Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома от 10.09.2013, заключенного между ФИО2 и ФИО3 недействительным,

при участии:

от финансового управляющего: ФИО4 по доверенности, паспорту;

от ФИО3: ФИО5 по доверенности, паспорту;

установил:

ПАО «Банк «Санкт-Петербург» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Определением от 29.03.2017 суд признал заявление Банка необоснованным, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 прекратил.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2017 определение от 29.03.2017 отменено. Суд апелляционной инстанции признал заявление ПАО «Банк «Санкт-Петербург» обоснованным, ввел в отношении ФИО2 процедуру реструктуризации долгов гражданина, утвердил финансовым управляющим должника ФИО6.

Сообщение о введении указанной процедуры в отношении Должника опубликовано в газете «Коммерсант» в печатной версии № 127 от 15.07.2017, в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 11.07.2017.

Определением от 11.04.2018 суд освободил арбитражного управляющего ФИО6 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО2

Определением от 21.05.2018 суд утвердил финансовым управляющим ФИО1.

28.06.2018 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) в Арбитражный суд Калининградской области обратился финансовый управляющий ФИО1 (далее - финансовый управляющий) с заявлением к ФИО3 (далее - ответчик) о признании договора купли-продажи жилого дома от 10.09.2013 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 02.07.2018 заявление было оставлено без движения.

Определением суда от 16.07.2018 заявление принято к производству.

Все лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьями 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Информация о проведении данного судебного заседания, а также текст судебного акта по делу размещены на официальном сайте Арбитражного суда Калининградской области, в Картотеке арбитражных дел в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии с частью 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела.

Судебное заседание проведено без участия тех лиц, которые не обеспечили явку представителей.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал заявление в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявления. Считает, что сделка не была совершена с целью причинить вред кредиторам.

Заслушав, участвующих в судебном заседании лиц, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из заявления финансового управляющего, 10.09.2013 между гражданином ФИО2 и гражданкой ФИО3 был заключен договор купли-продажи индивидуального жилого дома, общей площадью 197,8 кв.м., расположенного по адресу <...>. Согласно п. 7 Договора стоимость купли-продажи Дома составила 650 000 руб. Указанный договор зарегистрирован в ЕГРП 20.09.2013 за № 01/350/2013-36.

Из справки ЗАГС (Агентство) Калининградской области от 19.10.2017 № 18627/01, от 12.03.2018 № 2952/01 следует, что ФИО3 является бывшей женой ФИО2 и матерью ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

На момент заключения договора купли-продажи дома от 10.09.2013 у ФИО2 имелись обязательства по уплате налогов, которые не исполнены до настоящего времени.

При этом, 08.10.2013, т.е. менее чем через месяц после заключения договора, ФИО2 подал заявку в ЗАО ИКБ «Европейский» на выпуск кредитной карты, в соответствии с которой ему был выдан кредит в размере 500 000 руб. по договору № 168-2013/С от 21.10.2013. Обязательства по указанному договору не исполнены ФИО2 до настоящего времени.

По мнению финансового управляющего, указанные обстоятельства позволяют усомниться в том, что встречное исполнение по договору купли-продажи дома от 10.09.2013 фактически осуществлялось Покупателем. Кроме того, рыночная стоимость предмета договора значительно превышает стоимость, установленную в вышеуказанном договоре купли-продажи. Так по данным сайта Avito.ru цена продажи домов в Центральном районе г. Калининграда размером от 100 кв.м. на участке 6 соток составляет не менее 5000000 руб.

Полагая, что оспариваемой сделкой должником был причинен вред имущественным правам кредиторов, выраженный в значительномуменьшении стоимости имущества должника, на которое возможно обратить взыскание, что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд пришел к следующему.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Поскольку спорный договор заключен 10.09.2013, то есть до 01.10.2015, должник на момент совершения сделки не являлся индивидуальным предпринимателем, по своему характеру сделка предпринимательской не является, поэтому в данном случае спорная сделка может быть оспорена только на основании ст. 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку спорный договор купли-продажи оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из материалов обособленного спора, 20.07.1991 в Межрайонном отделе ЗАГС №1 (дворец бракосочетаний) был заключен брак межу ФИО2 и ФИО8 (после заключения брака ФИО9).

