Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Курепко Е.В., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, видеопротоколирования и информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) секретарем судебного заседания Клименко Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего ФИО1 ФИО2 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о признании ФИО1 (<...>, 12.05.1957 г. р., ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес: 309000, <...>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо: Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской федерации,

третьи лица - СУ СК России по Воронежской области, Межрайонная инспекция ИФНС России № 9 по Воронежской области, ФИО3, ФИО4, ООО «Торговый Дом «Оскол» (в лице конкурсного управляющего ФИО5),

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего – не явился, извещен надлежащим образом;

от ПАО Сбербанк – ФИО6, по доверенности, паспорт;

от ФИО3 –ФИО7, по доверенности, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

АО «Страховая бизнес группа» обратилось в суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 27.05.2016 (резолютивная часть определения от 20.05.2016) в отношении ФИО1 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением суда от 13.10.2016 финансовый управляющий ФИО8 освобожден от исполнения своих обязанностей в деле о банкротстве ФИО1

Определением от 01.11.2016 финансовым управляющим ФИО1 утвержден ФИО2, член саморегулируемой организации арбитражных управляющих Союза «СРО АУ «Стратегия».

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 24.01.2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО1 ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением к УФК по Воронежской области, в котором просит признать недействительными:

- сделку по перечислению денежных средств ООО Торговый «Оскол» в УФК по Воронежской области по платежному поручению № 13041 от 23.10.2017 г. на сумму 1 300 000 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 1 300 000 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО3 в УФК по Воронежской области по чек ордеру (номер операции 5001) от 21.10.2017 г. на сумму 1 456 551 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 1 456 551 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО3 в УФК по Воронежской области по чек ордеру (номер операции 232) от 19.10.2017 г. на сумму 2 000 000 руб. с наименование платежа возмещение ущерба ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 2 000 000 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО3 в УФК по Воронежской области по чек-ордеру (номер операции 503) от 25.10.2017 г. на сумму 400 000 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 400 000 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО3 в УФК по Воронежской области по чек ордеру (номер операции 4999 от 25.10.2017 г.) на сумму 1 600 000 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 1 600 000 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО3 в УФК по Воронежской области по чек-ордеру (номер операции 133) от 03.12.2018 г. на сумму 10 000 000 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 10 000 000 руб.;

- сделку по перечислению денежных средств ФИО4 в УФК по Воронежской области по чек-ордеру (операция 69) от 03.12.2018 г. на сумму 6 554 583 руб. с наименование платежа возмещение ущерба за ФИО1. Применить последствия недействительной сделки. Взыскать с УФК по Воронежской области в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 6 554 583 руб.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 07.02.2020 заявление финансового управляющего ФИО1 ФИО2 возвращено заявителю.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2020 определение Арбитражного суда Белгородской области от 07.02.2020 по делу №А08-8235/2015 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Белгородской области.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 14.04.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования привлечены: ФИО3, ФИО4, ООО «Торговый Дом «Оскол» в лице конкурсного управляющего ФИО5

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 27.04.2022 произведена процессуальная замена Межрайонной ИФНС №9 по Воронежской области на его правопреемника – Межрайонную ИФНС №3 по Воронежской области.

От финансового управляющего поступило ходатайство о замене ответчика.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 13.07.2022 произведена процессуальная замена ответчиков с МИ ФНС России №3 по Воронежской области, УФК по Воронежской области, СУ СК России по Воронежской области, на ответчика Российскую Федерацию в лице Министерства финансов Российской Федерации.

В судебном заседании представитель кредитора ПАО Сбербанк требования финансового управляющего поддержал, просил удовлетворить.

Представитель третьего лица ФИО3 считает требования заявителя не обоснованными.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации при рассмотрении требований и в письменном отзыве считает требования заявителя не обоснованными, указывает, что рассматриваемое требование не может быть предъявлено к Министерству финансов Российской Федерации, заявляет о пропуске срока исковой давности.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие (ч. 5 ст. 156 АПК РФ).

