Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Сураевой О.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем Андреевой Т.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление

КОНКУРСНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (ОРГН 1073811006060, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>, этаж 5) ФИО1

к ФИО2 (Украина),

ООО "ТРАНС-СИБИРСКАЯ ЛЕСНАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, почтовый адрес конкурсного управляющего: 664007, г. Иркутск, а/я 14)

о признании недействительной сделки - договора поручительства от 29.12.2017 г., заключённого между ФИО2 (кредитор), ООО "СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД" (поручитель 1) и АКЦИОНЕРНЫМ ОБЩЕСТВОМ "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (поручитель 2) недействительным и применении последствий недействительности сделки,

по делу по заявлению ФИО2 о признании АО «Лесопильно-Деревообрабатывающий комплекс Игирма» несостоятельным (банкротом),

третьи лица:

ООО "СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>),

ООО "ТРАНСГРУЗЛОГИСТИКА" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664009, <...>),

при участии в судебном заседании:

от заявителя: представителя ФИО3 по доверенности от 15.11.2019, паспорт;

от ООО «Трансгрузлогистика»: представителя ФИО4 по доверенности от 19.04.2019, паспорт;

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялся перерыв с 3 до 9 сентября 2020 года. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии представителя ООО «Трансгрузлогистика» ФИО4 по доверенности от 19.04.2019, паспорт;

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 21.11.2018 заявление ФИО2 (правопреемник ООО «ТрансГрузЛогистика») о признании Акционерное общество "Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма" несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, ликвидируемый должник АО «Лесопильно-Деревообрабатывающий комплекс Игирма» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО1.

Конкурсный управляющий Акционерное общество "Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма" ФИО1 15.11.2019 обратился в суд с заявлением к ФИО2, ООО "ТРАНС-СИБИРСКАЯ ЛЕСНАЯ КОМПАНИЯ" о признании договора поручительства от 29.12.2017, заключённого между ФИО2 (кредитор), ООО "СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД" (поручитель 1) и АКЦИОНЕРНЫМ ОБЩЕСТВОМ "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (поручитель 2) недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В качестве третьих лиц заявитель указал ООО "СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД", ООО "ТРАНСГРУЗЛОГИСТИКА".

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" при рассмотрении дела о банкротстве в суде первой инстанции все возникающие в его рамках (в том числе в рамках всех обособленных споров) вопросы подлежат разрешению одним и тем же судьей или составом суда (часть 2 статьи 18 АПК РФ) с заменой судьи или одного из судей в установленных законом случаях (части 3 - 5 той же статьи).

Однако в случае необходимости с учетом нагрузки и специализации судей рассмотрение требований кредиторов (статьи 71 и 100 Закона о банкротстве), заявлений об оспаривании сделок (статья 61.8 Закона) и требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 201.8 Закона, может осуществляться не только судьей или составом суда, рассматривающим дело о банкротстве, но и любым другим судьей того же суда; такое рассмотрение не является заменой судьи.

Автоматизированным распределением первичных документов заявление под номером А19-10916-21/2018 распределено судье Сураевой О.П.

Заявитель в судебном заседании заявленные требования поддержал; представил дополнительные пояснения к заявлению.

В обоснование заявления указано следующее.

29.12.2017 между ООО «Сибэкспортлес-Трейд» (Поручитель-1), АО «Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма» (Поручитель-2) и ФИО2 (Кредитор) был заключен договор поручительства, по условиям которого, Поручитель-1, Поручитель-2 обязуются солидарно отвечать перед Кредитором за неисполнение ООО «Транс-Сибирская лесная компания» (Должник) всех своих обязательств по возврату в срок не позднее 31.01.2018 суммы займа в размере 34 300 000 рублей, процентов за пользование суммой займа, а также неустоек и возможных судебных издержек по взысканию дола и других убытков Кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением Должником своих обязательств.

Обязательство по возврату сумму займа возникло на основании договора займа №1004/15-Р от 02.02.2015, заключенного между ООО «РусЛесГрупп» и Должником, право (требование) возврата суммы займа в размере 34 000 000 рублей перешло к Кредитору на основании договора уступки требования (цессии) от 22.12.2017, заключенного между ООО «РусЛесГрупп» и Кредитором.

Конкурсный управляющий полагает, что имеются основания для признания данной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку: сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом; сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения заявления уведомлен в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, отзыв на заявление не представил.