10.01.1995 межу администрацией города Калининграда и ФИО2 был заключен договор на передачу в аренду городских земель № 000064. В соответствии с данным договором, администрация предоставила ФИО2 земельный участок площадью 600 кв.м. по улице Урицкого, 21 города Калининграда под строительство индивидуального жилого дома.

01.02.1995 между ФИО2 и Мэрией г. Калининграда (в лице главного архитектора города Калининграда) был заключен договор о возведении индивидуального жилого дома на предоставленном земельном участке по адресу: <...>.

В 1996-1997 годах супруги ФИО9 завершили возведение индивидуального жилого дома на указанном земельном участке (без чистовой отделки; без коммуникаций: водопровода, канализации, газа, электричество с перебоями).

Вместе с тем, указанный дом не был введен в установленном порядке в эксплуатацию, в связи с чем, супруги ФИО9 не зарегистрировали право собственности на дом.

Поскольку жилой дом был построен в период брака, то, в соответствии с положением ст. 34 СК Российской Федерации, он являлся совместной собственностью супругов.

10.06.2002 в филиале отдела ЗАГС администрации Калининградской области в Центральном районе г. Калининграда брак межу ФИО2 и ФИО10 был расторгнут (свидетельство о расторжении брака I-PE №524980).

При расторжении брака стороны пришли к соглашению о разделе совместно нажитого имущества - жилого дома расположенного по адресу: <...>, в следующем порядке: жилой дом переходит в собственность ФИО3, а ФИО3 выплачивает ФИО2 компенсацию за его долю в размере 1/2 доли в праве собственности на жилой дом (с учетом стоимости дома на 2002 год) в размере 650 000 руб.

Следует отметить, что на 2002 год в жилом доме также не был подключен к коммуникациям (водопроводу, канализации, газ и т.д.).

Поскольку право собственности на жилой дом в установленном порядке супруги ФИО9 не оформили, на момент расторжения брака они не могли юридически оформить достигнутое соглашение о разделе жилого дома.

При этом, по соглашению сторон, оформлением достигнутого соглашения о разделе жилого дома должна была заниматься ФИО3, для чего ФИО2 выдал последней доверенность от 08.02.2005.

С момента расторжения брака (2002 год) ФИО3 (и ее новая семья) живет, пользуется, производит неотделимые улучшения спорного жилого дома.

Так, ФИО3 (и ее новая семья) за свой счет, в частности, произвели следующие неотделимые улучшения жилого дома:

- 24.03.2003 ФИО11 (мать ФИО3) заключила с ЗАО «Гэлакси компьютеры и коммуникации» договор на разработку проекта и телефонизации жилого дома расположенного по адресу: <...>;

- 26.01.2004 между ФИО11 и ОАО «Северо-Западный Телеком» был заключен типовой договор об оказании услуг телефонной связи № 3527557, в соответствии с которым был предоставлена телефонная связь жилого дома, расположенного по адресу: <...>;

- 08.08.2002 ОАО «Калининградгазификация» выдало ФИО11 технические условия на газификацию сжиженным газом жилого дома по ул. Урицкого, 21 за №914.

- 14.02.2008 года между ФИО11 и Филиалом ОАО «Янтарьэнерго» был заключен договор энергоснабжения жилого дома по ул. Урицкого, 21;

- 25.02.2009 между ИП ФИО12 и ФИО13 (муж ФИО3, брак заключен 25.04.2009 года, свидетельство о регистрации брака I-PE №593405 от 25.04.2009) был заключен договор № 6-6 на бурение и строительство водозаборной скважины на участке, расположенном по адресу: <...>.

- 29.03.2011 между ФИО3 (заказчик) и ИП ФИО14 (исполнитель) был заключен договор №7 возмездного оказания услуг. Согласно данному договору исполнитель принял на себя обязательства за счет заказчика подготовить пакет документов для регистрации права собственности на ФИО2 на построенный индивидуальный жилой дом по адресу: <...>. После указанной регистрации исполнитель принял на себя обязательства подготовить документы для перехода и регистрации права на дом и земельный участок по указанному адресу на ФИО3

Для совершения вышеуказанных действий, ФИО2 выдал ФИО14 доверенности, в том числе 06.07.2012, на представление его интересов при государственной регистрации права на дом и земельный участок.