Рассмотрев материалы дела, выслушав присутствующих представителей, суд считает заявление финансового управляющего не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований финансовым управляющим указано, что в ходе процедуры реализации в отношении Должника финансовым управляющим было установлено, что в рамках уголовного дела были осуществлены перечисление денежных средств, в счет возмещения за гр. ФИО1 ущерба Российской Федерации третьими лицами: перечисление денежных средств в размере 1 300 000 руб. 00 коп. платежным поручением № 13041 от 23.10.2017 г. было осуществлено ООО Торговый «Оскол»; перечисления денежных средств в сумме 15 456 551 руб. были осуществлены ФИО3 по платежному документу № 5001 от 21.10.2017 г. на сумму 1 456 551 руб., № 232 от 19.10.2017 г. на сумму 2 000 000 руб., № 503 от 25.10.2017 г. на сумму 400 000 руб., № 499 от 25.10.2017 г., № 133 oт 03.12.2018 г. на сумму 10000000 руб. с назначением платежа: возмещение ущерба за ФИО1; перечисление денежных средств в размере 6 554 583 руб. 00 коп. по платежному документу № 69 от 03.12.2018 г. на сумму 6 554 583 руб. с назначением платежа: возмещение материального ущерба бюджету РФ в рамках уголовного дела было произведено ФИО4

Указывает, что 18.11.2015 к производству Арбитражного суда Белгородской области принято заявление АО «Страховая бизнес труппа» о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Оспариваемые сделки совершены в период с 19.10.2017 г. по 03.12.2018 г., заявление о несостоятельности (банкротстве) гр. ФИО1 было принято судом к производству 18.11.2015 г. следовательно, оспариваемые сделки совершены после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, соответственно в пределах срока установленного п. 2 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

На дату совершения оспариваемых сделок у гр. ФИО1 имелась задолженность перед иными кредиторами Должника на общую сумму 4 293 840 589 руб. 27 коп, в том числе: АО «Страховая бизнес группа» - 2 183 294 руб. 46 коп., ФИО9 2893873 руб. 11 коп., ООО «Кварт» - 94 352 498 руб. 52 коп., ООО «ФПК» - 94 352 498 руб. 52 коп., ООО «Виртер» - 94 352 498 руб. 52 коп., ПАО «Сбербанк России» - 2 379 320 953 руб. 57 коп., ООО «Нондаре» - 172 070 624 руб. 42 коп., АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) - 1 191 681 239 руб. 63 коп., ООО «Квант» - 242 194 532 руб. 90 коп.

При наличии у Должника иных неисполненных обязательств в отношении кредиторов, требования которых возникли к ФИО1 до принятия арбитражным судом заявления о банкротстве Должника, т.е. до 18.11.2015 г.. оспариваемые платежи совершены в отношении только одного кредитора минуя требования других кредиторов Должника, преимущественно перед другими кредиторами, что привело к частичному погашению требования только Ответчика.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, совершенные безналичные платежи привели к тому, что отдельному кредитору было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существующих до совершения оспариваемых сделок, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством, поскольку на момент указанного исполнения у должника имелась задолженность перед кредиторами, в связи с чем он обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом такого заявления (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Сделка, совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

С учетом даты возбуждения дела о банкротстве ФИО1, суд приходит к выводу о совершении оспариваемых платежей в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в производстве следственного управления находилось уголовное дело № 11702200029300006 по обвинению ФИО1 и иных лиц в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, ч.4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ). Следствием установлено, что в период с января 2015 года по 06.12.2016 ФИО1 совместно с иными лицами под реквизитами ООО «КХПК» совершил хищение бюджетных средств и приобретение права на указанные средства путем незаконного возмещения НДС в общей сумме 26 393 210 руб. 04 коп.

В рамках предварительного следствия на счет № 40302810400001000035, открытый в УФК по Воронежской области для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение следственного управления, в целях возмещения ущерба, причиненного совершенным ФИО1 преступления, поступили денежные средства от третьих лиц в общей сумме 6 756 551 руб., что подтверждается платежными документами:

-платежное поручение № 703011 от 20.10.2017 о зачислении денежных средств в сумме 2 000 000 руб. от ФИО3 в счет возмещения ущерба за ФИО1;

-платежное поручение № 13041 от 20.10.2017 о зачислении денежных средств в сумме 1 300 000 руб. от ООО Торговый дом «Оскол» в счет возмещения ущерба за ФИО1;

-платежное поручение № 726651 от 23.10.2017 о зачислении денежных средств в сумме 1 456 551 руб. от ФИО3 в счет возмещения ущерба за ФИО1;

-платежное поручение № 679838 от 26.10.2017 о зачислении денежных средств в сумме 400 000 руб. от ФИО3 в счет возмещения ущерба за ФИО1;

-платежное поручение № 736365 от 26.10.2017 о зачислении денежных средств в сумме 1 600 000 руб. от ФИО3 в счет возмещения ущерба за ФИО1

Денежные средства в соответствии с постановлением следователя от 02.12.2017 признаны вещественными доказательствами по уголовному делу.

