Определение № А33-5778-98/15 от 18.04.2019 АС Красноярского края

1488/2019-102983(7)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ 

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
о привлечении к субсидиарной ответственности

Красноярск

Резолютивная часть определения оглашена в судебном заседании 18.04.2019.  В полном объёме определение изготовлено 01.05.2019. 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Григорьевой Ю.В., рассмотрев в  судебном заседании заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Деревообрабатывающая компания «Мекран» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника  лиц: ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3  (ИНН <***>), ФИО4 (ИНН <***>) 

в деле по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5  (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании общества с ограниченной  ответственностью «Деревообрабатывающая компания «Мекран» (ОГРН <***>, ИНН  <***>) несостоятельным (банкротом), 

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего: ФИО6, по доверенности 07.12.2016,  личность удостоверена паспортом; 

представителя ответчика ФИО2: ФИО7, по доверенности от 09.01.2019,  личность удостоверена паспортом; 

представителя ответчика ФИО3: ФИО8, по доверенности от 22.03.2019,  личность удостоверена паспортом; 

представителя ответчика ФИО4: ФИО8, по доверенности 11.01.2019,  личность удостоверена паспортом, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Галеевой А.В., 

установил:

Kaliscope Ventures Limited обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с  заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Компания «Мекран»  банкротом. 

Определением арбитражного суда от 13.05.2015 заявление принято к производству,  возбуждено производство по делу. 

Определением арбитражного суда от 14.03.2016 принят отказ Kaliscope Ventures Limited от  заявления о признании должника - общества с ограниченной ответственностью  «Деревообрабатывающая компания «Мекран» банкротом, производство по указанному  заявлению прекращено. 

Определением от 10.05.2016 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 07.06.2016 (резолютивная часть  определения объявлена 03.06.2016) заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 

Галины Геннадьевны о признании общества с ограниченной ответственностью  «Деревообрабатывающая компания «Мекран» несостоятельным (банкротом) признано  обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным  управляющим должника утвержден Мягков Андрей Вячеславович, дело назначено к судебному  разбирательству в заседании арбитражного суда на 03 октября 2016 года. 

Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника процедуры  наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 18.06.2016 № 107. 

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 18.11.2016 общество с ограниченной  ответственностью «Деревообрабатывающая компания «Мекран» признано банкротом, в  отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена  ФИО1. 

Сообщение конкурсного управляющего об открытии в отношении должника процедуры  конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 26.11.2016 № 220. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.11.2017 заявление принято к  производству, определена дата предварительного и судебного разбирательства. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19.02.2018 окончена подготовка  дела к судебному разбирательству, завершено предварительное судебное заседание.  Продолжено рассмотрение настоящего дела в судебном заседании арбитражного суда первой  инстанции. Рассмотрение обоснованности заявленных требований неоднократно  откладывалось. 

В ходе судебного разбирательства от конкурного управляющего неоднократно были  представлены ходатайства об уточнении предмета заявленных требований (данные уточнения  были приняты судом в порядке ст. 49 АПК РФ), дополнительно представлены пояснения,  возражения на доводы ответчиков, а также иные документы, для приобщения к материалам  дела. От ответчиков также были представлены возражения, пояснения в обоснование своих  доводов, заключение специалиста № 12-19 от 31.01.2019, выполненное специалистом ФИО10, являющегося членом автономной некоммерческой организации «Содружества экспертов»  Московской государственной юридической академии им. О.Е.Кутафина (далее по тексту -  АНО «СОДЭКС») и иные документы, имеющие значение для рассмотрения настоящего дела по  существу 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения  на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему  адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1  статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего огласила выводы  специалиста, огласила возражения на заключение специалиста. Считает, что выводы об  ухудшении финансового состояния соответствуют действительности. На вопрос суда пояснила,  что имущество, переданное в залог ООО «Мирамар Инвест», частично реализовано в  конкурсном производстве, частично не выявлено в результате инвентаризации. 

Представитель ответчиков ФИО3, ФИО4 поддержала выводы  специалиста ФИО10 Возражала против позиции конкурсного управляющего. Пояснила, 

что все документы конкурсному управляющему переданы. Пояснила, что сведения о списании  объектов, указанные в отзыве, взяты из заключения эксперта (вопрос № 2, стр.18; см. том 10,  пояснения Гребневой Н.Д.), доказательством списания части имущества являются сведения из  программы 1 С. Залоговое имущество реализовано, сведения отражены в программе 1 С. 

Представитель конкурсного управляющего пояснил, что сведения из программы 1С не  подтверждены первичными документами, данные документы конкурсному управляющему не  передавались бывшим руководителем должника. 

Представитель ответчика ФИО2 дала пояснения по существу дела, возражала против  доводов конкурсного управляющего. Считает, что доказательств, подтверждающих  возникновение обязанности обращения заявления о признании должника банкротом, не  представлено. Совокупность причинения вреда не доказана. 

Представитель ответчиков ФИО3, ФИО4 ходатайствовала о вызове  специалиста ФИО10, обладающего теоретическими и практическими познаниями, а  именно в области бухгалтерского учета, экономического анализа и аудита, исследования  показателей финансового состояния и финансового-экономической деятельности  хозяйствующего субъекта, проведении судебной финансовой экспертизы (представила  письменное ходатайство о вызове специалиста). 

Представитель конкурсного управляющего возражала против удовлетворения ходатайства  о вызове специалиста ФИО10 в связи с тем, что все выводы эксперта аналогичны  выводам финансового анализа. У конкурсного управляющего не имеется вопросов к  специалисту. Представителем ответчика также не сформулировано каких-либо вопросов к  специалисту. 

Представитель ответчика ФИО2 не возражала против удовлетворения ходатайства о  вызове специалиста. 

Согласно части 1 статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального  мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу  разрешаемого арбитражным судом спора, арбитражный суд может привлекать специалиста.  Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих  специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. 

 Привлечение специалиста по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом  суда, а не его обязанностью, и должно быть обусловлено конкретными обстоятельствами  рассматриваемого дела. 

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении  вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена  дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. 

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд не усматривает процессуальных оснований для  привлечения специалиста, в этой связи отказывает в удовлетворении данного ходатайства,  поскольку отсутствует необходимость в назначении экспертизы либо привлечении специалиста  для получения его разъяснений. 

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и  другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых  арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих  требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие  значение для правильного рассмотрения дела. 

В соответствии с частями 2,4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности. 

Представленное ответчиками заключение специалиста от № 12-19 от 31.01.2019  оценивается судом наравне с иными доказательствами, представленными в материалы дела. 

Представленное заключение эксперта ФИО11 от 31.01.2019 не вызывает у суда  вопросов, требующих специальных познаний, по каким-либо изложенным выводам. 

В материалах дела имеется достаточно доказательств о финансовом состоянии должника.  Проведение дополнительных мероприятий, для получения каких-либо дополнительных  заключений по указанному вопросу судом не усматривается. Согласие или несогласие лиц,  участвующих в деле с выводами эксперта (специалиста) не является основанием для  проведения дополнительного экспертного исследования, вызова специалиста в судебное  заседание для дачи пояснений суду. 

Также, представитель ответчиков ФИО3, ФИО4 письменно  ходатайствовала о вызове и допросе в качестве свидетеля специалиста ФИО10  (специалиста АНО «СОДЭКС»). 

Представитель конкурсного управляющего оставила на усмотрение суда вопрос о вызове  эксперта в качестве свидетеля, указав, что в заявленном ходатайстве отсутствуют вопросы и  сведения, о которых эксперт может дать пояснение. 

Представитель ответчика ФИО2 не возражала против удовлетворения ходатайства  ответчиков ФИО3, ФИО4 о вызове и допросе специалиста ФИО10 в  качестве свидетеля. 

В соответствии с частью 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля  для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано  указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и  сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства. По смыслу статьи 88  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызов лица в качестве  свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом  доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала  (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта. 

Рассмотрев ходатайство представителя ответчиков ФИО3, ФИО4 о  вызове в качестве свидетеля специалиста ФИО10, являющегося членом АНО  «СОДЭКС», суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении, поскольку в силу ч. 1, 5  ст.56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является  лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для  рассмотрения дела, ФИО10 к таким лицам, не относится. 

Кроме того, необходимость дачи свидетельских показаний судом не усматривается,  учитывая наличие в материалах дела бухгалтерского баланса должника по состоянию на  31.12.2014; аудиторского заключения о бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО  «Деревообрабатывающая компания «Мекран» (далее по тесту - ООО «ДК «Мекран») за 2014  год, выданного аудиторской компанией ООО «Эрнст энд Янг» 28.12.2015; анализа конкурсного  управляющего должником на наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности  имущества, проведенного на основании данных официальной бухгалтерской отчетности  должника за 2014 год, подписанной ФИО3, подтвержденной аудиторским  заключением от 28.12.2015, выданным аудиторской компанией ООО «Эрнст энд Янг»;  заключения от 29.08.2016 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного  банкротства ООО «ДК «Мекран» за исследуемый период с 2013 по 2015 год, подготовленного  временным управляющим должником ФИО9; заключения специалиста № 12-19 от  31.01.2019, выполненного специалистом ФИО10, члена АНО «СОДЭКС». 

С учетом изложенного, судом, в порядке ст. 56, 88 АПК РФ отказано в удовлетворения  ходатайства ответчиков ФИО3, ФИО4 о вызове и допросе специалиста  ФИО10 в качестве свидетеля. 

Исследовав материалы дела, заслушав конкурсного управляющего, арбитражный суд  пришел к следующим выводам. 

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от  26.10.2002 № 127-ФЗ (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических  лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренных статьей 10 Федерального  закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с  1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года   № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона). 

В соответствии с частью 1 статьи 4 Гражданского Кодекса РФ акты гражданского  законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после  введения их в действие. Действия закона распространяются к отношениям, возникшим до  введения в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ  "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" следует  учитывать следующее. 

Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в  частности нормы материального права - статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства,  являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение  обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим  лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место  после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то есть после  30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу от 29.07.2017   № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в  силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты  возбуждения производства по заявлению. 

