Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Цветковой Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бардаковой Л.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ФИО1 о процессуальном правопреемстве и замене кредитора c общества с ограниченной ответственностью «ВологдаМашСервис» на ФИО1,

с участием в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, открытого акционерного общества «Соколстром», общества с ограниченной ответственностью «СК «Нева-Строй», ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Техностром Северо-Запад», общества с ограниченной ответственностью «Новогритинский»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (дата рождения - 31.01.1977, место рождения: г. Череповец; ИНН <***>, место регистрации: <...>),

при участии финансового управляющего ФИО4 лично,

у с т а н о в и л:

ФИО5 (далее - ФИО5, заявитель по делу) 23.11.2016 обратился в Арбитражный суд Вологодской области (далее – суд, арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО3 (далее - ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05 декабря 2016 года заявление ФИО5 принято к производству суда, возбуждено производство по делу о несостоятельности должника.

Определением суда от 16.02.2017 (резолютивная часть оглашена 13.02.2017) в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО4 (ИНН <***>; адрес для корреспонденции: 160000, <...>).

Решением суда от 06 июня 2017 года (дата оглашения резолютивной части – 30 мая 2017 года) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением суда от 26.06.2017 (резолютивная часть оглашена 13.06.2017) в рамках дела о банкротстве ФИО3 (№ А13-15556/2016) признаны установленными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 требования конкурсного кредитора – публичного акционерного общества «Севергазбанк» (далее – ПАО «Банк СГБ», Банк) в размере 22 883 385 рублей 18 копеек, в том числе 18 281 736 рублей 34 копейки основного долга, 3 017 437 рублей 36 копеек процентов за пользование кредитом и 1 584 211 рублей 48 копеек штрафной неустойки.

Определением суда от 05.04.2018 в рамках дела о банкротстве ФИО3 произведена замена заявителя по делу и конкурсного кредитора - ФИО5, включенного в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3, на его правопреемника – ООО ТК «Кирпичник».

ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель) 30.05.2019 обратилась в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве и замене конкурсного кредитора с ООО «ВологдаМашСервис» на ФИО1 с суммой требований в размере 18 735 562 рублей 70 копеек в связи с частичным погашением долга как одним из поручителей.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены открытое акционерное общество «Соколстром» (далее – ОАО «Соколстром») и общество с ограниченной ответственностью «СК «Нева-Строй» (далее – ООО «СК «Нева-Строй»), ФИО2 (далее – ФИО2), общество с ограниченной ответственностью «Техностром Северо-Запад» (далее – ООО «Техностром Северо-Запад»), общество с ограниченной ответственностью «Новогритинский» (далее – ООО «Новогритинский»).

В настоящем судебном заседании финансовый управляющий возражал против удовлетворения ходатайства о процессуальном правопреемстве по изложенным в отзыве доводам.

Представитель уполномоченного органа просил разрешить ходатайство в соответствии с действующим законодательством.

Иные участвующие в деле лица в суд не явились, надлежащим образом уведомлены о дате и времени судебного заседания в прядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Судебное заседание проведено в соответствии со статьей 156 АПК РФ по имеющейся явке.

В ходе рассмотрения настоящего спора от ФИО1 поступило заявление об отказе от заявленных требований. Представители участвующих в деле лиц возражали против принятия судом отказа ФИО1 от заявленного ходатайства о процессуальном правопреемстве.

Определением от 10.10.2019 суд отказал ФИО1 в принятии отказа от заявленных требований в связи с нарушением принятием данного отказа прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве ФИО3

В предыдущих судебных заседания представитель ОАО «Соколстром» возражал против удовлетворения заявленных требований, представитель ООО «ВологдаМашСервис» просил произвести процессуальное правопреемство.

Исследовав представленные доказательства, заслушав мнение финансового управляющего, суд считает заявление о процессуальном правопреемстве подлежащим удовлетворению.

В соответствии со статьёй 48 АПК РФ в случае выбытия одной из сторон в установленном решением суда правоотношении (в частности, уступки требования) суд производит замену этой стороны её правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

В соответствии со статьёй 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не ограничивает право на процессуальное правопреемство в рамках дела о банкротстве, по сравнению с правом, предоставленным АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между Банком и ОАО «Соколстром» (Заемщик) заключен кредитный договор от 19.03.2014 <***>, в соответствии с которым Банк обязался предоставлять заемщику денежные средства в виде текущих кредитов, общая сумма которых не может превышать установленного «лимита задолженности» в сумме 23 000 000 рублей, а с даты оформления (подписания) договора залога оборудования лимит выдачи по договору увеличивается до 47 000 000 рублей. Срок кредитования установлен до 17.03.2017 с начислением процентов за пользование кредитом в размере 14% годовых.

