Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «ИТЕРА» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО2

по делу по заявлению кредитора – Общества с ограниченной ответственностью «Хозбери» (ИНН:<***>, ОГРН:<***>)

к должнику – Обществу с ограниченной ответственностью «ИТЕРА» (ИНН:<***>, ОГРН:<***>)

о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

от должника: ФИО3 (представитель по доверенности от 09.01.2019),

от ответчика: ФИО4 (представитель по доверенности от 26.01.2018),

от уполномоченного органа: ФИО5 (представитель по доверенности № 16-25/78 от 10.09.2018),

установил:

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 27.12.2017 Общество с ограниченной ответственностью «ИТЕРА» (далее – ООО «ИТЕРА») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 29.01.2018 конкурсным управляющим ООО «ИТЕРА» с 29.01.2018 утвержден ФИО1.

Определением суда от 20.12.2018 срок конкурсного производства в отношении должника продлен на два месяца, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено на 20.02.2018.

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением к бывшему руководителю должника ФИО2 о привлечении его к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника, включенным в реестр требований кредиторов ООО «ИТЕРА» в сумме 31 709 692,12 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 23.11.2018 заявление конкурсного управляющего принято к производству, по делу назначено предварительное судебное заседание на 10.01.2019, отложено на 30.01.2019.

Определением от 30.01.2019 дело назначено к судебному разбирательству на 20.02.2019.

В связи с отставкой судьи Антоник В.Н. в соответствии с частью 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи, дело передано на рассмотрение судье Запольской И.И.

Ответчиком представлен отзыв и дополнение к нему (л.д. 68-69 том 1, л.д. 1-2 том 2), в которых ФИО2 просит отказать в удовлетворении заявленных требований, указывает, что оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности не имеется.

Ответчик полагает, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника для него возникла 19.06.2017, по истечении месяца после вступления в силу решения суда по делу А29-2151/2017. Соответственно на ФИО2 может быть возложена субсидиарная ответственность только по кредиторской задолженности, образовавшейся в период с 19.06.2017 по 04.07.2017. Вместе с тем включенная в реестр требований кредиторов задолженность возникла за пределами указанного периода.

В судебном заседании представитель должника на требованиях настаивал, представитель ответчика поддержал доводы, изложенные письменно, представитель уполномоченного органа поддержал заявление конкурсного управляющего.

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Руководствуясь статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть вопрос обоснованности заявленных конкурсным управляющим требований в настоящем судебном заседании в отсутствие указанных лиц.

Заслушав представителей должника, ответчика и уполномоченного органа, исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Согласно пункту 12 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 Федерального закона.

Положения Главы III.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующие основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные особенности рассмотрения таких заявлений, введены с 29.07.2017, т.е. до даты подачи заявления, а значит, распространяются на порядок рассмотрения настоящего заявления.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» было разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, основания для применения субсидиарной ответственности квалифицируются исходя из законодательства, действовавшего на тот момент, когда соответствующие обстоятельства имели место, а процедура привлечения к ответственности применяется согласно новой редакции Закона о банкротстве.

Поскольку действия контролирующего должника лица, в связи с которыми заявлены требования о привлечении его к субсидиарной ответственности, имели место в 2011-2017 гг., применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в тот период.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

ФИО2 являлся учредителем и директором ООО «ИТЕРА» с 2009 года, в последующем учредителями должника являлись ФИО2 и ФИО6 (запись в ЕГРЮЛ внесена 12.02.2014, л.д. 42-45 том 1).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 01.10.1993 № 81-р; определения от 25.01.2007 № 37-О-О, от 15.04.2008 № 262-О-О, от 20.11.2008 № 745-О-О, от 16.07.2009 № 691-О-О, от 23.04.2015 № 821-О).

Данная правовая позиция дополнительно закреплена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО7».

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имело место действие и (или) бездействие контролирующего должника лица.

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в спорный период, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Данная норма Закона, подлежащая применению к спорным правоотношениям с учетом периода совершения руководителем должника действий, соответствует пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснение по применению которого дано в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 указанного Постановления, при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) вызвана их указаниями или иными действиями.

Применение указанной нормы права допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличия причинной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается.