При этом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в  отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу  части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными  законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее -  рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения  судебного акта. 

С настоящими заявлениями конкурсный управляющий обратился 16.11.2017. Решением  Арбитражного суда Красноярского края от 18.11.2016 должник признан банкротом и в  отношении него открыто конкурсное производство. 

С учетом того, что заявитель по настоящему делу связывает наступление субсидиарной  ответственности в отношении ФИО2 и ФИО3, с неисполнением обязанности  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в срок не  позднее 22.12.2014 в отношении ФИО12, в срок не позднее 25.03.2015 в отношении 

Балакчиной Е.С., материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям является  статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. 

В отношении ФИО4, конкурсный управляющий должника связывает наступление  субсидиарной ответственности в связи с совершением подозрительных сделок и  неисполнением обязанности по передаче документов и имущества должника, неисполнением  решения Арбитражного суда Красноярского края от 18.11.2016 о признании должника  банкротом, что затруднило формирование конкурсной массы должника, материальной нормой,  применимой к спорным правоотношениям является статья 10 Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. 

При этом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в  отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм. 

Как следует из материалов дела, до 19.11.2015 года ФИО13 являлся единственным  учредителем ООО «Управляющая компания «Мекран», которое в свою очередь являлось  единственным учредителем должника ООО «Деревообрабатывающая Компания «Мекран», с  размером доли 100%. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на  17.04.2019, с 19.11.2015 участниками (учредителями) должника ООО «Деревообрабатывающая  Компания «Мекран» (далее – должник) являются: 

- ООО «Управляющая компания «Мекран» с размером доли 10%;
- ФИО14 с размером доли 45%;
- ФИО4 с размером доли 45%.

Руководителями должника ООО «Деревообрабатывающая Компания «Мекран» являлись  следующие лица: 

- с 04.08.2014 по 24.02.2015 - ФИО2;
- с 25.02.2015 по 18.01.2016 - ФИО14;
- с 19.01.2016 по 17.11.2016 - ФИО4

Предметом рассмотрения настоящего обособленного спора является требование конкурсного  управляющего ФИО1 о привлечении бывших руководителей должника ФИО2,  ФИО14, к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о  банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан  обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение  требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности  исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей  и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным  органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  если обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает  невозможной хозяйственную деятельность должника; если должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных  предусмотренных названным Законом случаях. 

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества следует понимать  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей  должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью -  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление должника должно  быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи,  в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих  обстоятельств. 

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 

названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным  Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона. 

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте  2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной  норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: 

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве  обстоятельств; 

- неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона лицами заявления о банкротстве  должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; 

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к  субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9  Закона о банкротстве; 

- вина, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона, лиц в неподаче заявления о банкротстве  должника. 

Факт несостоятельности (банкротства) должника установлен решением арбитражного суда  по настоящему делу от 18.11.2016. При этом, из материалов дела следует, что заявление о  признании должника несостоятельным (банкротом) первоначально подано в арбитражный суд  кредитором Kaliscope Ventures Limited, а не руководителем должника. 

Дело о банкротстве возбуждено 13.05.2015.

Как следует из материалов дела, по состоянию на 22.08.2014 по договору займа от 18.12.2008  в редакции дополнительного соглашения № 1 от 02.07.2010, заключенного с Kaliscope Ventures  Limited, у должника образовалась задолженность в размере 90 420 410,14 руб. Основанием для  обращения с заявлением о признании должника банкротом послужили неисполненные  должником денежные обязательства в размере 90 420 410,14 рублей, подтвержденные  решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2014 по делу № А40-153473/2014. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2014 по делу № А40-153473/2014,  установлено, что ООО «Деревообрабатывающая Компания МЕКРАН» были допущены  просрочки исполнения обязательств по погашению основного долга и процентов, 12.08.2014  заимодавец направил в адрес заемщика требование о досрочном возврате выданной суммы  займа и погашении задолженности, с 22.08.2014 вся сумма выданного займа и начисленных  процентов была перенесена на счет просроченной задолженности. 

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника  определением от 16.09.2016 по делу № А33-5778-18/2015 в размере 129 568 814,97 руб. 

Таким образом, с даты наступления обязанности по погашению задолженности (22.08.2014)  директором должника ФИО2 (назначен 04.08.2014), обязанность не исполнена в течение  трех месяцев (то есть до 22.11.2014), то по состоянию на 22.11.2014 должник отвечал признаку  несостоятельности – неспособность исполнить обязанность по оплате задолженности по  кредитному договору, что свидетельствует о его неплатежеспособности. 

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в  арбитражный суд не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих  обстоятельств. С учетом изложенного, заявление о своём банкротстве должно было быть  подано в арбитражный суд не позднее 22.12.2014. 

Между тем, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в  пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53  "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности  при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет  доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной  названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках  стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из 

обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель  должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности,  возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их  преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого  результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от  субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. 

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к  ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о  банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент  возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом  осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о  невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий  для должника и его кредиторов. 

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо  учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в  определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. 

Конкурным управляющим, ответчиками в подтверждение и опровержение заявленных  доводов о неплатежеспособности и недостаточности имущества должника были представлены  следующие доказательства: 

- бухгалтерские балансы должника по состоянию на 31.12.2014; на 31.12.2015, на 31.12.2016; 

- аудиторское заключение о бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2014 год,  выданного аудиторской компанией ООО «Эрнст энд Янг» 28.12.2015; 

- анализ на наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества,  проведенного на основании данных официальной бухгалтерской отчетности должника за 2014  год, подписанной ФИО3, подтвержденной аудиторским заключением от 28.12.2015,  выданным аудиторской компанией ООО «Эрнст энд Янг»; 

- заключение от 29.08.2016 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или  преднамеренного банкротства должника за исследуемый период с 2013 по 2015 год,  подготовленного временным управляющим должником ФИО9; 

- независимый обзор бизнеса и анализа плана мероприятий по урегулированию  задолженности, выполненный ООО «Эрнст энд Янг»; 

- заключение № 12-19 от 31.01.2019, выполненного специалистом ФИО10, члена АНО  «СОДЭКС». 

Как следует из бухгалтерского баланса должника, по состоянию на 31.12.2014 активы  должника составляли 1 859 506 000 руб., в том числе 328 522 000 руб. - запасы, 601 360 000 руб.  – дебиторская задолженность, денежные средства и денежные эквиваленты – 13 798 000,  основные средства – 536 325 000. По состоянию на 31.12.2014 пассивы должника составляли  1 859 506 000 руб., из них: заемные средства составляли – 1 763 120 000 руб., кредиторская  задолженность составляла 912 072 000 руб. 

Пунктом 4 статьи 90 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если  по окончании второго или каждого последующего финансового года стоимость чистых активов  общества с ограниченной ответственностью окажется меньше уставного капитала, общество  обязано объявить об уменьшении своего уставного капитала и зарегистрировать его  уменьшение в установленном порядке. Если стоимость указанных активов общества становится  меньше определенного законом минимального размера уставного капитала, общество подлежит  ликвидации. 

Исследовав вышеуказанные документы, судом установлено, и подтверждено аудиторским  заключением от 28.12.2015, выполненным ООО «Эрнст энд Янг», недостаточность чистых  активов у должника существовала уже по состоянию на 31.12.2012 (1 251 285 000 руб.). В  последующем (2013, 2014 годы) недостаточность чистых активов увеличивалась: 1 436 802 000  руб., 1 612 566 000 руб. соответственно. В прилагаемой бухгалтерской (финансовой) отчетности  общество отразило, что в результате показатели строк «Отложенные налоговые активы» 

бухгалтерского баланса на 31 декабря 2014, 2013, 2012 были завышены на 267 161 тыс. рублей,  226 386 тыс. рублей и 180 500 тыс. рублей, соответственно, строка «Нераспределённая прибыль  (непокрытый убыток)» бухгалтерского баланса на 31 декабря 2014, 2013, 2012 была завышена  на 267 161 тыс. рублей, 226 386 тыс. рублей и 180 500 тыс. рублей соответственно, и строка  «Изменение отложенных налоговых активов» отчета о финансовых результатах за 2014 и 2013  годы была завышена на 40 775 тыс. рублей и 45 886 тыс. рублей, соответственно. Обращено  внимание на то, что, ООО «Деревообрабатывающая компания «МЕКРАН» понесло убытки в  размере 175 764 тыс. рублей за 2014 год, и на 31 декабря 2014 краткосрочные обязательства  превышали оборотные активы на 1 736 061 тыс. рублей. Данные условия наряду с прочими  обстоятельствами, изложенными в пункте 3 пояснений к бухгалтерскому балансу и отчету о  финансовых результатах, указывают на наличие существенной неопределённости, которая  может вызвать значительные сомнения в способности ООО «Деревообрабатывающая  компания «Мекран» продолжать свою деятельность непрерывно. 

Согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного, преднамеренного  банкротства установлено следующее, в анализируемом периоде (31.12.2012, 31.12.2013,  31.12.2014): значение коэффициента абсолютной ликвидности должника весь исследуемый  период находилось ниже области допустимых значений, что также свидетельствует о  недостаточности наиболее ликвидных активов (денежных средств) для оплаты срочной  кредиторской задолженности, должник не в состоянии немедленно оплатить обязательства за  счет денежных средств всех видов. По состоянию на 31.12.2014 немедленно могло быть  погашено не более 0,1% краткосрочных обязательств. Коэффициент текущей ликвидности  должника меняется от значения 0,12 до значения 0,23, что свидетельствует о существовании  значительных затруднений в покрытии текущих обязательств. Показатель обеспеченности  обязательств должника его активами на протяжении исследуемого периода принимал значения  0,43 и 0,44. Данная ситуация указывает на тот факт, что всех активов должника не хватит на  удовлетворение все существующих требований. В течение периода 2012-2014 показатель не  имеет ярко выраженной тенденции роста или снижения, что свидетельствует о том, что в  данный период должник не предпринимал действий для исправления ситуации. Степень  платежеспособности по текущим обязательствам показала, что должник за счет текущей  деятельности не способен рассчитаться со своими долгами в полном объеме и выйти на  безубыточность. 