Также следует отметить, что 03.11.2009 Служба ГАСН Калининградской области вынесла протокол №384 об административном правонарушении в отношении ФИО9 (ныне ФИО15) М.В., предусмотренном ч. 5 ст.9.5 КоАП Российской Федерации, за осуществление эксплуатации жилого дома по ул. Урицкого, 21 без разрешения на ввод в эксплуатацию.

Вышеуказанные факты в совокупности доказывают, что с момента расторжения брака (2002 год) жилой дом находится в фактическом владении и пользовании ФИО3, а 10.09.2013 бывшие супруги (ФИО16, ФИО3) лишь юридически, до конца оформили достигнутое в 2002 году соглашение о разделе совместно нажитого имущества.

Вместе с тем судом установлено, что согласно имеющейся в деле расписке в договоре купли-продажи недвижимого имущества от 10.09.2013 спорное имущество (жилой дом) было оплачено покупателем по цене 650 000 руб., что свидетельствует о возмездности оспариваемой сделки (наличии встречного предоставления).

При этом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим не представлено доказательств того, что цена оспариваемой сделки существенно в худшую для должника сторону отличается от цены, при которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Исходя из установленных обстоятельств, при отсутствии в материалах дела сведений об иной рыночной стоимости отчужденного должником в пользу ФИО3 объекта недвижимости, суд полагает, что определенная сторонами договора купли-продажи цена имущества, с учетом его эксплуатационных характеристик на момент приобретения, не является явно заниженной и не может быть признана несоответствующей цене аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Оснований для признания ответчика и должника заинтересованными лицами у суда также не имеется.

В материалах спора имеются доказательства того, что с 2002 года ФИО16 и ФИО3 находились в разводе, а в 2009 году ФИО3 заключила брак с ФИО13

Как следует из пояснений должника и ответчика, в указанный период ими каких-либо общих дел не велось. Иного материалами дела не доказано.

Сделка совершена между физическими лицами, которые в спорный период заинтересованными лицами не являлись, ФИО3 не требовалось выяснять финансовое положение должника для целей заключения договора купли-продажи. При этом достоверных и допустимых доказательств того, что цена сделки явно не соответствует рыночной, в деле так же не имеется.

При этом не имеется оснований для предположения об осведомленности ФИО3 при совершении сделок о невозможности удовлетворения потенциальных требований кредиторов за счет данного ликвидного имущества и соответственно ее осведомленности о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения сделки заявление о признании должника банкротом принято к производству суда не было.

Более того, заявителем не указаны конкретные лица, перед которыми на дату оспариваемой сделки должник-гражданин имел не исполненные денежные обязательства, их размер и чьи имущественные интересы были потенциально затронуты оспоренным договором купли-продажи.

Спорное имущество не являлось предметом залога (ипотеки) по обязательствам самого должника либо иных лиц.

В материалах обособленного спора отсутствуют доказательства предъявления к должнику требований об исполнении обязательств до даты отчуждения имущества.

Денежные обязательства перед конкурсными кредиторами, в том числе перед ПАО «Банк «Санкт-Петербург» по заявлению которого было возбужденно дело о банкротстве должника, возникли намного позднее оспариваемой сделки от 10.09.2013 (решение Центрального районного суда Калининграда от 02.03.2016, которое вступило в силу 12.04.2016; решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 02.03.2016; решение Центрального районного суда от 12.05.2015 года и т. д.).

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия у должника цели, посредством продажи дома, причинить вред имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, которые привели или могли привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Финансовый управляющий не указал, в чем именно заключалось злоупотребление правом, то есть заведомо недобросовестное осуществление сторонами оспариваемого договора гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу.

При таком положении, сам по себе факт заключения договора с бывшей женой не может служить основанием для квалификации сделки по статьям 10, 168 ГК Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в настоящее время спорное имущество на основании договора купли-продажи находится в собственности ФИО3

Исходя из представленных доказательств и пояснений сторон, суд не усматривает в действиях ответчика какого-либо злоупотребления правом.

С учетом анализа приведенных норм права и установленных фактических обстоятельств, судом сделан вывод о непредставлении конкурсным управляющим доказательств наличия совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки по указанным в заявлении основаниям и применения последствий недействительности сделки.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований, судебные расходы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома от 10.09.2013 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3 – оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Определение может быть обжаловано в десятидневный срок со дня его вынесения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья Е.В. Ковалев