясен алгоритм поведения в ситуации, подобной спорной, нормативные акты принимались задолго до возникновения спорной ситуации, к данному моменту действовали значительное время, партнеры Российской Федерации по ЕАЭС были уведомлены о введении таких мер. Судами Российской Федерации сформирована доступная для профессиональных участников внешнеэкономической деятельности единообразная судебная практика применения норм указов Президента Российской Федерации о введении специальных экономических мер, направленная на пропорциональное применение предусмотренных в данных нормативных актах мер, в том числе на защиту интересов лиц, соблюдающих требования законодательства о перемещении таких товаров в режиме таможенного транзита (например, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2018 № 308-КГ17-12587, Решение
являться основанием для наступления срока уплаты таможенных пошлин, налогов в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза. Также считает, что в нарушение статьи 254 ТК ТС таможенным органом при выставлении требования, а судами при принятии оспариваемых актов не учтено, что было необходимо исключить операции, непосредственно не относящиеся к ремонту товара, то есть отраженные в разделе «Доковые (слиповые) услуги» исполнительной ремонтной ведомости судна. В этой связи считает нарушенными, закрепленные в статье 11 Закона № 311-ФЗ принципы деятельности таможенных органов , а требование не соответствующим части 4 статьи 152 названного Закона. Вместе с этим указывает на нарушение судами обеих инстанций норм процессуального права, выразившихся в не рассмотрении арбитражным судом первой инстанции ходатайства общества об уточнении требований, заявленном обществом в порядке статьи 49 АПК РФ и при таких обстоятельствах отсутствии определения суда апелляционной инстанции о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. Доводы кассационной жалобы поддержаны в полном объеме представителем общества в судебном
а также с лицами, указанными в части 3 данной статьи (часть 4). Приведенные нормативные положения позволяют признать, что в рамках таможенных правоотношений определенные таможенные операции могут проводиться не только при реализации уже избранной формы таможенного контроля, но и в преддверии таковой (при ее выборе). Проведение тех или иных таможенных операций необходимо для того, чтобы верно избрать действенную (эффективную) и адекватную форму (формы) таможенного контроля, с учетом баланса частных и публичных интересов. При этом принципы деятельности таможенных органов в каждом конкретном случае подлежат реализации как в равной мере имеющие значение для таможенных целей. В качестве доказательств проведенного по решению таможенного органа взвешивания товара общество представило в материалы дела тальманские расписки от 03.05.2011, счет от 04.05.2011 № 008439 с приложением к нему (листы дела 43 - 44, 62 - 63). В ходе судебного разбирательства установлено, что в рассматриваемой ситуации при приеме и размещении контейнеров ООLU8597728 и ООLU8471869 в зоне таможенного контроля (ПЗТК
№1373), пункта 5 статьи 178 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации». Считает, что в нарушение статьи 254 ТК ТС таможенным органом при выставлении требования, а судами при принятии оспариваемых актов не учтено, что было необходимо исключить операции, непосредственно не относящиеся к ремонту товара, то есть отраженные в разделе «Доковые (слиповые) услуги» исполнительной ремонтной ведомости судна. В этой связи считает нарушенными, закрепленные в статье 11 Закона № 311-ФЗ принципы деятельности таможенных органов , а требование не соответствующим части 4 статьи 152 названного Закона. Указывает на нарушение судами обеих инстанций норм процессуального права, выразившихся в не рассмотрении арбитражным судом первой инстанции ходатайства общества об уточнении требований, заявленном обществом в порядке статьи 49 АПК РФ и при таких обстоятельствах отсутствии определения суда апелляционной инстанции о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. Таможенный орган в отзыве на кассационную жалобу против отмены судебных актов возражает, считая их