Вышеуказанные заключения лицами, участвующими в деле не оспорены, не  соответствующим действующему законодательству не признаны. 

В соответствии с представленным Независимым обзором (отчетом) установлено следующее:  стр. 9, 11, 50, 51 - финансовое положение ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран»  на протяжении рассматриваемого периода (с 2010 по июнь 2015) можно охарактеризовать как  сложное и неустойчивое, должник нес убытки, показатель ЕВITDA (показатель финансовой  деятельности, рентабельности, стоимости бизнеса) на протяжении большего периода времени  был отрицательным. Убытки связаны как с низким уровнем объема производства и продаж  (загрузка в 2010-2014 г.г. снизились с 75 % до менее 30%), так и с уровнем косвенных расходов  (коммерческих и управленческих), в первую очередь, расходов на оплату труда (более 30 %  затрат); стр. 10 - задолженность ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран»   составляет более 2 млрд. рублей. Основными кредиторами выступают Внешэкономбанк и Банк  Москвы; стр. 51 - ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» демонстрировала  отрицательный операционный денежный поток с 2010 по 2014., который финансировался за  счет привлечения заемного капитала; стр. 12, 52, 56 — ухудшение финансовых показателей  ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» во второй половине 2015 года в сравнении  с результатами первого полугодия 2015 связано с не достижением планового показателя по  реализации, с одновременным ростом расходов. При этом ООО «Деревообрабатывающая  компания «Мекран» начисляет проценты по долгам, однако не выплачивает их (начисленные в  2015 проценты приведут к росту кредиторской задолженности на балансе  «Деревообрабатывающая компания «Мекран»); стр. 60 - с 2010 (в период осуществления 

инвестиционного проекта строительства завода третьего лица - ООО «Управляющая компания  «Мекран») ключевые топ-менеджеры были перенаправлены от управления операционной  деятельностью ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» на управление проектом  строительства завода третьего лица - ООО «Управляющая компания «Мекран». Впоследствии,  ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» не смогло найти равноценную замену этим  сотрудникам. В отсутствии производственных управленцев должной квалификации на  должности директора ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» операционная  деятельность предприятия была передана привлеченным со стороны менеджерам, которые не  смогли эффективно управлять технологическими процессами производства и приема заказов  (с 2008 по 2015 произошла смена 9 директоров ООО «Деревообрабатывающая компания  «Мекран»). Результатом слабого управления предприятия стали задержки по срокам в  выполнении существенной части заказов, что приводило к потере клиентов и снижению  основных операционных и финансовых показателей; стр. 12, 82 - по состоянию на 30.06.2015  большая часть выплат по основному долгу ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран»  перед кредиторами (53 %) просрочена. 

Таким образом, представленный ответчиком независимый обзор бизнеса и анализа плана  мероприятий по урегулированию задолженности, подтверждает доводы конкурсного  управляющего о том, что в период 2014-2015 имелись признаки неплатёжеспособности у  должника, в том числе в результате не эффективного управления технологическими процессами  производства, слабого управления, должной квалификации у директоров. 

Как следует из заключения № 12-19 от 31.01.2019, представленного ответчика, ООО  «Деревообрабатывающая компания «Мекран» на начало и окончание исследуемого периода  имело существенное превышение размера заемного капитала над собственными, что видно из  анализа структуры бухгалтерского баланса, анализа платежеспособности и финансовой  устойчивости, что связано с финансированием инвестиционного проекта группы компаний.  Специалист в своем заключении № 12-19 от 31.01.2019 указывает, что заключение о наличии  (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО  «Деревообрабатывающая компания «Мекран», выполненное временным управляющим  должником ФИО15 не соответствует действующим требованиям законодательства и  методическим рекомендациям, регулирующим проведение анализа наличия признаков  фиктивного и преднамеренного банкротства. Вместе с тем, судом установлено, что при  определении временным управляющим недостаточности чистых активов использован расчет  величины чистых активов в соответствии с требованиями приказа Минфина России от  28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов».  Указанным документом признается утратившим силу Приказ Министерства финансов  Российской Федерации и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 29.01.2003   № 10н/03-6/пз «Об утверждении Порядка оценки стоимости чистых активов акционерных  обществ», использовавшийся для аналогичных целей ранее. При этом, применение более  ранней редакции порядка расчета стоимости активов (с учетом разъяснении Минфина приводит  к тем же показателям недостаточности чистых активов, что использование расчета,  утвержденного Приказом № 84н от 28.08.2014. Таким образом, суд приходит к выводу, что  доводы конкурсного управляющего должником о недостаточности чистых активов у должника  на 31.12.2012 и дальнейшем ухудшении ситуации является обоснованным. Доказательства,  опровергающие данные обстоятельства не представлено. Выводы по вопросу 4, поставленные  перед специалистом ФИО10 отклонены и не принимаются судом. Заключение  временного управляющего должника было подготовлено на основе документов и материалов,  которые были получены временным управляющим, в том числе, от руководства ООО  «Деревообрабатывающая компания «Мекран». Указанное заключение не оспаривалось,  основания сомневаться в действительности представленного заключения у суда отсутствуют,  противоречивость в представленных в данном заключении выводов временного управляющего  не установлена. Доводы специалиста ФИО10 о том, что недостаточность чистых  активов планировалась до 2020, 2023, 2028, поскольку отрицательное значение чистых активов 

было запланировано и согласовано с кредиторами (банками), то требование о ликвидации  общества (обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом) по данной причине  является необоснованном, несостоятельны, поскольку «планирование» отрицательных чистых  активов в прогнозных документах должника прямо противоречит требованиям статьи 9 Закона  о банкротстве. Кроме того, представленное заключение (стр.35) подтверждает доводы о крайне  низком уровне платежеспособности и ликвидности организации по состоянию на 31.12.2015 (в  основном заемные обязательства, отсутствие собственных средств). В конце анализируемого  периода (31.12.2015) организация являлась полностью финансово зависимой (финансово  неустойчивой), о чем свидетельствуют отрицательные значения коэффициентов,  характеризующих финансовую устойчивость (стр. 39). Более того, значения коэффициентов  платежеспособности, рассчитанных для должника, находятся ниже нормативных значений,  принятых как конкурсным управляющим, так и специалистом Савицким А.А., что  свидетельствует о правомерности вывода о том, что признаки неплатежеспособности должника  о недостаточности его имущества для удовлетворения требований кредиторов существуют, по  меньшей мере, с 31.12.2012, имея тенденцию к ухудшению. За анализируемый период (20142015 год) возник значительный платежный недостаток наиболее ликвидных активов для  покрытия наиболее срочных обязательств (1 380 905 тыс. руб.), что свидетельствует об  ухудшении финансового положения...» (абз. 4. 5, 6 стр. 31 Заключения специалиста»). В  анализируемой организации на начало периода значение коэффициента текущей ликвидности  равнялось 0.304, т.е. ниже интервала допустимых значений, а на конец периода - уменьшилось  до 1,136, что является очень низким значением и характеризует финансовое положение  организации с отрицательной стороны» (абз. 3 стр. 35 Заключения специалиста). Специалист  приходит к выводу, как в начале анализируемого периода (31.12.2013), так и в конце  анализируемого периода (31.12.2015) организация являлась полностью финансово зависимой  (финансово неустойчивой), о чем свидетельствуют отрицательные значения коэффициентов,  характеризующих финансовую устойчивость. В анализируемом периода ООО  «Деревообрабатывающая компания - Мекран» являлась организацией полностью финансово  зависимой от внешних источников финансирования (заемных средств) (абз. 2 стр. 39  Заключения специалиста). Вышеуказанные обстоятельства также подтверждают доводы  конкурсного управляющего о неплатежеспособности должника. Допустимые доказательства,  объективно опровергающие данные доводы в материалах дела отсутствуют. 

Не нашли своего подтверждения и выводы ФИО10 о том, что привлечение такого  объема заемного капитала предусмотрено Бизнес-планом реализации проекта «Создание  деревообрабатывающего производства полного цикла в г. Красноярске в целях привлечения  кредитного финансирования, выполненного департаментом финансового консультирования  ОАО «НЭО Центр» от 17.06.2013, а также Независимым обзором бизнеса и анализом плана  мероприятий по урегулированию задолженности Российского производителя мебели Группа  «Мекран» от 24.12.2015. 

Действительно, как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от  20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, показателей только бухгалтерской  отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о  банкротстве, недостаточно. 

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления  должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для  общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов  других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества  обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как  только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют  принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. 

Из пункта 2 раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве»  Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 следует, что обязанность 

руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках  стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был  объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона  о банкротстве. 

Два крупных аффилированных предприятия (ООО «Деревообрабатывающая компания  «Мекран», ООО «УК Мекран» (в настоящее время находятся в процедуре банкротства -  конкурсном производстве) вели реальную хозяйственную деятельность, связанную с основным  видом деятельности ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» - производство  деревянных строительных конструкций и столярных изделий. Так, у ООО «УК Мекран»  основным видом деятельности было лесозаготовки, дополнительным - производство  деревянных строительных конструкций и столярных изделий. В совокупности предприятия,  входящие в одну группу компаний «Мекран», преследовали одну цель – развитие бренда и  построение розничных сетей в рамках инвестиционного проекта. 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член  высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 №  208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность  должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых  недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических  управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо  недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и  справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого  участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного  косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о  несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых)  кредиторов. 

