конституционно признаваемых и защищаемых прав относятся права на охрану здоровья и на благоприятную окружающую среду (статьи 41 и 42 Конституции Российской Федерации). Обеспечение реализации и защита этих прав, возлагаемые на государство, предполагают выполнение им как обязанности предусматривать и осуществлять комплекс различных мероприятий, предотвращающих нанесение вреда здоровью граждан и окружающей среде, так и обязанности принимать меры к возмещению вреда, причиненного здоровью граждан. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, публичная власть, также несущая конституционную ответственность за сохранение природы и окружающей среды, обязана, в свою очередь, принимать меры, направленные на сдерживание загрязнения окружающей среды, предупреждение и минимизацию экологических рисков (постановления от 14 мая 2009 года N 8-П и от 5 марта 2013 года N 5-П). В целях защиты прав граждан на охрану здоровья и на благоприятнуюокружающуюсреду принят Федеральный закон "Об охране окружающей среды", положения которого направлены в том числе на укрепление правопорядка в области охраны окружающей среды и обеспечение экологической безопасности
гражданским законодательством и связанного с осуществлением его субъектом предпринимательской или иной экономической деятельности. Проверяя вопрос о характере возникших правоотношений, суды исходя из конкретных установленных ими обстоятельств посчитали, что оспариваемое предписание выдано обществу не как субъекту предпринимательской деятельности, а как участнику публичных правоотношений в сфере охраны окружающей среды, допустившему нарушение законодательства об охране атмосферного воздуха. Выполнение лицом требований статей 12, 14 Закона об охране атмосферного воздуха, направленных на обеспечение всеобщей экологической безопасности, защиту прав граждан на благоприятную окружающую среду , не может расцениваться как предпринимательская или иная экономическая деятельность. Предметом настоящего спора не являются экономические права общества на объекты окружающей среды, его имущественные отношения, как участника гражданского (хозяйственного) оборота, возникающие в ходе осуществления им предпринимательской деятельности. Вопреки доводам общества наличие у него статуса юридического лица и осуществление им хозяйственной деятельности сами по себе не дают оснований для безусловного отнесения спора с его участием к подведомственности арбитражного суда. Принимая во внимание
что было сделано, по мнению истца, с грубым нарушением федерального законодательства и норм лесного законодательства. Оспариваемыми действиями и бездействием ответчика нарушается право граждан на благоприятную окружающую среду, предусмотренное ст. 42 Конституции РФ, свободное пребывание в лесах, участие в принятии решений, влияющих на леса, в связи с чем, просила требования удовлетворить. Судом постановлено вышеуказанное определение. В частной жалобе ФИО1 просит определение отменить, как незаконное и необоснованное, ссылаясь на то, что реализация и защита прав граждан на благоприятную окружающую среду , не может быть поставлена в зависимость от права собственности гражданина на земельный участок, лес. Когда она обращалась в суд, то исходила из того, что сохранять природу – это обязанность каждого гражданина. В связи с этим, суд не вправе был делать вывод об отсутствии нарушения ее прав, равно как и исключать саму возможность такого нарушения без рассмотрения дела по существу. В судебное заседание суда апелляционной инстанции явились: ФИО1 и ее представитель
