Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Патракеевой А.Г., рассмотрев в судебном заседании отчет финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества должника, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина

в деле по заявлению ФИО1 (ИНН <***>,
СНИЛС <***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; <...>, место регистрации: <...>) о признании себя банкротом,

при участии в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2 (с. Вершино-Рыбное,
ул. К.Маркса, 10, Партизанский район, Красноярского края),

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

при составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Вавулиной Д.М.,

установил:

в Арбитражный суд Красноярского края 10.05.2016 поступило заявление ФИО1 (далее – должник) о признании себя несостоятельным (банкротом), о применении к должнику процедуры реализации имущества.

Определением от 02.06.2016 заявление принято к производству арбитражного суда, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 29.09.2016 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 22.09.2016) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина сроком до 22.02.2017. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3.

Сообщение финансового управляющего о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» №182 от 01.10.2016, стр. 118, на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве № 1325420 от 29.09.2016.

Определениями от 25.05.2017, 26.09.2017 срок реализации имущества ФИО1 продлен до 22.09.2017, 22.03.2018, соответственно.

Определением от 26.09.2017 в рамках обособленного спора № А33-10715-13/2016 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО1

Определением от 13.11.2017 финансовым управляющим имуществом должника ФИО1 утвержден ФИО4.

Срок процедуры реализации имущества ФИО1 продлевался.

Определением от 16.07.2019 произведена замена судьи Мухлыгиной Е.А. в составе суда, рассматривающего дело № А33-10715/2016 на судью Нечаеву И.С.

Определением от 25.03.2020 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника ФИО1. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5.

Определением от 17.04.2020 произведена замена судьи Нечаевой И.С. в составе суда, рассматривающего дело № А33-10715/2016, на судью Патракееву А.Г.

Срок процедуры реализации имущества продлевался.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

К дате судебного заседания от финансового управляющего поступил отчет о своей деятельности, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества и неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, иные документы.

В материалы дела от кредитора ФИО6 поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

При рассмотрении отчёта финансового управляющего арбитражным судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из отчета финансового управляющего от 22.12.2021, за период реализации имущества выполнены следующие мероприятия.

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 01.10.2016 № 182, в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 29.09.2016 за номером № 1325420.

Проведена опись и оценка имущества должника (01.10.2016, 25.12.2017, 13.10.2016, 25.12.2017).

Из конкурсной массы исключены следующие объекты недвижимого имущества: квартира по адресу: <...> площадью 36,7 м? стоимостью 2 000 000 рублей, квартира по адресу: <...> площадью 36,7 м? стоимостью 1 900 000 рублей, нежилое помещение (подземный гараж) по адресу: <...> стоимостью 632 287 рублей, 2/51 доли в праве собственности на нежилое помещение по адресу г. Красноярск, ул. Ленина, 36 – 26 стоимостью 1 070 000 рублей, двухкомнатная квартира площадью 75,4 м? по адресу: <...> – 6 стоимостью 4 429 000 рублей. Доли должника в уставном капитале ООО «Энергия» в размере 51,52%, в ООО ЕЕКАЕ Техникал Воркс в размере 49% исключены из конкурсной массы должника.

В конкурсную массу также включены денежные средства в сумме 348 500 рублей 93 копейки.

В ходе процедуры реализации имущества должника реализовано следующее имущество на общую сумму 4 902 817 рублей:

- бытовые товары на сумму 10 530 рублей, договор от 05.06.2017 б/н;

- квартира, расположенная по адресу: <...> стоимостью 2 000 000 рублей, договор от 09.02.2018 № 1;

- квартира, расположенная по адресу: <...>, стоимостью 1 900 000 рублей, договор от 02.04.2018 № 2;

- нежилое помещение подземная парковка, расположенная по адресу: <...>, стоимостью 632 287 рублей, договор от 14.05.2018 № 3;

- право требования ФИО7 рыночной стоимости транспортного средства TOYOTA LAND CRUISER 120 PRADO, 2006 года выпуска (VIN №JTEBU 29J405079322), государственный номер K876РX24, цвет черный, номер двигателя IGR 5371368, рама №JTEBU29J405079322, стоимостью 360 000 рублей, договор от 27.06.2018 б/н.