Ответчик ООО "ТРАНС-СИБИРСКАЯ ЛЕСНАЯ КОМПАНИЯ" в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения заявления уведомлен надлежащим образом, отзыв на заявление не представил.

Третье лицо ООО «СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД» в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения заявления уведомлено в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, отзыв на заявление не представило.

Третье лицо ООО «ТРАНСГРУЗЛОГИСТИКА» в судебном заседании представило дополнения к отзыву, просило в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заявление рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие надлежащим образом заявителя и ответчика.

Выслушав лиц, участвующих в деле о банкротстве, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

С заявлением об оспаривании сделок должника в порядке главы III.1 Закона о банкротстве в силу положений статей 61.9, 129 Закона о банкротстве может обратиться, в том числе конкурсный управляющий должника.

Пунктом 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В заявлении конкурсный управляющий ссылается на то, что заключение договора поручительства является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 29.12.2017 между ООО «Сибэкспортлес-Трейд» (Поручитель-1), АО «Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма» (Поручитель-2) и ФИО2 (Кредитор) заключен договор поручительства, в соответствии с которым Поручитель-1, Поручитель-2 обязуются солидарно отвечать перед Кредитором за неисполнение ООО «Транс-Сибирская лесная компания» (Должник) всех своих обязательств по возврату в срок не позднее 31.01.2018 суммы займа в размере 34 300 000 рублей, процентов за пользование суммой займа, а также неустоек и возможных судебных издержек по взысканию дола и других убытков Кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением Должником своих обязательств.

Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 21.03.2018 удовлетворено исковое заявление ФИО2 к ООО «Транс-Сибирская лесная группа», ООО «Сибэкспортлес-Трейд», АО «Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма» о взыскании солидарно денежных средств в размере 34 300 000 рублей (основной долг), 7 872 986,30 рублей (проценты за пользование займом).

В дальнейшем, 02 апреля 2018 года между ООО «Транс-Сибирская лесная компания» (Первоначальный должник), ООО «Сибирский лес» (Новый должник-1), ООО «Комплект Сервис» (Новый должник-2) иФИО2 (Кредитор) заключено соглашение о переводе долга, в соответствии с которым часть долга ООО «ТСЛК» переведена на ООО «Сибирский лес» и ООО «Комплект Сервис».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26.12.2018 по делу №А19-10916/2018 произведено процессуальное правопреемство - замена кредитора ФИО2, включенного на основании Решения Арбитражного суда Иркутской области от 21.11.2018 в реестр требований кредиторов АО «Лесопильно-Деревообрабатывающий комплекс Игирма», на ООО «ТрансГрузЛогистика» (сумма требований в размере 16 448 767,12 рублей, в том числе: 13 400 000 рублей - основной долг, 3 028 767 рублей 12 копеек - проценты за пользование займом, 20 000 рублей - расходы по уплате государственной пошлины).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из заявления конкурсного управляющего должника следует, что сделка по договору поручительству совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника к моменту совершения сделки, что является основанием для ее признания недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 31.05.2018, оспариваемая сделка совершена 29.12.2017, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий должника ссылается на то, что заключение спорных договоров являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд, оценив представленные в дело доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), приходит к выводу о том, что заявление не обоснованно и удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено следующее.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Из вышеназванных статей следует, что при рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судом не могут быть применены положения о совершении сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Таким образом, вне зависимости от того совершены ли сделки, в том числе их исполнение в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, они могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Основанием для удовлетворения заявленного требования является доказанность конкурсным управляющим всех условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование наличия признаков недействительности сделки - договора поручительства от 29.12.2017 конкурсный управляющий в заявлении указал, что:

- на момент заключения договора поручительства, АО «ЛДК Игирма» отвечало признакам неплатежеспособности, а также недостаточности имущества. Как указано в решении Арбитражного суда Иркутской области от 22.11.2018 по делу № А19-10916/2018 о признании АО «ЛДК Игирма» несостоятельным (банкротом) в соответствии с данными бухгалтерского учета по итогам 2017 года размер чистого убытка АО «ЛДК Игирма» составил 211 736 тыс. рублей, при этом, размер кредиторской задолженности составил 10 165 715 тыс. рублям (сумма обязательств по разделу 4 и 5). Рыночная стоимость дебиторской задолженности общества по состоянию на 31.12.2017 составила всего 1 092 886 230,92 рублей, рыночная стоимость финансовых вложений всего 82 852 565,25 рублей, что подтверждается отчетом ООО «Русская Провинция» № 196/18 от 22.06.2018. Кроме того, на момент заключения договора поручительства у АО «ЛДК Игирма» имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами. Таким образом, данные бухгалтерского учета свидетельствуют о том, что АО «ЛДК ИГИРМА» на момент заключения договора поручительства отвечало признакам банкротства. Кроме того, у АО «ЛДК Игирма» отсутствовала экономическая обоснованность и целесообразность заключения договора поручительства от 29.12.2017;