Обязательства ОАО «Соколстром» по данному договору обеспечивались поручительством ФИО3 и ФИО1, заключивших с Банком договоры поручительства соответственно <***>/П1 и 0001/039-14/П2, а также залогом принадлежащего ОАО «Соколстром» оборудования и ипотекой недвижимого имущества.

27.02.2015 между Банком и заемщиком заключено дополнительное соглашение, действующее с 01.03.2015, согласно которому проценты за пользование чужими денежными средствами установлены в размере 19% годовых. Аналогичные дополнительные соглашения были заключены и к договорам поручительства.

В соответствии с пунктом 8.2 кредитного договора установлена неустойка в размере 0,5% от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки исполнения обязательства.

Во исполнение условий договора Банком в период с 20.04.2014 по 20.05.2014 на расчетный счет заемщика траншами в пределах установленного лимита были перечислены денежные средства в размере 45 000 000 рублей.

В связи с ненадлежащим исполнением ОАО «Соколстром» своих обязательств перед ПАО «Банк СГБ» последний обратился в суд за защитой своих нарушенных прав.

Решением Сокольского районного суда Вологодской области от 21.11.2016 по делу № 2-2471/2016 в солидарном порядке с ОАО «Соколстром», ФИО3 и ФИО1 в пользу ПАО «Банк СГБ» взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 19.03.2014 в размере 18 719 965 рублей 12 копеек, рассчитанная по состоянию на 12.09.2016, в том числе основной долг – 18 281 736 рублей 34 копейки и неустойка – 438 228 рублей 78 копеек.

Кроме того, данным решением в солидарном порядке с ОАО «Соколстром» и ФИО3 в пользу ПАО «Банк СГБ» взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 19.03.2014 в размере 1 627 327 рублей 37 копеек, рассчитанная по состоянию на 12.09.2016, в том числе проценты за пользование кредитом за период с 01.032015 по 12.09.2016 – 1 566 672 рубля 34 копейки и неустойка – 60 655 рублей 03 копейки.

Также с ФИО3 в пользу Банка взысканы расходы по уплате госпошлины в сумме 21 000 рублей.

Решение суда не обжаловано, вступило в законную силу 29.12.2016.

Определением суда от 26.06.2017 (резолютивная часть оглашена 13.06.2017) в рамках дела о банкротстве ФИО3 (№ А13-15556/2016) требования Банка признаны установленными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в размере 22 883 385 рублей 18 копеек, в том числе 18 281 736 рублей 34 копейки основного долга, 3 017 437 рублей 36 копеек процентов за пользование кредитом и 1 584 211 рублей 48 копеек штрафной неустойки.

29.12.2017 между ПАО «Банк СГБ» (Цедент) и ООО «ВологдаМашСервис» (Цессионарий) заключен договор уступки прав требований, по которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает и оплачивает требования к ОАО «Соколстром» (Должник) по кредитному договору от 19.03.2014 <***>, заключенному между Цедентом и Должником и подтвержденные решением Сокольского районного суда Вологодской области от 21.11.2016 по делу № 2-2471/2016.

Одновременно с уступкой имущественных прав по кредитному договору Цедент передает Цессионарию свои права, возникшие из договора поручительства <***>/П1 от 19.03.2014, заключенного между Цедентом и ФИО3, договора поручительства <***>/П2 от 19.03.2014, заключенного между Цедентом и ФИО1, договора о залоге оборудования <***>/О1 от 02.04.2014 и договора о залоге объектов недвижимости от 19.03.2014, заключенного между Цедентом и ОАО «Соколстром».

С даты перехода прав требований Цедент утрачивает право предъявления к Должнику требований, вытекающих из кредитного договора, в том числе право на получение каких-либо процентов, сумм комиссий, пени и уплаченной Цедентом госпошлины.

Уступаемые прав требования составляют 24 849 075 рублей 90 копеек, в том числе 18 281 736 рублей 34 копейки основного долга, 6 029 455 рублей 75 копеек процентов за пользование кредитом, 498 883 рубля 81 копейка штрафной неустойки, 39 000 рублей расходов по оплате госпошлины (пункт 12.4 договора).

