права не может зависеть от произвольного усмотрения уполномоченных представителей органов публичной власти. Следовательно, уполномоченные представители органов публичной власти, формально действуя в рамках закона, по сути, могут инициировать создание реальной угрозы для жизни и здоровья как граждан, так и участников акции, а также для имущества физических и юридических лиц. Отсюда следует, что само по себе превышение численности участников публичного мероприятия не может создать реальную угрозу для жизни и здоровья граждан, а также для имущества физических и юридических лиц при принятии адекватных организационных мер уполномоченными представителями органов публичной власти , направленных именно на обеспечение проведения публичного мероприятия, а не на его прекращение. В противном случае следует прийти к выводу, что народ, граждане, мирно участвующие в публичном мероприятии, являют собой реальную угрозу государству и обществу. Таким образом, правовая конфигурация оспоренных правоположений - в системе действующего правового регулирования - такова, что при указанных обстоятельствах организаторы и участники мирной акции изначально поставлены в положение виновной
Также указал, что в **** года в ходе телефонного разговора с репортером телевизионного канала **** В. назвал его «****» и «****». Распространенные о нем сведения стали известны широкому кругу лиц, отразились на его репутации. По результатам служебной проверки **** В. объявлен выговор ****., что по мнению истца подтверждает факт совершения в отношении него неправомерных действий и является основанием для компенсации морального вреда. До настоящего времени он продолжает испытывать нравственные страдания, вызванные оскорблениями и угрозами представителя власти , размер компенсации морального вреда оценил в **** рублей. Представитель ответчиков Управления Федерального казначейства по Владимирской области, Министерства финансов Российской Федерации исковые требования не признала, указала на отсутствие предусмотренных законом оснований для взыскания компенсации морального вреда. Представитель Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Владимиру возражала против удовлетворения иска, ссылаясь на их необоснованность. Решением Ленинского районного суда г. Владимира от 29 сентября 2015 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по
совершено 22.10.2014 в <Адрес обезличен> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным на предположениях и догадках, а назначенное наказание считает чрезмерно суровым. В обоснование указывает на то, что высказанная им фраза о применении насилия не была адресована сотруднику полиции Н.И.А. Показания последнего и свидетеля Х.Р.О. о том, что высказанная им фраза предназначалась потерпевшему, являются предположениями. Обращает внимание, что ему вменено лишь высказывание угрозыпредставителювласти , что не повлекло никакого реального вреда, поэтому просит исключить из объема обвинения причинение Н.И.А. моральных страданий, поскольку они ничем не подтверждены. Считает, что с учетом отсутствия каких-либо последствий, положительных характеристик и мнения потерпевшего, не настаивавшего на строгом наказании, суд назначил ему явно суровое наказание. Просит приговор суда отменить и направить дело на новое рассмотрение, либо смягчить назначенное ему наказание. В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель указывает, что приговор законный и обоснованный,
