Гражданский кодекс часть 1

по делу по заявлению Публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН <***>, ИНН <***> место нахождения: 117997, <...>, адрес для извещения: 664023, Иркутск, ул. Нижняя Набережная, 10) о признании гражданина ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Усть-Илимск Иркутской области, адрес регистрации: <...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 (личность установлена, паспорт),

от ПАО «Сбербанк России»: представитель ФИО4 (доверенность от 20.02.2018 № ББ-01/185-Д),

прочие лица участвующие в деле не прибыли, уведомлены о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 21.02.2018 (резолютивная часть оглашена 14.02.2018) ФИО5 признан банкротом, в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО1.

Финансовый управляющий ФИО5 – ФИО1 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительным договора дарения № 1912-1 от 19.12.2014г., заключенного между ФИО3 и ФИО2.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом и Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника подлежит рассмотрению в судебном заседании арбитражного суда в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, предусмотренными настоящим Федеральным законом.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 находится в производстве судьи Богданова А.И.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при рассмотрении дела о банкротстве в суде первой инстанции все возникающие в его рамках (в том числе в рамках всех обособленных споров) вопросы подлежат разрешению одним и тем же судьей или составом суда (часть 2 статьи 18 АПК РФ) с заменой судьи или одного из судей в установленных законом случаях (части 3 - 5 той же статьи). Однако в случае необходимости с учетом нагрузки и специализации судей рассмотрение требований кредиторов (статьи 71 и 100 Закона о банкротстве), заявлений об оспаривании сделок (статья 61.8 Закона) и требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 201.8 Закона, может осуществляться не только судьей или составом суда, рассматривающим дело о банкротстве, но и любым другим судьей того же суда; такое рассмотрение не является заменой судьи.

Автоматизированным распределением первичных документов заявление под номером № А19-23528-3/2017 распределено судье Серовой Е.В.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ФИО5 ФИО1 указал на то, что оспариваемая сделка совершена в пределах 3 лет до принятия заявления о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом); в результате совершения спорной сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника; ФИО2 знала о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделки; в качестве правового основания признания сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки указаны пункт 2 статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ 26.10.2002 (далее Закон о банкротстве).

ФИО5 извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание представителя не направил; представил отзыв на заявление и дополнения к нему, в которых должник заявляет возражения в отношении заявленных требований, указывая, что факт того, что ФИО3 и ФИО2 являются между собой заинтересованными лицами, не исключает действия в их отношении презумпции добросовестности, и не доказывает того, что они действовали по сговору и злонамеренно с целью причинить ущерб ПАО «Сбербанк России»; указание на то, что ФИО2 не могла не знать о наличии долга, ничем не подтверждено и является предположением заявителя; ФИО3 произвела отчуждение автомобиля в связи с вынужденной ситуацией по возврату долга, тогда как иное имущество осталось и было включено в конкурсную массу, что свидетельствует об отсутствии какого-либо умысла.

Возражая в отношении поступившего в материалы дела экспертного заключения, ФИО5 указал на то, что доводы о реальной стоимости носят предположительный характер, о чем экспертом указано на стр.3; оценку можно провести только исходя из предположения, что на момент продажи автомобиль находился в хорошем техническом состоянии, а пробег соответствует нормативному; на странице 9 экспертом приведена таблица выдержки о поисках продаж в декабре 2014 года аналогичных автомобилей при наличии достаточного для анализа количества автомобилей 2012 года; экспертом приведены для оценки стоимости автомобилей 2011 и 2013 годов, при этом стоимость автомобилей 2011 года и 2013 года отличается от автомобилей 2012 года в сторону увеличения, что при расчете значительно влияет на среднюю стоимость; эксперт не указывает, в связи с чем взяты в расчет автомобили иного года выпуска. Также на станице 9 экспертом отражено, что необходимо провести корректировку стоимости на скидку «на торг», и указан интервал для автомобилей, который состоит от 4,5 до 13,5 процентов, средний показатель 9 процентов, но для расчета эксперт берет минимальный размер скидки, не приведя нормативную базу для принятия за основу минимальной скидки и не приводя обоснования, для чего применялся расчет среднего показателя скидки «на торг»; в расчете на странице 11 эксперт по непонятным причинам указывает год выпуска автомобиля - 2014 год.

