Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Алтай в составе судьи Боркова А. А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Овчаровой Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании, посредством систем видеоконференц-связи при содействии Алтайского краевого суда, заявление общества с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 107140, <...>, пом. I, ком. 105Е, оф. 9) об установлении требований кредитора в размере 236 752 607 руб. 90 коп., в том числе 158 261 263 руб. 10 коп., как обеспеченных залогом 108131 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций акционерного общества «Калгутинское» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, № выпуска акций – 1-01-13118-F, и включении их в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Калгутинское» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 649780, Республика Алтай, <...>), а также ходатайство временного управляющего о наложении судебных штрафов;

при участии представителей:

ООО «Эдельвейс» - ФИО1, доверенность от 18.09.2019,

иных лиц, участвующих в деле – не явились, уведомлены,

установил:

определением от 10.09.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Калгутинское» (далее – ООО «Калгутинское», должник) введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца. Временным управляющим должника утвержден ФИО2.

22.10.2018 общество с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» (далее – ООО «Эдельвейс», кредитор, общество) обратилось в суд с заявлением об установлении требований кредитора в размере 236752607 руб. 90 коп., в том числе 158261263 руб. 10 коп. как обеспеченных залогом 108131 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций акционерного общества «Калгутинское» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, № выпуска акций – 1-01-13118-F, и включении их в реестр требований кредиторов должника.

К участию в обособленном споре привлечены акционерное общество «Калгутинское» и ФИО3.

В обоснование заявления указано, что в результате заключения мирового соглашения по делу № А02-1046/2008 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское» обязательства должника перед ООО «Эдельвейс» в общем размере 158261263,10 руб., установленные в ходе процедуры банкротства и включенные в реестр требований кредиторов, заменяются на вексельное обязательство, то есть новируются выдачей простого беспроцентного векселя, срок платежа которого установлен по предъявлении, но не ранее 01 декабря 2018 года. 27.12.2013 ООО «Калгутинское» передало ООО «Эдельвейс» вексель № 7297 на сумму 158261263 руб. 10 коп. В дальнейшем, между указанными лицами заключен договор залога акций от 22.01.2014 года, в соответствии с которым в обеспечение исполнения указанных выше обязательств должник передал ООО «Эдельвейс» 108131 штуку акций обыкновенных именных бездокументарных ОАО «Калгутинское» номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, номер выпуска акций 1-01-13118-F. Между тем, до настоящего времени задолженность перед заявителем не погашена.

Кроме того, в обоснование заявленных требований ООО «Эдельвейс» указывает на следующую задолженность:

- в сумме 1523352 руб. 82 коп. возникшей из договоров финансовой аренды (лизинга), подтвержденной вступившим в законную силу решениями судов, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ЗАО «Юнион»;

- в сумме 1289988 руб. 25 коп. возникшей из договоров финансовой аренды (лизинга), подтвержденной вступившим в законную силу определением суда по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «СЛК-авто»;

- 12217101 руб. 73 коп. возникшей из договоров займа и аренды транспортного средства, подтвержденной вступившими в законную силу определениями судов по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ЗАО КБ «Зернобанк»;

- в сумме 62740000 руб. взысканной, как текущая задолженность за оказанные услуги по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Сибинвест»;

- в сумме 500000 руб. возникшей из договорам оказания консультационных услуг, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Ваш консультант»;

- в сумме 212 000 руб. возникшей из договорам оказания консультационных услуг, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Ваш консультант».

Конкурсный кредитор ФИО4 в представленном отзыве, возражая по заявленным требованиям, указал следующие обстоятельства:

- в результате заключения мирового соглашения по делу № А02-1046/2008 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское» произошла новация денежных обязательств, включенных в реестр требований кредиторов должника, в вексельные, в результате чего обязательства, не учитываемые при распределении голосов на собрании кредиторов (пени, штрафы), трансформировались в обязательства, учитываемые при распределении голосов, что противоречит положениям закона о банкротстве;

- фактически за утверждение мирового соглашения голосовал только единственный присутствующий на собрании кредитор – ООО «Эдельвейс», обладающий 98,5% голосов от числа требований, включенных в реестр;

- ООО «Эдельвейс», ОАО «Калгутинское» и ФИО5 являются заинтересованными лицами по отношению к ООО «Калгутинское».

- требования кредиторов в размере 158261263 руб. 10 коп. новированы в беспроцентное вексельное обязательство, которое по своей природе является заемным, со сроком возврата 5 лет, что указывает на его нерыночные условия;

- к рассматриваемому заявлению приложена только копия векселя от 27.12.2013 года № 7297, подписи на котором вызывают сомнения в их проставлении самими подписантами;

- к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявившие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия;

- контролирующим лицом и конечным бенефициаром должника и кредитора является ФИО3;

- выдача векселя является обязательством перед участником, не подлежащим включению в реестр требований кредиторов, так как данная сделка совершена с целью причинения вреда миноритарным кредиторам ООО «Калгутинское», поскольку реализация обеспеченных залогом акций, которые после отзыва лицензии стали неликвидными, не позволит должнику исполнить обязательства перед кредиторами, но позволит конечному бенефициару сохранить контроль над всем имущественным комплексом, а, следовательно, указанная сделка является ничтожной;

- передача ФИО6 своей доли в ООО «Калгутинское» в размере 16,7866% в пользу ООО «Апекс» произошла под отлагательным условием, а именно прощением ООО «Эдельвейс» долга на сумму 104368235 руб., которое фактически является акцессорным обязательством по отношению к основному обязательству ООО «Калгутинское» перед ФИО7 и АО «Сбербанк», уступленные в пользу ООО «Эдельвейс», в связи с чем, в случае включения рассматриваемых требований в реестр требований кредиторов должника, кредитор дважды получит возмещение по обязательствам ООО «Калгутинское»;

- по требованию в сумме 62740000 руб. взысканной, как текущая задолженность за оказанные услуги по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Сибинвест», пропущен срок исковой давности. Кроме того, данная задолженность была признана мажоритарным кредитором - ООО «Эдельвейс», что является действиями совершенными в обход закона и злоупотреблением правом;

- по требованию в сумме 712000 руб. возникшей из договоров оказания консультационных услуг, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Ваш консультант», пропущен срок исковой давности.