Как следует из вступившего в законную силу определения по делу № А33-5778-20/2015, с  10.03.2015 обсуждался вопрос о недопущении банкротства группы компаний «Мекран». Копии  переписки ООО «Управляющая компания «Мекран» (далее по тексту ООО «УК «Мекран») с  руководителем фонда социального страхования от 27.05.2015, с прокурором Дорогомиловской  Межрайонной прокуратурой Западного Административного округа от 10.03.2015, с директором  Департамента промышленности Государственной корпорации «Банк развития и  внешнеэкономической деятельности» от 02.10.2015, подтверждают о наличии  неплатежеспособности должника. Так, например, в переписке исх. № 295 от 10.03.2015 (за два  месяца до возбуждения дела о банкротстве должника) разбирался вопрос о недопущении  банкротства группы компаний «Мекран». В ноябре 2015 года деревообрабатывающий завод-2  был остановлен и законсервирован. До этого момента руководство компании ООО  «Управляющая компания «МЕКРАН» старалось избежать процедуры банкротства в отношении  должника, а также в отношении ООО «УК «Мекран». 

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе  предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания  преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для  достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй п. 9  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве"). 

Вышеперечисленные обстоятельства подтверждают направленность действий бывшего  руководителя на преодоление финансовых затруднений, однако данные действия экономически  были не целесообразны, предприятие работало в убыток, наращивало кредиторскую  задолженность. В период разделения финансирования группы компаний «Мекран» уже  присутствовали все признаки неплатежеспособности должника, о чем было известно 

руководителю должника (в соответствующий период), данный вопрос неоднократно  поднимался на заседаниях высшего руководства компании. 

 Предпринятые меры не свидетельствуют о добросовестных намерениях ФИО2,  ФИО3 по выводу общества из кризисного состояния, сложившегося в 2012-2014 году. 

При этом, указанное выше позволило должнику завуалировать кризисную ситуацию,  создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения  дел в хозяйственном обществе. 

В 2014 году должником было получено выручки 500 000 000 руб., вместо планируемой - 1,5  млрд. руб. Решение о до финансировании было принято лишь в феврале 2015 года, в то время  как неисполненные обязательства должника установлены с 22.08.2014 и подтверждены  решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2014 по делу № А40-153473/14. 

Более того, у должника на сентябрь 2015 года также имелись неисполненные обязательства  в существенном размере (неисполненный кредитный договор, заключенный 28.04.2012 с ОАО  «Банк Москвы» на сумму 1 361 239 473, 29 руб., Определение Арбитражного суда  Красноярского края от 01.09.2016 по делу А33-5778-2/2015). 

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и  добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ), так и гражданско- правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие  кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений  относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий п. 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план  выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников  (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении  контролируемого хозяйственного общества. Именно эти участники, чьи голоса формировали  решения высшего органа управления хозяйственным обществом, под контролем которых  находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого  общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного  плана непубличного дофинансирования. 

Более того, у ООО «ДК «Мекран» имелись следующие неисполненные обязательства перед  кредиторами в существенном размере: 

- неисполненный кредитный договор <***>/09ю, заключенный 29.05.2009 с  ОАО АКБ «Пробизнесбанк» на сумму 2 493 166,29 долларов США. Определение  Арбитражного суда Красноярского края от 18.11.2016 по делу № А33-5778-24/2015; 

- неисполненный кредитный договор, заключенный 28.04.2012 с ОАО «Банк Москвы» на  сумму 1 361 239 473. 29 руб. Определение Арбитражного суда Красноярского края от  01.09.2016 по делу № А33-5778-2/2015; 

- требования перед Kaliscope Ventures Limited на сумму 102 138 574,21 руб. - задолженность,  установленная решением Арбитражного суда г.Москвы от 08.12.2014 по делу № А40- 153473/2014-46-1256. Определение Арбитражного суда Красноярского края от 16.09.2016 по  делу № А33-5778-18/2015; 

- требования перед ООО «ССО «Эксперт», задолженность в размере 83 184 231,62 руб.,  возникшая на основании договоров подряда от 09.06.2011, 12.10.2011. Определение  Арбитражного суда Красноярского края от 21.12.2016 по делу № А33-5778-21/2015; 

- требования перед ФНС России, задолженность по обязательным платежам в размере более  66 927 058,01 руб. за период с 2010 года. Определение Арбитражного суда Красноярского края  от 14.09.2016 по делу № А33-5778-12/2015. 

Судом установлено, что в указанный конкурсным управляющим должника период, когда, по  его мнению, возникла обязанность у руководителя должника обратиться в суд с заявлением о  признании должника несостоятельным (банкротом) (22.12.2014) должник осуществлял  хозяйственную деятельность, однако не выполнял взятые на себя обязательства, в том числе по 

выплате кредитных обязательств, по выполнению работ и услуг, по исполнению обязательств  перед контрагентами, существенно наращивалась кредиторская задолженность и  задолженность перед работниками должника по выплате заработной платы. 

Также, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что в период осуществления  обязанностей руководителя должника ФИО2 имелись неисполненные обязательства по  выплате заработной платы (с августа 2014 года заработная плата выплачивалась с задержкой  три месяца) перед сотрудниками компании: 

Материалами дела не подтверждается, что ФИО2, как руководителем должника 

предпринимались эффективные меры по выходу из кризисной ситуации, разумность действий  по управлению предприятием не контролировалась. 

Доводы о том, что по данным бухгалтерского учета ООО «Компания «Мекран» оборотные  активы компании составляли сумму 383 680 995 руб., а также представленное платежное  поручение № 743 от 24.11.2014 на сумму 217 038 348,14 руб. в связи с чем, указанной суммы  было достаточно для погашения имеющихся на спорную дату (22.12.2014) обязательств,  несостоятельны. 

Следует отметить, что даже после возбуждения дела о банкротстве № А33-5778/2015  (13.05.2015) должником продолжалась работа по заключению договоров поставки мебели,  однако данные обязательства также и не были исполнены должником. При этом, денежные  средства в виде аванса за поставку товара (мебели) были переданы должнику. Указанные  обстоятельства подтверждены материалами дел: № А33-5778-5/2015, № А33-5778-6/2015, № А33- 5778-8/2015, № А33-5778-10/2015, № А33-5778-15/2015, № А33-5778-16/2015, № А33-5778- 17/2015, № А33-5778-25/2015, № А33-5778-27/2015, № А33-5778-27/2015, № А33-5778-29/2015,   № А33-5778-33/2015, № А33-5778-35/2015, № А33-5778-38/2015, № А33-5778-40/2015, № А33- 5778-44/2015, № А33-5778-45/2015, № А33-5778-46/2015, № А33-5778-47/2015, № А33-5778- 53/2015, № А33-5778-54/2015, № А33-5778-55/2015 и др. В связи с тем, обязательства,  вытекающие из договоров поставки, возникшие после возбуждения дела о банкротстве, так и  не были исполнены со стороны должника, данные действия должника привели к увеличению  (наращиванию) задолженности должника по текущим обязательствам (более 300 000 000  руб.). Указанные действия не отвечают действиям добросовестного руководителя. 

Кроме того, в преддверии банкротства, принимая во внимание действия по выходу из  кризисной ситуации, как указывают ответчики, а также после возбуждения дела о банкротстве  должника непосредственными руководителями должника, обладающими достоверными  данными о финансовом состоянии должника (знали о факте неплатежеспособности должника)  происходит постоянное необоснованное увеличение заработной платы как бывшим 

руководителям должника, также и иным сотрудникам, что также приводит к увеличению и  наращиванию текущей задолженности. 

Данные обстоятельства подтверждены материалами обособленного спора № А33-5778- 88/2015, в рамках которого судом был снижен размер заработной платы бывшего директора  (ответчика) ФИО3, взыскано в конкурсную массу должника излишне  выплаченная заработная плата в размере 2 215 192,04 рублей. При этом, объективные причины  для увеличения размера заработной платы после возбуждения дела о банкротстве ООО «ДК  «Мекран» не установлены, лицами участвующими в деле не представлены. ООО «ДК «Мекран»  какого-либо реального положительного результата от деятельности ФИО3 не  получало. При этом, как следует из материалов настоящего дела, учитывая размер  задолженности по заработной плате перед сотрудниками предприятия-должника – более  30 000 000 руб., задолженность перед ответчиком ФИО3 по выплате заработной  платы, выходных пособий отсутствует. 

В связи с наличием текущей задолженности перед работниками должника по заработной  плате в арбитражный суд с заявлениями обращались представитель работников должника  ФИО16 ( № А33-5778-79/2015), а также конкурсный управляющий должником ( № А33-5778- 106/2015) об изменении календарной очередности и установлении приоритетного  удовлетворения текущих требований по оплате работников должника. Как следует определения  по делу № А33-5778-106/2015, во вторую очередь реестра текущих требований кредиторов  включены требования в размере 115 930 816,45 руб., непогашенный остаток – 103 568 533,61  руб., из них 34 114 992,47 руб. – зарплата и пособия, 81 815 823,98 руб. – НДФЛ и страховые  взносы. 

Кроме того, материалами основного дела № А33-5778/2015 установлено, что заявление  индивидуального предпринимателя ФИО5 о признании общества с  ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая компания «Мекран несостоятельным  (банкротом) признано обоснованным и введена в отношении должника процедура наблюдения.  При этом, размер неисполненных обязательств перед кредитором на дату введения процедуры  наблюдения составлял 3 200 000 руб. основного долга. Вместе с тем, как следует из материалов  дела № А33-5778-88/2015, размер выплаченных сумм ответчику ФИО3 в счет  заработной платы составлял 9 114 729,95 руб., что превышает сумму требований заявителя по  делу более чем в два с половиной раза. 

Доводы о том, что для рассмотрения настоящего дела имеют значение факты, установленные  определениями суда от 06.08.2018 по делу № А33-5778-90/2015, от 01.04.2019 по делу № А40- 205279/16-95-2017, от21.09.2018 по делу № А40-13242/15-123-58 «Б», от22.11.2018 по делу   № А40-13242/15-123-58Б, отклонены судом, поскольку не имеют преюдициального значения  для рассмотрения настоящего спора по существу. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что учитывая финансовые затруднения,  ответчики не приложили все необходимые усилия для преодоления данных финансовых  затруднений, в том числе, экономически план не был реализован, не осуществляли иные  действия и мероприятия, являющиеся разумными с точки зрения обычного руководителя,  находящегося в сходных обстоятельствах. Ответчиками в материалы дела не представлены  доказательства наличия экономически обоснованного плана по выходу должника из состояния  кризиса, не доказано, что финансовые затруднения были временными и общество было  способно преодолеть их, учитывая, что на протяжении всего периода с 2012 по 2014 год  происходило цикличное ухудшение основных показателей ликвидности активов ООО «ДК  «Мекран» и 31.12.2014 данные показатели стали критическими. 

