Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Иванюк Н.А., рассмотрев в судебном заседании заявление конкурсного управляющего Шебертинского сельпо ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности

по делу о признании Шебертинского сельского потребительского общества несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании 24.05.2022:

представитель ФИО3 – ФИО4, по доверенности, паспорт;

В судебном заседании объявлялся перерыв с 24.05.2022 по 31.05.2022. После перерыва судебное заседание продолжено 31.05.2022 в том же составе суда при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Иванюк Н.А. при участии представителя ФИО4;

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 25.09.2019 Шебертинское сельское потребительское общество (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 665136, Иркутская обл., Нижнеудинский р-он, п/ст Шеберта, ул. Трактовая, д. 111) (далее – Шебертинское сельпо) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО1.

Конкурсный управляющий ФИО1 через систему «Мой арбитр» 24.05.2021 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 в размере 87 737 руб. 65 коп., а также ФИО2 и ФИО3 в размере 750 062 руб. 90 коп. солидарно.

От ФИО2 поступили возражения относительно удовлетворения заявления. В обоснование возражений указано, что в 1 квартале 2017 года ФИО2 не работала в Шебертинском сельпо, так как уволилась с работы 31.12.2015, что следует их трудовой книжки. Данные изменения не внесены в Единый государственный реестр юридических лиц следующим руководителем – ФИО3 За время работы, как указывает ФИО2, не допускала наличия задолженности по налогам, увольняясь с работы, отчиталась о результатах перед собранием, пайщиками, руководством района и области.

ФИО3 в письменных отзывах, дополнениях к отзывам указала, что на ФИО3 возложены обязанности председателя правления Шебертинского сельпо с 01.05.2017, в силу действующего законодательства ФИО3 осуществляла хозяйственную деятельность общества, при этом контролирующим должника лицом не являлась, полномочий руководителя не исполняла, осуществляла трудовые обязанности главного бухгалтера, экономиста и бухгалтера по отраслям. Руководство хозяйственной деятельностью Шебертинского сельпо осуществлял Иркутский областной потребительский союз. Доводы конкурсного управляющего о наличии у должника признаков банкротства по состоянию на 31.12.2015 опровергаются документами, на которые ссылается конкурсный управляющий. Бездействие конкурсного управляющего, и как следствие, формирование реестра требований кредиторов должника с истекшим сроком востребования задолженности основанием для предъявления данной задолженности в качестве меры ответственности Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» не предусмотрено. Также указала, что ею предпринимались действия по выводу общества из создавшегося кризиса, за время работы ФИО3 уменьшена кредиторская задолженность на 879 000 руб. При этом основные средства сохранены в полном объеме, взыскана дебиторская задолженность. Денежные средства получали от товаров собственного производства, занимались выпечкой хлебо-булочных изделий, копчением, выпускали полуфабрикаты. Расчет производился наличными денежными средствами из кассы должника. Вырученные денежные средства направляли на погашение задолженности перед кредиторами и закуп товаров повседневного спроса.

Кредиторы ФИО5 и ФИО6 в представленных в суд пояснениях и отзыве поддержали позицию конкурсного управляющего ФИО1, просили привлечь ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении заявления в его отсутствие, заявление поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзывах на заявление, просил отказать в удовлетворении заявления.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, ходатайства не направили; о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; пункты 14, 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 указанного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО1 вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно статье 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для целей этого Федерального закона руководителем должника признается единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Как следует из представленной в материалы выписки из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 22.05.2019 руководителем (председателем правления) Шебертинского сельпо с 26.10.2022 являлась ФИО2

Распоряжением № 48 от 01.05.2017 председателем Правления Шебертинского сельпо с 01.05.2017 назначена ФИО3

Сведения о ФИО3 как руководителе (председателе Правления) Шебертинское сельпо внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 22.05.2017.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ФИО1 указал, что по состоянию на 31.12.2016 у должника имелись признаки банкротства. Соответственно, заявление должника о признании его банкротом должно быть подано в срок до 01.02.2017. Бездействие руководителей Шебертинского сельпо, выразившееся в неподаче (несвоевременной подаче) заявления о признании должника банкротом в суд, привело к увеличению обязательств перед кредиторами.

Возражая относительно удовлетворения заявления, ФИО2 указала, что на дату наступления обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом руководителем общества не являлась, так как уволена с 31.12.2015.

В подтверждение данного довода в материалы дела представлена копия трудовой книжки АТ-VI № 1803399, содержащая запись об увольнении по инициативе работника с 31.12.2015.

Данные доводы судом отклоняются ввиду следующего.