ФИО2 извещена о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явилась; представила отзыв на заявление и дополнения к нему, из содержания которых следует, что ответчик возражает в отношении заявленных требований, указывая на то, что оспариваемый договор дарения заключен в связи с тем, что ФИО3 не были исполнены обязательства по договору займа на сумму 750 000 рублей в срок до 01.08.2014; о наличии имеющейся задолженности у ФИО5 перед банком в размере 263 069 514 рублей 69 копеек ответчику не было известно, наличие родственных отношений не связывает стороны обязательством уведомлять о возникающих в отдельной семье проблемах; в настоящее время спорный автомобиль продан, в случае вынесения решения о возврате имущества стороне договора, не представляется возможным. Истребованная у налогового органа информация не может свидетельствовать о реальном доходе ввиду того, что доход от предпринимательской деятельности в налоговом органе не отражен, так как ФИО2 осуществляет деятельность, находясь на режиме налогообложения «вмененный доход».

Возражая в отношении поступившего в материалы дела экспертного заключения, ФИО2 указала на то, что вывод эксперта о стоимости автомобиля на 19.12.2014 в размере 951 000 рублей является предположительным; довод эксперта о том, что поскольку разброс стоимости автомобилей 2012 года выпуска составлял 40 процентов, он брал автомобили 2011 и 2013 года, свидетельствует о том, что экспертом искусственно произведено завышение цены автомобиля для последующего определения средней стоимости.

ФИО3 извещена о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явилась; представила отзыв на заявление и дополнения к нему, из содержания которых следует, что третье лице возражает в отношении заявленных требований, указывая на то, что на момент совершения сделка ФИО3 являлась собственником транспортного средства и одновременно должником перед ФИО2 по договору займа от 01.06.2013, в связи с отсутствием возможности возвратить денежные средства было заключено соглашение о новации, которое является соглашением об урегулировании вопроса погашения долга, после чего был заключен договор дарения; договор поручительства был заключен ФИО5 до заключения брака с ФИО6, финансовый управляющий может претендовать только на ? стоимости имущества; ФИО2 не было известно о наличии долга к ФИО5; ФИО5 не являлся на момент совершения сделки предпринимателем, в связи с чем положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не подлежат применению в отношении сделок, совершенных до 01.10.2015.

ПАО «Сбербанк России» представило отзыв на заявление и дополнение к нему, из содержания которых следует, что ПАО «Сбербанк России» поддерживает заявленные финансовым управляющим требования, ссылаясь на то, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО5 имел неисполненное обязательство перед ПАО «Сбербанк России», было возбуждено исполнительное производство, в связи с чем безвозмездная передача имущества освидетельствует о создании препятствий к исполнению обязательств имеющихся у должника; договор дарения заключен с целью вывода имущества от обращения взыскания на него; отсутствие документов, подтверждающих наличие заемных отношений между ФИО3 и ФИО2, свидетельствует о формальной видимости наличия договорных отношений, прикрывающих безвозмездную передачу транспортного средства. Расписка от 01.06.2013 между ФИО3 и ФИО7 является недостоверным доказательством, поскольку финансовое положение ФИО2, с учетом её доходов не позволяло предоставить ей заём ФИО8 в размере 750 000 рублей.

Поскольку неявка лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не является препятствием к рассмотрению заявления, заявление рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их отсутствие.