В соответствии с пунктом 2.5 договора уступки датой перехода уступаемых прав требований от Цедента к Цессионарию является дата передачи Цедентом Цессионарию по акту приема-передачи документов, подтверждающих наличие и размер уступаемых прав требований. переходит к Новому кредитору с момента его оплаты. Доказательством перехода прав для сторон и третьих лиц является платежный документ.

Уступка требований, осуществляемая по договору уступки, является возмездной (пункт 2.1 договора). Документы, устанавливающие права требования, переданы Цедентом и приняты Цессионарием по акту приема-передачи от 29.12.2017. Должник о состоявшейся уступке уведомлен.

Определением суда от 11.05.2018 (резолютивная часть объявлена 07.05.2018) в рамках дела № А13-15556/2016 произведена замена конкурсного кредитора - ПАО «Банк СГБ», включенного в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3, на его правопреемника – ООО «ВологдаМашСервис» в размере требований, установленных определением арбитражного суда от 26.06.2017 на сумму 22 883 385 рублей 18 копеек, в том числе 18 281 736 рублей 34 копейки основного долга, 3 017 437 рублей 36 копеек процентов за пользование кредитом и 1 584 211 рублей 48 копеек штрафной неустойки.

ООО «СК Нева-Строй» во исполнение определения арбитражного суда от 18.02.2019 по делу № А13-8141/2017 о банкротстве ФИО1 перечислило в депозит нотариуса ФИО6 денежные средства на общую сумму 18 735 562 рубля 70 копеек для их перечисления ООО «ВологдаМашСервис» (в счет погашения кредитного договора <***> от 19.03.2014 как поручителя ФИО1 по обязательствам ОАО «Соколстром» по договору № 00001/039-14/П2 от 19.03.2014), что подтверждается платежными поручениями № 56 от 06.03.2019, № 150 от 06.03.2019, № 52 от 05.03.2019, № 53 от 06.03.2019, справкой нотариуса от 12.03.2019.

Определением суда от 29.04.2019 прекращено производство по делу № А13-8141/2017 о банкротстве ФИО1, поскольку вступившим в законную силу определением суда от 21.03.2019 требования кредиторов ФИО1 признаны удовлетворенными.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве и замене ООО «ВологдаМашСервис» на ФИО1 с суммой требований в размере 18 735 562 рубля 70 копеек.

Из материалов дела следует, что солидарная задолженность возникла у Заявителя и Должника возникла перед ООО «ВологдаМашСервис» на основании договоров поручительства <***>/П2 от 19.03.2014 и <***>/П1 от 19.03.2014. Основным должником является ОАО «Соколстром» на основании кредитного договора <***> от 19.03.2014 года.

На основании части 3 статьи 363 ГК РФ (в редакции, действовавшей в момент заключения договоров поручительства) лица, совместно давшие поручительство, отвечают перед кредитором солидарно, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», суд квалифицирует поручительство нескольких лиц как совместное, если будет установлено наличие соответствующего волеизъявления указанных лиц, направленного именно на совместное обеспечение обязательства.

В пункте 16 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2017), утвержденного Постановлением Президиума ВС РФ от 12.07.2017, разъяснено, что в ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение.

При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый статьи 387 ГК РФ). Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325 ГК РФ о peгрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого.

Поскольку оба поручителя являются близкими родственниками - матерью и сыном, которые в момент предоставления поручительств являлись акционерами ОАО «Соколстром» (формализованная группа лиц), то следует исходить из изложенной презумпции, что данные ими поручительства представляют собой совместно выданное поручительство.

В пункте 16 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2017), утвержденного Постановлением Президиума ВС РФ от 12.07.2017, разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 325 ГК РФ, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац первый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении».

Таким образом, в случае предоставления совместного обеспечения следует выяснить, исполнено ли заявителем обязательство перед кредитором в размере, превышающем долю данного общества, имея в виду, что при совместном обеспечении заявитель вправе получить с остальных солидарных должников, выдавших обеспечение, компенсацию в размере того, что заявитель уплатил сверх падающей на него доли. При этом ответственность перед компанией любого другого солидарного должника в обеспечительном обязательстве определяется исходя из той части превышения, которая приходится на него.

Финансовый управляющий полагает, что в данном случае поручительство Заявителя и Должника обеспечивало возврат кредита в размере 47 000 000 рублей, выданный сначала под 14% годовых, а затем под 19% годовых. Таким образом, из основного долга на ответственность Заявителя падало 23 500 000 рублей, и на ответственность Должника как второго поручителя также - 23 500 000 рублей. Заявитель произвел гашение задолженности по основному долгу только в сумме 18 281 736 рублей 34 копейки, то есть в размере, не превышающем его долю ответственности. По процентам гашение Заявителем не производилось. По неустойке ею также не превышен 50% порог. Таким образом, у Заявителя не возникло какого-либо регрессного требования к Должнику в результате вышеуказанного погашения долга перед ООО «ВологдаМашСервис», поскольку Заявителем погашен долг перед кредитором в размере, не превышающем долю, падающую на него самого.

