Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело о несостоятельности (банкротстве) Кредитной организации Общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Нэклис-Банк» (ООО КБ «Нэклис-Банк») (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 125009, <...>),

при участии: согласно протоколу судебного заседания;

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2020 ООО КБ «НэклисБанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

Сообщение об открытии процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете "Коммерсантъ" №51 от 21.03.2020.

В Арбитражный суд города Москвы 17.01.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника ГК «АСВ» о взыскании с контролирующих лиц должника в пользу ООО КБ «Нэклис-Банк» убытков:

• С ФИО1 убытки в виде реального ущерба в размере 88 833 463,20 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 147 101 ООО руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 убытки в виде реального ущерба в размере 54 400 337,22 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 48 829 265,49 руб.;

• Солидарно с ФИО1 убытки в виде реального ущерба в размере 55 252 914,45 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО5, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 188 684 322 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО6, убытки в виде реального ущерба в размере 742 670 686,46 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 42 774 700 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 127 639 210,19 руб.;

• Солидарно с ФИО1, ФИО5, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 15 960 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023 г. к участию в обособленном споре суд привлек финансового управляющего ФИО6 ФИО7 (124489 г. Москва а/я 9) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В настоящем судебном заседании рассматривалось вышеуказанное заявление по существу.

Через канцелярию суда от ФИО6 поступило ходатайство об истребовании доказательств, а именно: Акты проверки ООО КБ «Нэклис-БАНК» Банком России за период с 01.01.2017г. по 01.01.2020г., относящиеся к кредитованию юридических и физических лиц, указанных в Заявлении о привлечении к ответственности, переданные Временной администрации по соответствующим актам; иные документы, относящиеся к проводимым Банком России проверкам ООО КБ «Нэклис-БАНК» по вопросам кредитной работы; переписка с Банком России по вопросам, связанным с методологией кредитной политики, проводимой Банком, в т.ч. выдачей и обслуживанием кредитов заемщиками, указанным в заявлении Агентства в 2017-2020г.г.; выписки по расчетным и ссудным счетам заемщиков, включая внебалансовые счета по учету обеспечения по выданным кредитам за период с 2017г. по 2020г.; юридические дела поименованных в заявлении заемщиков; кредитные досье по всем поименованным в заявлении заемщикам.

Изучив доводы заявленного ходатайства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 4 ст. 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Сбор доказательств является обязанностью участвующих в деле о банкротстве лиц, которые должны проявить в этом вопросе должную активность. Наличие же в процессуальном законодательстве правил об оказании судом содействия названным лицам в получении доказательств, не означает, что указанные лица могут передать на рассмотрения суда требования без какого-либо документального подтверждения, полностью устранившись от сбора доказательств, обосновывающих заявленные требования.

В соответствии со ст. 67 АПК РФ, арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Вместе с тем, заявителем не обоснованы доводы об относимости и допустимости истребуемых доказательств к рассматриваемому делу, а также необходимость истребования указанных сведений.

Заявителем ходатайства, в нарушение п. 4 ст. 66 АПК РФ, не указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены истребуемыми доказательствами.

В нарушение статьи 65 АПК РФ заявитель не представил доказательств невозможности самостоятельно получить истребуемые документы.

С учетом изложенного, суд отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств.

По существу представитель конкурсного управляющего ООО КБ «Нэклис-Банк» поддержал заявленные требования в полном объеме.

Как следует из доводов заявления, в ходе конкурсного производства установлено, что виновными действиями ФИО6 (Член Правления с 22.11.2018 до 10.01.2020; Заместитель Председателя Правления с 22.11.2018 до 11.12.2019; ВРИО Председателя Правления с 12.12.2019 до 10.01.2020), ФИО5 ( Участник Банка с 06.03.2007 (доля в разное время в пределах 0,32- 0,89%); Член Правления с 17.10.2012 по 17.03.2017; Заместитель Председателя Правления с 05.10.2000 по 17.03.2017; Начальник казначейства с 14.07.2015 по 17.03.2017), ФИО1 ( Участник Банка с 26.10.2006 (доля в разное время в пределах 6,06- 19,95%); Председатель Правления с 15.06.1999 по 11.12.2019; Член Совета директоров с 18.12.2006 до 10.01.2020; ВРИО Заместителя Председателя Правления с 12.12.2019 до 25.12.2019; Член Правления с 12.12.2019 до 25.12.2019), ФИО4 ( Член Правления с 18.10.2018 до 10.01.2020; Советник Председателя Совета директоров с 17.05.2018 по 17.10.2018; Заместитель Председателя Правления с 18.10.2018), ФИО2 ( Участник Банка с 05.05.2010 (доля в разное время в пределах 0,18- 0,5%); Член Правления с 17.10.2012 по 13.03.2018; Первый заместитель Председателя Правления с 01.12.2014 по 13.03.2018); ФИО3 ( Член Правления с 09.10.2017 до 10.04.2018; Заместитель Председателя Правления с 09.10.2017 по 10.04.2018) Банку причинены убытки в общем размере 1 512 145 899,01 руб. по выдаче и одобрению заведомо невозвратных кредитов. В обоснование указанного довода конкурсный управляющий пояснил следующее.

Так, в период с февраля 2015 г. по декабрь 2019 г. Заинтересованными лицами совершены виновные действия по выдаче кредитов техническим заемщикам и выдаче технических кредитов физическим лицам, т.е. формированию на балансе Банка безнадежной ссудной задолженности (ссудной задолженности V категории качества) и необоснованному расторжению договоров залога транспортных средств, залогодержателем по которым выступал Банк. Указанными действиями Банку причинены убытки в общем размере 1 512 145 899,01 руб.

Как пояснил заявитель, в период с 18.10.2018 по 22.08.2019 Банком заключены кредитные договоры с 21-им заемщиком - физическим лицом. Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 1 016 916 776,5 9 руб.

В период с февраля 2015 по апрель 2019 Банком заключено 40 кредитных договоров с 8-ю физическими лицами – заемщиками. Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 486 458 322 руб.

В период с 23.11.2017 по 04.07.2018 Банком заключено три кредитных договора с двумя юридическими лицами.Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 7 421 800,42 руб.

Конкурсный управляющий должника указывал на заключение договоров с указанными заемщиками без проведения комплексной проверки заемщиков, в том числе, их финансового состояния, а также при отсутствии надлежащего обеспечения исполнения заемщиками обязательств по возврату кредитных денежных средств, в результате чего банку были причинены убытки, в связи с невозвратом предоставленного заемщикам финансирования.

Полагая, что названные сделки совершены при участии ответчиков (были ими инициированы или одобрены), что привело к возникновению убытков у банка, конкурсный управляющий должника обратился с заявлением в рамках настоящего обособленного спора.