08.12.2019 ФИО4 предоставил дополнения к отзыву, в которых указал, что с учетом наличия родства у ФИО8 и ФИО6, характере взаимосвязи указанных лиц с ООО «Калгутинское» (учредитель и поручитель), нерыночным характером заключенных сделок (безвозмездное прощение долга поручителю и отчуждение доли с ООО «Калгутинское» отцом поручителя по заведомо низкой стоимости) данные сделки были заключены именно в целях исполнения поручителем ФИО8 обязательств за ООО «Эдельвейс». Помимо этого, конкурсный кредитор отмечает недоказанность требований, основанных на договорах с ЗАО «Юнион» и ООО «СЛК-авто». Также, ФИО4 заявил о фальсификации актов сверки расчетов, предоставленных заявителем в настоящий обособленный спор лишь после заявления о пропуске срока исковой давности.

Временный управляющий в представленном отзыве, с учетом неоднократных дополнений, а также в письменных пояснениях привел возражения аналогичные позиции, изложенной конкурсным кредитором ФИО4.

Представитель ООО «Калгутинское» и АО «Калгутинское» в отзыве на заявление указал на наличие документального подтверждения требований ООО «Эдельвейс» и голословность утверждений о наличии аффилированности между кредитором и должником. При этом в отзыве указано на отсутствие оснований для наложения судебного штрафа.

Аналогичные доводы изложены в отзыве ФИО3

В свою очередь, ООО «Эдельвейс», в дополнениях к заявлению, поступивших в суд 20.11.2019, привело следующие доводы:

- согласно позиции Верховного суда Российской Федерации при проверке доводов о корпоративном характере судам надлежит исследовать именно природу возникновения соответствующего обязательства, а не сам по себе факт заинтересованности кредитора, при этом, в рассматриваемом случае все требования были приобретены ООО «Эдельвейс» по возмездным договорам уступки, в результате чего имело место последующее правопреемство. Вопреки доводам управляющего ООО «Эдельвейс» не принимало участия в деятельности должника, а только являлось лицом, выкупившим задолженность перед иными кредиторами;

- в случае возбуждения производства по новому делу о банкротстве должника объем требований кредиторов, в отношении которых заключено мировое соглашение, определяется условиями, предусмотренными мировым соглашением;

- аффилированный кредитор не вправе ссылаться на наличие заинтересованности другого кредитора. Материалами настоящего дела подтверждается, что ФИО4, являясь заявителем по настоящему делу, о банкротстве, осуществлял правовое сопровождение процедуры банкротства ООО «Калгутинское», а его представитель - ФИО9, являлся руководителем ООО «Калгутинское» после прекращения производства по делу утверждением мирового соглашения по делу о банкротстве, следовательно, требования ФИО4 не могут быть поставлены в приоритетное положение перед требованиями ООО «Эдельвейс», которые имеют гражданско-правовую природу, возникли на основании сделок, не связанных с фактом аффилированности ООО «Эдельвейс» с должником;

- кредитором и управляющим не представлено доказательств погашения вексельной задолженности перед ООО «Эдельвейс», в том числе ФИО6;

- согласно открытых сведений, ФИО3 не имеет абсолютно никакого влияния и не может быть признан контролирующим лицом в отношении ООО «Эдельвейс».

В дополнениях к заявлению, поступивших в суд 17.12.2019 заявитель указал, что сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на незаключенность этого договора ("эстоппель"). Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При этом заявитель отмечает, что, в рамках дела № А02-1046/2008 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское» участвовали все кредиторы, в том числе ФИО4, которые не заявляли каких-либо возражений против утверждения судом мирового соглашения, не ссылались на его ничтожность либо нарушения его условиями прав и законных интересов других лиц.

Более того, ФИО4 также не заявлялись возражения относительно проведения процессуального правопреемства по результатам приобретения ООО «Эдельвейс» прав требований к ООО «Калгутинское» на основании договоров уступок. Соответствующие определения не обжалованы и вступили в законную силу.

При этом, ФИО4 как и другим кредиторам по текущим обязательствам, было безусловно известно о наличии заинтересованности ООО «Эдельвейс» по отношению к должнику и третьему лицу, поскольку ФИО5 являлся руководителем АО «Калгутинское» и учредителем ООО «Эдельвейс».

Соответствующее обстоятельство отражено в тексте мирового соглашения и определения об утверждении мирового соглашения.

Кроме того, обязанности директора должника после прекращения производства по делу о банкротстве длительное время продолжал исполнять ФИО9, который также является представителем ФИО4, что исключает его независимость.

Таким образом, поскольку на момент утверждения судом мирового соглашения по делу № А02-1046/2008 ФИО4 и другие кредиторы, будучи осведомленными о наличии заинтересованности ООО «Эдельвейс», согласились с условиями мирового соглашения на прекращение обязательств должника путем новации, они лишаются права на заявление возражений против требований ООО «Эдельвейс» по причине необходимости применения принципа эстоппель.

В дополнениях временный управляющий привел обоснование того, что ФИО3 установил корпоративный контроль над ООО «Калгутиснкое», ООО «Эдельвейс» и ООО «Сибинвест» с целью стать владельцем имущества, ранее принадлежащего должнику и его действия, в том числе по заключению мирового соглашения, были направлены на нарушение прав и законных интересов независимых кредиторов – Ф-вых, которые участниками мирового соглашения не являлись и не имели право на его оспаривание.