Вместе с тем, данные доводы финансового управляющего, по мнению суда, являются частично обоснованными.

Как установлено определением суда от 26.06.2017, требования ОАО «ВологдаМашСервис» как правопреемника Банка к ОАО «Соколстром», ФИО3 и ФИО1 по кредитному договору от 19.03.2014 <***> являлись неисполненными на сумму 22 883 385 рублей 18 копеек, в том числе 18 281 736 рублей 34 копейки основного долга, 3 017 437 рублей 36 копеек процентов за пользование кредитом и 1 584 211 рублей 48 копеек штрафной неустойки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 125 Закона о банкротстве третье лицо или третьи лица в любое время до окончания конкурсного производства вправе одновременно удовлетворить все требования кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов или предоставить должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения всех требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьей 113 настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 113 Закона о банкротстве установлено, что третье лицо или третьи лица в любое время до окончания внешнего управления в целях прекращения производства по делу о банкротстве вправе удовлетворить все требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, или предоставить должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения всех требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов.

В случае удовлетворения третьим лицом или третьими лицами требований кредиторов подлежат удовлетворению все включенные в реестр требований кредиторов требования, в том числе неустойки (штрафы, пени), проценты и иные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств.

Согласно информации, предоставленной нотариусом, ООО «СК Нева-Строй» погасило требования ФИО1 перед ООО «ВологдаМашСервис» в размере 18 735 562 рублей 70 копеек.

С учетом задолженности по кредитному договору в размере 22 883 385 рублей 18 копеек, наличия солидарной ответственности двух поручителей, доля каждого из них в данном обязательстве составляет 11 441 692 рубля 59 копеек.

Поскольку ФИО1 исполнила обязательства в размере, превышающем ее долю, то ФИО1 имеет право для предъявления регрессного требования к ФИО3 в части, приходящейся на данного должника по данному договору в сумме 7 294 870 рублей 11 копеек.

Вместе с тем, в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Постановлением Президиума ВС РФ от 29.01.2020, разъяснено, что правило о переходе прав кредитора в порядке суброгации к поручителю, исполнившему обязательство, является диспозитивным. Оно применяется, если иноене предусмотрено договором поручителя с должником или не вытекает из отношений между ними (пункт 3 статьи 365 ГК РФ). Другими словами, при наличии договора должника и поручителя о порядке вступления поручителя в чужой долг последствия исполнения обязательства поручителем в отношениях между ним и должником регулируются упомянутым договором, в том числе специальным соглашением, определяющим условия покрытия расходов на погашение чужого долга (далее - договор о покрытии), а не правилами о суброгации.

В этом случае для правильного разрешения спора, прежде всего, необходимо исследовать внутригрупповые отношения, в том числе сложившиеся между должником и компанией.

При этом, в случае когда у одного члена группы были изъяты денежные средства в пользу другого члена той же группы, а потом третий член данной группы погасил долг первого перед независимым кредитором, с учетом презумпции разумности действий участников гражданского оборота (п. 5 ст. 10 ГК РФ) есть основания полагать, что действия, направленные на совершение упомянутых операций, обсуждались на внутригрупповых переговорах, в их основе лежит достигнутая членами группы договоренность.При этом подчиненность членов группы одному конечному бенефициару позволяла им заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга, в том числе договоры о покрытии, без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подп. 1 п. 1 ст. 161 ГК РФ).

Наличие общего для всей группы конечного бенефициара, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную сферу должника, последующее исполнение обязательства должника членом группы и обычная природа взаимодействия аффилированных лиц (предполагающая, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях), позволяют прийти к выводу о том, что имеют место отношения по договору о покрытии и о погашении поручителем задолженности должника в рамках данного договора в счет компенсации за изъятые у него же ранее кредитные ресурсы в пользу одного из членов группы.

Такое погашение поручителем обязательства должника перед внешним кредитором, скорее, обусловливается наличием скрытого от суда договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления компанией платежа в пользу внешнего кредитора должника(абзац первый п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений 17 Гражданского кодекса РФ об обязательствах и их исполнении», п. 1 ст. 313 ГК РФ), нежели чем являться исполнением компанией чужого обязательства без возложения со стороны должника (пп. 2, 5 ст. 313 ГК РФ).