Учитывая изложенное, конкурсный управляющий считает указанную ссудную задолженность заведомо безнадежной, так как по результатам ее анализа установлено, что вышеуказанные заёмщики Банка на момент предоставления кредитных средств не вели реальной хозяйственной деятельности и изначально не были способны исполнить обязательства по предоставленным ссудам, в связи с чем, по мнению заявителя, обслуживание задолженности данных заемщиков не может быть признано надлежащим в соответствии с требованиями Положения №254-П.

Кроме того, как указал заявитель, в ходе конкурсного производства Банка конкурсным управляющим были получены судебные решения о взыскании ссудной задолженности по всем заемщикам и обращении взыскания на предмет залога, возбуждены исполнительные производства. Однако, ссудная задолженность заемщиков до настоящего времени не погашена.

Таким образом, конкурсный управляющий считает, что вышеуказанные заемщики являлись техническими, кредитные средства фактически ничем обеспечены не были, фактически хозяйственная деятельность заемщиками не велась, погашение задолженности не производилось, что свидетельствует о заведомой невозможности исполнения ими обязательств по ссудам.

Следовательно, по мнению конкурсного управляющего, причиной убытков, причиненных Банку в связи с невозможностью взыскания задолженности по ссудам заемщиков, явились действия вышеуказанных лиц по выдаче кредитов неплатежеспособным организациям, которые не вели хозяйственной деятельности или вели ее в объемах, не соизмеримых с объемом взятых на них обязательств кредитного характера.

Конкурсный управляющий считает, что при выдаче технических кредитов допущены существенные нарушения нормативно-правовых актов, регулирующих банковскую деятельность, что свидетельствует о том, что действия членов органов управления Банка являются не только недобросовестными и неразумными, но и неправомерными.

Также, ссылаясь на нарушения Положений № 254-П, конкурсный управляющий полагает, что Банком не проведена объективная оценка финансового положения заемщиков, что подтверждается отсутствием в ряде досье бухгалтерской отчетности заемщиков; не принята во внимание информация в отношении заёмщиков Банка, содержащаяся в открытых источниках, а именно сведения о минимальном размере уставного капитала, массовости адреса государственной регистрации и лиц, входящих в органы управления, сведения о не предоставлении заемщиками отчетности в органы государственной статистики с момента государственной регистрации; не проведена оценка операций по счетам заемщиков в Банке, а также не проведена оценка его контрагентов. По мнению заявителя, в случае анализа кредитной организацией данной информации Банк имел возможность установить те же обстоятельства, которые выявлены конкурсным управляющим: наличие признаков неведения реальной хозяйственной деятельности контрагентами заемщиков, отсутствие у заемщиков операций по выплате заработной платы, налоговых и иных обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды, либо осуществление соответствующих платежей в минимальных объемах.

Как следует из доводов заявления, конкурсный управляющий указал, что в нарушение п.3.5 Положения № 254-П в момент выдачи многомиллионных кредитов, несмотря на наличие такой возможности, достоверность бухгалтерской отчетности заемщиков, не проверялась, не предпринималось также и попыток получить и проверить информацию о количестве работников заемщика и иных сведений о финансово-хозяйственной деятельности предприятий, имеющихся в кредитных досье.

Кроме того, заявитель считает, что действия членов органов управления Банком по выдаче кредитов заемщикам без проведения комплексного и объективного анализа их деятельности и идентификации, в отсутствии ликвидного обеспечения, являются либо недобросовестными, либо неразумными.

Учитывая изложенное, конкурсный управляющий просит взыскать с контролирующих лиц должника в пользу ООО КБ «Нэклис-Банк» убытков:

С ФИО1 убытки в виде реального ущерба в размере 88 833 463,20 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 147 101 000 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 убытки в виде реального ущерба в размере 54 400 337,22 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 48 829 265,49 руб.;

Солидарно с ФИО1 убытки в виде реального ущерба в размере 55 252 914,45 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО5, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 188 684 322 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО6, убытки в виде реального ущерба в размере 742 670 686,46 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 42 774 700 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 127 639 210,19 руб.;

Солидарно с ФИО1, ФИО5, ФИО2 убытки в виде реального ущерба в размере 15 960 000 руб.

Представители ФИО3, ФИО5, ФИО2 возражали против удовлетворения требования заявителя по доводам, изложенным в отзыве, считают, что ответчики не являются субъектами, которые могут нести ответственность за причиненные Банку убытки. Как пояснил представитель ответчика, кредитный комитет не отнесен к органам управления акционерным обществом, решения которого обязательные для исполнения.

Представитель ФИО5 также возражал против удовлетворения требования конкурсного управляющего по доводам, изложенным в отзыве, считает, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности по взысканию убытков Банка.

Как следует из доводов отзыва, председатель правления принимал единоличное решение о выдаче спорных кредитов и собственноручно подписал все протоколы Кредитного комитета по спорным кредитам.

ФИО8 Славиевича возражал против удовлетворения требований конкурсного управляющего по доводам, изложенным в отзыве, считает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что на момент совершения сделок по выдаче кредитов задолженность являлась заведомо нереальной ко взысканию.

Как следует из доводов отзыва ФИО6, конкурсным управляющим не представлены доказательства несоответствия профессиональных суждений, сформированных исполнителями, не входивших в число руководства банка и кредитный комитет, фактическим данным и обстоятельствам в отношении заемщиков, существующих на момент составления данных суждений, не представлено доказательств, что на момент рассмотрения вопроса о заключении кредитных договоров, в распоряжении членов кредитного комитета было недостаточно сведений о заемщиках, а процедура принятия по ним решений отличалась от аналогичных процедур в отношении других заемщиков банка.

Представитель ФИО4 пояснил, что сотрудниками банка производилась проверка кредитных рисков по указанным в заявлении заемщикам, учитывалась кредитная история заемщика, анализировались финансово-хозяйственная документация и заключенные потенциальным заемщиком гражданско-правовые договоры. При этом соответствующий анализ производился не ответчиками, а другими сотрудниками и службами банка в соответствии с установленным в банке порядком, и только впоследствии учитывался на заседаниях Кредитного комитета, в обоснование чего ответчик ссылается на соответствующие протоколы.

Представитель конкурсного управляющего возражал относительно доводов ответчиков о пропуске срока исковой давности по доводам, изложенным в письменных возражениях, считает, что началом течения срока исковой давности о взыскании с ответчиков убытков является дата вынесения судом решения о признании Банка банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства.