В настоящее время согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закон о банкротстве;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

ФИО2 в представленном отзыве указывает, что оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве не имеется. Ответчиком не совершались в свою пользу и не одобрялись сделки, которыми бы был причинен имущественный вред кредиторам. Все документы организации переданы ФИО2 конкурсному управляющему в установленный законом срок, с заявлением об истребовании документов конкурсный управляющий к ответчику не обращался. Согласно реестру требований кредиторов сумма задолженности по обязательным платежам (недоимка) составляет 9 522 533,49 руб., тогда как общая сумма кредиторской задолженности (основной долг) составляет 24 511 914,01 руб. Таким образом, задолженность перед бюджетом составляет менее 50 % от общей суммы кредиторской задолженности. Сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ в отношении ООО «ИТЕРА», достоверны, о каком-либо несоответствии таких сведений конкурсным управляющим не заявлено.

Согласно анализу финансового состояния ООО «ИТЕРА» (л.д. 50-60 том 1) совершенные должником сделки являются производственными сделками, направленными на выполнение текущей деятельности должника. Анализ движения по расчетному счету должника не выявил нецелевых расходов Общества.

Результаты выездной проверки не содержат выводов о заключении заведомо невыгодных сделок.

Арбитражным управляющим не установлен сделки, не соответствующие законодательству Российской Федерации, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о недоказанности совершения контролирующим должника лицом действий, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в утрате возможности полного погашения их требований.

Суд не усматривает оснований для возложения на ФИО2 субсидиарной ответственности в заявленном размере в виду недоказанности его неправомерного управленческого или корпоративного влияния, а также его вины в доведении должника до невозможности погасить требования кредиторов, включенный в реестр.

Конкурсным управляющим наличие таких обстоятельств не доказано.

В материалах дела имеется акт приема-передачи документов ООО «ИТЕРА», подтверждающие исполнение ответчиком своей обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему (л.д. 71-76 том 1).

В рамках дела № А29-7179/2017 конкурный управляющий с ходатайством об истребовании документов от ответчика не обращался.

Судом установлено, что основная задолженность уполномоченного органа, включенная в реестр на основании налоговой проверки, составляет 9 164 444 руб., всего сумма реестра третьей очереди основной суммы задолженности составляет 24 511 914,01 руб.

Следовательно, задолженность по налогам не превышает 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, суд приходит к выводу, что надлежащих и допустимых доказательств наличия вины ФИО2 в создании критической ситуации для Общества конкурсным управляющим должника не представлено, а также принимает во внимание, что материалы дела не содержат доказательств вины ФИО2, наличия причинно-следственной связи между его указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанного лица и последующим банкротством должника, в связи с чем, конкурсным управляющим должника не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего.

Таким образом, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего лица должника по приведенному основанию не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закон о банкротстве.

Согласно статье 61.12. Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер такой ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 указанного Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) разъяснено, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания вышеперечисленных обстоятельств лежит на лице, обратившимся с соответствующим требованием.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО «ИТЕРА» возбуждено 04.07.2017 на основании заявления ООО «Хозбери».

Конкурный управляющий считает, что бывшим руководителем не исполнена в установленные законом сроки обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве.

Датой наступления у Общества признаков неплатежеспособности конкурсный управляющий считает 31.12.2014, соответственно, заявление о банкротстве должно было быть подано в срок не позднее 31.01.2015.

По расчетам конкурсного управляющего за период с 01.02.2015 по 04.07.2017 у должника образовалась задолженность в сумме, включенной в реестр требований кредиторов – 31 709 692,12 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в виде субсидиарной ответственности.

В качестве доказательства наличия у Общества признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2014 конкурсный управляющий ссылается на данные финансового анализа за период 2014-2017 гг., из которого следует, что показатели обеспеченности обязательств Общества его активами, степени платежеспособности по текущим обязательствам, коэффициента автономии (финансовой независимости) были меньше нормальных, а доля просроченной кредиторской задолженности, отраженной в пассивах, возрастала (л.д. 93 том 1).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно анализу финансового состояния ООО «ИТЕРА» (л.д. 50-60 том 1) величина активов должника на протяжении 2015-2016 гг. снизилась за счет статей запасы, дебиторская задолженность и основные средства. Удельный вес в структуре совокупных активов приходится на оборотные средства (100 %). Величина оборотных активов, составлявшая на 31.12.2014 48 206 тыс. руб., по состоянию на 30.06.2017 снизилась до 7 325 тыс. руб., уменьшились запасы, сырье, материалы, дебиторская задолженность и денежные средства. По сведениям должника уменьшение запасов связано с проведением инвентаризации, по результатам которой списаны материалы с истекшим сроком хранения, устранены технические ошибки, приведшие к задвоению операций.