Заслушав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 18 апреля 2011 года между ОАО «Сбербанк России» (переименовано в ПАО «Сбербанк России») (кредитор) и ООО «Леспром» (заемщик) был заключен кредитный договор <***> об открытии невозобновляемой кредитной линии, по условиям которого кредитор обязался открыть должнику кредитную линию для финансирования проекта «Модернизация лесопильного завода» на срок по 17.12.2018 с лимитом в сумме 9 500 000 долларов США, а должник обязался возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 18.04.2011 <***> между ОАО «Сбербанк России» (переименовано в ПАО Сбербанк) и ФИО5 заключен договор поручительства от 26.04.2011 №01800285-2011/2.

В связи с неисполнением обязательств по кредитным договорам 18.04.2011 <***>, от 26.04.2011 №01800285-2011/2 ПАО «Сбербанк России» обратилось за взысканием задолженности в судебном порядке.

Решением Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 17.04.2014 по гражданскому делу № 2-919/2014 с ООО «Леспром», ООО «Руслеспром», ЗАО «Технолес», ФИО9, ФИО5, ФИО10, ФИО11 в пользу ПАО «Сбербанк России» солидарно взыскана задолженность в размере 263 069 514 рублей 69 копеек.

Кроме того с ФИО5 в пользу ПАО «Сбербанк России» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размене 11 000 рублей.

23 июля 2012 года между ФИО5 и ФИО12 зарегистрирован брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии <...> от 13.07.2012.

19 декабря 2014 года между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемая) заключен договор дарения № 1912-1, по условиям которого даритель обязался безвозмездно передать в дар, а одаряемая принять в дар легковой автомобиль марки MAZDA CX-5, 2012 года изготовления, идентификационный номер <***>, категория ТС – В, тип ТС – легковые прочие, шасси – отсутствует, кузов JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый, государственный регистрационный знак <***>.

Финансовый управляющий посчитав, что данная сделка является недействительной, обратился в Арбитражный суд Ивановской области с настоящим заявлением.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в действующий Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе введена глава III.1 «Оспаривание сделок должника», согласно части 1 статьи 5 Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ данный Закон вступил в силу с 05.06.2009.

Как разъяснено в пункте 1 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», на основании частей 2 и 3 статьи 5 Закона № 73-ФЗ, а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) и с учетом необходимости определения условий действительности сделки на основании закона, действующего в момент ее совершения, в отношении оснований недействительности сделок, совершенных до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, его положения не подлежат применению независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 19.12.2014, то есть после вступления в силу Закона № 73-ФЗ, в связи с чем к рассматриваемым правоотношениям применяются нормы главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 06.12.2017 заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ФИО5 банкротом принято, возбуждено производство по делу о признании гражданина ФИО5 И. банкротом.

Таким образом, спорный договор дарения заключен в пределах 3 лет до даты возбуждения Арбитражным судом Иркутской области производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (06.12.2017).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения процедуры реализации имущества гражданина.

В силу статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

По пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Спорный договор дарения заключен 19.12.2014, в связи с чем может быть признан недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В соответствии с пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу разъяснений пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», предусмотрена возможность признания судом недействительными сделок, при заключении которых допущено злоупотребление правом, на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 ГК РФ.

Для установления недействительности договоров на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обоих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что стороны договора действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

По пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 названного Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В ходе рассмотрения заявления ФИО3 и ФИО2 представлены пояснения о том, что ФИО3 не были исполнены обязательства по договору займа перед ФИО2 на сумму 750 000 рублей в срок до 01.08.2014, в связи с чем между указанными лицами было заключено соглашение о новации, которое является соглашением об урегулировании вопроса погашения долга, и на основании которого был заключен оспариваемый договор дарения от 19.12.2014.

Пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Обязательным квалифицирующим признаком договора дарения является вытекающее из соглашения сторон очевидное намерение дарителя передать имущество в качестве дара (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.04.2006 № 13952/05).

Вместе с тем из материалов дела усматривается, что после заключения договора дарения от 19.12.2014 спорным автомобилем продолжал пользоваться должник – ФИО5, указанные обстоятельства подтверждаются представленными финансовым управляющим постановлениями по делам об административных правонарушениях от 21.05.2016, от 03.05.2015, от 28.09.2015, от 15.02.2017, от 15.04.2016, от 01.02.2016, возбужденных в отношении ФИО5 в связи с допущенными им нарушениями Правил дорожного движения при управлении автомобилем, отчужденным по оспариваемой сделке.