Изучив материалы дела, оценив представленные документы в совокупности и во взаимосвязи, заслушав мнение лиц, участвующих в деле, суд признает требования конкурсного управляющего обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, по следующим основаниям.

Исходя из абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" конкурсный управляющий вправе от имени должника предъявить иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица. Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией), они должны действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, поскольку несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом, принимая во внимание положения части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица. В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие вины в причинении убытков.

В силу пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Согласно пункта 1 статьи 34 Закона о банкротстве, лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; уполномоченные органы; федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

Как следует из материалов дела, в соответствии с представленной информацией по членам Совета директоров ООО КБ «НэклисБанк»:

ФИО6 являлась членом Правления с 22.11.2018 до 10.01.2020; заместителем Председателя Правления с 22.11.2018 до 11.12.2019; ВРИО Председателя Правления с 12.12.2019 до 10.01.2020 г.;

ФИО5 являлся участником Банка с 06.03.2007 (доля в разное время в пределах 0,32- 0,89%); членом Правления с 17.10.2012 по 17.03.2017; заместителем Председателя Правления с 05.10.2000 по 17.03.2017; начальником казначейства с 14.07.2015 по 17.03.2017 г.;

ФИО1 являлся участником Банка с 26.10.2006 (доля в разное время в пределах 6,06- 19,95%); Председателем Правления с 15.06.1999 по 11.12.2019; членом Совета директоров с 18.12.2006 до 10.01.2020; ВРИО Заместителя Председателя Правления с 12.12.2019 до 25.12.2019; членом Правления с 12.12.2019 до 25.12.2019 г.;

ФИО4 являлся членом Правления с 18.10.2018 до 10.01.2020; советником председателя Совета директоров с 17.05.2018 по 17.10.2018; заместителем Председателя Правления с 18.10.2018 г.;

ФИО2 являлась участником Банка с 05.05.2010 (доля в разное время в пределах 0,18- 0,5%); членом Правления с 17.10.2012 по 13.03.2018; первым заместителем Председателя Правления с 01.12.2014 по 13.03.2018 г.;

ФИО3 являлся членом Правления с 09.10.2017 до 10.04.2018; Заместителем Председателя Правления с 09.10.2017 по 10.04.2018 г.

В соответствии со ст. 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 (ред. от 31.12.2017) "О банках и банковской деятельности" органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган.

Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Как установлено п. 11.1 гл. 11 Устава ООО КБ «Нэклис-Банк» от 2013 года (с учетом изменений № 1 в Устав от 2014 года, и Устава от 2017 года), органами управления являются: Общее собрание участников Банка; Совет директоров Банка; Председатель Правления Банка; Коллегиальный исполнительный орган - Правление Банка.

Как предусмотрено положениями Устава Банка, Председатель Правления Банка, в том числе руководит текущей деятельностью Банка, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции Общего собрания акционеров и/или Совета Банка, а также распоряжается имуществом и средствами Банка, совершает сделки от имени Банка, в том числе на основании решений Общего собрания акционеров, Совета Банка и Правления Банка.

К компетенции Правления банка также относится решение вопросов, возникающих в текущей деятельности Банка, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции Общего собрания акционеров, Совета Банка, и вопросов, относящихся к компетенции Председателя Правления Банка, а также принятие решений о совершении банковских операций и других сделок, порядок и процедуры проведения которых не установлены внутренними документами Банка.

Ответственность органов должника - юридического лица, установленная Законом о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Статья 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать от неисправной стороны возмещения убытков, под которыми согласно статье 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо, чье право нарушено, получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы такое нарушение отсутствовало (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 названной статьи Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По правилам статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из содержания приведенных норм права следует, что при обращении с настоящим иском истец должен доказать факт причинения убытков, их размер, вину лица, обязанного возместить вред, противоправность поведения ответчика, причинную связь между поведением ответчика и наступившим вредом.

Заявляя требование о взыскании убытков, в данном случае заявитель, в силу статьи 65 АПК РФ, должен представить доказательства виновности действий (бездействия) ответчика, документально подтвердить размер причиненных обществу убытков, а также доказать наличие причинной связи между понесенным обществом убытками и действиями (бездействием) ответчика.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Конкурсный управляющий должника, полагая неправомерными действия ФИО1, ФИО6, ФИО4 ссылается на следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что в период с 18.10.2018 по 22.08.2019 Банком заключены кредитные договоры с 21-им заемщиком - физическим лицом (ФИО9 - № К-15966/01-810 от 15.08.19, ФИО10 - № К-15275/01-810 от 28.03.19, ФИО11- № К-15787/01-810 от 03.07.19, ФИО12 - № К-15075/01- 810от 04.03.19, ФИО13 -№ К-14606/01- 810от 18.10.18, ФИО14 - № К-14904/01- 810от 26.12.18, ФИО15 - № К-15437/01- 810от 25.04.19, ФИО16 - № К-15989/01- 810 от 20.08.19, ФИО17 - № К-15179/01- 810 от 19.03.19, ФИО18 - № К-14920/01- 810от 29.12.18, ФИО19 - № К-15657/01- 810 от 29.05.19, ФИО20 - № К-15837/01- 810 от 29.07.19, ФИО21 - № К-15850/01- 810 от 31.07.19, ФИО22 - № К-14963/01- 810от 23.01.19, ФИО23 - № К-14880/01- 810от 20.12.18, ФИО24 - № К-15762/01- 810 от 27.06.19, ФИО25 - № К-15529/01- 810 от 30.04.19, ФИО26 - № К-14477/01- 810 от 05.04.19, ФИО27 - № К-15051/01- 810от 26.02.19, ФИО28 - № К-14995/01- 810от 30.01.19, ФИО29 - № К-16013/01- 810 от 22.08.19). Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 1 016 916 776,5 9 руб.

Так, ФИО6 были подписаны (на основании доверенности №01-09/148/1 от 22.11.2018, выданной ФИО1 от имени Банка) и/или одобрено в составе кредитного комитета кредитные договора размер убытков по которым составил 913 084 596,65 руб.

ФИО1 были подписаны и/или одобрены в составе кредитного комитета все кредитные договора, размер убытков по которым составил 1 016 916 776,59 руб.

ФИО4 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 219 243 175,68 руб.

В силу части 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа 3 общества (правления) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Согласно части 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления) несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В силу части 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах в случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.

В соответствии с требованиями Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности», действовавшего в спорный период (далее – Положение № 254-п), кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заёмщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь. Руководство банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований Закона о банках и Положения № 254-п, организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика. В этой связи руководство банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка возникновение финансовых потерь.

В частности, согласно пункту 3.1 Положения № 254-п, банк должен проводить оценку риска по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик.

