Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление конкурсного управляющего Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в размере 8 373 374 077 руб.

по делу о признании несостоятельным банкротом КБ «Холдинг - Кредит» (ООО),

при участии: представитель ФИО5 -ФИО11 (паспорт, доверенность от 22.09.2014), представитель ФИО6 -ФИО11 (паспорт, доверенность от 22.09.2014), представитель ЦБ РФ ФИО12 (паспорт, доверенность от 15.12.2014), представители АСВ ФИО13 (паспорт, доверенность от 12.12.2014 №1621), представитель ФИО2- ФИО14 (паспорт, доверенность от 19.09.2014), представитель ФИО9 – ФИО15 (паспорт, доверенность от 18.09.2014), представитель ФИО7- ФИО16 (паспорт, доверенность от 19.09.2014), представитель ФИО8- ФИО17 (паспорт, доверенность от 04.09.2014), представители ФИО10- ФИО18, (паспорт, доверенность от 29.09.2014), ответчик ФИО3 (паспорт), представитель ФИО1- ФИО19 (удостоверение, доверенность от 16.10.2014),

УСТАНОВИЛ:

Приказом Банка России от 16.05.2012 г. № ОД-352 у Общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Холдинг-Кредит» (далее также КБ «Холдинг-Кредит» (ООО), Банк) отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 16.05.2012 г. № ОД-354 назначена временная администрация по управлению Банком.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.06.2012 г. по делу № А40-77625/12-70-199«Б» Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него отрыто конкурсное производство сроком на один год. Функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

18.08.2014г. в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в размере 8 373 374 077 руб.

В настоящем судебном заседании подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в размере 8 373 374 077 руб.

Судебное заседание проведено согласно ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие уведомленных в порядке ст. 121-124 АПК РФ лиц. Кроме того, судом размещена информация о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы заявления.

Как следует из доводов заявления, требования заявителя основаны на п. 7 ст. 4.2 ,п.1 и п. 2 ст. 14 Закона о банкротстве банков в соответствии с положениями которых в случае банкротства кредитной организации в результате виновных действий или бездействия ее контролирующих лиц, и/или в случае непередачи руководителями кредитной организации в установленном порядке временной администрации или конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, а также иных документов, которые отражают экономическую деятельность кредитной организации и обязанность по подготовке, составлению или хранению которых установлена законодательством Российской Федерации (либо при полном или частичном отсутствии данных документов)и/или в случае неисполнения членами совета директоров и руководителем кредитной организации обязанностей, предусмотренных п.п. 2 - 5 ст. ст. 4.2 Закона о банкротстве банков на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Конкурсный управляющий пояснил, что несостоятельность (банкротство) банка в смысле ст. 2 Закона о банкротстве банков наступила в результате виновных действий бывшего председателя правления ФИО1, заместителя председателя правления ФИО7, управляющего директора ФИО4, управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО5 и исполняющего обязанности управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО6, а также бездействия председателей правления ФИО2 и ФИО1 и совета директоров Банка в составе: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2

По мнению конкурсного управляющего, в период с 01.05.2010 по 01.04.2012 капитал Банка имел отрицательное значение, стоимости имущества Банка было недостаточно для исполнения его обязательств перед всеми его кредиторами, поскольку по состоянию на указанные даты на балансе Банка отражена заведомо невозвратная (безнадежная) ссудная задолженность 28 заемщиков-физических лиц и 3 заемщиков-юридических лиц. На даты предоставления кредитов заемщики-юридические лица не вели хозяйственной деятельности (деятельности, соответствующей масштабам кредитования), не обладали собственным имуществом и доходами, позволявшими им погашать задолженность по ссудам, а задолженность физических лиц представлена преимущественно кредитами лицам из числа работников Банка, отрицающих получение многомилионных ссуд в Банке. Финансовое положение заемщиков-физических лиц и их доходы, по мнению конкурсного управляющего, в принципе не позволяли им обеспечить возврат денежных средств по отраженным на балансе Банка ссудам.

