Гражданский кодекс часть 1

установил: решением Арбитражного суда города Москвы от 14.02.2020 признан несостоятельным (банкротом) ООО «ТЕХНОГРУПП» (ИНН <***>, ОГРН <***>). Конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член СОАУ «Континент» (СРО), о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 21.03.2020 № 51.

В настоящем судебном заседании подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего ООО «ТЕХНОГРУПП» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, а именно: ФИО1, ФИО4, ФИО5, принятое к рассмотрению на основании определения суда от 10.06.2020.

Несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства, лица, участвующие в деле, в настоящее судебное заседание не явились. В материалах дела имеются доказательства их надлежащего уведомления, кроме того, судом размещена информация о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. Дело рассматривается в порядке статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ в отсутствие указанных лиц.

Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 67, статьи 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств). Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств). Арбитражный суд в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценивает доказательства (на предмет относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными законодательством Российской Федерации о банкротстве.

Судом установлено, что конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Так, конкурсный управляющий ссылается на то, что по юридическому адресу руководитель должника, его имущество и документы не обнаружены. ИФНС № 46 по г. Москве внесла в ЕГРЮЛ запись 8197746752350 от 20.03.2019 о недостоверности сведений о юридическом адресе должника.

Руководителем должника документы и имущество должника конкурсному управляющему не переданы.

В соответствие с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствие с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом
исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться
пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ.

Согласно выписке ЕГРЮЛ 772720200122121 от 23.03.2020, выданной ИФНС № 27 по г. Москве, установлено следующее.

В период с 08.04.2013 (с даты создания) по 13.01.2016 единственным участником должника являлся ФИО7, ИНН <***>.

В период с 13.01.2016 по дату введения конкурсного производства участником должника с долей 10 % являлся ФИО7.

В период с 08.04.2013 по 13.11.2015 руководителем должника являлся ФИО7.

Согласно общедоступным сведениям, ФИО7 являлся руководителем 11 и учредителем 16 организаций, зарегистрированных одновременно в период с 13.03.2013 по 08.04.2013, которые в настоящее время ликвидированы.

При этом, ФИО7 имеет признаки массового руководителя/участника и согласно записи сайта ФНС РФ «Прозрачный бизнес» является лицом, подпадающим под условия, предусмотренные подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (т.е. является лицом, на которое распространяется основание для отказа в государственной регистрации).

Согласно объяснениям самого ФИО7 он никогда не являлся учредителем (участником) ООО «ТехноГрупп», в создании и регистрации ООО «ТехноГрупп» участия не принимал, свое согласие на это никогда не давал; генеральных директоров никогда не назначал, долю в ООО «ТехноГрупп» в размере 90 % уставного капитала никогда в пользу ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД не отчуждал, отношения к хозяйственной деятельности ООО «ТехноГрупп» не имел.

В соответствие с пунктом 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением, что препятствует привлечению к субсидиарной ответственности ФИО7

В период с 13.01.2016 по дату введения конкурсного производства участником должника с долей 90 % являлось ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД, страна происхождения СЕЙШЕЛЫ (per. 172456 от 17.09.2015), (оф № 1, 2 эт., Саунд энд Вижн Хаус, Френсис Рейчел Стрит, Виктория, МАЭ, Сейшельские острова).

От имени ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД, согласно протоколам общего собрания участников ООО «ТехноГрупп» от 15.11.2016 № 1, от 13.09.2017 № 2, выступала г-жа ФИО9 Эспарон.

В регистрационном деле ООО «ТехноГрупп», находящемся в ИФНС № 27 по г. Москве, отсутствуют какие-либо документы, позволяющие идентифицировать ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД либо г-жу ФИО9 Эспарон (какие-либо учредительные документы, доверенности, свидетельства о регистрации и прочее).