Обосновывая недобросовестность действий кредитора при предоставлении в рамках настоящего спора актов сверки, позволяющих обойти заявленные возражения о пропуске сроков исковой давности, ФИО2 указал, что в разделе дебиторская задолженность бухгалтерского баланса ООО «Эдельвейс» с 2012 по настоящее время отсутствуют сведения об обязательствах ООО «Калгутинское».

Помимо этого, временный управляющий отметил, что задолженность:

- в сумме 1 523 352,82 руб., полученная от ЗАО «Юнион»;

- в сумме 1 289 101,73, полученная от ООО «СЛК-авто»;

- в сумме 12 217 101,73, полученная от ЗАО КБ «Зернобанк» являлась предметом мирового соглашения, однако, отдельно предъявлена ООО «Эдельвейс» ко включению в реестр требований кредиторов.

Также, временный управляющий отметил, что одним из кредиторов по мировому соглашению являлось ВГСЧ Сибири и Алтая на сумму 484 034 руб. Между тем, было установлено, что 25.04.2010 года указанное право требования перешло к ООО «Сибинвест» по договору уступки права требования, что явилось причиной подачи в суд заявления о пересмотре определения об утверждении мирового соглашения по вновь открывшимся обстоятельствам. Учитывая изложенное, ФИО2 полагал необходимым рассмотрение заявления отложить.

Конкурсный кредитор ФИО4 от своего имени, а также представляя интересы кредитора ФИО10, ссылаясь на подачу в суд заявления о пересмотре определения об утверждении мирового соглашения по вновь открывшимся обстоятельствам, заявил ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору на основании статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, указывая на нахождение в заранее запланированном отпуске, необходимостью ознакомления с представленными документами, а также необходимость получения протоколов очных ставок из материалов уголовного дела, просил судебное разбирательство отложить.

Выслушав возражения заявителя, должника и АО «Калгутинское», рассматривая ходатайства временного управляющего и ФИО4, суд приходит к выводу, что наличие принятого к производству заявления о пересмотре определения об утверждении мирового соглашения по вновь открывшимся обстоятельствам не препятствует рассмотрению настоящего обособленного спора, в связи с чем, находит необоснованными ходатайства об отложении судебного разбирательства и приостановлении производства по заявлению по данному основанию.

Так, согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", если требование было включено в реестр на основании вступившего в законную силу судебного акта, то при последующей отмене этого судебного акта определение о включении этого требования в реестр может быть пересмотрено по новым обстоятельствам.

Таким образом, в случае отмены определения об утверждении мирового соглашения по вновь открывшимся обстоятельствам итоговый судебный акт по настоящему обособленному спору может быть отменен по новым обстоятельствам на основании подпункта 1 пункта 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также, суд отмечает, что ФИО4., ранее неоднократно излагавшим свою позицию по заявленным требованиям, не обоснована необходимость личного участия при рассмотрении требований ООО «Эдельвейс», невозможность предоставления его интересов иным лицом по доверенности.

Так, начиная с декабря 2018 года, ФИО4 лично не принимал участие ни в одном судебном заседании по данному спору, его интересы представлял ФИО9, которым приобщались, в том числе, отзыв на заявление от 11.12.2018, письменные пояснения от 14.10.2019 года, а также доказательства в обоснование изложенных возражений вплоть до 07.11.2019 года.

Помимо этого, суд отмечает, что конкурный кредитор не указал какие-именно документы, имеющие значения для разрешения данного спора, будут им предоставлены, не обоснована невозможность их заблаговременного направления в суд через систему «Мой арбитр», по почте либо иными доступными средствами связи.

Суд отмечает, что протоколы очных ставок, на которые ссылается ФИО4 в обоснование необходимости отложения судебного разбирательства, дважды являлись предметом ходатайств об истребовании доказательств, в удовлетворении которых было отказано в связи с необоснованностью.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенных обстоятельств, суд отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

Отказывая в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, суд отмечает, что дополнительных оснований заявленных требований ООО «Эдельвейс» не приведено, документы, с которыми не знакомы конкурсные кредиторы, в материалы обособленного спора не приобщались.

В судебном заседании, которое проводилось 26.12.2019 года посредством систем видеоконференц-связи при содействии Алтайского краевого суда, участники процесса поддержали свои доводы и возражения, изложенные в заявлении и отзывах на него, с учетом неоднократных дополнений и письменных пояснений.

Судом было завершено исследование доказательств, определением от 26.12.2019 объявлен перерыв в судебном заседании на стадии судебных реплик.

10.01.2020 посредством телефонограммы Алтайский краевой суд сообщил об отсутствии технической возможности продолжения судебного заседания посредством видеоконференц-связи, в связи с чем, для обеспечения участникам обособленного спора данной возможности, судебное разбирательство отложено до 15.01.2020 года.

14.01.2020 конкурсный кредитор ФИО4 от своего имени, а также представляя интересы кредитора ФИО10, заявил ходатайство об отложении судебного заседания по причине занятости в ином процессе, в котором, также, принимает участие представитель ФИО9

Временный управляющий 15.01.2020 года представил аналогичное ходатайство, в обоснование которого указал, что невозможность участия в судебном заседании его и представителя ФИО11 в связи с нахождением в командировке, связанной с процедурами банкротства в отношении иных юридических лиц в г. Омске.

Выслушав возражения заявителя, суд отказывает в удовлетворении ходатайства конкурсного кредитора по указанным выше основаниям.

Суд, также отказывает ФИО2 в удовлетворении аналогичного ходатайства в связи с отсутствием обоснования необходимости личного участия в настоящем судебном заседании.

При этом суд отмечает, что представитель временного управляющего участвовал в судебном заседании 26.12.2019 года, в том числе на стадии судебных прений, дальнейшее возобновление исследования доказательств по обособленному спору было обусловлено исключительно приобщением заявителем оригинала простого векселя № 0007297, который ранее представлялся участникам спора на обозрение в судебном заседании от 15.01.2019 года.