На основной счёт должника в ходе реализации имущества поступили денежные средства в размере 5 047 105 рублей 51 копейка.

Определением от 24.09.2018 отказано в удовлетворении заявления о взыскании убытков в размере 18 284 419 рублей 50 копеек к бывшему финансовому управляющему имуществом должника ФИО3

Определением от 04.08.2017 по делу № А33-10715-3/2016 признана недействительной сделка - договор купли-продажи от 18.02.2011, заключенный между ФИО7, действующей за себя и как законный представитель от имени своих несовершеннолетних детей ФИО8, ФИО9 и ФИО1 в отношении двухкомнатной квартиры общей площадью 75,40 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде: обязания возвратить в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: двухкомнатной квартиры общей площадью 75,40 кв.м., расположенной по адресу <...>; восстановления права требования ФИО7, действующей за себя и как законный представитель от имени своих несовершеннолетних детей ФИО8, ФИО9 к ФИО1 денежных средств по договору купли-продажи от 18.02.2011.

Определением от 18.07.2017 по делу № А33-10715-4/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7, в отношении имущества - 2/51 (две пятьдесят первых) доли в праве собственности на нежилое помещение, общей площадью 1440,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 имущества - 2/51 (две пятьдесят первых) доли в праве собственности на нежилое помещение, общей площадью 1440,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>.

Определением от 21.04.2017 по делу № А33-10715-5/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7 в отношении помещения площадью 18,9 кв.м., этаж подземный по адресу: <...> «а», пом. №17. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 имущества- помещения площадью 18,9 кв.м. , этаж подземный по адресу: <...> «а», пом. №17

Определением от 20.04.2017 по делу № А33-10715-6/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>.

Постановлением от 30.06.2017 по делу № А33-10715-7/2016 определение Арбитражного суда Красноярского края от 04.04.2017 по делу № А33-10715-7/2016 отменено. Признана недействительной сделкой - договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: - однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>.

Реестр требований кредиторов закрыт 02.12.2016. В третью очередь реестра требований кредиторов включены требования двух кредиторов в общей сумме 237 219 179 рублей, в том числе 232 477 300 рублей основной долг, 4 741 879 рублей штрафные санкции. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

На дату подготовки отчёта требования кредиторов удовлетворены в общем размере 2 255 359 рублей 78 копеек, что составляет 0,95% от общего размера требований кредиторов, в том числе 07.06.2018 требование ФИО12 удовлетворено в сумме 506 328 рублей 27 копеек (1,04% от заявленного размера требований), требование ФИО6 удовлетворено в сумме 1 749 031 рубль 51 копейка (0,95% от заявленного размера требований).

Финансовым управляющим направлены уведомления в банки о закрытии счетов.

Размер текущих обязательств должника составляет 480 248 рублей 06 копеек, из них непогашенный остаток – 14113 рублей 72 копейки.

В Железногорский городской суд 28.03.2020 направлено заявление о пересмотре решения Железногорского городского суда Красноярского края от 25.05.2012 по вновь открывшимся обстоятельствам в части раздела общего совместного имущества супругов. В удовлетворении заявления отказано. Подана частная жалоба, в удовлетворении отказано. Подана кассационная жалоба, в удовлетворении отказано. Подана жалоба в Верховный суд Российской Федерации, в удовлетворении отказано.

Приговором Центрального районного суда г. Красноярска от 16.09.2019, измененным Апелляционным определением Красноярского краевого суда от 28.01.2020, должник признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ и приговорен к 4 годам 10 месяцам лишения свободы.

Оценив представленные доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических и физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего, а также реестра требований кредиторов следует, что кредиторы должника первой очереди не установлены, требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют, требования кредиторов третьей очереди погашены в сумме 2 255 359 рублей 78 копеек.