Согласно официальному сайту регистрации организаций Сейшельских островов Seyshelles Government (http://www.registry.gov.sc/BizRegistration/WebSearchBusiness.aspx), указанном на сайте ФНС РФ (https://www.nalog.ru/rn77/about_fts/inttax/oppintevasion/obdig/), организация под номером 172456, либо ATRINA отсутствует. Соответственно, доказательств реального существования указанной организации не установлено, а значит, данное лицо подлежит исключению из числа ответчиков по настоящему заявлению.

Кроме того, согласно пояснениям ФИО7, в собраниях участников должника он участия не принимал, избрать председателем собрания участников г-жу ФИО9 Эспарон не предлагал, протоколы собраний участников не подписывал. Соответственно, подтвердить достоверность протоколов общего собрания участников должника, а также реальное существование ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД либо г-жи ФИО9 Эспарон не представляется возможным.

При указанных обстоятельствах, оснований утверждать, что ФИО7, ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД являлись реальными участниками и (или) руководителями должника не имеется.

Вместе с тем, в период с 13.11.2015 по 29.11.2016 руководителем должника являлся ФИО1, ИНН <***>.

Согласно общедоступным сведениям, ФИО1 являлся руководителем 9 и учредителем 12 организаций, из которых в настоящее время соответственно 7 и 10 ликвидированы.

При этом, ФИО1 имеет признаки массового руководителя/участника и согласно записи сайта ФНС РФ «Прозрачный бизнес» является лицом, подпадающим под условия, предусмотренные подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона о регистрации (т.е. является лицом, на которое распространяется основание для отказа в государственной регистрации).

Дело о банкротстве возбуждено 17.12.2019, что препятствует привлечению к субсидиарной ответственности ФИО1

В период с 30.11.2016 по 22.05.2017 руководителем должника являлся ФИО10, ИНН <***>.

В период руководства должником ФИО1 и ФИО10 обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность, не выявлено.

Однако, согласно материалам регистрационного дела, поступившего с уведомлением № 294СТ-06/114847483 от 06.04.2020 в адрес конкурсного управляющего из ПАО Сбербанк, 19.11.2015 в ПАО Сбербанк по счету ООО «ТехноГрупп» № 40702810838000080493 была оформлена банковская карточка с образцами подписи ФИО1 сроком действия полномочий до 02.11.2020. Иных банковских карточек в ПАО Сбербанк по данному счету не оформлялось. Таким образом, несмотря на то, что 30.11.2016 ФИО1 был уволен с должности генерального директора, он продолжал осуществлять списания денежных средств со счета ООО «ТехноГрупп» № 40702810838000080493 в ПАО Сбербанк.

Согласно абзацу 2 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Соответственно, вне зависимости от того, что основания совершения платежей (договора, одобрения оплаты счетов и т.п.) оформлялись иными лицами (в частности, руководителем ФИО4) после увольнения ФИО11, фактическое движение денежных средств осуществлялось за подписью ФИО1

При этом, в период с 23.05.2017 по 05.08.2018 руководителем должника являлся ФИО4, ИНН <***>.

Юридический адрес должника 19.10.2017 был изменен с 117623, <...> на 117628, <...>, пом. III, ком. 9. Именно при ФИО4 должник сменил юридический адрес, который впоследствии был признан ИФНС № 46 по г. Москве недостоверным.

Как следует из решения Арбитражного суда города Москвы по делу А40-198244/19 от 26.09.2019, между истцом (покупатель) (ООО «УПТК») и ответчиком (поставщик) (ООО «ТехноГрупп») подписана спецификация от 20.02.2018 № 1 к договору от 02.10.2017 № 02/10-ТГ-2017, из которой следует, что поставщик принял обязательство поставить товар - металлопрокат, общей стоимостью 16.187.621,27 рублей.

Покупатель перечислил в счет оплаты за товар 16.187.621,27 рублей по платежному поручению от 22.03.2018 № 331. Товар поставлен не был.

Стороны заключили соглашение о новации от 30.03.2018 № 02/10-ТГ/30-18, согласно которому указанная сумма признана переданной поставщику на условиях беспроцентного займа на срок до 31.12.2018.