Помимо этого, невозможность явки представителя лица, участвующего в деле, в связи с занятостью в другом судебном заседании, не является уважительной причиной и основанием для отложения судебного разбирательства, поскольку заявитель ходатайства вправе направить другого представителя для участия в настоящем обособленном споре.

В судебном заседании на стадии судебных прений представитель ООО «Эдельвейс» поддержал ранее озвученную позицию.

Представители иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, в арбитражном процессе по делу о банкротстве в судебное заседание не явились, хотя о его времени и месте его проведения были извещены надлежащим образом.

Руководствуясь статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным провести судебное заседание в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Исследовав материалы обособленного спора, выслушав позицию участников процесса по существу заявленным требований, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

Судом установлено, что сообщение об открытии процедуры наблюдения в отношении ООО «Калгутинское» опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22.09.2018. Заявление ООО «Эдельвейс» поступило в суд 22.10.2018, то есть, в установленный законом срок.

Из материалов обособленного спора усматривается, что в рамках дела № А02-1046/2008 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское» на собрании, проведенном 12.11.2013 года, большинством голосов кредитора - общества с ограниченной ответственностью «Эдельвейс», принявшего участие в собрании (98,5%), принято решение о заключении мирового соглашения. Остальные кредиторы участия в собрании не принимали, хотя были уведомлены конкурсным управляющим о времени, месте его проведения и о повестке собрания заблаговременно и надлежащим образом.

В дальнейшем, судом утверждено мировое соглашение по делу о банкротстве №А02-1046/2008, заключенное 15.11.2013 между ООО «Калгутинское»в лице конкурсного управляющего ФИО10,действующего на основании определений Арбитражного суда Республики Алтай то 31.01.2011 и от 24.10.2013, а также решения собрания кредиторов ООО «Калгутинское» от 12.11.2013 и конкурсными кредиторами ООО «Калгутинское».

В результате заключения указанного выше мирового соглашения обязательства должника перед ООО «Эдельвейс» в общем размере 158 261 263,10 руб., установленные в ходе процедуры банкротства и включенные в реестр требований кредиторов, заменяются на вексельное обязательство, то есть новируются выдачей простого беспроцентного векселя, срок платежа которого установлен по предъявлении, но не ранее 01 декабря 2018 года.

27.12.2013 ООО «Калгутинское» передало ООО «Эдельвейс» вексель № 7297 на сумму 158 261 263 руб. 10 коп..

В последующем, между указанными лицами заключен договор залога акций от 22.01.2014 года, в соответствии с которым, в обеспечение исполнения указанных выше обязательств, должник передал ООО "Эдельвейс» 108131 штуку акций обыкновенных именных бездокументарных ОАО «Калгутинское» номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, номер выпуска акций 1-01-13118-F.

Обосновывая заявленные требования, ООО «Эдельвейс» указывает, что до настоящего времени задолженность перед заявителем не погашена.

Оценив доводы и возражения участников процесса по требованиям, подтвержденным определением об утверждении мирового соглашения, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренном указанным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Часть 1 статьи 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указывает, что мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебных актов.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Частью 6 статьи 141 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен исчерпывающий перечень оснований, при которых суд отказывает в утверждении мирового соглашения, а именно: его противоречие закону и нарушение этим соглашением прав и законных интересов иных лиц.

Как разъясняется в пунктах 8, 9, 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе" (далее - постановление Пленума N 50), исходя из смысла и содержания норм, регулирующих примирительные процедуры (глава 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации "Примирительные процедуры. Мировое соглашение": статьи 138 - 142), а также задач арбитражного судопроизводства (пункт 6 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) утвержденное судом мировое соглашение является таким процессуальным способом урегулирования спора, который основывается на примирении сторон на взаимоприемлемых условиях и влечет за собой ликвидацию спора в полном объеме.

Кроме того, мировое соглашение, выступая в качестве процессуального средства защиты субъективных прав на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок, по своему существу является соглашением сторон, то есть сделкой, вследствие чего к нему помимо норм процессуального права подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу принципа свободы договора мировое соглашение может содержать любые не противоречащие закону или иным правовым актам условия.

Стороны при заключении мирового соглашения могут самостоятельно распоряжаться принадлежащими им материальными правами, они свободны в согласовании любых условий мирового соглашения, не противоречащих федеральному закону и не нарушающих права и законные интересы других лиц, в том числе при включении в мировое соглашение положений, которые связаны с заявленными требованиями, но не были предметом судебного разбирательства.

Вместе с тем, мировое соглашение в обязательном порядке должно содержать согласованные сторонами сведения о его условиях, которые должны быть четкими, ясными и определенными, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой (часть 2 статьи 140 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с тем, чтобы не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое соглашение было исполнимым с учетом правил о принудительном исполнении судебных актов.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

По смыслу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом.

Данное положение обусловлено общеобязательным характером вступивших в законную силу судебных актов (статья 16 АПК РФ, статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, пункт 2 статьи 167 Закона о банкротстве предусматривает, что в случае возбуждения производства по новому делу о банкротстве должника объем требований кредиторов, в отношении которых заключено мировое соглашение, определяется условиями, предусмотренными мировым соглашением.

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2019 N 307-ЭС19-1984, подтвержденное вступившим в законную силу судебным актом требование кредитора, по общему правилу, предоставляет ему возможность инициировать процедуру несостоятельности должника, а также в упрощенном порядке (с точки зрения процесса доказывания) добиться включения в реестр требований кредиторов.

В случае банкротства ответчика такой судебный акт по своей природе объективно противопоставляется интересам иных кредиторов, не участвовавших в рассмотрении дела, поскольку включение подтвержденного судебным актом долга в реестр уменьшает долю удовлетворения требований иных кредиторов, а в случаях, когда истец выступает заявителем по делу о банкротстве - кроме того дает ему право на предложение кандидатуры арбитражного управляющего (пункт 9 статьи 42 Закона о банкротстве).