Выявленное в ходе процедуры банкротства имущество должника в полном объеме реализовано. Иное имущество исключено из конкурсной массы по решению финансового управляющего. Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении другого имущества должника, пополнении конкурсной массы и дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами в деле не имеется.

При таких обстоятельствах процедура реализации имущества гражданина подлежит завершению.

В силу пунктов 2, 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4, 5 указанной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

Согласно п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" для установления обстоятельств, связанных с непредставлением должником необходимых сведений или предоставлением им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве не требуется назначение (проведение) отдельного судебного заседания; указанные обстоятельства могут быть установлены на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

В силу части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанной нормой закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу этого принципа недозволенными (неправомерными), признаются злоупотреблением правом. Отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление.

Непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

На основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзацах 3 и 4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статья 2 Закона о банкротстве предусматривает основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе, в том числе понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, а именно: вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

При рассмотрении настоящего дела арбитражным судом установлены следующие основания для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением от 04.08.2017 по делу № А33-10715-3/2016 признана недействительной сделка - договор купли-продажи от 18.02.2011, заключенный между ФИО7, действующей за себя и как законный представитель от имени своих несовершеннолетних детей ФИО8, ФИО9 и ФИО1 в отношении двухкомнатной квартиры общей площадью 75,40 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде: обязания возвратить в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: двухкомнатной квартиры общей площадью 75,40 кв.м., расположенной по адресу <...>; восстановления права требования ФИО7, действующей за себя и как законный представитель от имени своих несовершеннолетних детей ФИО8, ФИО9 к ФИО1 денежных средств по договору купли-продажи от 18.02.2011.

Вступившим в законную силу определением от 18.07.2017 по делу № А33-10715-4/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7, в отношении имущества - 2/51 (две пятьдесят первых) доли в праве собственности на нежилое помещение, общей площадью 1440,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 имущества - 2/51 (две пятьдесят первых) доли в праве собственности на нежилое помещение, общей площадью 1440,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>.

Вступившим в законную силу определением от 21.04.2017 по делу № А33-10715-5/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7 в отношении помещения площадью 18,9 кв.м., этаж подземный по адресу: <...> «а», пом. №17. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 имущества- помещения площадью 18,9 кв.м. , этаж подземный по адресу: <...> «а», пом. №17

Вступившим в законную силу определением от 20.04.2017 по делу № А33-10715-6/2016 признана недействительной сделка - договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>.

Вступившим в законную силу постановлением от 30.06.2017 по делу № А33-10715-7/2016 определение Арбитражного суда Красноярского края от 04.04.2017 по делу № А33-10715-7/2016 отменено. Признана недействительной сделкой - договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>. Применены последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу должника – ФИО1 следующего имущества: - однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>.

Судами сделаны выводы, что вышеуказанные сделки совершены должником с целью вывода имущества из конкурсной массы, при наличии неисполненных обязательств по договорам займов, обязательным платежам, размер которых составляет, согласно заявлению должника, 268 938 431 рубль 65 копеек.

В указанных условиях заключение безвозмездных сделок с заинтересованными лицами (супругой, дочерьми) не может трактоваться иначе как сознательный вывод имущества из состава собственных средств, призванных обеспечить надлежащее исполнение долговых обязательств. Таким образом, оспариваемые сделки совершены должником после принятия заемных обязательств, и при задолженности по данным обязательствам, срок исполнения которых наступил.