Со стороны пассивов снижение валюты баланса произошло за счет уменьшения статьи краткосрочные обязательства, на 31.12.2014 их значение составляло 42 319 тыс. руб., на 30.06.2017 – 25 106 тыс. руб.; уменьшилась доля заемных средств (к концу периода до нулевых значений); величина кредиторской задолженности, которая на 31.12.201 составляла 27 393 тыс. руб. уменьшилась и на 30.06.2017 ее величина составляла 25 106 тыс. руб.

По мнению временного управляющего, причиной ухудшения финансового состояния стало отсутствие мероприятий по взысканию дебиторской задолженности и снижение оборота товарной продукции.

Из бухгалтерского баланса Общества за 2015 год следует, что у должника имелись активы на сумму 42 646 тыс. руб., при этом, кредиторская задолженность составляла 28 848 тыс. руб. (л.д. 64-65 том 1).

Из бухгалтерского баланса ООО «ИТЕРА» за 2016 год следует, что у должника имелись активы на сумму 17 941 тыс. руб., при этом, кредиторская задолженность составляла 14 654 тыс. руб. (л.д. 66-67 том 1).

Судом исследован реестр требований кредиторов должника, из которого следует, что задолженность, включенная в реестр, образовалась в 2014-2016 годах, в том числе, перед основными кредиторами:

- ООО «Хозбери» в размере 3 090 947,11 руб. по договору поставки № 18/15 от 26.06.2015 за период с 26.06.2015 по 31.12.2016 (взыскана решением Арбитражного суда Республики Коми от 19.04.2017 по делу № А29-2151/2017); в размере 1 666 220,19 руб. по договору поставки № 19/1 от 01.08.2015 за период с 01.08.2015 по 31.12.2016 (л.д. 94-135 том 1, в судебном порядке не взыскана);

- уполномоченным органом в размере 9 522 553,49 руб., из них 9 164 444 руб. доначислено по результатам выездной налоговой проверки;

- ФИО8 (правопреемник ПАО Сбербанк) в размере 6 468 140 руб. по договору поручительства № 12/8617/0018/171/14П02 от 30.06.2014;

- ФИО2 в размере 2 815 000 руб. (займы); в размере 572 950,20 руб. по договору аренды нежилого помещения № 5 от 01.01.2016 за период с 01.01.2016 по 30.06.2017.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В силу вышеуказанных положений конкурсный управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

Ответчик указывает, что в период с января 2015 года по май 2017 года Общество вело активную хозяйственную деятельность. По состоянию на 31.12.2016 совокупный показатель пассивов ООО «ИТЕРА» не превышал показатель активов. Согласно выписке по расчетному счету за период с 01.01.2017 по 17.05.2017 от контрагентов должника поступило 2 450 878,28 руб. (л.д. 4-109 том 2). Признаки объективного банкротства возникли в результате вынесения решений по делам № А29-2151/2015 и № А29-11538/2015.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 19.04.2017 по делу № А29-2151/2017 с ООО «ИТЕРА» в пользу ООО «Хозбери» взыскано 3 090 947,11 руб. долга и 38 455 руб. государственной пошлины. Решение сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу 19.05.2017.

Таким образом, срок для обращения в суд истек 19.06.2017.

Инспекцией Федеральной налоговой службы по г.Сыктывкару проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет всех налогов и сборов за период с 01.01.2011 по 31.12.2013, по налогу на доходы физических лиц за период с 01.01.2011 по 31.08.2014.

По результатам проверки составлен акт выездной налоговой проверки от 22.05.2015 № 17-17/05 и вынесено решение от 29.06.2015 № 17-17/05 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому ООО «ИТЕРА» доначислено к уплате 12 362 642,50 руб., в том числе: 9 393 757 руб. налогов, 2 247 365,39 руб. пени и 721 520,11 руб. налоговых санкций.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Республике Коми от 09.10.2015 № 245-А решение Инспекции от 22.05.2015 № 17-17/05 отменено в части дополнительного начисления налога на добавленную стоимость в размере 62 047 руб.; пени по налогу на добавленную стоимость в размере 20 806,59 руб. а также налоговых санкций по налогу на добавленную стоимость в размере 29 049,34 руб., в остальной части решение Инспекции оставлено без изменения.