По этой причине пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" закреплен механизм защиты прав кредиторов должника, в силу которого конкурсные кредиторы и арбитражный управляющий имеют право оспаривать в установленном порядке судебные акты, подтверждающие наличие и обоснованность требований других кредиторов.

Как отмечено выше, в силу абзаца 3 пункта 2 Постановления Пленума N 35, если судебный акт, на котором основано заявление конкурсного кредитора, будет отменен после введения наблюдения, определение о введении наблюдения в части признания требований заявителя обоснованными и включении их в реестр требований кредиторов (далее - реестр) может быть пересмотрено по новым обстоятельствам (пункт 1 части 3 статьи 311 АПК РФ) в ходе любой процедуры банкротства.

Между тем, согласно позиции Верховного Суд Российской Федерации, изложенной в том числе в определении от 01.11.2019 N 307-ЭС19-10177(2,3) само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего сумму долга, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

Как неоднократно подчеркивал Верховный Суд Российской Федерации, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр, в частности, когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2), от 04.02.2019 N 304-ЭС18-14031).

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Оценивая возражения конкурсного кредитора ФИО4 и временного управляющего о том, что ООО «Эдельвейс», ОАО «Калгутинское» и ФИО5 являются заинтересованными лицами по отношению к ООО «Калгутинское», а контролирующим лицом и конечным бенефициаром должника и кредитора является ФИО3, суд приходит к следующим выводам.

Участниками процесса не оспаривается, а также подтверждается материалами регистрационных дел в отношении ООО «Калгутинское» и ООО «Эдельвейс», что прямых доказательств, подтверждающих указанные выше доводы не имеется, в частности отсутствует прямая заинтересованность заявителя по отношению к должнику.

Между тем, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При аффилированности кредитора и должника должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы обособленного спора доказательства, применив критерии доказывания фактической аффилированности, выработанные судебной практикой и отраженные, в том числе в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), суд приходит к выводу о том, что ФИО3 является конечным бенефициаром должника и ООО «Эдельвейс».

При этом суд принял во внимание следующие обстоятельства:

- согласно выписки по расчётному счёту ООО «Эдельвейс», открытому в АО «РМБ Банк», ФИО3, как на прямую, так и через ООО «Эдельвейс» финансировал ООО «Сибинвест», с которым был заключён договор подряда на восстановление обогатительной фабрики, принадлежавшей ООО «Калгутинское»;

- ООО «Сибинвест» контролировалось ФИО3 через ООО «Прома Групп» (ИНН <***>), 70% долей в уставном капитале которой принадлежали ООО «Сибинвест». В свою очередь учредителем и директором ООО «Прома Групп» (ОГРН <***>; юридический адрес: 119019, <...>/стр.1, пом.2) является ФИО12 (ИНН <***>), лицо подконтрольное ФИО3 ввиду наличия длительных трудовых отношений. Указанные факты не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства.

- согласно сведениям из информационной системы «КонтурФокус», ООО «Прома Групп» и ООО «Сибинвест» располагаются но одному юридическому адресу: 119019, <...>;

- ФИО13 являлась главным бухгалтером ЗАО «Финансовая корпорация», генеральным директором которой был ФИО5, а основным заемщиком - ФИО3, что следует из материалов дела № А40-80775/2013. о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «Финансовая корпорация»;

- после выкупа кредиторской задолженности у сторонних кредиторов на ООО «Эдельвейс» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) А02-1046/2008 были предприняты действия по переводу активов ООО «Калгутинское» в АО «Калгутинское» (генеральным директором которого является родной брат ФИО3, ФИО14);

-ФИО5 состоит в браке с ФИО15, которая является родной сестрой ФИО16, являющейся бухгалтером ООО «Калгутинское» и АО «Калгутинское», а в период с 11.05.2017 по 27.07.2018 – директором ООО «Калгутинское»;

- юридическое сопровождение ООО «Эдельвейс» и ФИО5 осуществлял ФИО17, в том числе, участвовавший в собрании кредиторов, на котром решался вопрос об утверждении мирового соглашения;

- решением Красногорского городского суда Московской области о 18.06.2018 по делу № 2-3652/2018 с ФИО3 в пользу ФИО18 взыскана задолженность за выполненную работу;

- ФИО3 сам подтверждает факт того, что он является конечным бенефициаром указанных выше юридических лиц в своем заявлении о преступлении в отношении ФИО18, указанные факты, также нашли свое отражение в отказном материале МВД России по Красносельскому району г. Москвы и постановлении о прекращении уголовного дела Мещанского межрайонного следственного отдела следственного управления по Центральному административному округу ГСУ СК РФ по г. Москве.

Исследовав природу отношений, сложившихся между должником и ООО «Эдельвейс», суд отмечает, что в рамках дела о несостоятельности ООО «Калгутиснкое» № А02-1046/2008, в реестр требований кредиторов включены требования на основании следующих судебных актов:

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 23.09.2009, от 10.08.2010, от 21.09.2010 и от 26.01.2011 по делу № А02-1046/2018 на сумму 84 899 947,45 руб. (основной долг), обеспеченных залогом и 1 630 304,31руб. (пени, штрафы) (по договору с АО «Сбербанк» № 02.03-03/242 от 02.09.2005 и от 20.08.2007 об открытии не возобновляемой кредитной линии);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 25.12.2008, от 29.08.2011, от 27.02.2012 и от 13.12.2012 по делу № А02-1046/2008 на сумму 4 322 798,12 руб. (основной долг) (по договору поставки ГСМ);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 25.12.2008, от 15 09.2009, от 03.12.2009, от 21.12.2009 и от 12.12.2012, по делу №А02-1046/2008 на сумму 2 420 051руб. (1 853 690,00руб. + 566 361,00руб.) (основной долг) и 185 698,54 руб. (47 037,63руб. + 133 202,91руб. + 5 458,00руб.) (пени, штрафы) (налоговые обязательства);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 26.12.2008 и 24.02.2011 по делу №А02-1046/2008 на сумму 1 215 308,48руб. (основной долг) и 7 679,77руб. (пени, штрафы) (лизинговые платежи по договору №1 от 30.03.2007 и №24 от 07.04.2008);