При этом суд находит обоснованным довод финансового управляющего о том, что неоднократное привлечение ФИО5 к административной ответственности при управлении спорным автомобилем свидетельствует о том, что пользование этим автомобилем со стороны должника было постоянным, а не имело место лишь несколько раз, как на это указано в отзыве на заявление (при том, что проверка требований ПДД осуществляется органами ГИБДД не ежедневно, а лишь время от времени в ходе участия того или иного лица в дорожном движении).

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику, к числу которых относится лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

По пункту 2 вышеуказанной нормы заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, оспариваемый договор заключен супругой должника со своей матерью, которая в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом.

При таких обстоятельствах ФИО2 должна была знать о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора, в том числе и о значительных кредитных обязательствах.

С учетом этого, должник, зная о наличии своих значительных обязательств перед кредитной организацией (ПАО «Сбербанк России», в частности Решением Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 17.04.2014 по гражданскому делу № 2-919/2014 с ООО «Леспром», ООО «Руслеспром», ЗАО «Технолес», ФИО9, ФИО5, ФИО10, ФИО11 в пользу ПАО «Сбербанк России» солидарно взыскана задолженность в размере 263 069 514 рублей 69 копеек; с ФИО5 в пользу ПАО «Сбербанк России» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размене 11 000 рублей), во избежание обращения взыскания на автомашину фиктивно заключил сделку с заинтересованным лицом.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Бремя доказывания того, что ответчик, несмотря на свою заинтересованность по отношению к должнику, не знала и не могла знать о финансовом положении должника, лежит на самом заинтересованном лице.

Более того, как указывает сама ответчица, а также должник, заключение договора дарения между супругой должника и ответчицей было обусловлено отсутствием возможности исполнить обязательства по договору займа на сумму 750 000 рублей.

Доказательств того, что ответчица не знала или не могла знать о финансовом положении ФИО5, в деле не имеется.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 26 разъяснений постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, что имеет место в данном случае, должны учитываться среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Названные разъяснения, которые даны Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации, направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Поскольку целью рассмотрения заявлений об оспаривании сделок должника-банкрота является недопущение возможности реализации подозрительных сделок с имуществом должника, причиняющих ущерб его кредиторам, арбитражный суд считает возможным применить к данным отношениям положения пункта 26 разъяснений Постановления № 35.

Арбитражным судом Иркутской области определением от 22 января 2019 года истребована у Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Иркутской области информация о доходе ФИО2 за период с 2011 – 2013 годы.

Во исполнение определения суда от 22 января 2019 года МИ ФНС России № 9 по Иркутской области представлены в материалы дела пояснения, из содержания которых следует, что согласно справок о доходах физических лиц ФИО2 (по форме 2-НДФЛ) за 2011-2013 года отражены следующие сведения: общая сумма за 2011 год 559 127 рублей 66 копеек, за 2012 год 778 616 рублей 44 копейки, за 2013 год – 673 159 рублей 24 копейки.

Также налоговый орган сообщил о том, что ФИО2 состоит на учете как индивидуальный предприниматель с 04.12.2012, как плательщик единого налога на вмененный доход с 12.12.2012. ФИО2 представлена налоговая декларация по ЕНВД за 4 квартал 2012 года, налоговая база составляет 22 054 рубля, согласно налоговым декларациям по ЕНВД за 1-4 кварталы 2013 года, налоговая база за 2013 год составляет 277 900 рублей.

В подтверждение указанных пояснений налоговым органом представлены справки о доходах ФИО2 (по форме 2-НДФЛ) за 2011-2013 года.