27.07.2018 уголовное дело № 11702200029300006 направлено в прокуратуру Воронежской области для утверждения обвинительного заключения, а затем прокурором - в суд для рассмотрения по существу. Вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Воронежа от 28.02.2019 ФИО1 признан виновным в совершении указанного преступления, ему назначено наказание в виде трех лет лишения свободы условно со штрафом 250 000 рублей.

Указанным приговором также частично удовлетворено исковое заявление заместителя прокурора Воронежской области о взыскании в доход бюджета Российской Федерации 6 756 551 руб. путем обращения взыскания на денежные средства, внесенные в ходе предварительного следствия в целях возмещения ущерба на счет УФК по Воронежской области (СУ СК России по Воронежской области). В остальной части исковых требований прокуратуры было отказано, поскольку согласно представленным МИ ФНС России № 9 по Воронежской области дынным, ФИО1 добровольно возмещен причиненный ущерб в размере 16 554 583 руб.

Постановлением Центрального районного суда г. Воронежа от 17.04.2019 в резолютивную часть приговора внесены изменения, связанные с указанием органа, в доход кого следует обратить взыскание денежных средств по удовлетворенному иску прокуратуры, судом указано, что денежные средства, находящиеся на депозитном счете следственного управления, необходимо обратить в доход бюджета Российской Федерации в лице межрайонной инспекции ФНС России № 9 по Воронежской области в возмещение ущерба, причиненного преступлением.

Во исполнение постановления суда 15.05.2019 указанные денежные средства в сумме 6 756 551 руб. перечислены в указанный налоговый орган для последующего обращения в бюджет Российской Федерации, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами, в том числе:

-платежным поручением № 33784 от 15.05.2019 о перечислении денежных средств в сумме 1 300 000 руб.;

-платежным поручением № 33785 от 15.05.2019 о перечислении денежных средств в сумме 1 600 000 руб.;

-платежным поручением № 33786 от 15.05.2019 о перечислении денежных средств в сумме 400 000 руб.;

-платежным поручением № 33787 от 15.05.2019 о перечислении денежных средств в сумме 1 456 551 руб.;

-платежным поручением № 33788 от 15.05.2019 о перечислении денежных средств в сумме 2 000 000 руб.

Согласно требованиям Инструкции по организации контроля за фактическим возмещением ущерба, причиненного налоговыми преступлениями, утвержденной совместным приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации, ФНС России, МВД России, Следственного комитета Российской Федерации от 08,06.2015 N 2867ММВ-7-2/232@, органам прокуратуры Российской Федерации, МВД России, Следственного комитета Российской Федерации и ФНС России в вопросах противодействия преступлениям в сфере налогообложения одним из приоритетных направлений необходимо считать возмещение ущерба, причиненного бюджетной системе Российской Федерации.

При таких обстоятельствах следственное управление действовало в соответствии с требованиями закона во исполнение вступившего в законную силу приговора суда. В соответствии со статьей 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда обязательны для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение приговора, определения, постановления суда влечет за собой ответственность, предусмотренную статьей 315 УК РФ (Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта).

Из приговора Центрального районного суда г. Воронежа от 28.02.2019 ФИО1 следует, что ФИО1 содержался по данному уголовному делу под стражей с 07.09.2017 по 25.10.2017, и под домашним арестом с 26.10.2017 по 25.04.2018.

Пунктом 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

В соответствии с п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий вправе запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.

Физические лица, юридические лица, государственные органы, органы управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органы местного самоуправления представляют запрошенные арбитражным управляющим сведения в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы.

Права и обязанности финансового управляющего определены положениями ст. 213.9 Закона о банкротстве и направлены на достижение цели процедуры реализации имущества гражданина - соразмерное удовлетворение требований кредиторов (ст. 2 Закона о банкротстве).