- определений от 26.12.2008, 23.07.2010 и от 16.02.2011 по делу №А02-1046/2008 на сумму 6 924 054,66руб. (основной долг) (по договорам займа с ФИО19 б/н от 29.07.2008 и № 5 от 30.09.2008);

- определений от 26.12.2008 и от 16.02.2011 по делу №А02- 1046/2008 на сумму 5 293 047,07руб. (основной долг) (по договорам займа б/н от 23.04.2008, б/н от 30.10.2008, договор об уступке прав б/н от 01.01.2008, и договора аренды транспортного средства б/н от 01.01.2007 с ФИО8);

- определений от 26.12.2008, от 04.03.2009 и от 09.02.2011 по делу №А02-1046/2008 на сумму 18 839 064,20руб. (11 669 451,20руб. + 7 169 613,00руб.) (основной долг) и 1 883 906,42руб. (1517 028,65руб. + 366 877,77руб.) (пени, штрафы) (по договорам поставки с ООО «Промэнерго» №4 от 14.12.2005, № 3 от 21.01.2007 и № 9 от 02.10.2007);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 19.01.2009 и от 07.05.2013 по делу №А02-1046/2008 на сумму 159 600,00руб. (основной долг) (по договору аренды земельного участка №357/1 от 08.09.2005 с МО «Кош-Агачский район»);

- определений от 22.01.2009, от 05.05.2011 и от 13.12.2011 по делу №А02-1046/2008 на сумму 8 731 138,70 руб. (основной долг) и 1 150 000,00 руб. (пени, штрафы) (с ООО «Интерпромтек» по договору займа №1 от 08.12.2006);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 05.03.2009, от 23.07.2009, от 05.05.2011 и от 13.12.2012 по делу № А02-1046/2008 на сумму 9 543 221,93руб. (8 080 000,00руб. + 1 463 221,93руб.) основной долг (с ФИО7 по договорам займа б/н от 12.07.2007);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 23.09.2009, от 21.09.2010 от 26.01.2011 по делу №А02-1046/2008 на сумму 10 982 092,45руб. (основной долг) (по договору с АО «Сбербанк» об открытии не возобновляемой кредитной линии №02.01-08/217 от 16.05.2008);

- определений Арбитражного суда Республики Алтай от 03.12.2009 и от 13.12.2012 по делу №А02-1046/2008 на сумму 6 350,00руб. (основной долг) (с ООО «АвтоОпт» по разовому договору поставки по счет-фактуре №2594 от 18.06.2009, товарная накладная №2594 от 18.06.2009).

В дальнейшем, требования были приобретены ООО «Эдельвейс» по возмездным договорам уступки, в результате чего имело место последующее правопреемство.

При этом суд отмечает, что реальность правоотношений, из которых возникла задолженность у ООО «Калгутинское» перед первоначальными кредиторами, участниками процесса не оспаривается, судебные акты о её взыскании не оспорены, доказательств наличия аффилированности между указанными лицами не представлено.

Помимо этого, суд отмечает, что с учетом приобретения права требования к должнику с дисконтом и предполагаемого возобновления хозяйственной деятельности ООО «Калгутинское» в результате заключения мирового соглашения, заявитель имел намерения на удовлетворение своих требований в существенно большем объеме, чем при распределении конкурсной массы.

Следовательно, действия ООО «Эдельвейс» имели своей целью положительный экономический эффект, даже с учетом фактически имевшей место отсрочке платежа на пять лет, при этом указанные действия заявителя не были направлены на установление контроля за процедурой банкротства именно в целях причинения вреда кредиторам, а также «размывание» реестра требований кредиторов, а были обусловлены исключительно целью восстановления финансово-хозяйственной деятельности ООО «Калгутинское», имевшего лицензию на разработку месторождения по добыче полезных ископаемых, которая была отозвана лишь в начале 2018 года.

При таких обстоятельствах, само по себе обстоятельство заинтересованности не является основанием для понижения очередности требований ООО «Эдельвейс».

Более того, из пункта 7 мирового соглашения усматривается, что кредиторы поставлены в известности о заинтересованности ООО «Эдельвейс», ОАО «Калгутинское» и ФИО5 по отношению к ООО «Калгутинское» о чем было известно ФИО4, который не заявлял какие-либо возражения против его утверждения.

Пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве обязывает арбитражного управляющего действовать при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Суд отмечает, что конкурсным управляющим, действия которого предполагаются добросовестными, не было оспорено решение собрания кредиторов об утверждении мирового соглашения.

Напротив, конкурсный управляющий ООО «Калгутинское» ФИО10, а также его представитель ФИО4, лично участвовали в судебном заседании 11.12.2013 по делу № А02-1046/2008, в котором просили утвердить мировое соглашение, тем самым подтверждая его законность и отсутствие факта нарушения чьих-либо прав и законным интересов.

Указанные обстоятельства лишают указанных выше кредиторов возможности заявлять соответствующие возражения в рамках настоящего дела (процессуальный эстоппель).

Утверждая мировое соглашение, суд фактически признал, что новирование санкций в размере 3,71 % от требований ООО «Эдельвейс» в основной долг прямо не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы кредиторов.

Более того, суд отмечает, что указанная выше трансформация носит незначительный характер, установлена для всех кредиторов, участвовавших в мировом соглашении, и не может повлиять на результаты голосования в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское».