Судом установлено и лицами, участвующим в деле, не оспорено, что после 22.08.2014 у  должника возникли обязательства в размере 129 568 814,97 руб., подтверждённые вступившими  в законную силу судебными актами о включении требований в реестр требований кредиторов. 

Руководитель должника ФИО2 с заявлением о признании должника банкротом не  обратился. 

Согласно трудовому договору № КФ50 от 25.02.2015 Балакчина Е.С. являлась генеральным  директором должника. 

Судом также установлено, и подтверждено материалами дела № А33-5778-87/2015, № А33- 5778-91/2015, № А33-5778-89/2015, что в период исполнения обязанностей директора должника  ФИО3 увеличивались должностные оклады в отношении руководящего состава  должника, что также привело к наращиванию задолженности по текущим обязательствам перед  работниками должника. Материалами дела было установлено, что при совершении ФИО3 действий, направленных на увеличение своих должностных окладов, у должника уже  имелась огромная задолженность как по текущим обязательствам, возникших после  возбуждения дела о банкротстве (договоры поставки, по заработной плате перед работниками  должника с учетом окладов, установленных до возбуждения дела о банкротстве), так и по  обязательствам, возникших дело возбуждения дела о банкротстве. При этом, объективные  причины для увеличения размера заработной платы после возбуждения дела о банкротстве  должника не установлены, лицами участвующими в деле не представлены. Должник какого- либо реального положительного результата от деятельности ФИО3 не получало. С  учетом вышеуказанных обстоятельств (наличие просроченной кредиторской задолженности  перед контрагентами должника, а также перед работниками должника) у должника  отсутствовала финансовая возможность по выплате увеличенной заработной платы, повышение  фонда оплаты труда было экономически нецелесообразно и необоснованно. Соответственно,  увеличение заработной платы в оспариваемые периоды не соответствуют требованиям  добросовестности и разумности, совершены в ущерб иным кредиторам, привели к  наращиванию (увеличению) текущих обязательств должника, в связи с чем расценены судом  как злоупотребление правом. 

В результате действий ФИО3, необоснованно выбыли денежные средства,  необходимые для расчетов с кредиторами и осуществления хозяйственной деятельности. 

Согласно материалам дела ФИО3 занимала должность генерального директора  должника, а также в последующем коммерческого директора должника и директора по  подбору персонала по совместительству. Вместе с тем, в период ухудшения финансово- экономической деятельности должника и рассмотрения Арбитражным судом Красноярского  края заявлений о признании ООО «ДК «Мекран» банкротом (с 13.05.2015), размеры её окладов  увеличивались. 

Как следует из материалов дела, в период осуществления обязанностей руководителя  должника ФИО3 имелись неисполненные обязательства по выплате заработной  платы (с февраля 2015 года по декабрь 2015 года), заработная плата выплачивалась с  задержкой три месяца) перед сотрудниками компании: 

Следует отметить, что и в период осуществления обязанностей руководителя должника  ФИО4 за период с января 2016 года по ноябрь 2016 года имелись неисполненные  обязательства по выплате заработной платы: 

Исходя из вышепредставленных данных суд приходит к выводу, что на протяжении всего 

периода исполнения обязанностей бывшими руководителя должника (ФИО2, ФИО3, ФИО4) имелись неисполненные обязательства должника по выплате заработной  платы работникам должника, при этом, просрочка исполнения обязательств составляла в  среднем три месяца. 

Как ранее указано судом, из вступившего в законную силу определения по делу № А33-5778- 20/2015, с 10.03.2015 разбирался вопрос о недопущении банкротства группы компаний  «Мекран». 

Тем самым, ответчику (ответчик назначена на должность генерального директора должника  25.02.2015) было известно о фактическом финансовом состоянии должника. 

ФИО3, как руководитель должника, заведомо знала о невозможности исполнения  обязательств перед кредиторами, могла и должна была предвидеть наступление возможных  неблагоприятных последствий для должника в виде предъявления к нему денежных требований  в объеме, который должник заведомо не сможет в силу своего финансового состояния погасить, 

поэтому обязана была действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая  бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение указанных выше  последствий для должника. 

Таким образом, в результате неправомерных действий ответчиков ФИО2, ФИО3 перед контрагентами образовалась задолженность, которая сейчас включена в реестр  требований кредиторов должника, учтена в текущем реестре. 

По результатам рассмотрения настоящего заявления суд приходит к выводу, что каждый из  руководителей должника несет субсидиарную ответственность за необращение в Арбитражный  суд Красноярского края с заявлением о своем банкротстве в размере обязательств, возникших  за время их нахождения в должности руководителя на основании следующего. 

Судом установлено и лицами, участвующим в деле, не оспорено, что после 22.08.2014 у  должника возникли обязательства в размере 129 568 814,97 руб. Данная задолженность  включена в реестр требований кредиторов определением суда от 16.09.2016 по делу № А33- 5778-18/2015. 

Как ране указано судом ФИО2 являлся руководителем должника в период с 04.08.2014  по 24.02.2015. ФИО3 являлась руководителем должника с 25.02.2015 по 18.01.2016.  Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не опровергнуты ответчиками. 

При этом, размер ответственности ФИО2, ФИО3 ограничен периодом  исполнения ими обязанностей директоров с увеличением на один месяц - до истечения  исполнения обязанности сменившим их единоличным исполнительным органом по обращению  с заявлением о признании должника банкротом. Данный вывод суда подтверждается судебной  практикой (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18.01.2016 N  Ф02-6923/2015 по делу N А33-2957/2014). 

Таким образом, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника  банкротом у ФИО2 возникла не позднее 22.12.2014, у ФИО3 не позднее  25.03.2015. При этом, ФИО3 являлась учредителем должника с 19.11.2015 по  настоящее время с размером доли 45%. 

С заявлением о признании должника банкротом обратилось Kaliscope Ventures Limited,  ФИО5, а не ФИО2, ФИО3 Определением от 13.05.2015 возбуждено  производство по делу. 

Следовательно, учитывая приведенные выше нормы права и установленные по делу  обстоятельства, непринятие контролирующими лицами должника мер по обращению в  арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника при имеющихся признаках  неплатежеспособности и недостаточности имущества, является основанием для привлечения  ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи  10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по обязательствам,  образовавшимся в период исполнения обязанностей каждым из контролирующих лиц  должника. 

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен расчет размера субсидиарной  ответственности, согласно которому с момента возникновения у ФИО2 обязанности по  обращению в суд до истечения срока исполнения обязанности сменившим его единоличным  исполнительным органом (с 04.08.2014 по 24.02.2015) образовалась задолженность в общем  размере 130 118 814,97 руб.; с момента возникновения у ФИО3 обязанности по  обращению в суд, до истечения срока исполнения обязанности сменившим её единоличным  исполнительным органом (с 25.02.2015 по 18.01.2016) образовалась задолженность в общем  размере 12 457 663 413,35 руб. 

Размер субсидиарной ответственности ФИО2 составит 130 118 814,97 руб., в размере  обязательств, образовавших в период исполнения обязанностей директора должника: 

- 129 568 814,97 рублей - согласно договору займа от 18.12.2008 в редакции  дополнительного соглашения № 1 от 02.07.2010, заключенному между Kaliscope Ventures  Limited и должником, по сроку оплаты 22.08.2014, решению Арбитражного суда г. Москвы от 

08.12.2014 по делу № А40-153473/14 (определение Арбитражного суда Красноярского края от  16.09.2016 по делу № А33-5778-18/2015 о включении в реестр требований кредиторов); 

- 550 000,00 рублей - согласно договору розничной купли-продажи № 32МЗ 19207 от  31.12.2014, заключенному между ФИО17 и должником, со сроком  передачи товара 10.01.2015 (определение Арбитражного суда Красноярского края от 28.04.2017  по делу № А33-5778-51/2015 о включении в реестр требований кредиторов). 

Размер субсидиарной ответственности ФИО3 составит 12 457 663 413,35 руб., в  размере обязательств, образовавших в период исполнения обязанностей директора должника: 

- 1 450 000,00 рублей - согласно мировому соглашению, заключенному между  индивидуальным предпринимателем ФИО5 и должником,  утвержденному определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.06.2015 по делу   № А53-10061/2015, со сроком оплаты в течение периода с июня 2015 года по январь 2016 года  (определение Арбитражного суда Красноярского края от 07.06.2016 по делу № А33-5778/2015 о  включении в реестр требований кредиторов); 

- 12 449 243 373,41 рублей (основной долг) - согласно договорам поручительства,  заключенным между Внешэкономбанком и должником, со сроком оплаты 14.01.2016  (определение Арбитражного суда Красноярского края от 10.08.2016 по делу № А33-5778-7/2015  о включении в реестр требований кредиторов); 

- 1 141 561,00 рублей - согласно мировому соглашению от 01.07.2014, заключенному между  ООО «СИБ-ТРАНСЛЕС» и должником, утвержденному определением Арбитражного суда  Красноярского края от 21.07.2015 по делу № А33-8165/2015, со сроком оплаты в течение  периода с ноября 2015 года по январь 2016 года (определение Арбитражного суда  Красноярского края от 22.08.2016 по делу № А33-5778-1/2015 о включении в реестр требований  кредиторов); 

- 828 090,00 рублей согласно договору розничной купли-продажи № 19140 от 29.10.2014,  дополнительному соглашению от 02.02.2015 о передаче прав и обязанностей, заключенному  между ФИО18 и должником, со сроком передачи товара по 28.03.2015 (определение  Арбитражного суда Красноярского края от 26.08.2016 по делу № А33-5778-23/2015 о  включении в реестр требований кредиторов); 

- 32 914,00 рублей - согласно договору № 43 от 01.01.2015 на оказание услуг по  комплексной уборке помещений и территории, решению Арбитражного суда Красноярского  края от 21.04.2016 по делу № А33-25719/2015 (определение Арбитражного суда  Красноярского края от 04.10.2016 по делу № А33-5778-3/2015 о включении в реестр  требовании кредиторов прилагается); 

- 186 478,94 рублей - согласно договору аренды земельного участка от 02.02.2005 № 95- недв., заключенному между Департаментом муниципального имущества и земельных  отношений г. Красноярска и должником, со сроком оплаты не позднее 10.05.2015 (определение  Арбитражного суда Красноярского края от 14.03.2017 по делу № А33-5778-31/2015 о  включении в реестр требований кредиторов прилагается); 

- 3 025 996,00 рублей - согласно договору розничной купли-продажи № 8МЗ 2227 от  31.03.201, заключенному между ФИО19 и должником, со  сроком передачи товара 20.06.2015 (определение Арбитражного суда Красноярского края от  03.04.2017 по делу № А33-5778-50 /2015 о включении в реестр требований кредиторов); 

- 1 755 000,00 рублей - согласно договору розничной купли-продажи № 32МЗ 32046 от  31.12.2014, заключенному между ФИО17 и должником, со сроком  передачи товара 18.04.2015 (определение Арбитражного суда Красноярского края от 28.04.2017  г. по делу № А33-5778-51/2015 о включении в реестр требований кредиторов). 