- причинением в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов свидетельствует, что по результатам заключенного договора поручительства от 29.12.2017, кредиторская задолженность АО «ЛДК Игирма» увеличилась на 42 172 986,30 руб., и на сегодняшний день частично включена в реестр требований кредиторов должника, (в размере 16 448 767,12 рублей);

- в соответствии с данными с сайта ФССП (vvww.fssprus.ru), в отношении АО «ЛДК Игирма» в 2016, 2017 годах возбуждено значительное количество исполнительных производств, на общую сумму около 45 млн. руб.; кроме того, в 2016, 2017 годах должник привлечен в качестве ответчика во многих судебных спорах. Таким образом, при заключении оспариваемого договора, при должной степени осмотрительности, кредитор имел возможность проанализировать финансовое состояние АО «ЛДК Игирма» и установить, что АО «ЛДК Игирма» на момент заключения договора обладало признаками неплатежеспособности.

В дополнительных пояснениях конкурсный управляющий указал, что согласно бухгалтерской отчетности АО «ЛДК ИГИРМА» по состоянию на 31.12.2016 размер активов должника составляет 8 430 766 тыс. рублей, из них основные средства -3 355 411 тыс. рублей, дебиторская задолженность - 1 844 426тыс. рублей. При этом, размер кредиторской задолженности равен 9 537 697 тыс. рублям (сумма обязательств по разделу 4 и 5). АО "Лесопильно-деревообрабатывающий комплекс Игирма" в течение всего анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. В связи с чем баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами.

Кроме того, при анализе баланса выявлен непокрытый убыток на 3 120 796 тыс. рублей, что отражает финансово-отрицательный результат полученный по итогам деятельности за отчетный год и характеризует уменьшение капитала.

Данные бухгалтерского учета свидетельствуют о том, что на момент заключения оспариваемых договоров поручительства 2016-2017 годов АО «ЛДК ИГИРМА» отвечало признакам банкротства (ст. 3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), по причине отсутствия имущества в размере, достаточном для погашения всех требований кредиторов.

Более того, на момент совершения оспариваемой сделки у АО «ЛДК Игимра» были неисполненные обязательства в размере 68 091 726,02 рублей перед ФИО5 (в последствии кредитор заменён на ООО «Ремонтно-строительное предприятие № 795»), дата возникновения требования 24.06.2013, что подтверждается определением Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-10916/2018 от 15.07.2019.

Также конкурсный управляющий просил обратить внимание, что на момент заключения обеспечительных сделок все недвижимое имущество, оборудование и транспортные средства, принадлежащие АО «ЛДК Игирма» уже находились в залоге ПАО «Промсвязьбанк» на основании договора о последующей ипотеке №Н-1/7912-02-14-05 от 15.05.2015, договора о последующей ипотеке №Н-3/7912-02-14-05 от 15.04.2015, договора о последующей ипотеке №Н-4/7912-02-14-05 от 15.04.2015 в обеспечении исполнения обязательств по собственным кредитным договорам.

На дату заключения оспариваемых договоров поручительства АО «ЛДК Игирма» уже были приняты обязательства перед Банком по погашению задолженности третьих лиц ООО «ТСЖ», ООО «СИБ-Лес», ООО «РусЛесГрупп» в размере 22 474 535 095,19 рублей, которые обеспечивались этим же имуществом, на основании договора о последующей ипотеке №Н-1/7914-02-14-05 (залоге недвижимости), о последующей ипотеке №Н-3/7914-02-14-05 (залоге недвижимости), о последующей ипотеке №Н-4/7914-02-14-05 (залоге недвижимости), о залоге оборудования №Т-1/7914-02-14-05.

Предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств, однако, оспариваемые Договоры поручительства, обеспечивающие обязательства ООО «ТСЛК» перед ФИО2 в размере 34 000 000 рублей были очевидно заведомо неисполнимы АО «ЛДК Игирма».