Со стороны основного должника ОАО «Соколстром» предоставлена информация об обстоятельствах получения погашенного Заявителем кредита перед правопреемником ПАО «Банк СГБ».

Так, Должник и Заявитель, являясь между собой сыном и матерью, контролировали ОАО «Соколстром» в момент заключения кредитного договора <***> от 19.03.2014 с ПАО «Банк СГБ». В частности, Должнику принадлежало 106 акции (51% от общего количества акций), а Заявителю - 95 акций (46%), то есть их контроль сводился к 97%. Решение о привлечение кредита было принято указанными лицами. Они же обеспечили кредит своими личными поручительствами, став солидарными должниками по нему на основании договоров поручительства №0001/039-14/П2 от 19.03.2014 года и №0001/039-14/П1 от 19.03.2014 года.

Указанная степень контроля позволяла указанным лицам осуществлять перераспределение денежных потоков ОАО «Соколстром», в том числе средств, поступивших в ОАО «Соколстром» от ПАО «Банк СГБ».

Данные лица фактически такое перераспределение осуществили. Из 47 000 000 рублей, поступивших в Общество в качестве кредита, а также из иных источников (5 000 000 рублей) было перечислено:

- на расчетный счет ООО «Техностром Северо-Запад» - 17 175 350 рублей (12 175 350 руб. - кредитные средства, предоставленные Обществу Банком);

- на расчетный счет ООО «Новогритинский» - 3 110 000 рублей,

Всего - 20 285 350 рублей. Данные обстоятельства подтверждены платежными поручениями, выписками по счету, заявками в ПАО «Банк СГБ» на выдачу траншей.

Действительные отношения ОАО «Соколстром» с указанными компаниями отсутствовали, а указанные назначения платежей были фиктивными. ФИО1 данное утверждение ОАО «Соколстром» не опровергнуто.

100% долей ООО «Техностром Северо-Запад» в момент получения и перераспределения кредита принадлежало Должнику – ФИО3 Его контроль подтверждается приговором Череповецкого городского суда в отношении Должника. Назначение платежей в платежных поручениях от 24.03.2014 года на сумму 1 880 350 рублей, от 28.03.2014 года на сумму 1 405 000 рублей, от 22.04.2014 года на сумму 4 500 000 рублей, от 24.04.2014 года на сумму 4 390 000 рублей, от 29.04.2014 года на сумму 3 000 000 рублей, от 06.05.2014 года на сумму 2 000 000 рублей было одинаковым - «предоплата по договору поставки оборудования от 18.12.2013 №1».

ОАО «Соколстром» пояснило, что в действительности, никакой поставки оборудования изначально не планировалось и указанное назначение было фиктивным, то есть использовалось как основание для перераспределения денежных средств в пользу ООО «Техностром Северо-Запад». Данное обстоятельство также подтверждается решением Арбитражного суда Вологодской области от 13 марта 2018 года по делу № А13-15789/2017, которым установлено отсутствие отношений по договору поставки оборудования от 18.12.2013 №1, а также подтвержден дополнительный факт вывода капитала ОАО «Соколстром» на сумму 1 963 596,82 рублей в виде неоплаченных поставок продукции по договору поставки от 11.01.2016 №8/16, договору поставки от 09.01.2017 No 4/17. Возможность возврата выведенных средств у ОАО «Соколстром» отсутствует.

Материалы дела подтверждают, что все выведенные из ОАО «Соколстром» в адрес ООО «Техностром Северо-Запад» в тот же день переводились в ООО «Акватерм-Север» (ИНН <***>, контролируется ФИО7) с указанием на предоставление процентных займов, в ООО «СИМИ» (контролировалось Должником) с указанием на предоставление процентного займа, в ООО «КиноМир» (контролировалось Заявителем).

50% долей ООО «Новогритинский» в момент получения и перераспределения кредита принадлежало Должнику. Назначение платежа в платежном поручении от 24.04.2014 года на сумму 3 110 000 рублей - за строительные материалы. ОАО «Соколстром» пояснило, что в действительности, никакой поставки строительных материалов изначально не планировалось и указанное назначение было фиктивным, то есть использовалось как основание для перераспределения денежных средств в пользу ООО «Новогритинский». Возможность возврата выведенных средств отсутствует.