Проверив верность расчета размера субсидиарной ответственности, представленного  конкурсным управляющим, суд признает его верным и обоснованным. 

ФИО2, ФИО3 не представлены доказательства, свидетельствующие о том,  что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов вследствие 

неправомерных действий (бездействия), существенно меньше размера требований, подлежащих  удовлетворению. 

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации в отдельности, а также достаточность и  взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд приходит к выводу, что  требования конкурсного управляющего в указанной части подлежат удовлетворению. 

Предметом рассмотрения настоящего обособленного спора является также требование  конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении бывшего руководителя ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного  из следующих обстоятельств: 

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению)  и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту  вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в  соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация  искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в  деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве соотносится с  нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в  организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций,  организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской  отчетности (статьи 6-7 Федерального закона 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете"  (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных  случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2  статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения  руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц,  участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную  массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга,  исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и  оспаривания сделок должника. 

При этом, при обращении в суд с таким требованием заявитель должен доказать, что своими  действиями ответчик довел должника до банкротства, то есть до финансовой  неплатежеспособности, до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования  кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате  обязательных платежей. 

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при  доказанности следующих обстоятельств: 

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель,  руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника  указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; 

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом  или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования 

кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате  обязательных платежей; 

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями  вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть  привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность  (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями; 

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины  доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2  статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно  обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд,  когда именно он обязан был обратиться с заявлением, поскольку субсидиарная ответственность  руководителей должника - юридического лица или членов ликвидационной комиссии  (ликвидаторов), предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами,  обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления в арбитражный суд  о банкротстве должника. 

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника ФИО4 на основании абзаца 3 пункта 4  статьи 10 Закона о банкротстве, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по  обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на  контролирующих должника лиц (в частности руководителя должника), если признание  должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия  указанных лиц. При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается,  что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 08.06.2016 ФИО4 являлась руководителем  должника в период с 19.01.2016 по 17.11.2016, а также учредителем должника с 19.11.2015 по  настоящее время с размером доли 45%. Данные обстоятельства, не оспорены ответчиком. 

Доводы конкурсного управляющего о том, что в результате неправомерных действий  руководителя и учредителя должника по заключению сделок, возникла задолженность в  размере 332 945 руб. опровергаются вступившими в законную силу определениями  Арбитражного суда Красноярского края от 23.04.2018 по делу № А33-5778-92/2015, от  01.02.2018 по делу № А33-5778-93/2015, от 16.01.2018 по делу № А33-5778-94/2015. 

Так, данными судебными актами конкурсному управляющему отказано в удовлетворении  заявлений о признании сделок недействительными и применения последствий  недействительности. Наличие злоупотребления правом, либо иные неблагоприятные  последствия, связанные с выводом имущества (активов) должника в действиях руководителя  должника ФИО4 не установлены, обязательства перед кредиторами в отсутствие  экономической выгоды для должника отсутствуют. При таких обстоятельствах, суд приходит к  выводу об отсутствии наличия причинно-следственной связи между совершением указанных  сделок и увеличением кредиторских требований к должнику, а также причинением  значительного имущественного вреда кредиторам должника в результате заключения  указанных сделок. Совершение указанных сделок не привело к объективному банкротству,  поскольку признаки неплатежеспособности возникли ранее в 2014 году. При указанных  обстоятельствах арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии совокупности условий,  необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должник в указанной части. 

Кроме того, конкурсным управляющим в качестве одного из основания для привлечения к  субсидиарной ответственности Гребневой Н.Д. указано на непередачу последней бухгалтерских  и иных документов должника, что в свою очередь не позволило конкурсному управляющему  сформировать конкурсную массу в полном объеме. 

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «ДК «Мекран» ФИО4 на основании пункта 4  статьи 10 Закона о банкротстве в указанной части, суд приходит к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Красноярского края от  18.11.2016 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство. Конкурсным  управляющим должником утверждена ФИО1 Данным решением суд обязал  руководителя общества с ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая компания  «Мекран» в течение трех дней обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему  ФИО1. 

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника неоднократно  (22.11.2016, 07.12.2016, 13.03.2017, 08.08.2017, 09.08.2017, 15.09.2017) в адрес руководителя  должника ФИО4 направлял запросы о предоставлении документов и имущества  должника. Вместе с тем, данные требования оставлены без ответа, в связи с чем, конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд Красногорского края с заявлением об  истребовании бухгалтерской и иной документации, в том числе имущества у бывшего  руководителя должника. Определением суда от 26.12.2016 у бывшего руководителя должника –  генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая  компания «Мекран» ФИО4 истребованы документы и информация, а  именно: оригиналы первичной бухгалтерской документации за период с 01.06.2013 по  18.11.2016 и имущество, включая имущественные права, в том числе: - банк, - касса, - товарные  накладные (УПД) полученные, - товарные накладные (УПД) выданные, - счета-фактуры  полученные, - счета-фактуры выданные, - акты приема-передачи имущества, - акты оказанных  услуг (выполненных работ); - акты полученных услуг (выполненные работы); - оригиналы  договоров; - расчетные ведомости по заработной плате, табеля учета рабочего времени,  учетную политику; - регистры бухгалтерского учета; - авансовые отчеты; - бухгалтерскую  отчетность, расшифровку статей бухгалтерского баланса. На принудительное исполнение  указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 011405326, подано  заявление о привлечении ФИО4 к административной ответственности по ч.4 ст. 14.13  КоАП РФ. 

После возбуждения настоящего обособленно спора, часть документов должника, была  передана ФИО4 конкурсному управляющему должника, что подтверждается  представленными в материалы дела актами приема-передачи (документы передавались в  период с 23.12.2016 по февраль 2018 года). Производство по настоящему обособленному спору  возбуждено 17.11.2017. 

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства, судом установлено, что ФИО4 в  полном объеме не исполнены требования конкурсного управляющего. В частности, в  представленных ответчиком актах приема-передачи, не указаны документы в отношении  дебиторской задолженности (при расчетах с поставщиками и подрядчиками, с покупателями и  заказчиками, а также с разными дебиторами и кредиторами) на общую сумму 1 632 412,32 руб.  В ходе проверки данных бухгалтерского учета (1С.Бухгалтерия) и первичных документов,  подтверждающих образовавшуюся дебиторскую задолженность при расчетах с поставщиками и  подрядчиками, с покупателями и заказчиками, а также с разными дебиторами и кредиторами,  аудитором было установлено, что в отношении части суммы дебиторской задолженности,  числящейся по данным бухгалтерского учета, отсутствуют документы основания образования  дебиторской задолженности, в частности на сумму 1 632 412,32 руб. 

Судом установлено, что Гребневой Н.Д. документально не подтвержден факт передачи  конкурсному управляющему по акту приема-передачи первичных документов в отношении  суммы дебиторской задолженности в размере 1 632 412,43 руб. 

Несмотря на запросы, направленные в адрес ФИО4 указанные отсутствующие  документы конкурсному управляющему бывшим руководителем должника ФИО39 не  переданы в полном объеме по настоящее время. Доказательства, подтверждающее иное в  материалы дела не представлены. 

Поскольку ФИО4 не переданы конкурсному управляющему запрошенные  последним документы в полном объеме, ФИО1 обратилась в службу судебных  приставов с заявлением об отмене постановления об окончании от 02.10.2018 № 24097/18/21237  по исполнительному производству № 4214/18/24097-ИП в связи с неисполнением обязанностей  по передаче документов. 

При этом, заключение эксперта от 31.01.2019, содержащее в себе выводы по второму  вопросу (передача ФИО4 документов должника в полном объеме) не принимаются  судом, поскольку специалист не вправе давать оценку о документальном подтверждении факта  передачи документов ООО «Деревообрабатывающая компания «Мекран» от Н.Д. Гребневой  конкурсному управляющему ФИО1. Данные обстоятельства могут быть установлены  судом в ходе судебного разбирательства, правовая оценка представленных в материалы дела  доказательств, для рассмотрения настоящего спора по существу, также должна быть дана  судом, в связи с чем вышеуказанные выводы специалиста в указанной части не основаны на  нормах права. 

В материалах дела не имеется доказательств того, что бывшим руководителем должника  ФИО4 переданы конкурсному управляющему в полном объеме первичные документы  бухгалтерского учета дебиторской задолженности в размере 1 632 412.43 рублей и  позволяющих её взыскать в судебном или ином порядке. Не имеется указанных доказательств,  как в настоящем обособленном споре, так и в основном деле о несостоятельности должника.  Отсутствие в конкурсной массе должника дебиторской задолженности в размере 1 632 412.43  рублей лишает кредиторов права на получение удовлетворения своих требований. 