Также, суд находит обоснованными доводы заявителя, что с учетом длительной отсрочки погашения обязательств, предусмотренной условиями мирового соглашения, новация требований по неустойке в основной долг соответствует обеспечению баланса интересов должника и кредиторов, поскольку является справедливой компенсацией.

При этом общий размер существующей задолженности не увеличился, в том числе в результате новации денежных обязательств в вексельное обязательство.

Статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Исследовав сделки, связанные с передачей ФИО6 16,7866 % доли в уставном капитале должника в собственность ООО «Апекс», учитывая действительную волю соответствующих сторон и их дальнейшее поведение, в том числе отсутствие заявление о включении требований в реестр требований кредиторов, суд находит несостоятельными возражения участников процесса, о том, что в результате прощения задолженности к поручителю по основным обязательствам ООО «Калгутинское» произошло погашение задолженности перед ООО «Эдельвейс».

Не были установлены данные обстоятельства судом и при утверждении мирового соглашения по делу № А02-1046/2008.

Таким образом, возражения конкурсного кредитора и временного управляющего фактически направлены на переоценку выводов, изложенных в определении от 11.12.2013 года об утверждении мирового соглашения, которое вступило в законную силу.

Как отмечено выше, в результате заключения мирового соглашения, указанные выше обязательства были новированы в беспроцентный вексель на общую сумму 158 261 263,10 руб. со сроком платежа: «по предъявлении, но не ранее 01.12.2018 года с авалем ОАО «Калгутинское».

В дальнейшем, ООО «Калгутинское» передало ООО «Эдельвейс» вексель № 7297 на сумму 158 261 263 руб. 10 коп., оригинал которого приобщен к материалам настоящего обособленного спора.

22.01.2014 между ООО «Калгутинское» (залогодатель) и ООО «Эдельвейс» (залогодержатель) заключен договор залога акций, в соответствии с условиями которого в обеспечение исполнения указанных выше обязательств должник передал ООО "Эдельвейс» 108131 штуку акций обыкновенных именных бездокументарных ОАО «Калгутинское» номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, номер выпуска акций 1-01-13118-F.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что требования ООО «Эдельвейс» в сумме 158 261 263 руб. 10 коп. являются обоснованными и подлежат включению в реестр требований кредиторов ООО «Калгутинское» в составе третьей очереди удовлетворения, как обеспеченные залогом 108131 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций АО «Калгутинское».

Оценивая иные требования заявителя, а именно:

- в сумме 1 523 352 руб. 82 коп. возникшей из договоров финансовой аренды (лизинга), подтвержденной вступившим в законную силу решениями судов, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ЗАО «Юнион»;

- в сумме 1 289 988 руб. 25 коп. возникшей из договоров финансовой аренды (лизинга), подтвержденной вступившим в законную силу определением суда по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «СЛК-авто»;

- 12 217 101 руб. 73 коп. возникшей из договоров займа и аренды транспортного средства, подтвержденной вступившими в законную силу определениями судов по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ЗАО КБ «Зернобанк», суд отмечает следующее.

Указанная выше задолженность была ранее учтена в составе требований ООО «Эдельвейс» при заключении мирового соглашения в рамках дела о банкротстве ООО «Калгутинское» № А02-1046/2008, что было признано представителем заявителя в ходе судебного разбирательства и который не поддерживал данные требования.

С учетом изложенного заявленные ООО «Эдельвейс» требования в указанной выше части, удовлетворению не подлежат.

Давая оценку обоснованности требований в сумме 62 740 000 руб. взысканной, как текущая задолженность за оказанные услуги по делу № А02-1046/2008, право требования которой перешло в результате заключение сделки с ООО «Сибинвест»; в сумме 500 000 руб. возникшей из договоров оказания консультационных услуг, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Ваш консультант»; в сумме 212 000 руб. возникшей из договоров оказания консультационных услуг, право требования которой перешло в результате подписания договора цессии с ООО «Ваш консультант», а также доводы конкурсного кредитора ФИО4 и временного управляющего о пропуске срока исковой давности по указанным требованиям, суд приходит к следующим выводам.

Определением суда от 21.05.2013 года по делу № А02-1046/2008 с ООО «Калгутинское» в пользу ООО «Сибинвест» взыскана задолженность по текущим платежам в сумме 62 740 000 руб., право требования которой перешло к ООО «Эдельвейс» в результате предоставления отступного (определение от 29.05.2014 года).

В соответствии с договорами цессии от 23.04.2012 и от 06.02.2013, заключенными между ООО «Ваш консультант» (цедент) и ООО «Эдельвейс» (цессионарий) к цессионарию перешло право требования к ООО «Калгутинское» в общей сумме 712000 руб., вытекающее из договоров на оказание консультативных услуг № 070-1Н-2011 от 27.06.2011, № 085Н-2011 от 27.07.2012, № 086Н-2011 от 27.07.2012 и актов приема-передачи выполненных работ от 28.07.2011, от 09.12.2011, от 01.03.2011, от 10.04.2012, от 10.08.2012 года.

Доказательств осуществление действий, связанных с принудительным взысканием указанной задолженности в материалы обособленного спора не представлено.

В подтверждение того, что срок исковой давности по указанным выше требованиям прерывался, заявителем представлены акты сверки взаимных расчетов, подписанные между ООО «Калгутинское» и ООО «Эдельвейс» по состоянию на 31.12.2017 года.

В свою очередь, ФИО4 заявлено о фальсификации актов сверки, представленных заявителем, а также ходатайство о назначения экспертизы, с вопросами о давности изготовления указанных документов и принадлежности подписи директора ООО «Эдельвейс» ФИО20 в актах сверки расчетов.

Определением от 12.02.2019 года суд указал ООО «Эдельвейс», в том числе на необходимость предоставить условно свободные образцы подписи директора общества ФИО20.

Указанные выше требования суда заявителем не исполнены, в дальнейшем, представитель ФИО4 отказался от проведения экспертизы.