Конкурсный управляющий считает, что указанные признаки, подтверждающие заведомую неспособность заёмщиков исполнить обязательства перед Банком, имелись на даты выдачи кредитов и сохраняются до настоящего времени. Операции по предоставлению данным заемщикам кредитов носят характер вывода из Банка ликвидных активов (денежных средств).

К уменьшению ликвидных активов Банка, а в свою очередь и его неплатежеспособности, по мнению конкурсного управляющего, также привели действия по ненадлежащему погашению ссудной задолженности ООО «МегаФиш», не отраженные в АБС Банка и причинившие Банку ущерб в сумме 104 512 958 руб.

Конкурсный управляющий также полагает, что обязательства Банка перед Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 50 по г. Москве (далее – МИФНС №50), решением которой от 26.01.2011 №48 Банку доначислено 1 125 003 749 руб. недоимки по налогу на добавленную стоимость и 655 683 151 рублей пеней, неверно классифицировались Банком, что также привело к формированию недостоверной отчетности и, в свою очередь, преследовало цель сокрытия увеличившейся неплатёжеспособности Банка.

Кроме того, конкурсный управляющий отмечает, что руководителями Банка (ФИО1, либо ФИО3) не переданы временной администрации по управлению Банком и конкурсному управляющему Банком оригиналы документов (не обеспечена сохранность), отражающих экономическую деятельность Банка, среди которых: отчетность Банка, ведомость остатков на 16.05.2012, кредитные и другие досье с оригиналами договоров, заключенными Банком, личные дела работников Банка, протоколы и решения исполнительных органов Банка, совета директоров Банка, документы, подлежащие архивному хранению.

В обоснование доводов заявителя представлены следующие доказательства: информация о заемщиках, полученная конкурсным управляющим из ФНС России, Росстата, электронных торговых площадок, правоохранительных органов, Банка России, документы и информация из Банка (кредитные досье, выписки по счетам, протоколы органов управления Банка и кадровая документация), а также документы и информация, полученные заявителем в ходе конкурсного производства. В материалы дела заявителем представлены объяснения в порядке ст. 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также АПК РФ), содержащие таблицу с указанием на договоры по отчуждению ликвидного имущества Банка (денежных средств), обнаруженные в ходе конкурсного производства и соответствующих подписантов данных договоров от имени Банка, представлены копии соответствующих договоров.

В соответствии с поступившим 12.02.2014 в суд заявлением требования конкурсного управляющего уточнены в порядке ст. 49 АРК РФ. В соответствии с новым расчетом конкурсный управляющий просит суд возложить субсидиарную ответственность по обязательствам Банка на контролирующих Банк лиц в общем размере 8 414 101 тыс. руб., взыскав солидарно с контролирующих Банк лиц указанную сумму в пользу КБ «Холдинг-Кредит» ООО.

В судебном заседании представители контролирующих Банк лиц и ответчик ФИО3 возражали против удовлетворения требований конкурсного управляющего, представили письменные отзывы на заявление.

Представители ответчиков выразили свое несогласие с расчетом размера субсидиарной ответственности, полагают, что из представленных конкурсным управляющим документов не следует, что имущества Банка не достаточно для удовлетворения требований всех его кредиторов. Полагают, что размер субсидиарной ответственности не возможно рассчитать до момента окончательного формирования конкурсной массы, реализации принадлежащего Банку имущества и завершения судебной работы.

Ответчики полагают, что конкурсным управляющим не доказан факт заведомой невозвратности ссудной задолженности юридических и физических лиц. Указывают на то, что в период деятельности Банка с 2010 по 2012 год Банк России не предъявлял Банку и его руководству существенных претензий относительно недостатков по качеству работы, связанной с оценкой заемщиков и формированию резервов на возможные потери по ссудам.

