предоставлении коммунальных услуг ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, определяют основания и порядок приостановления или ограничения предоставления коммунальных услуг, а также регламентируют вопросы, связанные с наступлением ответственности исполнителей и потребителей коммунальных услуг. Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 февраля 2017 г. № 232 Правила дополнены разделом XV1, который регулирует вопросы предоставления коммунальной услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами. В соответствии с частью 5 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого дома или части жилого дома обязан обеспечивать обращение с твердыми коммунальными отходами путем заключения договора с региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами. Определяя правовые основы обращения с отходами производства и потребления, Федеральный закон «Об отходах производства и потребления» предусматривает, что региональные операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с собственниками твердых коммунальных отходов, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации. Договор на оказание услуг по обращению с
договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами собственнику твердых коммунальных отходов, которые образуются и места накопления которых находятся в зоне его деятельности. Как усматривается из материалов дела, при правоприменении оспоренного положения Правил у участников регулируемого им правоотношения возникли разночтения в части обязанности регионального оператора заключить договор на оказание указанных услуг непосредственно с собственником домовладения. Неопределенность подпункта «а» пункта 1485 Правил связана с тем, что из него не ясно, вправе ли собственник жилого дома (домовладения) заключить непосредственно с соответствующим региональным оператором договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами. Указание в апелляционной жалобе на то, что применение слов «жилых помещений в многоквартирном доме» вместо слов «жилых домов (домовладений)» не меняют предмет регулирования оспоренного положения, ошибочно, что, по сути, подтверждает вывод суда о неопределенности оспариваемого положения. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 15 июля 1999 г. № 11 -П, от 11 ноября
354 и исходили из следующего. Постановлением главы администрации Волгограда от 25.06.2015 № 877 общество определено гарантирующей организацией для централизованных систем холодного водоснабжения и водоотведения Волгограда, установлена зона его ответственности в границах г.о. герод-герой Волгоград с 01.07.2015. При обследовании водопроводной сети по названному адресу обществом обнаружена течь на абонентской водопроводной линии Д=25 мм, идущей к частному домовладению. Данная водопроводная линия является частной, в объект концессионного соглашения не входит, и, как следствие, обществом не обслуживается. Собственник жилого дома был уведомлен о временном прекращении водоснабжения, до устранения им аварийной ситуации на абонентской сети. В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества. Согласно договору от 01.02.2016 № 105029679, заключенному между обществом и ФИО1, обслуживание указанного участка осуществляется лицами, привлекаемыми собственниками домовладения по договорам оказания услуг по содержанию и (или) выполнению работ по ремонту внутридомовых инженерных систем или такими собственниками самостоятельно, ели действующим законодательством выполнение ими таких работ
(бездействия) органа, наделенного государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается в том числе решение об отказе в удовлетворении полностью или в части заявленных требований, если он признает их соответствующими нормативным правовым актам и не нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца. Суды, отказывая в удовлетворении административного искового заявления, пришли к выводу об отсутствии у судебного пристава-исполнителя оснований для окончания исполнительного производства, поскольку решение суда о демонтаже самовольного строения ФИО1 не исполнено, новый собственник жилого дома , являющийся правопреемником в спорных правоотношениях, с заявлением об оспаривании действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя не обращался, вопрос о правопреемстве в исполнительном производстве не разрешен, на момент подачи иска и принятия решения о сносе самовольной постройки зарегистрированных в ней граждан не имелось. Судебная коллегия не может не согласиться с суждениями судов о том, что нахождение объекта исполнительного производства в собственности Б. само по себе не препятствует сносу данного самовольного строения, поскольку лицо, осуществившее самовольную
суда от 24.05.2022 решение суда оставлено без изменения. В кассационной жалобе кооператив «Уралэнергостройкомплекс», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Кооператив «Уралэнергостройкомплекс» утверждает, что земельный участок был фактически предоставлен на праве постоянного (бессрочного) пользования и предыдущий собственник жилого дома являлся фактически собственником земельного участка, в связи с чем, по мнению заявителя, аналогичное право перешло к истцу по настоящему делу. Соответственно, с позиции кассатора кооператив «Уралэнергостройкомплекс» принял на себя право оформления земельного участка в порядке, предусмотренном пунктом 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», которое ранее принадлежало собственникам по договору купли-продажи от 15.08.2011. По мнению заявителя, суд ставит приобретателя недвижимости в крайне неблагоприятное
ТКО, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации. При этом для регионального оператора договор на оказание услуг по обращению с ТКО является публичным. В свою очередь, все собственники ТКО, в том числе собственники частных домовладений, обязаны заключить договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся места их накопления. Данная норма дополняется положениями части 5 статьи 30 ЖК РФ, в соответствии с которой собственник жилого дома или его части обязан обеспечивать обращение с ТКО путем заключения договора с региональным оператором по обращению с ТКО. Порядок осуществления накопления, сбора, транспортирования, обработки, утилизации, обезвреживания и захоронения ТКО, а также заключения договора на оказание услуг по обращению с ТКО, установлены Правилами № 1156. Правилами № 1156 определено, что заявка потребителя либо предложение регионального оператора о заключении договора на оказание услуг по обращению с ТКО являются основанием для заключения договора на оказание услуг
Федеральной регистрационной службы произведена государственная регистрация сделки (номер регистрации 66-66-01/584/2008-480). Согласно пояснениям истца, жилой дом общей площадью 104,4 кв.м по адресу <...> и нежилое помещение (жилой дом) под номером пять - семь (5-7), находящийся в <...> общей площадью 94,90 кв.м являются физически одним и тем же объектом, а записи в ЕГРН об их регистрации дублирующими. Указывая, что, поскольку земельный участок был предоставлен фактически предыдущему собственнику (физическому лицу) на праве постоянного (бессрочного) пользования, предыдущий собственник жилого дома является фактически собственником земельного участка, следовательно, аналогичное право перешло к истцу, в связи с чем ЖСК «Уралэнергостройкомплекс» обладает правом собственности на оставшуюся 1/2 доли в праве на земельный участок, расположенный под жилым домом по адресу: <...>, истец обратился в арбитражный суд с иском по настоящему делу. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований, исходя из того, что к истцу в порядке положений ст. 35 ЗК РФ, ст. 552 ГК РФ не могло
