и указанные техника и трудовые ресурсы. Как полагает налоговый орган, все эти ресурсы имелись к ООО «Восток Инвест Проект». Так, как указывалось выше в спорный период ООО «Восток Инвест Проект» было обеспечено необходимыми техническими ресурсами для проведения работ на объекте строительства: в феврале-марте 2017 года ООО «Восток Инвест Проект» приобретены в собственность автомобиль грузовой-бортовой с манипулятором DAEWOO NOVUS, автомобиль самосвал Хюндай Дамп Трак, экскаватор гусеничный Hyundai R 320LC-7, бульдозер Shantui SD16F. В сентябре 2017 года – январе 2018 года ООО «Восток Инвест Проект» дополнительно приобретен в собственность экскаватор Doosan DX420LCA. Кроме того, ООО «Восток Инвест Проект» в работе использована спецтехника (автобетоновоз, автокран «Машека», грузовые автомобили Nissan atlas, Isuzu, Камаз, экскаватор, экскаватор с гидромолотом, МАЗ-6501В8, бульдозера, грузовой тягач седельный, полуприцеп) по договорам субаренды транспортных средств, оказания транспортных услуг, аренды техники , заключенными со специализированными организациями: ООО «Водоснабжение», ООО «Монтажник», ООО «Авторанспортное», ООО «БДРСУ», ООО «ПТК «ПромБетон», ООО «Транспортные услуги», ООО «Фортторг
с ответчиком (покупателем) договора купли-продажи лесоматериалов от 10.04.2016, во исполнение которого истец поставил ответчику лесопродукцию на сумму 19 642 434 руб. 28 коп., которая ответчиком на сумму 14 587 009 руб. 88 коп. не была оплачена. Также истец указывал на заключение с ответчиком (покупателем) договора поставки дровяной древесины от 01.10.2016, во исполнение которого истец поставил ответчику дровяную древесину на сумму 1 002 212 руб. 80 коп. Кроме того, истец указывал, что им и ответчиком (субарендатор) заключен договор субаренды № 11-2/2016-Субар.техники (с экипажем) от 15.05.2016, во исполнение которого истец предоставил ответчику в пользование три единицы техники и оказал соответствующие услуги, всего на сумму 3 844 646 руб., которые ответчиком на сумму 2 845 896 руб. не оплачены. Установив, что ответчик в нарушение принятых на себя обязательств по договорам до настоящего времени не оплатил суммы образовавшихся задолженностей, суд первой инстанции на основании ст.ст. 309, 310, 395, 614, 485, 486, 614, 505,
к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Раздолье». Апеллянт указывает, что возражая против привлечения к субсидиарной ответственности он указывал на то, что фактически являлся исполнителем воли руководителей общества, отмечает, самостоятельно руководство предприятием не осуществлял. ФИО2 указывает, что фактическое руководство компанией осуществлялось ее учредителем, ФИО7 Так, апеллянт указывает, что в материалы дела были представлены соответствующие сведения, содержащие прямые указания по тому какие действия совершать ФИО2 в конкретной ситуации, аналогичные документы представлены и ФИО3. Исходя из того, обстоятельства, что ФИО2 являлся лишь номинальным руководителем должника, выводы суда первой инстанции о том, что ФИО2 сознательно не предпринимал меры к взысканию дебиторской задолженности с ООО «СельтрансАлтай», расторжению договора субарендытехники , поскольку в 2017-2018 являлся учредителем ООО «СельтрансАлтай» вместе с ФИО8 являются ошибочными. ФИО2 указывает, что не производил взыскание дебиторской задолженности, так как был номинальным директором, и фактическим руководство и всеми распоряжениями, связанными с совершением конкретных юридических и фактических действий, занимался ФИО9, который в свою
ее расшифровки, договоры по дебиторской задолженности не были выявлены даже в рамках исполнительного производства. Также указывает, что на момент введения конкурсного производства в отношении ООО «УМГ» договор субаренды помещения ООО «УМГ» был уже в течение более чем двух месяцев расторгнут, место нахождения документов ООО «УМГ» было неизвестно, поскольку ООО «УМГ» потерял право пользоваться субарендуемыми помещениями (в дальнейшем оставленная ФИО1 часть документов была обнаружены в подвале данного здания), последний руководитель ООО «УМГ» не отвечал на письма субарендодателя о планируемом расторжении договора субаренды, не принял меры по вывозу документов и имущества должника на новое место нахождения ООО «УМГ» и по сохранности документов, не отвечал на запросы управляющего ООО «УМГ», суда и не указывал причины, по которым он не может передать документы; также неизвестна судьба имевшегося имущества ООО «УМГ» (в частности, внеоборотных активов, запасов, мебели, офисной техники , дебиторской задолженности). Как следствие, ФИО1, будучи последним руководителем ООО «УМГ», проигнорировал обращения субарендодателя и
данная фреза активно использовалась. Предварительное следствие указывает, что поступившие арендные платежи в сумме 1350000 рублей были присвоены ФИО2, при этом не приводят доказательств, подтверждающих данное утверждение, равно как и доказательств тому, что осужденный получил денежные средства в какой- либо организации. В 2011 году ОАО ДЭП № получило право на проведение субподрядных работ от генерального подрядчика ОАО « <данные изъяты>» и АОА «<данные изъяты>», при этом были поставлены условия на выполнение субподрядных работ новым асфальтоукладчиком, с трамбующим брусом, которого у предприятия не имелось. В связи с чем, 18 января 2011 года, в целях выполнения взятых на себя обязательств, между ФГУ ДЭП № и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор субаренды с правом выкупа асфальтоукладчика. С учетом экономической обстановки на предприятии, 25 апреля 2012 года договор субаренды между организациями был расторгнут, а асфальтоукладчик продан в ООО «№ Отмечает, что доля затрат общества на аренду данной техники в 2011 году составила менее двух