Согласно пункту 5 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» заинтересованное физическое лицо вправе представить в регистрирующий орган заявление о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Как указано выше, сведения о том, что ФИО2 являлась Председателем Правления Шебертинского сельпо до момента назначения на эту должность ФИО3, отражены в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении Шебертинское сельпо. Данные сведения являются общедоступными.

Доказательств того, что после увольнения ФИО2 принимала своевременные меры для изменения недостоверных сведений, содержащихся в отношении нее как руководителя Шебертинское сельпо, ответчиком не представлены.

Также суд оценивает критически представленную в материалы дела копию трудовой книжки АТ-VI № 1803399, содержащую запись об увольнении по инициативе работника с 31.12.2015, поскольку данные сведения отражены на страницах 4-5 трудовой книжки, последующие сведения, указанные в трудовой книжке на иных страницах вплоть до 18, в материалах дела отсутствуют. Равно как и не представлены пустые страницы трудовой книжки с 6 по 17. На 18 и последующих страницах трудовой книжки отражены сведения о награждениях и поощрениях. При этом суд обращает внимание, что в трудовой книжке содержатся сведения о поощрениях ФИО2 внесенные 18.02.2016 (страницы 28-29 трудовой книжки).

Доводы ФИО3 о том, что она не являлась руководителем Шебертинского сельпо, не имела возможности давать обязательные для исполнения указания, судом также отклоняются, поскольку сведения о ней как о руководителе внесены в Единый государственный реестр юридических лиц. Более того, представленные в дела документы и пояснения ФИО3, в том числе о реализации имущества должника – магазина № 6, расположенного в с. Мельница, принадлежащего должнику, свидетельствуют о фактическом руководстве Шебертинским сельпо.

Доказательств, подтверждающих, что руководство Шебертинским сельпо осуществляло иное лицо в материалы дела не представлено.

В связи с чем, суд соглашается с доводами конкурсного управляющего ФИО1 о том, что ФИО2 и ФИО3 являлись контролирующими должника лицами в период осуществления ими полномочий председателя Правления Шебертинского сельпо.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Обстоятельства, которые конкурсный управляющий указывает в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом 01.02.2017), имели место до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ.

Таким образом, к спорным правоотношениям необходимо применять в части определения оснований для привлечения к ответственности положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, вступившего в силу 30.06.2013.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (в редакции применяемой к рассматриваемым отношениям), нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 данного Федерального закона.

В соответствии с абзацем 6 пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пунктом 2 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 указанной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Для привлечения лиц, указанных в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а в рассматриваемом случае руководителя должника, к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие одновременного ряда следующих условий:

- возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и установление даты возникновения данного обстоятельства;

- неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 АПК РФ).

При недоказанности хотя бы одного из вышеперечисленных обстоятельств (условий ответственности) требование о привлечении соответствующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворению не подлежит.

Как указано в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

С учетом буквального смысла приведенного положения, наличие любого из этих признаков является достаточным основанием для возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением должника.

В заявлении о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал, что по данным бухгалтерского баланса за 2016 год должником получен убыток в размере 20 000 руб., за 2017 год убыток составил 98 000 руб., за 2018 год чистая прибыль – 492 000 руб., за 1-й квартал 2019 года – убыток 247 000 руб. При этом последняя операция по расчетному счету осуществлена должником самостоятельно 07.09.2016, с 12.09.2016 все денежные средства списываются в порядке принудительного исполнения. С учетом даты возникновения обязательств перед кредиторами, конкурсный управляющий пришел к выводу о наличии у должника признаков банкротства по состоянию на 31.12.2016. Таким образом, обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла 01.02.2017.

Действительно, как следует из представленных в материалы дела документов, по состоянию на 31.12.2016 у Шебертинского сельпо имелась задолженность перед кредиторами ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9 в общем размере 487 883 руб. 03 коп. Указанные кредиторы включены в реестр требований кредиторов.

Вместе с тем, наличие задолженности перед указанными кредиторами само по себе не свидетельствует о том, что Шебертинское сельпо отвечало в указанную конкурсным управляющим дату признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Согласно абзацам тридцать шестому и тридцать седьмому статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иного.

Исходя из буквального толкования положений статей 8 и 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», должник обращается с заявлением о собственном банкротстве независимо от размера имеющихся у него обязательств, периода их неисполнения, наличия вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга, а также правовой природы требования (основной долг или финансовые санкции), положенного в основание заявления.

Само по себе наличие кредиторской задолженности не может безусловно свидетельствовать о невозможности исполнения юридическим лицом денежного обязательства, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации.