Таким образом, неисполнение обязательство по договору от 02.10.2017 № 02/10-ТГ-2017, получение денежных средств по платежному поручению от 22.03.2018 № 331, заключение соглашение о новации от 30.03.2018 № 02/10-ТГ/30-18 на условиях беспроцентного займа должник произвел в период руководства организацией ФИО4.

ФИО4 являлся реальным руководителем должника в период с мая 2017 года по август 2018 года, что подтверждается:

-фактическим отсутствием формальных участников должника - ФИО7 и ФИО8 ГРУП ЛИМИТЕД (в лице представителя/учредителя г-жи ФИО9 Эспарон), которые не могли подписать и не подписывали решение о его назначении директором);

-выплаты заработной платы на имя ФИО4 за ноябрь-декабрь 2017 года, январь-июнь 2018 года со счета ООО «ТехноГрупп» № 40702810838000080493 в ПАО Сбербанк на счет ФИО4 № 40817810540007972305 в ПАО Сбербанк.

- подписанное ФИО4 соглашение о новации от 30.03.2018 № 02/10-ТГ/30-18.

В целях уклонения от оплаты задолженности, директором должника с 06.08.2018 становится ФИО5 По юридическому адресу должника и по адресу регистрации ФИО5 - ФИО5 обнаружен не был. Согласно ответу УФСИН России по Республике Марий Эл № ОГ-13/ТО/7-143 от 08.05.2020, ФИО5 отбывал наказание в ФКУ «Исправительная колония № 3 УФСИН России по Республике Марий в период с 26.03.2014 по 23.09.2016.

Таким образом, назначение на руководящую должность лица, результат деятельности которого будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации (п. 16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») подтверждает неправомерные действия предшествующего директора, в т.ч. отсутствие факта передачи документов от ФИО4 ФИО5

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.02.2020 по настоящему делу задолженность перед ООО «УПТК» включена в реестр требований кредиторов должника в полном объеме.

Балансовая стоимость активов должника составляла (тыс.руб.):

2014

2015

2016

2017

2018

2019

Внеоборотные активы

Основные средства

Итого по разделу I

Оборотные активы

Запасы

9306

37905

87794

НДС

164

934

Дебиторская задолженность

9697

59206

22151

Финансовые вложения

151725

Денежные средства

154

661

Прочие оборотные активы

532

Итого по разделу I

19854

97772

262723

БАЛАНС

19854

97772

262723

Как следует из балансовых показателей должника, при руководстве ФИО7 в 2014 году должник хозяйственной деятельности не вел, при руководстве ФИО1 в 2015 году должник вел небольшую хозяйственную деятельность (оборот около 1 млн.руб. в месяц), при руководстве ФИО12должник вел активную хозяйственную деятельность (оборот около 7 млн.руб. в месяц), при руководстве ФИО4 должник резко увеличил обороты (до 10 млн.руб. в месяц), балансовую стоимость активов (до 262 млн.руб.), балансовую стоимость финансовых вложений (до 151 млн.руб.), балансовую стоимость кредиторской задолженности (до 262 млн.руб.), однако полученный от кредитора займ остался непогашенным.

В период с 06.08.2018 по дату введения конкурсного производства руководителем должника являлся ФИО5, ИНН <***>.

Таким образом, предполагается, что в силу подпунктов 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 являлись контролирующими должника лицами.

В части подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсным управляющим установлено, что по юридическому адресу руководитель должника, его имущество и документы не обнаружены. Решение Арбитражного суда города Москвы от 14.02.2020 и требования пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему в трехдневный срок с момента его утверждения бухгалтерскую и иную документацию, печати и штампы, материальные и иные ценности должника ФИО5 не исполнил.

Отсутствие документов должника повлекло, в том числе потерю контроля за активами должника на сумму свыше 262 млн.руб. (согласно последнему балансу должника) и их утрате и отсутствию каких-либо действий по взысканию дебиторской задолженности в пределах срока исковой давности. Соответственно, отсутствие документов не позволило конкурсному управляющему должника осуществлять полноценно мероприятия по формированию конкурсной массы и расчетом с кредиторами.