Должник, не согласившись с решением Инспекции в редакции решения Управления, обжаловал его в судебном порядке.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 28.11.2016 по делу № А29-11538/2015 заявленные требования удовлетворены частично, решение ИФНС России по г. Сыктывкару от 29.06.2015 № 17-17/05 в редакции решения Управления ФНС России по Республике Коми от 09.10.2015 № 245-А признано недействительным в части доначисления налога на прибыль в размере 129 030 руб., а также соответствующих пени и налоговых санкций; в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 31.05.2017 решение Арбитражного суда Республики Коми от 28.11.2016 по делу № А29-11538/2015 оставлено без изменений, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.10.2017 решение Арбитражного суда Республики Коми от 28.11.2016 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 31.05.2017 по делу № А29-11538/2015 оставлены без изменения, кассационная жалоба Общества – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 09.11.2015 по делу № А29-11538/2015 частично удовлетворено заявление ООО «ИТЕРА» о принятии обеспечительных мер, действие решения ИФНС России по г. Сыктывкару от 29.06.2015 № 17-17/05 было приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по настоящему делу.

Определением суда от 08.06.2017 по делу № А29-11538/2015 обеспечительные меры отменены.

Таким образом, срок для обращения в суд истек 30.06.2017.

Вместе с тем 05.06.2017 ООО «Хозбери» порядке статьи 39 Закона о банкротстве обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании ООО «ИТЕРА» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.06.2017 заявление кредитора было оставлено без движения, в котором Обществу предлагалось в срок до 05 июля 2017 года устранить выявленные нарушения, а именно представить заверенную надлежащим образом копию решения Арбитражного суда Республики Коми по делу № А29-2151/2017 с отметкой о вступлении в законную силу; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы).

30.06.2017 от ООО «Хозбери» поступили документы во исполнение определения суда от 05.06.2017.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.07.2017 заявление ООО «Хозбери» принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО «ИТЕРА».

При этом, по смыслу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве сам по себе факт наличия задолженности перед контрагентами не свидетельствует о наступлении обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Само по себе наличие задолженности перед ООО «Хозбери» не является доказательством неплатежеспособности должника, равно как и не обязывает руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании предприятия несостоятельным (банкротом).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства наступили в мае 2017 года, после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Республики Коми от 19.04.2017 по делу № А29-2151/2017, которым с ООО «ИТЕРА» в пользу ООО «Хозбери» взыскано 3 090 947,11 руб. долга и 38 455 руб. государственной пошлины, и решения Арбитражного суда Республики Коми от 28.11.2016 по делу № А29-11538/2015, которым решение ИФНС России по г. Сыктывкару от 29.06.2015 № 17-17/05 в редакции решения Управления ФНС России по Республике Коми от 09.10.2015 № 245-А признано недействительным в части доначисления налога на прибыль в размере 129 030 руб., а также соответствующих пени и налоговых санкций, в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Размер активов должника по состоянию на 30.06.2017 не позволял погасить взысканную кредитором сумму с учетом размера доначисленных по результатам выездной налоговой проверки недоимки, пени и штрафов, приостановление исполнения которых отменено определением суда от 08.06.2017.

С учетом изложенных выше обстоятельств после 31.05.2017 ответчик мог прийти к выводу об отсутствии у ООО «ИТЕРА» возможности дальнейшего осуществления хозяйственной деятельности и с этого момента ФИО2 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Необходимо также иметь в виду, что норма статьи 61.12 Закона о банкротстве направлена на защиту лиц, вступивших в договорные отношения с должником после даты возникновения у последнего признаков банкротства.

Согласно пункту 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) исходя из положений статьи 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе, в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Иными словами, в случае своевременного обращения руководителя должника в арбитражный суд с соответствующим заявлением такие лица (по общему правилу) могли бы воздержаться от совершения с должником сделок и тем самым избежать возникновения убытков.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Однако у должника обязательств, со сроком исполнения в период с 30.06.2017 по 04.07.2017 не имеется, что исключает применение пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, поскольку размер ответственности за неподачу заявления равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, заявителем документально не подтверждено наличие обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при которых руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом ранее июня 2017 года; не подтвержден размер задолженности, возникшей после наступления обязанности руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12. Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 10, 60, 61.10, 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «ИТЕРА» ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Разъяснить, что определение суда может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд (г. Киров) через Арбитражный суд Республики Коми в десятидневный срок.

Судья И.И. Запольская