Факт нарушения условий договоров займа, срок возврата которых наступил на момент совершения оспариваемых сделок, подтверждены вступившими в законную силу судебными актами судов общей юрисдикции (решением Саянского районного суда Красноярского края от 24.06.2013, от 16.02.2016, от 21.05.2014, от 14.08.2012). Сведений о погашении задолженности в полном объеме перед кредиторами по кредитным договорам, срок возврата суммы займа по которым наступил до совершения оспариваемых сделок, в материалы дела не представлено. То есть должник, при наличии кредитных обязательств произвел дарение недвижимого имущества заинтересованным лицам. В силу правовой природы договора дарения, его фактических условий, не подразумевающих встречного предоставления одариваемым дарителя, свидетельствует о заключении ФИО1, его супругой договоров, направленных на уменьшение размера принадлежащих должнику активов (совместно нажитого имущества) на стоимость такого имущества. Равноценного встречного исполнения договор не подразумевает. В результате совершенной сделки должник утратил право собственности на имущество. Такое поведение не является разумным для добросовестного заемщика и ожидаемым для обычного участника гражданского оборота. Результатом совершения оспариваемой сделки явилось уменьшение размера имущества должника, за счет которого кредиторы могут получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд пришел к выводу, что наличие неисполненных обязательств перед кредиторами в момент совершения оспариваемых сделок, свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредиторов, в связи с совершением должником безвозмездной сделки по отчуждению имущества должника. Совокупность обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения настоящего дела, свидетельствует о допущенном злоупотреблении со стороны ответчика и должника. Злоупотребление состоит в реализации правомочия собственника по распоряжению имуществом (ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также злоупотреблении свободой договора (ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), которое привело к лишению прав кредиторов (займодавцев) на получение удовлетворения своих требований путем обращения взыскания на имущество должника. При этом, заключение сделки дарения свидетельствует о направленности на смену титульного собственника, влекущего за собой невозможность обращения взыскания по требованиям кредиторов на такое имущество. При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения прав и законных интересов кредиторов должника совершением оспариваемых сделок, договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7, в отношении имущества - 2/51 (две пятьдесят первых) доли в праве собственности на нежилое помещение, общей площадью 1440,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>; договор дарения от 04.05.2011, заключенный между ФИО1 и ФИО7 в отношении помещения площадью 18,9 кв.м., этаж подземный по адресу: <...> «а», пом. №17; договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>; договор дарения от 04.04.2012, заключенный между ФИО10 и ФИО11 в отношении однокомнатной квартиры общей площадью 36,7 кв.м., расположенной по адресу <...>, признаны недействительными сделками на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приговором Центрального районного суда г. Красноярска от 16.09.2019 по делу №1-52/2019, измененным Апелляционным определением Красноярского краевого суда от 28.01.2020, должник признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ и приговорен к 4 годам 10 месяцам лишения свободы.

Из приговора следует, что суд квалифицировал действия ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ-мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

Приговором Центрального районного суда г. Красноярска от 16.09.2019 по делу № 1-52/2019 установлено, что согласно решению Саянского районного суда Красноярского края от 16.02.2016 года с ФИО1 взыскана в пользу ФИО6 сумма долга по договору займа в размере 113 960 600 рублей, проценты за пользование денежными средствами в размере 70 000 000 рублей, а всего 183 960 600 рублей.

Решением Саянского районного суда Красноярского края от 21.05.2014 с ФИО1 в пользу ФИО12 взыскана сумма займа в размере 19 454 940 рублей, проценты, начисленные на сумму невозвращенного долга, в размере 20 914 060 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 4 181 879 рублей, гос. пошлина 60000 рублей.

Решением Кировского районного суда г. Красноярска с ФИО1 в пользу ФИО12 взыскан долг в размере 8 000 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами 560 000 рублей, судебные расходы, издержки на оплату юр. услуг, всего: 8646900 рублей.

Решением Саянского районного суда Красноярского края от 24.06.2013 с ФИО1 в пользу ФИО13 взыскана сумма долга по договору денежного займа в размере 20000000 рублей, проценты в размере 11 600 000 рублей, гос. пошлина, всего: 31 660 000.

Судом установлено, что ФИО1, действуя умышленно, не располагая финансовыми возможностями, с целью личного обогащения, путем злоупотребления доверием потерпевших, с которыми ФИО1 находился в доверительных, дружеских отношениях, распространяя сведения о наличии у него ряда бизнеса на территории РФ и бизнеса на территории ОАЭ, заключал с потерпевшими договоры займа, однако взятые на себя обязательства по возврату долгов выполнять не намеревался, денежные средства использовал в своих целях.