Согласно пункту 3.1.2 Положения № 254-п источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно. Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва.

В соответствии с пунктом 3.1.3 Положения №254-п вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье.

В силу пункта 3.1.5 Положения № 254-п кредитная организация в порядке, установленном уполномоченным органом кредитной организации, документально оформляет и включает в досье заемщика профессиональное суждение, составленное в соответствии с требованиями подпункта 3.1.1 настоящего Положения. Профессиональное суждение формируется и документально оформляется на момент выдачи ссуды и в дальнейшем составляется по ссудам, предоставленным физическим лицам не реже одного раза в квартал по состоянию на отчетную дату.

При этом, пунктом 3.5 Положения 254-п установлено, что на всех этапах оценки финансового положения заемщика кредитная организация учитывает вероятность наличия неполной и (или) неактуальной и (или) недостоверной информации о заемщике (о его финансовом положении, состоянии его производственной и финансово-хозяйственной деятельности, цели, на которую ссуда предоставлена заемщику и использована им, о планируемых источниках исполнения заемщиком обязательств по ссуде) и об обеспечении по ссуде, а также вероятность наличия отчетности и (или) сведений, недостоверных и (или) отличных от отчетности, и (или) сведений, представленных заемщиком в органы государственной власти, Банку России и (или) опубликованных заемщиком и (или) находящихся в бюро кредитных историй.

По общему правилу общество, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно разъяснениям, указанным в пунктах 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах.

В пункте 5 постановления Пленума N 62 указано, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом, о заведомой неспособности заемщиков исполнить свои обязательства по кредитным договорам и причинении банку действиями ответчиков ущерба свидетельствуют следующие обстоятельства.

Исходя из анализа представленных в материалы дела кредитных досье заемщиков-физических лиц, суд соглашается с доводами конкурсного управляющего и приходит к выводу о том, что ссудная задолженность являлась заведомо невозвратной в связи с недостаточностью получаемого заемщиками дохода, отсутствием ликвидного залога, стоимость которого позволила бы обеспечить возвратность выданных ссудных средств, а также на основании иных существенных фактов.

Как следует из установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, согласно справкам о доходах по форме 2-НДФЛ за 2018-2019 года, доход заёмщиков составлял 220 000 - 420 000 руб. в месяц, что заведомо не позволяет обслуживать ссудную задолженность, т.к. ежемесячный платёж по условиям кредитных договоров варьировался в пределах 600 000 - 2 000 000 руб. Согласно ответам ФНС РФ (приложения №145- 159) у одиннадцати заёмщиков доход исходя из справок по форме 2-НДФЛ не соответствует представленным в кредитных досье (отсутствует полностью или меньше в 5-10 раз). Иные документы, характеризующие финансовое положение заемщиков, являются недостоверными. В кредитных досье 19 из 21 заемщиков в качестве подтверждения финансового положения помимо справок по форме 2-НДФЛ представлены недостоверные справки по форме 3-НДФЛ (Предписание Банка России от 23.12.2019 № 36-12-3-1/23476ДСП) и договоры аренды недвижимого имущества (по всем), по которым заемщики выступают соответственно арендодателями в отношении третьих лиц.

Вместе с тем, Договоры аренды являются недействительными / незаключенными, поскольку заемщики не являлись собственниками объектов, передаваемых в аренду, а визуальный осмотр объектов недвижимости, указанных в договорах аренды, проведенный представителями Банка России, не подтвердил присутствие арендаторов, что подтверждается результатами осмотра.

Также, конкурсный управляющий обратил внимание, что в рамках дел о банкротстве заёмщиков получены ответы от арендаторов, из которых следует, что договоры аренды с заёмщиками (арендодателями) не заключались, взаиморасчёты не производились.

Из материалов дела следует, что в отношении предоставленного в качестве обеспечения исполнения обязательств объектов залога установлено: значительное (более чем в пять раз) превышение размера выданной ссуды над стоимостью предоставленного обеспечения и низкое качество предметов залога (объектов недвижимости) (а именно: отсутствие устойчивого рынка, низкая ликвидность, отсутствие возможности реализации в течение 270 дней). Отсутствие со стороны Банка мероприятий по проверке / мониторингу объектов залога (как следует из текста докладной записки на имя представителя Временной администрации Банка заместителя начальника отдела залогового обеспечения - ФИО30 - «....Согласно распоряжению руководства Банка оценка рыночной стоимости предлагаемого в залог имущества по рассматриваемым кредитным заявкам физических лиц (суммы заявок от 50 млн руб.) производилась Отделом залогового обеспечения исключительно на основании Отчетов об оценке рыночной стоимости, выполненных независимыми оценочными компаниями, и документов, представленных Залогодателями. Первичный осмотр, последующий мониторинг физического состояния и наличия также согласно указанию руководства Банка не производился. Качество большинства предоставленных Отчетов было низким, фотоматериал в некоторых из них отсутствовал.»).

Таким образом, заявитель пояснил, что стоимость имущества, на приобретение которого выдавались ссудные средства, уже на момент выдачи кредита была значительно ниже размера выдаваемого кредита, о чем Банк изначально был осведомлен.

Из материалов дела следует, что выдача кредитов заемщикам-физическим лицам осуществлялась на идентичные цели, в значительных размерах (53-66 млн руб. каждому), путём перечисления денежных средств на текущие счета с получением заемщиками наличных денежных средств через кассу Банка в дату кредитования.

Заявитель также сослался на ненадлежащее качество формирования кредитных досье. Представленные в подтверждение целевого использования договоры содержат правовые пороки (переход права собственности/регистрация залога не осуществлена; договор не заключен).

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что уже на момент предоставления Банком ссудных средств заемщикам-физическим лицам соответствующие права требования являлись заведомо невозвратными. Данный вывод подтверждается сведениями, полученными в ходе конкурсного производства Банка.

Конкурсный управляющий обратил внимание, что с момента отзыва у Банка лицензии ни один из указанных заемщиков не исполняет обязательства по уплате процентов и возврату суммы основного долга в связи с чем конкурсным управляющим в суд поданы заявления о признании банкротами всех указанных выше заёмщиков. На 27.12.2021 проведена инвентаризация имущества ФИО21, ФИО23, ФИО24 Какого-либо имущества, кроме переданного в залог, не выявлено, что указано в отчётах финансовых управляющих. По настоящее время поступления в рамках дел о банкротстве или от должников отсутствуют.