Материалы дела подтверждают, что далее выведенные средства были переведены в ООО «Техностром Северо-Запад», а оттуда в ООО «Акватерм-Север» (ИНН <***>) с указанием на предоставление процентного займа.

Фактически выведенные средства пошли на оплату акций ОАО «Соколстром», приобретенных Должником у ФИО7 в 2013 году в рассрочку (т.е. это средства, выведенные в ООО «Акватерм-Север» под видом займа и невозвращенные им), реальная цена которых была скрыта, а расчет производился между юридическими лицами под видом фиктивных займов, на пополнение капиталов ООО «КиноМир» и ООО «СИМИ».Факт продажи акций подтверждает приговор в отношении ФИО3, где зафиксированы показания ФИО7(стр.81).

Поскольку Заявитель не подтвердила, что операции по изъятию денежных средств со счета ОАО «Соколстром» в адрес компаний ее сына ФИО3 - ООО «Новогритинский» и ООО «Техностром Северо-Запад» соотносятся с реальными хозяйственными отношениями, следует признать недоказанным суброгационное или регрессное основание требования аффилированного кредитора (ст. 9 и 65 АПК РФ).

При этом, денежные средства в счет погашения задолженности поступили Заявителю от третьего лица ООО «СК Нева-Строй» в рамках дела о банкротстве Заявителя. Они формально считаются предоставленными ей в займ.

ООО «СК «Нева-Строй» не представило реальных экономических причин финансирования Заявителя. Приведенное обоснование - «помощь в защите от рейдерского захвата» не соотносится с разумным экономическим оборотом. Тем более, разумное поведение хозяйствующего субъекта никак не соотносится с последующим отчуждением соответствующих прав требования за многократно более низкую цену.

Совокупность косвенных обстоятельств свидетельствует о наличии связи между П-выми и ООО «СК Нева-Строй». В частности, представителем ООО «СК Нева-Строй» и Заявителя выступает одно лицо - ФИО2). Долг к Заявителю превращен сторонами добровольно из беспроцентного в процентный с высокой ставкой и внесудебным порядком обращения взыскания, то есть Заявителем совершены в пользу ООО «СК Нева-Строй» неразумные и экономически необоснованные сделки.

Через небольшой промежуток времени такой задолженностью инициируется вновь повторное дело о банкротстве ФИО1 В рамках этого дела о банкротстве представитель Заявителя и ООО «СК Нева-Строй» признал иную цель финансирования Заявителя - получение суброгационных прав к ОАО «Соколстром».

ООО «СК Нева-Строй» через небольшой промежуток времени вступило в процесс ликвидации. Все свои права ООО «СК Нева-Строй» к Заявителю были уступлены частично ФИО8 и ФИО2 практически на безвозмездной основе.

В данном случае, с учетом родства Заявителя и Должника, участия в капитале заемщика, свободного перемещения Заявителем и Должником средств полученного кредита и его вывода без последующего возмещения, имитацию привлечения заемных средств в ООО «СК «Нева-Строй», можно придти к выводу о том, что погашение Заявителем задолженности перед ООО «ВологдаМашСеврис» фактически представляет собой возврат ранее выведенных средств полученного заемщиком кредита его бенефициарами, который изначально планировался скрытым соглашением о покрытии.

Учитывая, что платеж совершен в период возбуждения в отношении Должника и ОАО «Соколстром» дел о банкротстве, механизм суброгации и регресса используется Заявителем исключительно с целью участия в процедурах банкротства Должника и в будущем ОАО «Соколстром» во вред интересам их кредиторов, то есть с нарушением правил статьи 10 ГК РФ. Такое право не подлежит судебной защите.

Таким образом, являясь аффилированным лицом и по отношению к Должнику (мать) и по отношению к основному должнику по обязательству ОАО «Соколстром» (акционер с 35% акций) заявитель произвел своим исполнением возмещение перераспределенных кредитных ресурсов в пользу своего сына.

При таких обстоятельствах, суд считает заявление о замене кредитора не подлежащим удовлетворению применительно к статье 48 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 48, 184-188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области

о п р е д е л и л:

отказать ФИО1 в удовлетворении требований о процессуальном правопреемстве и замене конкурсного кредитора с общества с ограниченной ответственностью «ВологдаМашСервис» на ФИО1 с суммой задолженности в размере 22 883 385 рублей 18 копеек в рамках дела № А13-15556/2016.

Определение подлежит немедленному исполнению.

Определение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и в соответствии со статьей 177 АПК РФ будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченно доступа не позднее следующего для после дня его принятия.

Судья Н.В.Цветкова