Согласно расписке, полученной ФИО2 (займодавец) от ФИО3 (заемщик), 01.06.2013 последняя получила от ФИО2 денежные средства в размере 750 000 рублей, со сроком возврата до 01.08.2014.

Исходя из представленных налоговым органом сведений о доходах ФИО2, годовой доход последней за 2012 год, предшествовавший заключению договора займа, с учетом перечисленного налога, составил 758 626 рублей 44 копейки.

Указанная сумма превышает сумму займа на 8 626 рублей 44 копейки, что не может свидетельствовать о фактической возможности предоставления ФИО2 денежных средств в размере 750 000 рублей ФИО3

Довод ФИО2 о том, что согласно распечаткам, полученным в ПАО «Сбербанк России», общая сумма поступлений за 2011-2013 годы составила 2 922 961 рубль 95 копеек, не может быть судом принят во внимание, поскольку лицами, участвующими в деле, не оспаривается факт поступления на расчетные счета ответчика денежных средств в указанной сумме.

Вместе с тем, ознакомившись с представленными ответчиком расширенными выписками по счетам ФИО2, за период с 01.01.2011 по 31.12.2013, арбитражный суд установил следующее.

Согласно выписке по счету 40817 …. 5016 по состоянию на 01.06.2013 на указанном счете находились денежные средства в сумме 237 605 рублей 38 копеек.

Согласно выписке по счету 42307 …. 7564 по состоянию на 07.04.2013 на указанном счете находились денежные средства в сумме 166 рублей 25 копеек, по состоянию на 07.07.2013 в сумме 166 рублей 25 копеек.

Согласно выписке по счету 40817 …. 6762 по состоянию на 23.04.2013 на указанном счете находились денежные средства в сумме 00 рублей 00 копеек, по состоянию на 10.06.2013 в сумме 17 971 рубля 80 копеек.

Согласно выписке по счету 40817 …. 0349 по состоянию на 29.05.2013 на указанном счете находились денежные средства в сумме 16 674 рублей 57 копеек, по состоянию на 08.06.2013 в сумме 17 069 рублей 3 копеек.

Таким образом, арбитражный суд приходит к выводу о том, что по состоянию на 01.06.2013 у ФИО2 на указанных выше счетах отсутствовали денежные средства в общей сумме 750 000 рублей, не снимались и не перечислялись; анализ движения денежных средств свидетельствует об отсутствии возможности предоставления ФИО3 денежных средств в сумме 750 000 рублей, в качестве займа. Иных документов, подтверждающих наличие у ФИО2 по состоянию 01.06.2013 денежных средств в размере 750 000 рублей, в материалы дела не представлено.

Доказательства наличия иных источников дохода на момент заключения оспариваемого договора в дело не представлено.

Таким образом, должником и ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих передачу денежных средств, а также того, что финансовое положение ФИО2 позволяло ей предоставить ФИО3 денежные средства в необходимом размере.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Документальное подтверждение того, что после заключения спорного договора в собственности должника имеется имущество в размере, необходимом для удовлетворения требований кредиторов, отсутствует.

В соответствии с разъяснениями пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). При этом возможны ситуации, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определений договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов.

Изложенные обстоятельства, при том, что оспариваемый договор, связанный с отчуждением имущества должника, заключен с заинтересованным лицом (супругой должника), в отсутствие возмездного предоставления, а также при наличии значительных кредитных обязательств, свидетельствуют о том, что данная сделка заключена с целью вывода имущества, за счет которого возможно погашение кредиторской задолженности, с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов, что повлекло нарушение законных прав и интересов кредиторов должника.

Таким образом, в действиях должника и ответчика усматривается злоупотребление правом.

Принимая во внимание изложенное, оспариваемая сделка является недействительной, как совершенная со злоупотреблением правом.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Если во исполнение недействительной сделки были уже совершены какие-либо действия, они признаются незаконными и стороны должны быть приведены в такое положение, в котором они находились до совершения сделки.

Для возвращения сторон недействительной сделки в то положение, в котором они находились до ее совершения, закон устанавливает обязанность каждой из сторон возместить другой стороне все полученное по сделке.

По пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если при рассмотрении дела возникают вопросы, требующие специальных знаний, для их разъяснения арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В ходе рассмотрения заявления финансовым управляющим ФИО5 ФИО1 ходатайство о назначении оценочной экспертизы стоимости транспортного средства на дату заключения договора дарения № 19212-1 от 19.12.2014, проведение экспертизы заявитель просит поручить эксперту ИП ФИО13.

Определением суда от 28 марта 2019 года по делу назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено индивидуальному предпринимателю ФИО13 (эксперт-оценщик).

Перед экспертом были поставлен вопрос о том, какова рыночная стоимость транспортного средства Mazda CX-5, 2012 года выпуска, по состоянию на 19.12.2014.

По итогам проведенной комплексной экспертизы в дело поступило заключение эксперта № 02э/9 от 20.05.2019, составленное экспертом ФИО13.

Указанное экспертное заключение оценено судом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами, и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (части 4, 5 статьи 71), а также в соответствии с частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой заключение эксперта исследуется судом наряду с другими доказательствами по делу.

Из содержания заключения эксперта-оценщика следует, что рыночная стоимость транспортного средства Mazda CX-5, 2012 года выпуска, по состоянию на 19.12.2014, составляет 951 000 рубля.

Возражая в отношении поступившего в материалы дела экспертного заключения, ФИО5 указал на то, что доводы о реальной стоимости носят предположительный характер, о чем экспертом указано на стр.3; оценку можно провести только исходя из предположения, что на момент продажи автомобиль находился в хорошем техническом состоянии, а пробег соответствует нормативному; на странице 9 экспертом приведена таблица выдержки о поисках продаж в декабре 2014 году аналогичных автомобилей при наличии достаточного для анализа количества автомобилей 2012 года; экспертом приведены для оценки стоимости автомобилей 2011 и 2013 годов, при этом стоимость автомобилей 2011 года и 2013 года отличаются от автомобилей 2012 года в сторону увеличения, что при расчете значительно влияет на среднюю стоимость; эксперт не указывает, в связи с чем взяты в расчет автомобили иного года выпуска. Также на станице 9 экспертом отражено, что необходимо провести корректировку стоимости на скидку «на торг», и указан интервал для автомобилей который состоит от 4,5 до 13,5 процентов, средний показатель 9 процентов, для применения расчета эксперт берет минимальный размер скидки, не приведя нормативную базу для принятия за основу минимальной скидки и не приводя обоснования для чего применялся расчет среднего показателя скидки «на торг»; в расчете на странице 11 эксперт по непонятным причинам указывает год выпуска автомобиля - 2014 год.

От ответчика ФИО2 01.07.2019 посредством электронной подачи документов по системе «Мой арбитр» поступил отзыв, согласно которому ответчик против удовлетворения уточненных требований заявителя возражает, считает что сумма, заявленная к взысканию, не отражает реальной стоимости автомобиля, получение материальной выгоды с ответчика необоснованно, поскольку вывод эксперта о стоимости автомобиля в размере 951 000 рублей является предположительным, кроме того, к установленной стоимости 2014 года не применяется износ запасных частей; заявителем не представлены доказательства того, что в случае возврата автомобиля в конкурсную массу, выручка от его реализации с торгов составит ту сумму, которую заявитель просит взыскать с ответчика.

В связи с необходимостью дачи пояснений по представленному заключению № № 02э/9 от 20.05.2019, в судебное заседание вызывался эксперт ФИО13 в соответствии с частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании 8 июля 2019 года явился эксперт ФИО13 в порядке части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дали пояснения по составленному им заключению. Данные пояснения отражены в протоколе судебного заседания.