Таким образом, указанная выше ссудная задолженность 21 заемщика - физического лица являлась заведомо невозвратной, а ответчиками ФИО6, ФИО1, ФИО4 Банку причинены убытки в общем размере 1 016 916 776,59 руб. (ФИО6 - 913 084 596,65 руб., ФИО1 - 1 016 916 776,59 руб., ФИО4 - 219 243 175,68 руб.), что соответствует разнице между размером непогашенной ссудной задолженности заемщиков по 21 кредитному договору и принятой стоимости ликвидного обеспечения (при его наличии), заключенному с ООО КБ «НЭКЛИС-Банк».

Конкурсный управляющий должника, полагая неправомерными действия ФИО1, ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3 ссылается на следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что в период с февраля 2015 по апрель 2019 Банком заключено 40 кредитных договоров с 8-ю физическими лицами – заемщиками (ФИО31 - К-1182/10-810 от 14.03.2016, ФИО32 - К-2842/14-810 от 04.02.2015, К-2842/13-810 от 09.03.2016, К-2842/17-810 от 10.01.2017, К-2842/19-810 от 29.03.2017, К-2842/21-810 от 04.07.2017, К-2842/22-810 от 02.08.2017, К-2842/24-810 от 01.09.2017, К-2842/23-810 от 05.09.2017, ФИО33 - К-4593/03-810 от 14.02.2017, К-4593/05-810 от 04.10.2017, К-4593/06-810 от 19.06.2018, К-4593/07-810 от 05.04.2019, ФИО34 - К-4015/19-810 от 11.08.2016, К-4015/20-810 от 09.01.2017, К-4015/21-810 от 02.02.2017, К-4015/22-810 от 01.03.2017, К-4015/23-810 от 04.04.2017, К-4015/24-810 от 03.05.2017, К-4015/25-810 от 24.05.2017, ФИО35 - К-6177/10-810 от 01.09.2016, К-6177/11-810 от01.11.2017, ФИО36 - К-4014/08-810 от 26.12.2016, ФИО37 - К-3397/25-810 от 19.08.2016, К-3397/33-810 от 27.11.2017, К-3397/38-810 от 04.09.2018, К-3397/39-810 от 02.10.2018, К-3397/36-810 от 02.07.2018, К-3397/37-810 от 01.08.2018, К-3397/40-810 от01.11.2018, К-3 397/3 4-810 от 01.03.2018, К-3 397/3 5-810 от 04.06.2018, ФИО38 - КЛ-1999/55-810 от 19.08.2016, К-1999/56-810 от 07.09.2016, К-1999/58-810 от 03.11.2016, К-1999/63-810 от 24.11.2017, К-1999/64-810 от 16.02.2018, К-1999/67-810 от 03.05.2018, К-1999/65-810 от 01.03.2018, К-1999/66-810 от 02.04.2018). Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 486 458 322 руб.

Так, ФИО6 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора размер убытков по которым составил 250 000 руб.

ФИО1 были подписаны и/или одобрены в составе кредитного комитета все кредитные договора, размер убытков по которым составил 486 458 322 руб.

ФИО5 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 204 644 322 руб.

ФИО2 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 405 345 322 руб.

ФИО3 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 53 600 000 руб.

Как следует из установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, кредитные средства выданы либо полностью без обеспечения (по 4-м заемщикам), либо предоставленное обеспечение является неликвидным (по 2-м заемщикам). Так, обеспечением исполнения обязательств двух заемщиков на общую сумму 44 350 000 руб. выступает залог транспортных средств залоговой стоимостью 1 349 000 руб., что является явно несоразмерным суммам выданных средств. Обеспечением исполнения обязательств по одному кредитному договору с ФИО39 выступает поручительство ООО «ИнвестКапСтрой» (ИНН <***>), единственным участником и генеральным директором которого является он сам.

Из материалов дела следует, что выдача кредитов заемщикам-физическим лицам осуществлялась на идентичные цели (неотложные нужды и погашение займов перед третьими лицами/предоставление займов третьим лицам) в значительных размерах (11,8-114,5 млн. руб. каждому) путём перечисления денежных средств на текущие счета с получением заемщиками наличных денежных средств через кассу Банка в дату кредитования.

Заявитель также ссылается на связанность заёмщиков с Банком и/или лицами, входящими в органы управления Банка.

Так, ФИО1 (Председатель правления), ФИО40 (участник Банка) и ФИО38 входили в одну группу лиц в соответствии со ст. 9 ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», поскольку ФИО1, ФИО40 и ФИО38 являлись контролирующими лицами в закрытом акционерном обществе «Институт информационных технологий».

Заявитель обратил внимание, что в рамках дела о банкротстве ФИО38 № А40-65052/2019 (определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2020 г.) судом была установлена аффилированность между Банком и ФИО38 Этим же судебным актом обязательства ФИО38 перед банком была восстановлена в размере 8 024 294 рублей 46 копеек.

Следовательно, доводы об отсутствии задолженности ФИО38 перед Банком, его добросовестного поведения, как кредитора не соответствуют действительности.

Напротив, вышеуказанные судебные акты подтверждают позицию Банка о том, что кредитование ФИО38 и заключенные договоры цессии были заключены с противоправной целью. ФИО38 не исполнил свои обязательства по возврату кредитных средств. Задолженность была переуступлена аффилированным с Банком лицам, которые аналогично не исполнили свои обязательства перед Банком, что привело к убыткам.

Конкурсный управляющий обратил внимание, что с момента отзыва у Банка лицензии ни один из указанных заемщиков не исполняет обязательства по уплате процентов и возврату суммы основного долга, в связи с чем по состоянию на 27.12.2021 в отношении пяти заемщиков введены банкротные процедуры, требования Банка включены в реестр требований кредиторов четырех заемщиков. В отношении ФИО39 рассматривается заявление Банка о признании его банкротом. В отношении двух заемщиков получены судебные решения о взыскании задолженности. В рамках дел о банкротстве у двух заемщиков имущество не выявлено, у трёх выявлено в пределах 500 тыс. руб. Факт отсутствия имущества у ФИО36 установлен решением Люберецкого городского суда Московской области от 16.01.2021 по делу №2-4381/2021 .

По настоящее время поступления в рамках дел о банкротстве, исполнительного производства или от должников отсутствуют.

Таким образом, указанная выше ссудная задолженность 8-ми физических лиц-заемщиков являлась заведомо невозвратной, а ответчиками ФИО6, ФИО1, Банку причинены убытки в общем размере 486 458 322 руб., (ФИО6 - 250 000 руб., ФИО1 - 486 458 322 руб.) что соответствует разнице между размером непогашенной ссудной (дебиторской) задолженности 8 физических лиц по 40 кредитным договорам и принятой стоимости ликвидного обеспечения (при его наличии), заключенным с ООО КБ «НЭКЛИС-Банк».