В силу пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества должника и обеспечению его сохранности. Гражданин в свою очередь обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом.

При этом необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям, запрашивает сведения об исполнительных производствах и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Сведения, составляющие личную, коммерческую, служебную, банковскую, иную охраняемую законом тайну и полученные финансовым управляющим при осуществлении своих полномочий, не подлежат разглашению, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

За разглашение сведений, составляющих личную, коммерческую, служебную, банковскую, иную охраняемую законом тайну, финансовый управляющий несет гражданско-правовую, административную, уголовную ответственность.

Сведения о наличии (отсутствии) возбужденных уголовных дел в отношении должника могут иметь значение для установления обстоятельств, названных в абзаце четвертом п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Однако, несмотря на то, что уголовное дело в отношении должника возбуждено в период рассмотрения дела о банкротстве ФИО1, финансовым управляющим ФИО2 не представлено доказательств обращения в правоохранительные органы с запросом информации о наличии (отсутствии) возбужденных уголовных дел в отношении должника ФИО1, а равно с ходатайством об ознакомлении с материалами уголовного дела в отношении должника и того, что ему было отказано в ознакомлении с материалами уголовного дела в отношении ФИО1 Ходатайств об истребовании соответствующей информации в правоохранительных органах от ФИО2 в рамках дела №А08-8235/2015 в арбитражный суд также не поступало.

Из материалов дела №А08-8235/2015 следует, что начиная с 01.11.2016 даты утверждения финансовым управляющим в процедуре реструктуризации долгов, с 24.01.2017 - даты утверждения финансовым управляющим в процедуре реализации имущества должника, ФИО2 должен был предпринимать действия по поиску имущества должника и по выявлению сделок. Поскольку уголовное дело было возбуждено по деяниям должника, осуществляемым в период с января 2015 года по 06.12.2016, т.е. в период проведения процедуры банкротства: реструктуризации долгов, управляющий должен был знать о том, что в отношении должника велось производство по уголовному делу и, что ФИО1 содержался по данному уголовному делу под стражей с 07.09.2017 по 25.10.2017, и под домашним арестом с 26.10.2017 по 25.04.2018 и, что в период с 19.10.2017 по 03.12.2017 были осуществлены оспариваемые в настоящем обособленном споре платежи.

Срок исковой давности для обращения финансового управляющего с заявлением о признании недействительными оспоримых сделок по перечислению третьими лица денежных сумм в счет возмещения ущерба за ФИО1 начал течь со дня их совершения, и истёк соответственно 20 октября 2018 года, 23 октября 2018 года, 26 октября 2018 года и 03 декабря 2019 года.

Таким образом, к моменту обращения с заявлением в арбитражный суд 10.01.2020 годичный срок давности для оспаривания сделки истек.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При этом финансовый управляющий возражений по доводам о пропуске срока исковой давности не представил.

Принимая во внимание отсутствие со стороны финансового управляющего доказательств, опровергающих заявленные доводы о пропуске срока исковой давности, суд руководствуется позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 8127/13 от 15.10.2013г. по делу А46-12382/2012, согласно которой суд не вправе исполнять обязанность ответчика по опровержению доказательств, представленных другой стороной, поскольку это нарушает фундаментальные принципы арбитражного процесса, как состязательность и равноправие сторон (ч. 1 ст.9, ч. 1 ст. 65 , ч. 3.1 и 5 ст. 70 АПК РФ).

Доводы ПАО Сбербанк об отсутствии пропуска срока исковой давности ввиду того, что арбитражный управляющий обратился с заявлением об оспаривании сделок 10.01.2020 в пределах трехлетнего срока исковой давности, суд находит не состоятельными, так как согласно сложившейся в судебной практике правовой позиции, которая отражена, в частности, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 24.10.2017 № 305-ЭС 17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС 18-22069, квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

С учетом изложенного, оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ, и, как следствие, трехлетнего срока исковой давности, не имеется.

