за 10 рабочих дней до предполагаемого прекращения (ограничения) подачи коммунальных ресурсов». Поскольку предложенная истцом редакция спорного пункта договора не противоречит названным положениям, суд принял последнее предложение пункта 2.2.4 договора в редакции истца: «Предупреждать Потребителя, органы местного самоуправления и соответствующие государственные органы о прекращении отпуска (ограничения режима потребления) коммунальных ресурсов в порядке и случаях, предусмотренных законодательством РФ, в срок не позднее чем за 10 (десять) рабочих дней до даты прекращения (ограничения) подачи коммунальных ресурсов». Ответчиком, вопреки доводам жалобы, не приведены положения действующего законодательства, которые нарушаются принятой судом редакцией спорного пункта договора. Поскольку предложенная истцом редакция пункта 2.2.6 договора не противоречит положениям нормативных актов, суд первой инстанции обоснованно принял пункт 2.2.6 договора в редакции истца: «Обеспечивать надежность теплоснабжения, осуществлять производственный контроль качества горячей воды, в т.ч. на границе эксплуатационной ответственности Потребителя, в порядке и в соответствии с требованиями действующего законодательства. Вопреки доводам жалобы несоответствие редакции данного пункта положениям законодательства, судом апелляционной инстанции
установленном разделом X настоящего документа для сетевых организаций (п. 129 Основных положений N 442). Как указано ранее, между истцом (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор купли-продажи электрической энергии для целей компенсации потерь в электрических сетях от 16.11.2016 №3006. Учитывая изложенное, ответчик, владеющий на праве аренды переданными ему по договору аренды муниципального имущества ГО Заречный от 21.07.2016 электрическими сетями, с использованием которых электрическая энергия передается потребителям истца, обязан оплачивать истцу стоимость потерь в таких сетях. Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о заключении в спорном периоде (декабрь 2016 года) договора № 3006. Как установлено судом, между сторонами 16.11.2016 подписан договор № 3006 купли-продажи электрической энергии для компенсации потерь в электрических сетях с протоколом разногласий. Ответчик, заявляя о незаключении в спорном периоде договора, ссылался на то, что протокол согласования разногласий к договору не подписан 16.12.2016, при этом, указывал на то, что договор действует с 03.07.2017 – т.е. с
достижения результатов соответствующей экономической деятельности. Доводы налогоплательщика о недоказанности налоговым органом номинальности общества «Норис», а также о том, что налоговым органом не оспаривается факт поставки товара, из решения налогового органа обратного не следует, доказательств поставки спорного товара иным лицом не представлено; противоречат материалам дела, по существу являются формальными и голословными. Так согласно решению налогового органа инспекций сделан вывод о формальном документообороте без реального осуществления операций по поставке спорного товара (л.д. 17 Решения), при этом вопреки доводам общества налоговым органом не подтверждается сам факт поставки спорного товара, более того представленными в материалы дела доказательствами опровергается факт поставки товара и его дальнейшее использование налогоплательщиком. Так, требованием о представлении документов (информации) от 02.06.2016, № 16-38/116439 у налогоплательщика запрошены карточки счета 10 по субсчетам за 2012-2014 г.г. в электронном виде, в ответ на требование письмом от 23.06.2016 № 14/п налогоплательщиком сообщено, что им считается не целесообразным представление каточек счетов бухгалтерского учета для проведения налоговой
в размере 4000 рублей из обложки паспорта, который он выкинул в сторону, незаметно для присутствующих потерпевшего и двух свидетелей). Аналогичные обстоятельства ФИО1 указывал при проведении следственного действия – проверка показаний подозреваемого на месте. Показания ФИО1, данные при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемого, несмотря на утверждения стороны защиты об обратном, оглашены в ходе судебного следствия, в соответствии, на основании и при наличии обстоятельства, указанного в п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя. Вопреки доводам стороны защиты, предусмотренных законом оснований для признания, в соответствии со ст.75 УПК РФ, протоколов допроса подозреваемого и проверки показаний подозреваемого на месте, недопустимыми доказательствами, не имеется, поэтому заявленное стороной защиты соответствующее ходатайство удовлетворению не подлежит, поскольку производство данных следственных действий (допрос подозреваемого – сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями ст.ст.187-190 УПК РФ; проверка показаний на месте - воспроизводство ранее допрошенным подозреваемым на месте обстановки и обстоятельств