Конкурсный управляющий должника, полагая неправомерными действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 ссылается на следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что в период с 23.11.2017 по 04.07.2018 Банком заключено три кредитных договора с двумя юридическими лицами (ООО "ТехноспецснабТрейд" - К-582/03-810 от 04.06.2018, К-582/04-810 от 04.07.2018, АО «Институт информационных технологий» - К-1757/57- 810 от 23.11.2017). Заемщики взятые на себя обязательства по заключенным кредитным договорам надлежащим образом не исполнили, платежей в погашение задолженности не осуществляли. Общая сумма задолженности (убытков) по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 486 458 322 руб.

Так, ФИО1 были подписаны и/или одобрены в составе кредитного комитета все кредитные договора, размер убытков по которым составил 7 421 800,42 руб.

ФИО2 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 800 337,22 руб.

ФИО3 были одобрены в составе кредитного комитета кредитные договора, размер убытков по которым составил 800 337,22 руб.

Исходя из анализа представленных в материалы дела кредитных досье и юридических дел заемщиков, суд соглашается с доводами конкурсного управляющего и приходит к выводу о том, что права требования к вышеуказанным заемщикам являются активами V категории качества (безнадежными) в связи со следующими обстоятельствами: плохое финансовое положение на момент образования задолженности перед Банком и/или на отчетные даты (АО «ИИТ», ООО «Техноспецснабтрейд»), несоответствие структуры активов заявленному основному виду деятельности (ООО «Техноспецснабтрейд»); большая долговая нагрузка у ООО «Техноспецснабтрейд», АО «ИИТ» (78,13-98,81%валюты баланса), что свидетельствует о низком уровне их финансовой устойчивости; наличие просроченной задолженности перед Банком по погашению основного долга / начисленных процентов / банковских комиссий (АО «ИИТ», ООО «Техноспецснабтрейд»); иные признаки, свидетельствующие об отсутствии (ведении в минимальных масштабах) реальной хозяйственной деятельности, и/или техническом характере ссудной задолженности: минимальная штатная численность (согласно сведениям, СПАРК у ООО «Техноспецснабтрейд» сотрудники либо отсутствовали, либо их среднесписочная численность составляла от 1 до 5 человек); отсутствие судебной активности (на момент кредитования сведения об участии ООО «Техноспецснабтрейд» в арбитражных спорах отсутствуют, а начиная с 2020 заемщик выступает исключительно ответчиком, в заседания явка представителей не обеспечивается); отсутствие сайтов в сети Интернет, а также сведений о заемщиках в сети Интернет и СМИ (АО «ИИТ», ООО «Техноспецснабтрейд»); наличие исполнительного производства, завершенного в 2018 невозможностью взыскания (АО «ИИТ»); отсутствие ликвидного обеспечения, стоимость которого покрывала бы возможные риски Банка в полном объеме (АО «ИИТ», ООО «Техноспецснабтрейд»); ненадлежащее качество формирования кредитных досье. В кредитном досье ООО «Техноспецснабтрейд» отсутствуют документы, подтверждающие целевое использование ссудных средств (кредитный договор с ООО «Техноспецснабтрейд» от 04.07.2018 № 582/04-810). Заявитель также ссылается на связанность заёмщиков с Банком и/или лицами, входящими в органы управления Банка.

Таким образом, кредитованием заемщиков - юридических лиц ФИО1 Банку причинены убытки в общем размере 7 421 800,42 руб., что соответствует разнице суммы непогашенной ссудной задолженности и залоговой стоимости ликвидного обеспечения по 3-м кредитным договорам с 2 юридическими лицами.

Таким образом, являясь лицами, обязанными обеспечить выполнение Банком законодательства, нормативных актов и требований Банка России, председатель Правления Банка ФИО1, а также члены Правления Банка ФИО6 и ФИО4 действовали неразумно, игнорируя требования Положений N 254-п, внутренних положений банка, приняли решение о заключении сделок по предоставлению многомиллионных кредитов юридическим лицам, фактически неспособным исполнить обязательства, не имея о них минимально необходимой и достоверной информации.

Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления. При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

Данные особенности деятельности банков предопределяют то, что в рамках дел об их банкротстве споры о привлечении сотрудников должника к ответственности в виде взыскания убытков, причиненных последнему, зачастую сопровождаются наличием большого количества ответчиков и необходимостью рассмотрения требований к каждому из них в отдельности.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика причинение убытков, необходимо, во-первых, принять во внимание наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на принятие решения, повлекшего убытки для банка; во-вторых, установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи в действиях (бездействии) по реализации ответчиком соответствующих полномочий и негативными последствиями для должника.

Меры для получения банком объективной информации и выяснения действительного финансового положения заемщиков ответчиками не предпринимались, а оценка их финансового положения носила формальный характер, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела документы о проводимых в отношении заемщиков исполнительных мероприятий на основании судебных актов о взыскании с заемщиков Банка задолженностей по кредитным обязательствам, в ходе исполнения которых заложенное имущество обнаружено не было, в связи с чем были составлены Акты о невозможности взыскания. Факт наличия у заемщиков в собственности либо в аренде складов, иных помещений, а также товаров в обороте не подтвержден исполнительными производствами. Таким образом, с учетом указанных обстоятельств, сделать вывод о наличии у заемщиков в собственности товара на даты заключения договоров залога, о состоянии и рыночной стоимости этого товара не представляется возможным.

В связи с этим, в случае, если бы ответчики действовали разумно и добросовестно и в первую очередь в интересах Банка, кредит не был бы выдан, поскольку отсутствовали какие-либо сведения, свидетельствовавшие о достаточности доходов заемщиков для надлежащего исполнения обязательств по кредитным договорам.

Кроме того, в качестве обоснования для взыскания убытков конкурсным управляющим заявлено о необоснованном расторжении договоров залога транспортных средств, залогодержателем по которым выступал Банк.

Как следует из установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, на балансе Банка учитывалась техническая ссудная задолженность заемщиков- физических лиц ФИО31 и ФИО33 в общем размере 44 350 000, 00 руб.51 (основания переоценки и отнесения данной ссуды к V категории качества более подробно изложены в 3.2 настоящего Заявления). Обязательства заемщиков частично были обеспечены залогом транспортных средств, что подтверждено договорами.

В период с 07.02.2019 по 09.12.2019 в отсутствие факта возврата суммы займа и (или) предоставления Банку иного ликвидного обеспечения исполнения обязательств заемщиками, ФИО1 от имени Банка подписаны соглашения о расторжении договоров залога, что привело к его прекращению.