Об умысле ФИО1 на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием свидетельствуют его действия. Заведомо зная о намерении не выполнять обязательства о возврате денежных средств потерпевшим, имея долги перед потерпевшими, не располагая финансовой возможностью возврата долгов, продолжая заключать договоры денежного займа, вводя при этом в заблуждение потерпевших, уверяя потерпевших о своей платежеспособности, обещая возврат денежных средств, в том числе с процентами, выдавая соответствующие расписки. Об умысле на хищение путем мошенничества свидетельствует и тот факт, что потерпевшие не знали в действительности о наличии бизнеса, занятие ФИО1 предпринимательской деятельностью на территории РФ и на территории ОАЭ им известно со слов самого ФИО1

Мошенничество, совершенное путем злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц, и они получали реальную возможность пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению. ФИО1, получив имущество (денежные средства) потерпевших, приобретал реальную возможность пользоваться, распоряжаться по своему усмотрению, давая займы под проценты другим людям, приобретая имущество, вкладывая денежные средства в бизнес.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения в установленном законом порядке, принимаются судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Несогласие участника спора с обстоятельствами, ранее установленными вступившим в законную силу судебным актом при разрешении другого дела, не дает оснований суду, рассматривающему иной спор, констатировать по собственной инициативе иные обстоятельства.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами подтверждается, что поведение ФИО1 как при совершении оспоренных сделок по отчуждению собственного недвижимого имущества, так и при заключении договоров займов являлось недобросовестным и противоправным, направленным исключительно во вред имущественным правам кредиторов.

В рассматриваемом случае злоупотребление правом сторонами сделки, в том числе должником носило явный и очевидный характер, учитывая, что договор дарения является безвозмездной сделкой, заключен с заинтересованным лицом (супругой) и не может трактоваться иначе как сознательный вывод имущества из состава собственных средств: вопреки разумному и добросовестному поведению, преследуя цель сохранить контроль над имуществом, стороны совершили оспоренную сделку в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество должника для расчетов с кредиторами. Указанные действия противоречат принципу добросовестности осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей и являются очевидным отклонением от добросовестного поведения. В связи с чем, должник несет риск последствий своего недобросовестного поведения. Действия должника образуют правонарушение, предусмотренное статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Незаконное поведение ФИО1 имело место в момент наличия неисполненных обязательств, в том числе перед кредиторами ФИО12, ФИО14, чьи требования по обязательствам включены в реестр требований кредиторов ФИО1 по настоящему делу.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 №310-ЭС17-14013, принятого в рамках дела №А48-7405/2015, по общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

В процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру банкротства, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Должник на момент совершения оспоренных сделок знал о наличии у него неисполненных перед кредиторами обязательствах, знал о необходимости погашения образовавшейся задолженности, а также должен был знать, что в случае непогашения задолженности кредитор вправе удовлетворить свои требования за счет обращения взыскание на имущество должника.

При этом, несмотря на то, что спорное имущество по недействительным сделкам возвращено в конкурсную массу, суд приходит к выводу, что совершенные должником сделки в любом случае привели к негативным последствиям, поскольку последствия умышленного недобросовестного поведения должника устранены судом в принудительном порядке, судебным актом на основании заявления финансового управляющего, который обладает правом на оспаривание сделок должника. Доказательства, подтверждающие, что спорное имущество добровольно было возвращено должником, в материалы дела не представлены. Кроме того, принудительный возврат имущества через институт оспаривания сделок должника не является реабилитирующим основанием для должника по отношению к его кредиторам и не устраняет самого факта незаконности поведения должника, т.к. направлен на устранение негативных последствий такого незаконного поведения должника.

Вышеизложенные обстоятельства с учетом определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013 не являются малозначительными.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор (ФИО12, ФИО14) основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности и умышленно скрыл имущество. Такое поведение должника не может быть признано судом добросовестным и разумным с точки зрения обычного гражданского оборота, что отрицательно характеризует личность должника.