С учетом изложенного, непередача ФИО4 первичных бухгалтерских документов  должника не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о  деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные  частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на  поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к  третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в  порядке, установленном настоящим Федеральным законом. 

При этом, доводы конкурного управляющего о том, что действиями ФИО4  причинен вред имущественным права кредиторов ввиду отсутствия недвижимого имущества (6  объектов) (акт о недостаче имущества № 2 от 09.08.2017) в сумме 23 634 609,01 руб.  несостоятельны. 

Как следует из пояснений ФИО4, а также выписки из ЕГРН от 09.12.2016  указанное недвижимое имущество было зарегистрировано за должником в 2006 году. Вместе с  тем, в последующем, данные объекты недвижимости были снесены, однако записи в 

правоустанавливающие документы внесены не были. Период времени, в течение которого  произошел снос 6 объектов недвижимого имущества, ответчику Гребневой Н.Д. не известен,  доказательства, опровергающие данные обстоятельства в материалы дела не представлен. В  материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, в какой период  времени, каким руководителем принимались решения о сносе объектов, кто из руководителей и  какому не передал указанные документы. При указанных обстоятельствах, поскольку данное  имущество отсутствовало в натуре на дату возбуждения дела о банкротстве ООО «ДК  «Мекран», кредиторы не могли рассчитывать на пополнение конкурсной массы и как следствие  удовлетворение своих требований на вышеуказанную сумму; обязательства по передаче  ответчиком данного имущества не возникли. 

Таким образом, действиями (бездействиями) ФИО4 не был и не мог быть  причинен вред имущественным правам кредиторам в связи с заявленными конкурсным  управляющим в указанной части доводами, в частности, отсутствием в конкурсной массе  вышеуказанного имущества на сумму 23 634 609,01 руб., что свидетельствует об отсутствии  вины со стороны ответчика. Доказательства того, что указанное имущество выбыло из владения  должника по вине ФИО4 в период осуществления полномочий руководителя и  учредителя должника (19.01.2016 по 17.11.2016), конкурсным управляющим, в нарушение ст.65  АПК РФ, не представлены. 

Доводы конкурсного управляющего о том, что в связи с отсутствием вышеуказанных  документов конкурсный управляющий не имеет возможности для проведения регистрационных  действий, связанных с исключением сведений из ЕГРН в отношении вышеуказанных объектов  недвижимого имущества. Что, в свою очередь, делает невозможным завершение конкурсного  производства в отношении должника, ведет к затягиванию процедуры банкротства,  увеличивает текущие расходы, что не соответствует целям конкурсного производства, и, как  следствие, делает невозможным исключение должника из ЕГРЮЛ в связи с его ликвидацией,  несостоятельны. 

Согласно разъяснениям, представленным ООО «Бюро технической инвентаризации и  кадастровых работ» (письмо № 205 от 10.07.2017 прилагается), в случае прекращении  существования объектов недвижимости данные объекты снимаются с государственного  кадастрового учета на основании акта обследования, подготовленного кадастровым инженером.  Одновременно проводится государственная регистрация прекращения прав на данные объекты  недвижимого имущества в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ "О  государственной регистрации недвижимости". 

Данные действия также входят в круг обязанностей, возложенных на конкурсного  управляющего Законом о банкротстве, в рассматриваемом случае и не могут быть вменены в  вину ФИО4 Иное толковало бы неправильное применение норм материального права,  а также нарушало презумпцию невиновности. 

При указанных обстоятельствах, судом не установлена причинно-следственная связь между  отсутствующим имуществом должника (6 объектов недвижимого имущества) и  невозможностью сформировать конкурсную массу, рассчитаться с кредиторами. Суд не  усматривает наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 в указанной части. 

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на отсутствие имущества на общую  сумму в размере 249 812 473,56 руб. 

Как следует из материалов дела, в марте 2018 года в адрес конкурсного управляющего  поступило требование об осуществлении текущих платежей, в котором ООО «Мирамар  Инвест» просит погасить задолженность в размере 196 147 334,88 рублей по договору займа   № 1/МИ/2016 от 10.02.2016, заключенному между ООО «Деревообрабатывающая компания  «Мекран» (заемщик) и ООО «Мирамар Инвест» (заимодавец). Исполнение заемщиком  обязанностей по договору займа было обеспечено залогом согласно договору № 1/ДЗ/2016 от  10.02.2016 о залоге движимого имущества и договору № 2/ДЗ/2016 от 10.02.2016 о залоге  товаров в обороте (прилагается), заключенным между ООО «Деревообрабатывающая компания 

«Мекран» (залогодатель) в лице Гребневой Н.Д. и ООО «Мирамар Инвест» (залогодержатель).  Полный перечень имущества, принадлежащего ООО «Деревообрабатывающая компания  «Мекран» на праве собственности и переданного в залог ООО «Мирамар Инвест» на общую  сумму 251 956 881,21 руб., указан в Приложениях №№ 1, 2, 3,4 к Договору залога № 1/ДЗ/2016  от 10.02.2016 и Приложениях №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 (прилагаются) к Договору залога   № 2/ДЗ/2016 от 10.02.2016. 

В ходе проведенной сверки перечня имущества должника, переданного в залог ООО  «Мирамар Инвест», и перечнями имущества, обнаруженного в результате проведенной  конкурсным управляющим инвентаризации имущества должника, было обнаружено, что часть  имущества, переданное залогодержателю, у должника в настоящий момент отсутствует, в  подтверждение чего в материалы дела представлены Перечни №№ 1-9 отсутствующего у  должника имущества. 

В результате инвентаризации имущества должника, в наличии установлено имущество на  сумму 2 144 407,60 руб. (22 позиции), в том числе: подметальная машина AKS 70 ВМ 62,  поломоечная машина ARA 80 ВМ 150 24V, фрезер шпоно-пазовый Н250 мм глуб. 180/250 мм,  рабочая станция НР 4Z00 6-DIMM Xeon Qc W3565, рабочая станция НР 4Z00 6-DIMM Xeon Qc  W3565 (7 ед.), рабочая станция НР 4Z00 XeonЕ5-1620, 16 Gb (4х4) DDR3-1600ECC, МФУ a  Mita KM-1650, терминал видеоконференций TrueConf в составе: кодек НD, HD PTZ камера  ClevelMic спикерфон Phoenix Q, терминал видеоконференций TrueConf в составе: кодек НD,  спикерфон Phoenix Q3, ач-панель управ (2 шт.), монитор LCD 22 Nec+процессор Intel Core 2  Duo E8200 (ДНП-Игнатова), монитор LCD 22 Nec+процессор Intel Core 2 Duo E8200 (ДНП- ФИО40 (2 шт.), монитор LCD 22 Nec+процессор Intel Core 2 Duo E8200 (ДНП-Кузнецов),  монитор LCD 22 Nec+процессор Intel Core 2 Duo E8200 (ДНП-Курильчик), монитор LCD 22  Nec+процессор Intel Core 2 Duo E8200 (ДНП-Орлова), монитор LCD 22 Nec+процессор Intel  Core 2 Duo E8200 (ДНП-Хивинова), телевизор LCD Sony KDL-55HX753. А также выявлено  имущество на сумму 670 452,54 руб. (14 позиций). 

С учетом изложенного, 26.03.2018 в адрес ФИО4 было направлено письмо, в  котором бывшему генеральному директору должника ФИО4 было предложено  передать по акту приема-передачи конкурсному управляющему ФИО1 II.А. вышеуказанное  отсутствующее у должника имущество. До настоящего времени вышеуказанное отсутствующее  у должника имущество конкурсному управляющему бывшим руководителем должника  ФИО4 не передано в полном объеме. 

Кроме того, конкурсным управляющим проводился ряд мероприятий по розыску  имущества, переданного в залог (документы в подтверждение указанных доводов представлены  в судебное заседание 18.04.2019). 

Согласно определению арбитражного суда Красногорского края от 04.09.2018 по делу   № А33-23954/2018 к производству суда принято исковое заявление ООО «Мирамар Инвест» к  ООО «ДК «Мекран» об обращении взыскания на заложенное имущество. Резолютивной частью  решения от 22.04.2018 по данному делу в удовлетворении исковых требований отказано. 

ФИО4, возражая против заявленных требований, пояснила (03.10.2018), что в  качестве залога выступили товары в обороте (ТМЦ) на общую сумму 221 377 130, 99 руб.,  находящиеся на разных складах и местах хранения ООО «Компания «МЕКРАН». Всего  товарно-материальных ценностей на 10.02.2016 у ООО «Компания «МЕКРАН» было на сумму  292 341 149, 55 руб., в подтверждение чего представлена в материалы дела ОСВ из программы  1С, которая была передана конкурсному управляющему ФИО1 По договору залога  должником было передано ТМЦ на сумму меньше, чем имелось в компании в целом.  Должником закупать материалы не было возможности из-за арестованных счетов компании,  для выполнения обязательств перед заказчикам, основная часть - это физические лица,  имеющиеся товары в обороте были реализованы по таким заказам, но не возобновлены до  необходимого «порога» согласно договору залога. 

Первичные документы по реализации спорного залогового имущества не были переданы  конкурсному управляющему, что не позволило сформировать конкурсную массу. Сведения 

представленные Гребневой Н.Д., из программы 1С, не позволяют идентифицировать товары, с  перечнями имущества, переданного должником в залог по указанным договорам залога. 

ФИО4 подтвердила, залоговое имущество было реализовано, но не восполнено до  необходимого «порога» согласно договору залога. 

Действуя добросовестно и разумно руководитель ООО ДК «Мекран» должен был принять  все необходимые меры по сохранности переданного в залог имущества на сумму 251 956 881,21  руб. Доказательства, подтверждающие добросовестное поведение руководителя должника в  материалы дела не представлены. Таким образом, неосмотрительные действия ФИО4  по реализации имущества, переданного в залог, при отсутствии восполнения товаров в  обороте, повлекли возникновение невозмещенной текущей задолженности в сумме  249 142 021,02 руб. (251 956 881,21-2 144 407,60-670 452,54), при наличии у должника  нарастающего непокрытого убытка от своей деятельности минимум с 2012 года, находятся в  прямой причинно-следственной связи с невозможностью сформировать конкурную массу на  указанную сумму, а также причинением имущественным правам кредиторов. 