Таким образом, конкурсный управляющий пояснил, что расторжение договоров залога транспортных средств, обеспечивающих исполнение заведомо невозвратных кредитных обязательств, привело к утрате возможности обратить взыскание на предметы залога, денежные средства от реализации которых могли быть направлены на погашение ссудных обязательств заемщиков.

Любой обычный банк не может без видимых к тому причин отказаться от залога по обязательству, которое не исполнено. Поведение кредитора (Банка), отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга), должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий.

Вышеизложенная позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 301-ЭС 17-7613(3) по делу № А79-8396/2015.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о причинении ФИО1 убытков, размер которых равен залоговой стоимости имущества, предоставленного в качестве обеспечения исполнения обязательств ФИО31 и ФИО33, и составляет 1 349 000 руб.

Вместе с тем, относительно доводов конкурсного управляющего в части требований к ФИО5, являющемуся членом правления Банка, суд обращает внимание на следующие обстоятельства.

По мнению заявителя вина ФИО5 заключается в одобрении в составе кредитного комитета кредитных договоров, размер убытков по которым составил 204 644 322 руб.

Как следует из материалов дела и было установлено, ФИО5 фактически исполнял обязанности члена Кредитного комитета Банка до 17.03.2017 г.

В заявлении о том, что кредитный комитет Банка сам принимал решение о выдаче кредитов ГК АСВ ссылается на пункты 2.5 и 2.6 Положения «О Кредитах, другой задолженности клиентов, приравненной к ссудной».

Вместе с тем, как следует из содержания указанных пунктов Положения «О Кредитах, другой задолженности клиентов, приравненной к ссудной», вопреки доводам ГК АСВ условия о принятии Кредитным комитетом решения о совершении сделок они не содержат.

Так, пункт 4.12.7 «Положения о Кредитном комитете» от 14.09.2018, и пункт 1.6 «Положения о кредитах» от 30.01.2018, на которые также ссылается ГК АСВ, не применимы к отношениям, связанным с вменяемым ФИО5 действиям, поскольку были приняты уже после прекращения 17.03.2017 занятия ФИО5 всех должностей в Банке и значительно позже рассмотрения Кредитным комитетом Банка документов по спорным кредитам.

Учитывая изложенное, сделать вывод о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО5 и причиненными Банку убытками не представляется возможным.

Относительно требования конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО5, ФИО2 и ФИО3, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления по существу по изложенным ниже основаниям.

Позиция конкурсного управляющего должника в данной части по существу сводилась к тому, что статус ответчиков не исключал возможности одобрения спорных сделок, то есть основана на неподтвержденных конкретными фактами подозрениях о том, что такое одобрение могло потенциально иметь место.

Однако, только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о взыскании с них убытков, в данном случае необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины, чего конкурсным управляющим должника сделано не было.

Судом установлено, что кредитный комитет не является органом управления должника на момент заключения Кредитных договоров не имел возможности руководить действиями Должника по выдаче кредита.

Согласно п. 11.1 Устава Должника органами управления ООО КБ «Нэклис -Банк» являются: Общее собрание участников, совет директоров, председатель правления, коллегиальный исполнительный орган -правление.

Согласно п. 6 ст. 10 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности» все органы управления кредитной организации должны быть указаны в Уставе кредитной организации. В соответствии со ст. 11.1 вышеуказанного Закона текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Как установлено п. 3 ст. 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Ответчики пояснили, что Устав Должника не содержит положений о том, что кредитный комитет является органом управления банком.

Более того, Положение о кредитном комитете, утвержденное Протоколом заседания Совета Директоров Должника от 17.10.2016, действующее на момент заключения кредитных договоров, не содержит ни одного положения о том, что Кредитный комитет может принимать обязательные для Должника решения о выдаче займов, кредитов.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в силу своих должностных полномочий ФИО5, ФИО2 и ФИО3 не имели фактической возможности определять действия Должника и не могли принимать решения о выдаче кредитов, которые в свою очередь причинили убытки Должнику.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что заявителем не доказана противоправность поведения граждан – ответчиков (ФИО5, ФИО2 и ФИО3) при выдаче кредитов заемщикам, причинно-следственная связь между их действиями и наступившими неблагоприятными бедствиями для банка вследствие заключения указанных кредитных договоров, а также вина, что исключает возможность их привлечения к ответственности в форме взыскания убытков.

В соответствии с требованиями Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П, кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Руководство банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований Закона о банках и банковской деятельности и Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П, организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика. В этой связи руководство банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка возникновение финансовых потерь.

Согласно п. 3.1.2 Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.

Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва. В соответствии с пунктом 3.1.3 указанного Положения вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье.

Оценка кредитного риска по ссуде и портфелям однородных ссуд осуществляется на постоянной основе. Оценка ссуды и определение размера расчетного резерва и резерва осуществляется кредитными организациями самостоятельно на основе профессионального суждения.

Как предусмотрено п. 3.2 Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П, финансовое положение заемщика оценивается в соответствии с методикой (методиками), утвержденной (утвержденными) внутренними документами кредитной организации, соответствующими требованиям данного Положения.

В примерный перечень информации, которую кредитная организация может использовать для анализа финансового положения заемщика в момент выдачи ссуды и в течение периода ее нахождения на балансе, в частности, отнесены: данные официальной отчетности заемщика (годовая бухгалтерская отчетность), данные о движении денежных средств; данные о просроченной дебиторской и кредиторской задолженности, непогашенных в срок кредитах и займах, о просроченных собственных векселях заемщика; сведения о существенных событиях, затрагивающих производственную и финансово-хозяйственную деятельность заемщика, произошедших за период с последней отчетной даты до даты анализа финансового положения заемщика; наличие положительной (отрицательной) кредитной истории; вероятность открытия в ближайшем будущем или фактическое начало процедуры банкротства и (или) ликвидации заемщика.

На основании п. 3.3 Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П финансовое положение заемщика может быть оценено как хорошее, среднее, плохое.

Определение категории качества ссуды (определение степени обесценения ссуды без учета обеспечения по ссуде) в отсутствие иных существенных факторов, используемых при классификации ссуды, осуществляется с применением профессионального суждения на основе комбинации двух классификационных критериев (финансовое положение заемщика и качество обслуживания им долга) (п. 3.8 указанного Положения).

В свою очередь, как следует из ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, а несостоятельностью (банкротством) - неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Указание конкурсного управляющего на то, что у всех заемщиков отсутствует имущество для удовлетворения требований Банка, что установлено в рамках исполнительных производств и дел о банкротстве, возбужденных в отношении заемщиков, судом принято во внимание.

Совокупность установленных обстоятельств позволяет констатировать тот факт, что при выдаче кредитов ФИО1 (Председатель Правления), ФИО6 (Заместитель Председателя Правления), ФИО4 (Заместитель Председателя Правления) не проводилась надлежащая проверка заемщиков.