При указанных обстоятельствах, руководствуясь положениями абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, арбитражный суд приходит к выводу о неприменении в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств.

Выводы суда о неприменении правил об освобождении обязательств по схожим обстоятельствам находят свое отражение в судебной практике (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.08.2019 № 302-ЭС19-13142).

Согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура.

В соответствии с пунктом 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве (в редакции, действующей на момент введения процедуры) размер фиксированной суммы вознаграждения составляет для финансового управляющего двадцать пять тысяч рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве. В силу пункта 2 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

На основании пунктов 124, 126 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.1996 N 7 «Об утверждении Регламента арбитражных судов» в целях реализации положений статей 94, 106 - 110 Кодекса в каждом арбитражном суде открывается депозитный счет. Выплата денежных средств, зачисленных на депозитный счет, производится на основании судебного акта, принятого арбитражным судом.

Материалами дела подтверждается факт внесения должником на депозитный счет арбитражного суда 10 000 рублей для оплаты вознаграждения финансового управляющего.

Как следует из материалов дела, резолютивной частью решения от 22.09.2016 финансовым управляющим утверждена ФИО3. Резолютивной частью определения от 19.09.2017 по делу № А33-10715-13/2016 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего. Резолютивной частью определения от 07.11.2017 финансовым управляющим утвержден ФИО4. Резолютивной частью определения от 17.03.2020 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 97 от 25.12.2013 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними. Суд вправе отступить от указанного правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

Учитывая вышеизложенное, право на получение вознаграждения финансового управляющего за процедуру реализации имущества имеют ФИО3 в лице наследника ФИО15, ФИО4, ФИО5.

В материалах дела отсутствует соглашение, заключенное между ФИО3, ФИО4, ФИО5, относительно установления пропорциональности вознаграждения.

Таким образом, поскольку в процедуре реализации имущества финансовыми управляющими имуществом ФИО1 в разное время были ФИО3, ФИО4, ФИО5, а также учитывая отсутствие в материалах дела соглашения, заключенного между ФИО3, ФИО4, ФИО5, относительно установления пропорциональности выплаты вознаграждения, то суд приходит к выводу, что в рамках настоящего спора в целях пропорционально распределения вознаграждения между финансовыми управляющими необходимо установить период осуществления полномочий каждого финансового управляющего.

В соответствии с пунктом 42 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта о введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, утверждении арбитражного управляющего либо отстранении или освобождении арбитражного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей, продлении срока конкурсного производства или включении требования в реестр (часть 2 статьи 176 АПК РФ), то датой соответственно введения процедуры, возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего, продления процедуры или включения требования в реестр (возникновения права голоса на собрании кредиторов) будет дата объявления такой резолютивной части, при этом срок на обжалование этого судебного акта начнет течь с даты изготовления его в полном объеме.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 42 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35, полномочия финансового управляющего ФИО3 возникли с даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и утверждении финансового управляющего – 22.09.2016 и прекращены с даты оглашения резолютивной части об освобождении ее от исполнения обязанностей – 19.09.2017, что составляет 363 календарных дней; полномочия финансового управляющего ФИО4 возникли с даты объявления резолютивной части определения об утверждении его финансовым управляющим – 07.11.2017 и прекращены с даты оглашения резолютивной части об освобождении его от исполнения обязанностей – 17.03.2020, что составляет 861 календарных дней, полномочия финансового управляющего ФИО5 возникли с даты объявления резолютивной части определения об утверждении его финансовым управляющим – 17.03.2020 и прекращены с даты оглашения резолютивной части о завершении процедуры реализации имущества – 01.03.2022, что составляет 715 календарных дней. Итого, общий срок осуществления финансовыми управляющими своих обязанностей за период процедуры банкротства составляет 1939 день = (363+861+715).