Одновременно, отсутствуют доказательства передачи бухгалтерской и иной документации, печатей и штампов, материальных и иных ценностей от ФИО4 к ФИО5

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Далее разъяснено, что сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к ст. 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Согласно разъяснениям подпункта 4 пункта 2 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Отсутствие необходимой документации (информации) о том, как и каким образом были утрачены активы должника, отраженные в бухгалтерских балансах за 2017 год, в совокупности с поведением должника (невнесением достоверных данных в ЕГРЮЛ) доказывает недобросовестность действий руководителей - ФИО1, ФИО4 и ФИО5

В результате действий (бездействий) ФИО4 и ФИО5, документы бухгалтерского учета отсутствуют либо не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, а именно: как, когда, при каких обстоятельствах были утрачены активы должника в размере 262.723 тыс.руб. в период с 01.01.2017 по настоящее время, что является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В части подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсным управляющим установлено, что в Единый государственный реестр юридических лиц внесены недостоверные сведения в отношении юридического адреса должника, что подтверждается записью в ЕГРЮЛ 8197746752350 от 20.03.2019.

Внесение данной записи является следствие неправомерного бездействия собственника имущества должника по внесению достоверных соответствующих изменений в ЕГРЮЛ.

Ответственность за недостоверные сведения в ЕГРЮЛ несут ФИО4, при руководстве которого данный недостоверный адрес был включен в ЕГРЮЛ и ФИО5, при руководстве которого факт недостоверности был обнаружен и отражен в ЕГРЮЛ.

Сведения о недостоверном юридическом адресе должника повлекли, в том числе к потере контроля за активами должника на сумму свыше 262 млн.руб. и их утрате и к отсутствии каких-либо действий по взысканию дебиторской задолженности в пределах срока исковой давности. Соответственно, невнесение достоверных данных в ЕГРЮЛ не позволило кредиторам должника осуществлять полноценно мероприятия по взысканию долга за счет имущества должника по причине утраты последним оперативного контроля над своим имуществом и отсутствия по юридическому адресу.

Таким образом, это является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в частности ФИО4 (при котором недостоверные сведения были внесены в ЕГРЮЛ) и ФИО5 (при котором недостоверные данные были выявлены и внесена запись в ЕГРЮЛ об этом).

В соответствие со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1)причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

2)документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3)требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4)документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5)на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Вместе с тем, в материалы дела представлен ответ ГУ МВД России по Московской области, в соответствии с которым в отношении ФИО5 внесены сведения о смерти, что подтверждается а/з № 1550 от 22.10.2018, в связи с чем, производство по заявлению в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности подлежит прекращению.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что после смерти гражданина, являющегося стороной в деле, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

В данном случае, суд отмечает, что субсидиарная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника своих обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, при этом, в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также, если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами.

Таким образом, учитывая, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является неисполнение лично обязанным лицом полномочий руководителя должника, суд приходит к выводу, что данные правоотношения неразрывно связаны с личностью ФИО5 и не допускают правопреемства.

Согласно пункту 2 статьи 17 ГК РФ правоспособность гражданина (способность иметь гражданские права и нести обязанности) возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

При указанных обстоятельствах, учитывая правовую природу субсидиарной ответственности руководителя должника по обязательствам общества, суд приходит к выводу о том, что обязанность контролирующего должника лица - ФИО5 нести субсидиарную ответственность по отношению к кредиторам общества прекратилась в связи с его смертью.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

При указанных обстоятельствах заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению в части привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности должника ООО «ТЕХНОГРУПП».

При этом, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами (п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 32, 60 Закона о банкротстве, статьями 65, 71, 75, 184, 185, 223 АПК РФ, а также иными нормативными актами, указанными по тексту судебного акта,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Прекратить производство в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Привлечь к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4.

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО3 в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «ТЕХНОГРУПП».

Определение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении десяти дней.

Информация о движении дела, о порядке ознакомления с материалами дела и получении копий судебных актов может быть получена на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по веб-адресу: www.msk.arbitr.ru.

Судья А.Г. Омельченко