С учетом установленного, принимая во внимание, что, факт выдачи кредитных средств банком (их изъятия из оборота банка) подтверждается материалами дела, однако ненадлежащее отношение ответчиков к исполнению своих служебных обязанностей и недобросовестное отношение к интересам Банка фактически повлекло невозможность возврата денежных средств, действия ответчиков по выдаче заведомо невозвратных кредитов, причинили Банку ущерб.

В подпункте 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения (например, решения о заключении договора) не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Ответчики имели возможность получить сведения о заемщиках от третьих лиц и проверить достоверность информации, предоставленной самими заемщиками. Анализ финансового положения и деятельности заемщиков, а также информации об обеспечении исполнения обязательств по ссудам не являлся комплексным и объективным, проведен с нарушением действующего законодательства.

При проведении Банком элементарных действий по проверке заемщиков перед принятием решений о совершении сделок ответчики как члены органов управления Банком имели полную возможность сделать верный вывод о качестве заемщиков и невозможности возврата денежных средств.

При должной степени осмотрительности, разумности и добросовестности действий ответчиков по организации работы Банка в соответствии с требованиями нормативных актов денежные средства не подлежали бы выдаче указанным заемщикам. Председатель правления и члены совета Банка как лица, имеющие полномочия на распоряжение имуществом Банка, дачу указаний, обязательных для исполнения всеми работниками Банка, к компетенции которых относилось совершение и одобрение сделок от имени Банка, могли не допустить заключение подобных сделок, причинивших Банку ущерб.

Результатом действий ответчиков по кредитованию заведомо неплатежеспособных лиц явилось замещение в активах Банка денежных средств безнадежной ссудной задолженностью, что является причинением Банку убытков. Действия ответчиков, сопровождавшиеся нарушением банковского законодательства, являются неразумными, недобросовестными и, следовательно, противоправными в силу ст. 53 ГК РФ, ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Вина ФИО1 заключается в том, что он, осуществляя контроль за деятельностью структурных подразделений банка, отвечающих за привлечение и размещение денежных средств, не обеспечил надлежащую работу соответствующих структурных подразделений по сбору необходимой информации о деятельности заемщиков в целях осуществления объективной оценки кредитного риска по каждой ссуде.

В данном случае конкурсным управляющим должника было подтверждено то обстоятельство, что кредитные досье заемщиков были составлены формально и не содержали всей необходимой информации для объективной оценки кредитного риска по выданным банком ссудам.

Судом обращает внимание, что материалы дела состоят из 62 томов, в которых в том числе находятся ответы из ФНС РФ, выписки из ЕГРН и ответы арендаторов, согласно указанным документам, запрашиваемым на даты заключения кредитных договоров, информация, представленная в кредитных досье заемщиков, была неверной.

В такой связи суд признает действия ФИО1 как председателя правления банка, ФИО6 как заместителя председателя правления банка, ФИО4 как заместителя председателя правления банка, по одобрению спорных сделок с физическими и юридическими лицами неправомерными, поскольку на их месте разумный руководитель отложил бы принятие соответствующего решения до получения дополнительной информации, подтверждающей осуществление заемщиками реальной финансово-хозяйственной деятельности и возможности надлежащего исполнения ими обязательств по выданным ссудам.

Учитывая вышеизложенное, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения от ответственности вышеуказанных лиц.

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности суд признает необоснованными, учитывая разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", пунктом 10 которого установлено, что Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

Учитывая то, что ООО КБ «Нэклис-Банк» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство Решением Арбитражного суда г.Москвы от 12.03.2020 г. с возложением функций конкурсного управляющего АКБ «Универсальный кредит» (ОАО) на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», то общий 3-летний срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, при подаче 12.03.2023 г. заявления о взыскании убытков в рассматриваемом обособленном споре не пропущен.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В соответствии сто ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Материалами дела подтверждается вина контролирующих должника лиц – ФИО1, ФИО6, ФИО4, исходя из того, что ими не были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств, предусмотренных законом о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций в полном объеме.

В соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащею исполнения обязательств. Если иное не предусмотренное не предусмотрено законом или договором, лицо не исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

Суд признает обоснованным заявление конкурсного управляющего ООО КБ «Нэклис-Банк» в части взыскания убытков с ФИО1, ФИО6, ФИО4 в связи с предоставлением необходимых доказательств наличия оснований противоправности действий, нарушающих банковское законодательство.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 42 774 700 руб.+ 127 639 210,19 руб.= 170 413 910,19 руб.; о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 48 829 265,49 руб.; о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО6 убытки в виде реального ущерба в размере 742 670 686,46 руб.; о взыскании с ФИО1 убытки в виде реального ущерба 88 833 463,20 руб .+ 147 101 000 руб.+ 54 400 337,22 руб.+ 55 252 914,45 руб.+ 188 684 322 руб.+ 15 960 000 руб. = 550 232 036,87 руб.

В силу п. 3 ст. 53 ГК РФ каждое лицо, действующее от имени юридического лица, обязано добросовестно и разумно соблюдать интересы последнего.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющийдоказал наличие всей совокупности условий, необходимых для привлечения к ответственности контролирующих должника ООО КБ «Нэклис-Банк» лиц.

Остальные доводы и доказательства, приведенные и представленные лицами, участвующими в деле, суд исследовал, оценил и не принимает ко вниманию в силу их малозначительности, безосновательности, а также в связи с тем, что, по мнению суда, они отношения к рассматриваемому делу не имеют и (или) не могут повлиять на результат его рассмотрения.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 N 305-КГ17- 1113 указал, что не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

На основании ст. ст. 10, 12, 15, 53 ГК РФ, 20.3, 34, 35, 129, 131 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководствуясь ст. ст. 64, 65-75, 110, 123-124, 156, 184, 185, 223 АПК РФ, Арбитражный суд города Москвы

О П Р Е Д Е Л И Л :

Отказать в удовлетворении ходатайства ФИО6 об истребовании доказательств.

Заявление ООО КБ «Нэклис-Банк» в лице ГК АСВ о взыскании убытков - удовлетворить в части.

Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 170 413 910,19 руб.

Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО4 убытки в виде реального ущерба в размере 48 829 265,49 руб.

Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО6 убытки в виде реального ущерба в размере 742 670 686,46 руб.

Взыскать с ФИО1 убытки в виде реального ущерба 550 232 036,87 руб.

В части взыскания убытков с ФИО5, ФИО2 и ФИО3 - отказать.

Определение может быть обжаловано в течение десяти дней со дня изготовления в полном объеме в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья В.М. Марасанов