Кроме того, суд находит обоснованными доводы представителя Министерства Финансов Российской Федерации о том, что решение о возврате излишне уплаченных (взысканных) платежей в бюджет принимает администратор доходов бюджета, а не Министерство Финансов Российской Федерации.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Выбор способа защиты нарушенного права из предусмотренных законодательством способов принадлежит истцу.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке на основании пункта 2 статьи 167 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества, приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из систематического толкования указанных выше законоположений, при взыскании оспариваемых денежных средств с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации, Минфин России автоматически приобретает статус кредитора по отношению к ФИО1, хотя Минфин России не являлся стороной по сделкам, которые Заявитель просит признать недействительной, не включается в реестр кредиторов должника.

На основании пункта 1 статьи 51 БК РФ неналоговые доходы федерального бюджета формируются в соответствии со статьями 41, 42 и 46 БК РФ.

В соответствии со статьей 41 БК РФ средства, полученные в результате применения мер гражданско-правовой, административной и уголовной ответственности, в том числе штрафы, конфискации, компенсации, а также средства, полученные в возмещение вреда, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, муниципальным образованиям, и иные суммы принудительного изъятия, в соответствии с пунктом 3 статьи 41 БК РФ, относятся к неналоговым доходам.

По смыслу статьи 46 БК РФ суммы денежных взысканий за нарушение уголовного законодательства Российской Федерации, - зачисляются в федеральный бюджет - по нормативу 100 процентов.

В силу пункта 17 статьи 46 БК РФ денежные средства, обращенные в собственность государства на основании обвинительных приговоров судов, подлежат зачислению в федеральный бюджет по нормативу 100 процентов, за исключением случаев, установленных настоящим Кодексом.

Оспариваемые денежные средства в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, были перечислены в доход бюджета Российской Федерации.

По смыслу подпункта 3 пункта 2 статьи 160.1 БК РФ администратор доходов бюджета обладает следующими бюджетными полномочиями: принимает решение о возврате излишне уплаченных (взысканных) платежей в бюджет, пеней и штрафов, а также процентов за несвоевременное осуществление такого возврата и процентов, начисленных на излишне взысканные суммы, и представляет поручение в орган Федерального казначейства для осуществления возврата в порядке, установленном Министерством финансов Российской Федерации.

В данной ситуации МИФНС России № 9 по Воронежской области была признана потерпевшей по уголовному делу, наделена бюджетным полномочием администратора доходов бюджета.

Таким образом, именно администратор доходов бюджета принимает решение о возврате излишне уплаченных (взысканных) платежей в бюджет, пеней и штрафов, а также процентов за несвоевременное осуществление такого возврата и процентов, начисленных на излишне взысканные суммы (глава 12 Налогового кодекса Российской Федерации).

В пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 28.05.2019 № 13, на который ссылается представитель ПАО «Сбербанк» речь идет о том, что исходя из содержания подпункта 1 пункта 3 пункта 3 статьи 158 БК РФ критерием определения главного распорядителя бюджетных средств, выступающего в суде от имени публично-правового образования по искам о возмещении вреда, является ведомственная принадлежность причинителя вреда (органа государственной власти, государственного органа, органа местного самоуправления или должностных лиц этих органов) независимо от источника его финансирования.

При отсутствии либо невозможности определить орган, наделенный полномочиями главного распорядителя бюджетных средств, от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации и муниципального образования в суде выступает соответственно Минфин России, финансовый орган субъекта Российской Федерации, финансовый орган муниципального образования (статья 1071 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, применительно к указанным выше положениям, речь идет о таком способе защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 ГК РФ, как возмещение убытков, которое производится по правилам статей 15, 16, 1069 ГК РФ, которые опираются на общие основания возмещения вреда (статья 1064 ГК РФ), устанавливающие ответственность за виновные действия.

В соответствии со статьей 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

В силу статьи 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании статьи 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

При этом необходимо, чтобы были соблюдены в соответствии со статьей 1064 ГК РФ следующие условия возмещения вреда: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Применение же аналогии разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 28.05.2019 № 13 (в котором речь идет о подпункте 1 пункта 3 пункта 3 статьи 158 БК РФ) к подпункту 3 пункта 3 пункта 3 статьи 158 БК РФ не представляется обоснованным в силу части 6 статьи 13 АПК РФ, в соответствии с которой арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона) только в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы федеральным законом и другими нормативными правовыми актами.

В рассматриваемом случае, спорные отношения урегулированы специальными нормами как бюджетного, так и гражданского законодательства Российской Федерации.