Принимая во внимание обычно принятую проверку платежеспособности, проявив должную степень разумности и добросовестности, ФИО2 не мог не знать о неплатежеспособности поручителя исходя из финансовой отчетности АО «ЛДДК Игирма».

Таким образом, в результате совершения вышеуказанных сделок причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника, приведший к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В соответствии с реестром требований кредиторов должника, совокупный размер требований кредиторов АО «ЛДК Игирма», включённых в третью очередь реестра требований кредиторов составляет — 84 790 064,4 рублей. Кроме того, на сегодняшний день не рассмотрено два требования ПАО НБ «ТРАСТ» на 30 053 129 053,82 рублей и 8 307 086 838,43 рублей, требование ООО «СЭЛ-Трейд» в размере 1 039 430 000,00 рублей, требование Арована Трейдинг Лимитед на сумму в размере 1 488 999 999,73 руб.- основного долга. Итого предположительный размер реестра требований кредиторов АО «ЛДК Игирма» составит 40 973 435 956, 38 рублей.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на конкурсном управляющем лежит бремя доказывания наличия признаков недействительности оспариваемой сделки, однако в нарушение данной нормы права конкурсным управляющим не представлены надлежащие доказательства для признания оспариваемой сделки недействительной.

Как указывалось ранее, одной из презумпций при установлении цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является наличие доказательств того, что стоимость переданного в результате совершения сделки составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок (абзац 3 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В материалах дела отсутствуют доказательства, которые препятствовали бы конкурсному управляющему на основании статей 9, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации давать объяснения арбитражному суду, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, а также возражать против доводов других лиц.

Таким образом, для определения факта того, что стоимость переданного спорного имущества составляла более 20% балансовой стоимости активов должника конкурсному управляющему необходимо представить баланс на последнюю отчетную дату перед совершением сделки, расшифровки строк баланса (в том числе по основным средствам) с указанием балансовой стоимости имущества.

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2016 год (финансовый год, предшествующий заключению оспариваемого договора) размер активов АО «ЛДК Игирма» составил 8 430 677 тыс. руб., в том числе внеоборотные активы – 4 322 434 тыс.руб., оборотные активы – 4 108 243 тыс.руб. Чистая прибыль общества за 2016 год составила 1 465 116 000 руб.

О достаточности имущества можно сделать выводы из баланса, а именно из строки 2110 «Выручка» ее размер равен 6 363 569 000 рублей.

Финансовый результат деятельности должника ежегодно возрастал в период с 2011 по 2017 годы, что подтверждается сведениями о бухгалтерской отчетности общества со справочного сайта: www.rusprofile.ru.

Кроме того, стоимость активов по бухгалтерской отчетности должника на 31.08.2018 составила 10 589 260 тыс. рублей.

Также при исследовании представленных ООО «ТРАНСГРУЗЛОГИСТИКА» выписок по расчетным счетам АО «ЛДК Игирма» за 2017 год следует, что ежемесячные обороты по счетам должника в несколько раз превышали сумму долга по оспариваемому договору поручительства.

Признаком надежности АО «ЛДК «ИГИРМА» является размер уставного капитала равный 356 000 000 руб. и факт существования общества с 2007 года.

Таким образом, анализ финансового состояния должника не подтверждает, что должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки.

Данные о судебных делах, представленные конкурсным управляющим, не соответствуют действительному положению дел, поскольку по ряду дел производство прекращено, часть оставлено без рассмотрения, и имеются дела, в которых АО «ЛДК «ИГИРМА» выступало в качестве 3-го лиц.

На дату заключения договора поручительства от 29.12.2017 отсутствовали опубликованные уведомления о намерении обратиться с заявление о признании АО «ЛДК «ИГИРМА» банкротом (первое такое уведомление о намерении было опубликовано 28.04.2018, то есть после заключения спорного договора). Таким образом, в официальных источниках сведений о предстоящем рассмотрении заявлений о признании Должника несостоятельным (банкротом) не было.

Перечень арбитражных дел, указанный в таблице конкурсного управляющего за период 2016-2018 годы имеет не значительные суммы ко взысканию, свидетельствуют о реальной текущей деятельности АО «ЛДК «ИГИРМА».

В пункте 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве указано, что сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Следовательно, оспариваемая сделка по договору поручительства в размере 34 000 000 руб. не составляла 1% активов должника согласно данным бухгалтерского баланса за 2016 год (8 430 677 тыс.руб.)