В судебном заседании по возражениям, изложенным в пояснениях ответчика и должника, эксперт пояснил, что для расчета было подобрано 20 автомобилей 2011-2013 года, 10 из которых были 2012 года; поскольку разброс стоимости автомобилей 2012 года составлял свыше 40%, в связи с этим диапазон автомобилей был расширен с 2011 года по 2013 год. Эксперт пояснил, что для большей объективности исследования учитывал не только год выпуска автомобилей, но и их пробег как фактор, существенно влияющий на стоимость автомобиля. Таким образом, при расчете применялась двухфакторная математическая модель вычисления, обоснования расчетов содержатся в заключении. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что автомобиль на момент продажи находился в плохом техническом состоянии; с учетом этого эксперт исходил из того, что автомобиль находится в нормальном техническом состоянии (учитывая, в том числе, что исходя из года выпуска автомобиля, он не является старым). В отношении нормативной базы для поправки на торг эксперт пояснил, что такой нормативной базы нет. В этом отношении экспертом учитывается, что автомобиль достаточно новый, он является ликвидным, может иметь значительное число потенциальных покупателей, поэтому принята минимальная поправка на торг, что в данном случае является обоснованным. По поводу указания на странице 11 заключения года выпуска автомобиля 2014 пояснил, что была допущена опечатка, в действительности в расчете применен год выпуска 2012, и исходя из этого года выпуска указан результат, являющийся верным, поскольку если бы в расчете действительно была применена величина 2014 года, то итоговая стоимость получилась бы в размере 1 200 000 рублей.

На вопрос представителя ПАО «Сбербанк России» о том, как определен пробег автомобиля, эксперт пояснил, что для этого применена методика, утвержденная Минюстом, в заключении содержится ссылка на нее. На вопрос представителя ПАО «Сбербанк России» о том, обязательна ли поправка на торг, эксперт пояснил, что как правило она обязательна. На вопрос представителя ПАО «Сбербанк России» о том, почему техническое состояние автомобиля определено как хорошее, эксперт пояснил, что отсутствуют доказательства того, что техническое состояние автомобиля хорошим не было; кроме того, в заключении указано, что эксперт предполагает указанное обстоятельство. При этом также учтено, что автомобилю по состоянию на дату оценки было всего два года.

Представители заявителя и ПАО «Сбербанк России» пояснили, что с выводами и приведенными в их обоснование пояснениями эксперта согласны.

Исследовав содержание возражений должника и ответчика, арбитражный суд не усматривает оснований для сомнений в обоснованности заключения эксперта. Противоречия в выводах эксперта по поставленным вопросам отсутствуют. Представленное в дело заключение эксперта соответствует статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 25 Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Ввиду указанного несогласие должника и ответчика с выводами эксперта само по себе не свидетельствует о неполноте и противоречивости проведенного экспертного исследования и не может являться основанием для признания такого доказательства ненадлежащим и недопустимым.

Суд считает, что указанные пояснения эксперта исчерпывающе обосновывают установленную стоимость спорного транспортного средства в размере 951 000 рублей, поскольку соответствуют материалам дела, действующему законодательству, сделаны исходя из сформулированного в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий.

Доводы должника и ответчика о том, что проведенная экспертиза имеет предположительный характер, не могут быть приняты во внимание, так как выводы эксперта должник и ответчик не опровергли документально, о проведении дополнительной или повторной экспертизы не заявили.

Заявленное финансовым управляющим требование о признании сделки недействительной направлено на возврат в конкурсную массу должника имущества, отчужденного по недействительной сделке.

Согласно пункту 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством.

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств, либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Как разъяснено в пунктах 18, 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей», имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации). Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

В целях формирования конкурсной массы конкурсный управляющий в интересах всех кредиторов может обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов (пункт 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации). Данное требование рассматривается в суде по общим правилам подведомственности.

Имущество, причитающееся должнику в результате раздела общего имущества супругов, подлежит включению в конкурсную массу.

В рамках данного обособленного спора по заявлению об оспаривании сделки должника суд не может решать вопросы, связанные с разделом общего имущества супругов, поскольку этот вопрос не относится к подведомственности арбитражного суда.