Согласно бухгалтерскому балансу Шебертинское сельпо за 2016 год активы общества составляли 6 914 000 руб., в том числе основные средства – 4 279 000 руб., прочие внеоборотные активы (строительство) – 890 000 руб., запасы – 1 657 000 руб., дебиторская задолженность – 87 000 руб., денежные средства – 1 000 руб. Краткосрочные обязательства составляли 2 421 000 руб., в том числе заемные средства – 1 206 000 руб., кредиторская задолженность 1 215 000 руб. Убыток составил 20 000 руб.

Из бухгалтерского баланса Шебертинское сельпо за 2017 год усматривается, что активы общества составляли 6 953 000 руб., в том числе основные средства – 4 263 000 руб., прочие внеоборотные активы (строительство) – 895 000 руб., запасы – 1 706 000 руб., дебиторская задолженность – 87 000 руб., денежные средства – 2 000 руб. Краткосрочные обязательства составляли 2 602 000 руб., в том числе заемные средства – 746 000 руб., кредиторская задолженность 1 856 000 руб. Убыток составил 98 000 руб.

Таким образом, и по результатам 2016 года, и по результатам 2017 года структура баланса носила положительный характер, активы общества превышали имеющуюся кредиторскую задолженность.

При этом наличие отражённого в бухгалтерском балансе убытка в 2016, 2017 годах не свидетельствует о наступлении признаков банкротства у должника, ухудшение финансового состояния юридического лица не относится к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Отсутствие самостоятельных операций по счетам должника с 12.09.2016 объясняется местонахождением общества – п/ст Шеберта, осуществляемой им деятельностью – розничная торговля преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах.

Из пояснений ФИО3 следует, что обществом осуществлялась продажа продуктов повседневного спроса в магазинах п/ст Шеберта и близлежащих населенных пунктах. Ввиду отсутствия в магазинах соответствующего оборудования оборот денежных средств производился наличными денежными средствами через кассу Шебертинское сельпо. На счет должника поступали только денежные средства в счет оплаты за питание школ и интернатов.

Представленные в материалы дела копия книги регистрации приходных и расходных документов Шебертинского сельпо за 2017-2018 годы, кассовая книга за 2018 год подтверждают доводы ответчика о расчетах с контрагентами, в том числе физическими лицами, наличными денежными средствами.

Оценив представленные в материалы дела документы, арбитражный суд считает невозможным с достоверностью установить наличие у Шебертинского сельпо по состоянию на 31.12.2016, а также в иную дату в период с 31.12.2016 по 10.01.2019 (дата обращения ФНС России в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), безусловных признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, на которые указано в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель докажет, что возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно пояснениям ФИО3 в целях оптимизации деятельности общества и сокращения издержек производилась выпечка хлебо-булочных изделий, выпускались и продавались полуфабрикаты, занимались копчением и дальнейшей реализацией данной продукции. Вырученные денежные средства направлялись на погашение кредиторской задолженности.

Из представленного бухгалтерского баланса должника за 2019 год усматривается, что кредиторская задолженность уменьшилась по сравнению с предыдущим периодом на 577 000 руб. и составила 1 279 000 руб., а земные средства уменьшились на 511 000 руб. и составили 235 000 руб. При этом размер основных средств соответствует размеру основных средств в предыдущем периоде и составляет 4 263 000 руб., а размер запасов увеличился на 139 000 руб. Также произошло увеличение денежных средств на 14 000 руб., до 16 000 руб.

Таким образом, доводы ответчика ФИО3 о принятии ею в 2017, 2018 году мер к погашению имеющейся кредиторской задолженности, подтверждены документально.

Действия ФИО3 суд оценивает как экономически обоснованные, принимавшиеся в интересах должника и его кредиторов. Признаков наличия в действиях ответчика умысла на причинение вреда кредиторам должника, намеренного затягивания обращения руководителя в суд с целью предоставления необоснованных преференций иным кредиторам или третьим лицам суд не усматривает.

Исходя из имеющихся в материалах дела документов, должник осуществление финансово-хозяйственной деятельности не приостанавливал.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд приходит к выводу, что конкурсный управляющий не обосновал и документально не подтвердил наличие совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ФИО2 и ФИО3к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника. Обстоятельств, свидетельствующих о наличии недобросовестности и вины в действиях бывших руководителей должника ФИО2 и ФИО3 по указанным доводам судом также не установлено.

При таких обстоятельствах, заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении бывших руководителей Шебертинского сельпо ФИО2 и ФИО3к субсидиарной ответственности удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьей 61.16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002, статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

определил:

в удовлетворении заявления отказать.

Определение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья Е.С. Толокольникова