составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. Организации обязаны непрерывно вести учет по каждому факту своей хозяйственной деятельности, основываясь на первичной документации. Отсутствие такой документации не позволяет лизинговой компании сделать вывод о возникновении лизинговых правоотношений, и, соответственно, отразить в своей бухгалтерской и налоговой отчетности такой вид операции. Таким образом, как указал суд, истец, заведомо осознавая, что ответчик не согласен нарушать налоговое законодательство Российской Федерации и принимать к учету и передавать имущество в лизинг на основании копий некорректных документов (товарная накладная от 25.01.2019 № 15, счет-фактура от 25.01.2019 № 1223, акт приема-передачи от 12.02.2019), содержащих неверные данные о стоимости приобретенного и передаваемого в лизинг имущества, не предпринял мер по приведению документации в необходимый вид и предоставлению ее в адрес лизингодателя . Судами при рассмотрении дела подробно исследовались обстоятельства совершения и исполнения возникших правоотношений между сторонами. Судом первой инстанции предлагалось сторонам спора
деятельности в Российской Федерации», статьи 216 ГК РФ, пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 164-ФЗ, положения ПБУ 6/01 «Учет основных средств», правомерно указал, что переоценка лизингополучателем лизингового имущества до момента перехода права собственности к нему не допускается. До перехода права собственности лизинговое имущество не принадлежит лизингополучателю, и его невозможно учитывать как собственность с применением положений ПБУ 6/01 « Учет основных средств», допускающих возможность изменения стоимости арендованных основных средств (лизинговогоимущества) лизингополучателем. Поскольку лизинговое имущество в период лизинга (до полной уплаты всей суммы лизинговых платежей и выкупной стоимости) является собственностью лизингодателя , право на его переоценку и изменение стоимости возникает только у лизингодателя. Соответственно для лизингополучателя изменение стоимости лизингового имущества у собственника в дальнейшем будет являться основанием для пересмотра размера задолженности по лизинговым платежам, и внесения в бухгалтерский учет лизингополучателя соответствующих корректировок. При этом, суд отметил, что в рассматриваемом случае, переоценке в соответствии с ПБУ 6/01 «Учет основных средств» вообще
предмета лизинга 1 000 рублей (без учета НДС) с включением ее в состав лизинговых платежей. ООО «ЛК Диалог-ДВ» в справке от 22.09.2015 № 26 подтвердило исполнение ООО «Уникстрой» данной сделки в полном объеме. Указанные обстоятельства явились основанием для заключения между должником (продавец) и ООО «Уникстрой» (покупатель) 23.09.2015 договора купли-продажи № 26 данного склада стоимостью 1 180 рублей (включая НДС), право собственности на которое перешло к покупателю после подписания сторонами акта от 23.09.2015. Согласно статье 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Федеральный закон от 29.10.1998 № 164-ФЗ) предусмотрено, что предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя . Право владения и пользования предметом
отражаться на субсчете «Арендные обязательства». Ссылаясь на разъяснения, изложенные в письме Министерства финансов Российской Федерации от 05.05.2003 № 16-00-14/150, указывает, что положение по бухгалтерскому учету « Учет основных средств» ПБУ 6/01», утвержденное приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н (далее – ПБУ 6/01), на лизингополучателя не распространяется. Полагает, что при оценке активов Общества эксперт-оценщик мог оценить только право пользования предмета лизинга, но не сами объекты лизинга, как имущество, поскольку право собственности на них еще не перешло. Отмечает, что у эксперта-оценщика ФИО4 отсутствует квалификационный аттестат по оценке бизнеса. Считает подтвержденным: неправомерное включение в расчет чистых активов стоимости лизинговогоимущества и сумм НДС по общей сумме лизинговых платежей; неправомерное увеличение показателей актива за счет рыночной переоценки лизингового имущества и включения в активы дохода лизингодателя ; необоснованное включение в активы стоимости переоцененного сублизингового имущества; неполноту и противоречия экспертизы. В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения,
ГПК РФ. Довод жалобы о необходимости учета остаточной стоимости техники является необоснованным, поскольку остаточная балансовая стоимость отражает лишь цену приобретения имущества за вычетом расчетной амортизации, а не его фактического износа с учетом реальной эксплуатации, причиненных повреждений и т.п. к моменту изъятия имущества. Применительно к отношениям, вытекающим из договора лизинга, необходимо учитывать, что в силу ст. 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) лизинговая деятельность является видом инвестиционной деятельности по приобретению имущества и передаче его в лизинг. Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ применительно к инвестиционному характеру лизинговой деятельности в постановлении от 22.03.2012 № 16533/11 была выражена правовая позиция, согласно которой особенность договора выкупного лизинга состоит в том, что имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств. В развитие названных положений п. 2 ст. 28 Закона о лизинге предусматривает, что под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по
«3» в г. Магадане. Летом 2011 года к нему обратился директор МУП «1» ФИО2 с предложением о приобретении узлов учета потребляемых ресурсов у ЗАО «НПФ «2» в лизинг за счет средств, выделяемых из бюджета по целевой программе. Само МУП «1» в силу своего финансового положения самостоятельно не могло осуществлять лизинговые платежи. Дальнейшее прохождение, проекта лизинговой сделки происходило в его (ФИО49), так как последний уволился из филиала. Изучив представленные следователем договоры купли-продажи и лизинга оборудования между ООО «5» и ЗАО «НПФ «2», акты приема-передачи к указанным договорам, а также договор сублизинга между ЗАО «НПФ «2» и МУП «1», он (ФИО49) обратил внимание на то, что вопреки действовавшей в ЗАО «3» практике, в тексте договора сублизинга не указана точная дата передачи имущества, а также стоимость предмета сублизинга, что затрудняет установление дохода лизингодателя в составе общей цены договора. Также, он (ФИО49) сообщил, что исходя из условий возвратного лизинга между ООО «5» и