Таким образом, вознаграждение финансового управляющего ФИО3 за период процедуры реализации имущества должно быть исчислено за период с 22.09.2016 по 19.09.2017 и составляет: 1 872 рубля 10 копеек. Вознаграждение финансового управляющего ФИО4 за период процедуры реализации имущества должно быть исчислено за период с 07.11.2017 по 17.03.2020 и составляет 4 440 рублей 43 копейки. Вознаграждение финансового управляющего ФИО5 за период процедуры реализации имущества должно быть исчислено за период с 17.03.2020 по 01.03.2022 и составляет 3 687 рублей 47 копеек.

Основания для иного распределения вознаграждения судом не установлены и лицами, участвующими в деле, не указаны. Какие-либо возражения в материалы дела лицами, участвующими в деле, не заявлены.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что вознаграждение финансовым управляющим за период процедуры реализации имущества следует распределить следующим образом: 1872 рубля 10 копеек финансовому управляющему ФИО3 в лице наследника ФИО15, 4 440 рублей 43 копейки финансовому управляющему ФИО4 и 3 687 рублей 47 копеек финансовому управляющему ФИО5.

Поскольку в силу изложенных обстоятельств суд пришел к выводу о завершении процедуры реализации имущества должника, то поступившие на депозитный счет суда денежные средства, подлежат перечислению, в счет оплаты фиксированного вознаграждения финансовым управляющим за проведение процедуры реализации имущества в отношении ФИО1 в следующем порядке: 1872 рубля 10 копеек финансовому управляющему ФИО3 в лице наследника ФИО15, 4 440 рублей 43 копейки финансовому управляющему ФИО4 и 3 687 рублей 47 копеек финансовому управляющему ФИО5.

При этом суд полагает необходимым разъяснить, что выплата вознаграждения арбитражному управляющему ФИО4 в размере 4 440 рублей 43 копейки будет произведена после представления ФИО4 арбитражному суду платежных реквизитов для перечисления денежных средств путем вынесения отдельного судебного акта без вызова и извещения лиц, участвующих в деле.

Судом установлено, что ФИО1 на депозит суда внесены денежные средства в размере 10 000 рублей по чеку-ордеру от 26.04.2016, однако вопрос о возврате ФИО1 денежных средств из депозита суда в размере 10000 рублей, внесенных по чеку-ордеру от 26.04.2016 (платежному документу от 27.04.2016 №64057) будет рассмотрен только после представления ФИО1 арбитражному суду платежных реквизитов для перечисления денежных средств.

Руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

ОПРЕДЕЛИЛ:

завершить процедуру реализации имущества ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: д. Калиновка Саянского района Красноярского края, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес регистрации: <...>).

Не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Финансовому отделу Арбитражного суда Красноярского края перечислить ФИО15 с депозитного счета Арбитражного суда Красноярского края вознаграждение финансового управляющего в размере 1872 рубля 10 копеек за счет денежных средств, внесенных ФИО1 по чеку-ордеру от 26.04.2016 (по платежному документу от 27.04.2016 №62755).

Финансовому отделу Арбитражного суда Красноярского края перечислить ФИО5 с депозитного счета Арбитражного суда Красноярского края вознаграждение финансового управляющего в размере 3 687 рублей 47 копеек за счет денежных средств, внесенных в депозит суда ФИО1 по чеку-ордеру от 26.04.2016 (по платежному документу от 27.04.2016 №62755).

Разъяснить, что выплата вознаграждения арбитражному управляющему ФИО4 в размере 4 440 рублей 43 копейки будет произведена после представления ФИО4 арбитражному суду платежных реквизитов для перечисления денежных средств путем вынесения отдельного судебного акта без вызова и извещения лиц, участвующих в деле.

Разъяснить, что вопрос о возврате ФИО1 денежных средств из депозита суда в размере 10000 рублей, внесенных по чеку-ордеру от 26.04.2016 (платежному документу от 27.04.2016 №64057) будет рассмотрен только после представления ФИО1 арбитражному суду платежных реквизитов для перечисления денежных средств путем вынесения отдельного судебного акта без вызова и извещения лиц, участвующих в деле.

Определение может быть обжаловано в течение десятидневного срока с момента его вынесения путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

А.Г. Патракеева