Таким образом, предметом настоящего спора не является раздел имущества супругов либо определение долей супругов в совместно нажитом имуществе в период брака.

Денежные средства в сумме 951 000 рублей еще не поступили в конкурсную массу должника, решение вопроса о выплате части денежных средств, причитающихся супруге, является преждевременным.

При таких обстоятельствах довод ФИО3 о том, что автомашина Mazda CX-5 является совместной собственностью супругов, половина стоимости которой принадлежит супруге должника ФИО3, следовательно, признавать сделку недействительной в части всего автомобиля неправомерно, отклоняется арбитражным судом, как основанный на неверном толковании норм права.

Поскольку, в настоящее время отчужденное должником транспортное средство - легкового автомобиля марки Mazda CX-5 – год выпуска 2012, идентификационный номер <***>, категория транспортного средства В, кузов – JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый ФИО2 не принадлежит, то возврат имущества в конкурсную массу в этой части невозможен в натуре.

С учетом поступившего в материалы дела заключения № 02э/19 финансовый управляющий ФИО5 ФИО1 заявил об уточнении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит признать договор дарения от 19.12.2014 № 1912-1, заключенный между ФИО3 и ФИО2, недействительной сделкой; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в пользу гр. ФИО5 рыночной стоимости легкового автомобиля марки Mazda CX-5 – год выпуска 2012, идентификационный номер <***>, категория транспортного средства В, кузов – JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый, рег. знак <***> в размере 951 000 рублей.

При таких обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу, что заявление финансового управляющего ФИО5 ФИО1 о признании договора дарения от 19.12.2014 № 1912-1, заключенного между ФИО3 и ФИО2, недействительной сделкой; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания в пользу ФИО5 с ФИО2 рыночной стоимости легкового автомобиля марки Mazda CX-5 – год выпуска 2012, идентификационный номер <***>, категория транспортного средства В, кузов – JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый, рег. знак <***> в сумме 951 000 рублей, является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

При таких обстоятельствах, исходя из положений статьи 61.6 Закона о банкротстве, статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, изложенные в пунктах 25, 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по результатам признания оспариваемой сделки недействительной стороны должны быть приведены в первоначальное положение.

Таким образом, в рассматриваемом случае подлежат применению последствия недействительности сделки – договора дарения от 19.12.2014 № 1912-1, заключенного между ФИО3 и ФИО2, в виде взыскания в пользу ФИО5 с ФИО2 рыночной стоимости легкового автомобиля марки Mazda CX-5 – год выпуска 2012, идентификационный номер <***>, категория транспортного средства В, кузов – JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый, рег. знак <***>, в сумме 951 000 рублей.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (пункт 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В пункте 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что судебные расходы арбитражного управляющего, связанные с рассмотрением заявления об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, осуществляются за счет средств должника (пункты 1 и 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве). При удовлетворении судом заявления арбитражного управляющего об оспаривании сделки понесенные судебные расходы взыскиваются с другой стороны оспариваемой сделки в пользу должника, а в случае отказа в удовлетворении заявления - с должника в пользу другой стороны оспариваемой сделки.

На основании подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по спорам о признании сделок недействительными составляет 6 000 рублей.

Поскольку судом удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО5 ФИО1 государственная пошлина подлежит взысканию с ФИО2 в пользу ФИО5 в размере 6 000 рублей.

Руководствуясь ст. 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), ст.ст. 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Заявление удовлетворить.

Признать договор дарения от 19.12.2014 № 1912-1, заключенный между ФИО3 и ФИО2, недействительной сделкой. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в пользу ФИО5 с ФИО2 рыночной стоимости легкового автомобиля марки Mazda CX-5 – год выпуска 2012, идентификационный номер <***>, категория транспортного средства В, кузов – JMZKE897800141833, цвет серый, тип двигателя – бензиновый, рег. знак <***> в сумме 951 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО5 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 000 рублей.

Определение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья Е.В. Серова