взвешивания товара, связанного с выгрузкой всего товара из принадлежащего предпринимателю транспортного средства, а также нарушения таможней сроков осуществления таможенного контроля при убытии товара. Решением суда от 23.08.2016, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 27.10.2016, предпринимателю отказано в удовлетворении заявления. В кассационной жалобе ее податель просит истребовать у таможни имеющий значение по делу профиль риска, отменить судебные акты и принять по делу новое решение. ФИО1 ссылается на обстоятельства дела и положения таможенного законодательства, принципы деятельности таможенных органов , считает, что в рассматриваемой ситуации таможенный орган должен был ограничиться теми формами контроля, которые не повлекли бы полную выгрузку товара из транспортного средства и его стопроцентное взвешивание; оспариваемые действия (проведенные с нарушением установленных законом сроков) повлекли длительную задержку транспортного средства и дополнительные затраты для предпринимателя как перевозчика по оплате погрузо-разгрузочных работ. Заявитель также обращает внимание на то, что в суд в качестве доказательства правомерности оспариваемых действий таможней представлена только выписка из профиля
с неправильным применением уголовного закона. Ссылаясь на положения уголовного и уголовно-процессуального закона, а также на обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, отмечает, что объектом совершенного ФИО3 преступления, явились интересы государственной власти и государственной службы, своими противоправными действиями ФИО2 способствовал укрытию тяжкого преступления, чем повлек существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитировал орган государственной власти в лице Томской таможни, подорвал ее авторитет и деловую репутацию, поскольку были нарушены основные цели, задачи и принципы деятельности таможенных органов Российской Федерации, призванные защищать законные интересы общества и государства. Полагает, что вред, причиненный преступлением государству, не может считаться заглаженным в результате действий ФИО2, поскольку благотворительная деятельность не направлена на восстановление нарушенных интересов общества и государства, а продиктована стремлением избежать уголовной ответственности за совершенное преступление и должна быть расценена как способ защиты. Просит постановление Асиновского городского суда Томской области от 11.12.2019 в отношении ФИО2 отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в Асиновский
суда на то, что, АО «Брандт», в установленном законом порядке с целью получения надлежащего сертификата обратилось к Обществу, которое было аккредитовано Федеральной службой по аккредитации, и имело соответствующие полномочия по оформлению сертификатов соответствия. До настоящего времени по сертификату XXX от 15.01.2015 г., другие компании осуществляют ввоз товаров на таможенную территорию ТС, что подтверждается ДТ других компаний XXX, XXX, однако в отношении АО «Брандт» возбуждено дело об АП, что лишний раз указывает на нарушение принципов деятельности таможенных органов , а именно единообразия правоприменительной практики при проведении таможенного контроля и совершении таможенных операций. При таких обстоятельствах, АО «Брандт» полагает, что у таможенного органа отсутствовали законные основания для возбуждения в отношении Общества дела об административном правонарушении. Кроме того, сертификаты соответствия выданы Обществу на основании соответствующих испытаний, подтверждающих их безопасность, что является основополагающей задачей технического регулирования, которая была достигнута АО «Брандт». При этом никаких общественно опасных последний не наступило и не может наступить. Общество
на то, что, АО «Брандт», в установленном законом порядке с целью получения надлежащего сертификата обратилось к Обществу, которое было аккредитовано Федеральной службой по аккредитации, и имело соответствующие полномочия по оформлению сертификатов соответствия. До настоящего времени по сертификату № XXX от 15.01.2015 г., другие компании осуществляют ввоз товаров на таможенную территорию ТС, что подтверждается ДТ других компаний XXX, XXX, однако в отношении АО «Брандт» возбуждено дело об АП, что лишний раз указывает на нарушение принципов деятельности таможенных органов , а именно единообразия правоприменительной практики при проведении таможенного контроля и совершении таможенных операций. При таких обстоятельствах, АО «Брандт» полагает, что у таможенного органа отсутствовали законные основания для возбуждения в отношении Общества дела об административном правонарушении. Кроме того, сертификаты соответствия выданы Обществу на основании соответствующих испытаний, подтверждающих их безопасность, что является основополагающей задачей технического регулирования, которая была достигнута АО «Брандт». При этом никаких общественно опасных последний не наступило и не может наступить. Общество