Кроме того, исходя из смысла пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве могут быть оспорены сделки, совершенные должником, либо не должником, но за его счет, то есть сделки с участием имущества должника (пункт 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Отсюда следует, что для применения специальных оснований, предусмотренных Законом о банкротстве для оспаривания сделок, которые совершены за счет должника, необходимым условием является участие в сделке именно имущества должника - находящегося у него либо подлежащего поступлению в конкурсную массу.

Условием признания недействительной сделки должника в виде перечисления третьим лицом денежных средств за должника в порядке является совершение сделки за счет должника, а также учитывая то, что сделка в виде платежа может быть признана совершенной за счет должника лишь в случае, если перечисление денежных средств было произведено в счет исполнения обязательства плательщика перед должником, обстоятельством, имеющим значение для рассмотрения спора о признании такой сделки недействительной, является установление факта наличия (отсутствия) между должником и плательщиком обязательственных отношений.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В своих пояснениях стороны указывали, что ФИО1 обращался в Старооскольский городской суд Белгородской области с иском к ФИО10, ФИО11 о взыскании в солидарном порядке денежных средств в сумме 12 000 000,00 руб. в связи с погашенным ущербом по уголовному делу в сумме 16 554 583,00 руб.

Решением суда от 29.10.2019 по делу № 2-3801/2019 в удовлетворении иска отказано. Отказ в удовлетворении иска указывает на то обстоятельство, что принадлежность ФИО1 денежных средств, уплаченных в возмещение ущерба, в судебном порядке не установлена и не доказана.

В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства того, что между ФИО1 и ФИО3, ФИО4 - между должником и плательщиком, - имелись обязательственные отношения.

Также отсутствуют доказательства принадлежности оспариваемых денежных сумм ФИО1 Сведения, представленные по запросу суда МИФНС №4 по Белгородской области, ОПФР по Белгородской области данных обстоятельств также не подтверждают. Не предъявление ООО «Торговый дом Оскол», ФИО3, ФИО4 каких-либо требований в рамках дела о банкротстве к ФИО1 не может однозначно свидетельствовать об осуществлении спорных платежей за счет должника.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, денежные суммы, перечисленные добровольно третьими лицами в счёт возмещения ущерба государству, причиненного мошенническими действиями ФИО1, не являлись деньгами должника и не принадлежали ему. В рассматриваемом случае деньги получило предприятие, то есть обогатилось ООО «КХПК», а не конкретно ФИО1, поскольку налог на добавленную стоимость фактически возмещался государством именно налогоплательщику (юридическому лицу-ООО «КХПК»), а не физическому лицу. Таким образом, государству добровольно третьими лицами возмещён ущерб за предприятие, а именно за незаконно полученные ООО «КХПК» налоговые вычеты (НДС).

Кроме того, ввиду самого источника происхождения и природы оспариваемых денежных средств, необходимо иметь ввиду, что действия по возмещению ущерба, причиненного преступлением в сфере экономики, не могут быть рассмотрены в качестве сделки, повлекшей преимущественное удовлетворение требований кредитора. Данные денежные средства были добыты преступным путем, похищены путем совершения мошеннических действий из бюджета Российской Федерации (установлено приговором Центрального районного суда г. Воронежа от 28.02.2019) и не могут быть легализованы и направлены на удовлетворение требований лиц, перед которыми должник несет ответственность по гражданско-правовым обязательствам. Ни Российская Федерация, ни МИФНС России № 9 по Воронежской области в рассматриваемом случае не относятся к кредиторам должника по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве, имеющими к нему право требования по денежным или иным обязательствам, по требованиям об уплате обязательных платежей.

Иное означало бы взыскание похищенных из бюджета Российской Федерации денежных сумм в пользу лица, их похитившего.

Требования финансового управляющего фактически сводятся к тому, что денежные средства, перечисленные в счет добровольного погашения ущерба Российской Федерации, подлежат легализации и использованию для расчетов с кредиторами, что является недопустимым в силу закона.

Данная позиция подтверждается постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 24.09.2019 по делу № А14-5785/2016.

Руководствуясь статьями 61.1 - 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 101, 110, 184-188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Отказать финансовому управляющему ФИО1 ФИО2 в удовлетворении заявленных требований полностью.

Определение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области в установленный законом срок.

Судья

Курепко Е. В.