Вместе с тем, ФИО4 доказательства отсутствия своей вины в непередаче  конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, не представлены. 

Доводы ФИО4 о том, что в ходе проведения административного расследования не  была привлечена к ответственности за правонарушения, предусмотренные ч.4 ст. 14.13 КоАП  РФ несостоятельны, поскольку по существу заявление конкурсного управляющего не  рассматривалось. В привлечении к административной ответственности ФИО4  отказано по основанию истечения срока давности привлечения к административной  ответственности (постановление об отказе в возбуждении производства по делу об  административном правонарушении). 

Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического  лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган, а также учредитель.  Они же должны действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов  должника. 

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском  учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета  организуются руководителем экономического субъекта. 

В силу пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с  ограниченной ответственностью" к исключительной компетенции ФИО4 относится  определение основных направлений деятельности общества; образование исполнительных  органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о  передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему;  утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; утверждение (принятие)  документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов  общества). Соответственно, ФИО4 как генеральный директор должника, а также его  учредитель (размер доли 45%), осуществляет широкие корпоративные полномочия. 

ФИО4, являясь контролирующим лицом должника была обязана обеспечить как  ведение бухгалтерского учета должником, хранение документов бухгалтерского учета, а также  передачу всей совокупности этих документов конкурсному управляющему, осуществляющему  в силу п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве обязанности руководителя должника после открытия  конкурсного производства. 

Руководитель должника вправе опровергать позицию конкурсного управляющего,  предоставляя доказательства того, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки,  не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или того, что  руководителем приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению,  хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая  от него требовалась. 

Таким образом, именно на ФИО4 (на ответчика) в силу статей 9, 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации возложено бремя опровержения позиции 

конкурсного управляющего относительно передачи документации. Данный вывод суда  апелляционной инстанции нашел подтверждение в судебной практике (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2017 года № 302-ЭС17-9244). На  основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что Гребневой Н.Д. не представлены  доказательства надлежащего исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126  Закона о банкротстве. Принимая документы, конкурсный управляющий, по общему правилу, не  должен обладать информацией о том, что переданные документы позволяют проведение  соответствующих процедур, в том числе информацией об их комплектности и полноте  содержания. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет  возможность определить, все ли необходимые документы переданы. 

С учетом вышеизложенного, рассмотрев доводы конкурсного управляющего о наличии  оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании п.4  ст. 10 Закона о банкротстве, суд пришел к выводу о наличии вины в действиях ФИО4  за непередачу документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности в сумме  1 632 412,43 руб., а также в связи с непередачей залогового имущества ООО «Мирамар Инвест»  на общую сумму 249 142 021,02 руб. 

Таким образом, вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что имеется  причинно-следственная связь между отсутствием первичной бухгалтерской документации  должника, а также залогового имущества и невозможностью удовлетворения требований  кредиторов ООО «ДК «Мекран»» вследствие бездействия руководителя должника ФИО4 Наличие иных оснований, указанных конкурсным управляющим в целях привлечения  ФИО4 к ответственности, судом не установлено. Доказательств неопровержимо  свидетельствующие о наличии вины, а также причинно-следственной связи между действиями  ФИО4 и последствиями в виде невозможности формирования конкурсной массы,  удовлетворения требований кредиторов, конкурсным управляющим в нарушение ст. 65 АПК  РФ не представлено. 

При указанных обстоятельствах арбитражный суд пришел к выводу о наличии  совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве. 

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный  управляющий, с учетом уточнений от 09.11.2018, просил взыскать 17 127 902 118,39 руб. с  ФИО4 в конкурсную массу должника. 

Согласно абзацу 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия  реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не  погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Учитывая, что размер субсидиарной ответственности установлен Законом о банкротстве, то  арбитражный суд устанавливает размер ответственности на основании абзаца 8 пункта 4 статьи  10 Закона о банкротстве с учетом доводов лиц, участвующих в деле. 

Как ранее указано судом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве  применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм,  поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с  федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела  (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения  судебного акта. 

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11  названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности,  арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к 

субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной  части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до  окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов,  заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Из определения суда о продлении срока конкурсного производства от 19.04.2019 по делу   № А33-5778/2018 следует, что в реестр требований кредиторов включены требования  кредиторов и уполномоченного органа на общую сумму 16 822 508 349,76 руб. Требования  кредиторов первой очереди отсутствуют. Погашение требований не производилось. Согласно  сведениям конкурсного управляющего по состоянию на 10.10.2018 сумма задолженности перед  кредиторами по текущим обязательствам 1-5 очередей согласно реестру текущих требований  должника составляет 305 393 768,63 руб. Конкурсным управляющим проведена работа по  формированию конкурсной массы, работа по реализации имущества должника. По состоянию  на дату судебного заседания (17.04.2019) имущество должника, включенное в конкурсную массу  реализовано, за исключением доли в уставном капитале ООО «БАКСИ», ИНН <***> (Лот   № 10), выявленной дебиторской задолженности в сумме 142 542 951,35 руб., в том числе: к  ФИО41 в сумме 2 215 192,04 руб.; к ООО «ССО «Эксперт» в сумме 106 451,61 руб.; к  ООО «УК «Мекран» в сумме 140 221 307,70 руб. Произведено погашение текущей  задолженности первой очереди в сумме 2 516 087,41 руб., погашена текущая задолженность  второй очереди в сумме 61 559 883,51 руб., в том числе: задолженность по заработной плате в  размере 20 932 207,31 руб., по текущим налогам в размере 40 627 6796,20 руб. Непогашенный  остаток текущей задолженности пятой очереди по состоянию на 12.04.2019 составляет  167 979 978,71 руб. 

Таким образом, судом установлено, что денежных средств, полученных от реализации доли  в уставном капитале ООО «БАКСИ», а также дебиторской задолженности ФИО41,  ООО «ССО «Эксперт», ООО «УК «Мекран», недостаточно для погашения текущей  задолженности в полном объеме. 

При указанных обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу, что основания для  приостановления производства по делу отсутствуют, поскольку, размер субсидиарной  ответственности можно определить на дату настоящего судебного разбирательства. Так, с  учетом обстоятельств дела о банкротстве должника (реализовано все имущество должника, не  реализована дебиторская задолженность в сумме 142 542 951,35 руб., доля в установленном  капитале ООО «Бакси»), денежные средства, вырученных от реализации указанного имущества,  будут направлены на погашение текущей задолженности, на погашение требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, денежных средств  недостаточно. Сведения о наличии иного имущества, достаточного для погашения текущей  задолженности в полном объеме, и возможном погашении задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов должника, отсутствуют как в материалах основного дела № А33- 5778/2015, так и в рамках настоящего обособленного спора № А33-5778-98/2015. 

Согласно абзацу девятому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер ответственности  контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет  доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого  лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого  лица. 

Как ранее указано судом, ФИО4 не переданы конкурсному управляющему  первичные документы в отношении дебиторской задолженности на сумму 1 632 412,43 руб. и  залогового имущества на сумму 249 142 021,02 руб. (за вычетом выявленного имущества в  размере 2 814 860,14 (=2 144 407,60+670 452,54)). 

На основании изложенного, поскольку за счет непереданного имущества, бухгалтерских  документов ООО «ДК «Мекран», в конкурсную массу не получено 250 774 433,45 руб.  (1 632 412,43 руб., + 249 142 021,02 руб.), суд приходит к выводу, что действиями ФИО4 фактически причинен вред имущественным интересам кредиторов должника в размере не 

превышающем 250 774 433,45 руб., в связи с чем в рассматриваемом случае, суд усматривает  необходимость снижения размера ответственности Гребневой Н.Д. на основании пункта 4  статьи 10 Закона о банкротстве до 250 774 433,45 руб. 

Учитывая вышеизложенное, размер субсидиарной ответственности ФИО4  составит 250 774 433,45 руб. 

В связи с чем, заявление конкурсного управляющего подлежит частичному  удовлетворению. Таким образом, с ФИО2 в конкурсную массу  должника подлежит взыскать 130 118 814,97 руб.; с ФИО3 в  конкурсную массу должника подлежит взыскать 12 457 663 413,35 руб.; с ФИО4 в конкурсную массу должника подлежит взыскать 250 774 433,45 руб., а в  остальной части заявленных требований в удовлетворении следует отказать. 

Настоящее определение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной  квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам,  участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети  «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ) (часть 2 статьи 184, статья 186  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии определения на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства  заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку. 

Руководствуясь статьями 10, 58, 60, 61.11, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 143, 184, 185, 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края 

О П Р Е Д Е Л И Л:

Заявление конкурсного управляющего должника удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в конкурсную  массу общества с ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая компания  «Мекран» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в порядке субсидиарной ответственности  130 118 814,97 руб. 

Взыскать с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в конкурсную массу  общества с ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая компания «Мекран»  (ОГРН <***>, ИНН <***>) в порядке субсидиарной ответственности  12 457 663 413,35 руб. 

Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в конкурсную  массу общества с ограниченной ответственностью «Деревообрабатывающая компания  «Мекран» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в порядке субсидиарной ответственности  250 774 433,45 руб. 

В остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ФИО2, ФИО3, ФИО4 государственную пошлину в размере 3000 руб., по 1000 руб. с каждого в  доход федерального бюджета. 

Разъяснить, что настоящее определение может быть обжаловано в течение десятидневного  срока с момента его вынесения путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный  апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края. 

Судья Ю.В. Григорьева

 Электронная подпись действительна.
 Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного

департамента
Дата 31.10.2018 6:41:35

Кому выдана Григорьева Юлия Викторовна