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, что стоимость переданного в результате совершения сделки составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а также, что на дату совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Согласно положений статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Конкурсный управляющий полагает, что при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности при заключении оспариваемых договор ФИО2 должен был знать о данных бухгалтерской отчетности должника и заемщика на момент совершения оспариваемых сделок, следовательно, знать о том, что должником принимаются на себя обязательства иного лица, значительно превышающие стоимость его имущества, знать о невозможности исполнения этих обязательств, равно как и невозможности расчетов с иными кредиторами в случае предъявления ФИО2 своих требований.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца,, первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о заинтересованности ФИО2, ООО «ТрансГрузЛогистика» и АО ЛДК «Игирма». Кроме того, договор поручительства с ФИО2 не единственный договор поручительства, заключенный должником.

Более того, договоры заключены в рамках деятельности одной группы компаний.

Так, согласно заключению конкурсного управляющего о наличии оснований для оспаривания сделок должника, по результатам выездной налоговой проверки АО «ЛДК Игирма» за 2012-2014 было установлено, что АО «ЛДК Игирма» (ИНН <***>) входит в холдинг Русская Лесная Группа (Холдинг), в Холдинг входят взаимозависимые организации: ООО «РусЛесГрупп» (ИНН <***>), ООО «СЭЛ Групп» (ИНН <***>), ООО «СЭЛ-Трейд» (ИНН <***>), ООО «ТСЛК» (ИНН <***>).

Как следует из постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21.08.2018 по делу №А 19-22492/2017, судами установлено, ЗАО «ЛДК Игирма» (в дальнейшем переименовано АО «ЛДК Игирма») образовано в 2007 году, учредителями являются ООО «Сибэкспорт- Трейд» и ООО «Сибэкспортлес Груп». Управляющей компанией налогоплательщика является ООО «Русская лесная группа». Общество входит в холдинг Русская лесная группа (далее - Холдинг), в который также включены ООО «Сибэкспорт-Трейд», ООО «Сибэкспортлес Груп», ООО «Совместное предприятие Сибэкспортлес-Тайрику», ООО «Сибэкспортлес-Транс», ООО «Транс-Сибирская лесная компания».

Вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N308-3C16-1475, от 15.02.2019 N 305-ЭС18-17611 и др.).

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652(1) по делу N А43-10686/2016, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 г. N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени "единого хозяйствующего субъекта" (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.), в связи с чем у судов первой инстанции и округа не было оснований для вывода об отсутствии экономической целесообразности принятия на себя должником обеспечительных обязательств по этим основаниям.

Таким образом, оспариваемый договор поручительства от 22.12.2017 не может быть признан недействительным, поскольку не повлиял на финансовое состояние АО ЛДК «Игирма» и заключен в условиях общности экономических интересов должника и ООО «ТСЛК».

Таким образом, заявителем, в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, не доказано и то, что другая сторона сделки знала о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, не представлено доказательств того, что ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника заключением спорной сделки.

Поскольку заявителем не представлено доказательств наличия каких-либо обстоятельств, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, то, соответственно, им не доказано наличие при подписании оспариваемого договора цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является обязательным условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 5 Постановления).

В абзаце 3 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве указано, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе, в случае если стоимость переданного по сделке или нескольких взаимосвязанных сделок имущества составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок).

Отсутствие доказательств наличия при заключении оспариваемых сделок цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов (подпункт а) пункта 5 названного Постановления) исключает возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на дату совершения спорной сделки не установлены.

При таких обстоятельствах, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

При обращении в суд с заявлением заявитель государственную пошлину не уплачивал.

Таким образом, в соответствии со статей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ с заявителя в доход бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 6000 руб.

руководствуясь Федеральным законом от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

определил:

Заявление КОНКУРСНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (ОРГН 1073811006060, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>, этаж 5) ФИО1 о признании недействительной сделки - договора поручительства от 29.12.2017 г., заключённого между ФИО2 (кредитор), ООО "СИБЭКСПОРТЛЕС-ТРЕЙД" (поручитель 1) и АКЦИОНЕРНЫМ ОБЩЕСТВОМ "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (поручитель 2) недействительным и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЛЕСОПИЛЬНО-ДЕРЕВООБРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС ИГИРМА" (ОРГН 1073811006060, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>, этаж 5) в федеральный бюджет РФ госпошлину в сумме 6 000 руб.

Определение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья О.П.Сураева