Между тем, суд критически оценивает акты сверки расчетов, исходя из следующих обстоятельств.

Так, указанные акты были представлены ООО «Эдельвейс» не при подаче заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника, а лишь после того, как в отзыве временного управляющего от 11.12.2018 было заявлено о факте пропуска срока исковой давности для включения требований в реестр требований кредиторов должника.

Также, суд отмечает, что датой подписания актов сверки является декабрь 2017 года, то есть после истечения сроков исковой давности предъявления такой задолженности. Действуя разумно и добросовестно, независимый руководитель общества, не аффилированный но отношению к кредитору, осознавая, что срок предъявления задолженности в размере более 63 000 000 рублей истёк, не подписал бы акты сверки, предоставляющие кредитору возможность получения такой задолженности.

Более того, до момента обращения с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Калгутиснкое», общество не предпринимало каких-либо действий по взысканию такой задолженности, в том числе в принудительном порядке.

Исследовав информацию, содержащуюся в актах сверки, суд отмечает, что какие-либо операции, как по дебету, так и по кредиту в них не отражены, при этом акты подписаны в отношении каждого обязательства ООО «Калгутинское» перед ООО «Эдельвейс» совпадающих со структурой задолженности, указанной в рассматриваемом заявлении.

Так, имеется отдельный акт сверки на сумму задолженности, подтвержденную мировым соглашением - 158 261 263 руб. 10 коп. (том 3 л.д. 111), при этом заявителем, также представлены акты сверки в отношении задолженности в сумме 1 523 352 руб. 82 коп., а также в сумме 1 289 988 руб. 25 коп., которая, как отмечено выше, была ранее учтена в составе требований ООО «Эдельвейс» при заключении мирового соглашения в рамках дела о банкротстве ООО «Калгутинское» № А02-1046/2008.

Таким образом, цель подписания указанных выше актов ничем не обусловлена и не подтверждена объективными обстоятельствами.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание установленные выше факты наличия заинтересованности, суд отмечает, что у заявителя и должника имелась реальная возможность для формального составления актов сверки, с указанием в них произвольных дат, на которые производится сверка расчетов, исключительно с целью преодоления заявления о пропуске срока исковой давности в обход положений статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, суд критически оценивает и не принимает акты сверки расчетов в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих, что срок исковой давности по указанным выше требованиям прерывался.

В силу части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах, задолженность в сумме 62 740 000 руб., право требования которой перешло к заявителю в результате заключение сделки с ООО «Сибинвест», а также в общем размере 712 000 руб., возникшей из договоров оказания консультационных услуг, право требования которой перешло к ООО «Эдельвейс» в результате подписания договоров цессии с ООО «Ваш консультант», также не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Разрешая ходатайства временного управляющего о наложении судебных штрафов, суд приходит к следующим выводам.

20.05.2019 года временным управляющим заявлено ходатайство о наложении судебного штрафа за неисполнение определения суда об истребовании доказательств на руководителя Мешанского межрайонного отдела следственного управления по Центральному административному округу следственного комитета Российской Федерации.

В последующем, ФИО2 отказался от указанного выше требования, что является основание для прекращения производства по данному ходатайству на основании статей 49, 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

05.09.2019 временный управляющий представил ходатайство о наложении судебного штрафа на ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ФИО3 за не предоставление отзыва на заявление.

Статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что вступившие в законную силу судебные акты - решения, определения, постановления арбитражных судов обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу абзаца 2 части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования арбитражного суда о представлении доказательств, сведений и других материалов, даче объяснений, разъяснений, заключений и иные требования, связанные с рассматриваемым делом, являются также обязательными и подлежат исполнению органами, организациями и лицами, которым они адресованы.

Частью 2 указанной статьи предусмотрено, что неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Ответственность за неисполнение судебного акта предусмотрена частью 1 статьи 332 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, за неисполнение судебного акта арбитражного суда органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами, организациями, должностными лицами и гражданами арбитражным судом может быть наложен судебный штраф по правилам главы 11 настоящего Кодекса в размере, установленном федеральным законом.

Указанная норма призвана обеспечить обязательное исполнение принятых арбитражными судами судебных актов и, следовательно, восстановить нарушенные права лиц, обратившихся в суд за их защитой.

Из материалов обособленного спора следует, что суд лишь предлагал ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ФИО3 представить мотивированный отзыв на заявление.

16.12.2019 указанными выше лицами в суд представлены отзывы на требования ООО «Эдельвейс».

Таким образом, суд не расценивает указанные действие как злостное уклонение от исполнения судебного акта.

На основании изложенного, а также учитывая, что указанные выше обстоятельства не привели к затягиванию рассмотрения обособленного спора, суд не находит оснований для наложения штрафа на ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ФИО3.

Руководствуясь статьями 16, 71, 134, 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 223-225 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

определил:

Включить требования общества с ограниченной ответственностью Эдельвейс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 107140, <...>, пом. I, ком. 105Е, оф. 9) в сумме 158 261 263 (сто пятьдесят восемь миллионов двести шестьдесят одна тысяча двести шестьдесят три) руб. 10 коп., в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Калгутинское» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 649780, Республика Алтай, <...>) в составе третьей очереди удовлетворения, как обеспеченные залогом 108131 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций акционерного общества «Калгутинское» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, № выпуска акций – 1-01-13118-F.

В остальной части заявленных обществом с ограниченной ответственностью Эдельвейс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 107140, <...>, пом. I, ком. 105Е, оф. 9) требований, отказать.

В удовлетворении ходатайства о наложении судебного штрафа на ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ФИО3, отказать.

Производство по ходатайству о наложении судебного штрафа на руководителя Мешанского межрайонного отдела следственного управления по Центральному административному округу следственного комитета Российской Федерации, прекратить.

Определение может быть обжаловано в десятидневный срок в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) через Арбитражный суд Республики Алтай.

Судья А.А. Борков