Все указанные в заявлении конкурсного управляющего заемщики, по мнению ответчиков, вели реальную хозяйственную деятельность, надлежащим образом обслуживали свою задолженность, предоставили все необходимые документы, предусмотренные нормативными правовыми актами Банка России для принятия положительного решения о заключении кредитных договоров. Достоверность представленных документов и сведений у ответчиков сомнений не вызывали. При этом негативные тенденции в деятельности заемщиков отсутствовали на дату выдачи кредитов и возникли уже после отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций.

Кроме того, ответчики связывают невозможность взыскания с заемщиков Банка задолженности по кредитным договорам с неэффективной работой конкурсного управляющего в ходе конкурсного производства, в том числе в части судебной работы.

По мнению ответчиков, в рамках своих полномочий ими предприняты все возможные меры по улучшению финансового положения Банка. В обоснование данного довода ответчики указывают, что Банком был подготовлен и направлен в Банк России план мероприятий, направленных на поддержание финансовой устойчивости Банка, введены самоограничения на прием вкладов.

Ответчики считают, что в своих действиях руководство Банка добросовестно исходило из того, что капитал Банка будет увеличен, а спорные претензии ФНС России будут либо отклонены судами, либо рассрочены на достаточный для их полного погашения срок.

Представитель ФИО1 отметил, что все предусмотренные действующим законодательством и нормативными правовыми актами Банка России документы и имущество Банка переданы ФИО1 в установленном законом порядке, никаких претензий, связанных с не передачей имущества Банка в ее адрес не поступало.

В обоснование доводов ответчики ссылаются на акты проверок деятельности Банка, подготовленные специалистами Банка России, переписку между руководителями Банка и Отделением №4 Московского ГТУ Банка России, кредитные досье и информацию, связанную с ходом конкурсного производства в отношении Банка.

Центральный банк Российской Федерации (Банк России) в лице Главного управления по Центральному федеральному округу (далее также Банк России) представил объяснения в порядке ст.81 АПК РФ, в которых пояснил, что в ходе дистанционного надзора за деятельностью Банка в период 2010г. - 2012г. Банку России не удалось выявить нарушений требований Положения Банка России от 26.04.2004 №254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (далее также Положение №254-П) исходя из представленных Банком показателей финансово-хозяйственной деятельности заемщиков-юридических лиц, а также представленных Банком сведений о доходах заемщиков-физических лиц.

Однако в ходе проведения в 2012 году проверки Банка в связи с не выполнением КБ «Холдинг-Кредит» ООО заявок о предоставлении проверяющим материалов, рабочей группой были составлены акты противодействия проведению проверки от 05.05.2012 №1 и 11.05.2012 №2.

Указанные факты, в условиях непредоставления Банком в Банк России, начиная с 26.04.2012, ежедневной отчетности по форме 0409101,по мнению Банка России, могут свидетельствовать о том, что КБ «Холдинг-Кредит» ООО намеренно скрывал реальное финансовое положение и препятствовал осуществлению надзора. Банк России полагает, что эти обстоятельства, с учетом представленных конкурсным управляющим сведений, позволяют предположить, что и за предыдущие периоды в Банк России КБ «Холдинг-Кредит» ООО представлялась недостоверная отчетность. Кроме того, Банк России отметил, что в отчетности, представляемой в надзорный орган, Банк не отражал соответствующие требования МИФНС №50 по г. Москве.

В ходе рассмотрения обособленного спора представитель Банка России поддержал в полном объеме доводы, изложенные в заявлении конкурсного управляющего.

Ответчик ФИО4, надлежащим образом уведомленный о дате и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился, отзыва на заявление конкурсного управляющего не представил, исковые требования не оспорил, явку полномочного представителя в суд не обеспечил.

Представителем ФИО8 ранее заявлено ходатайство о применении к заявлению конкурсного управляющего срока исковой давности. По мнению представителя ФИО8, что конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих Банк лиц к субсидиарной ответственности по меньшей мере с 29.06.2012, но в любом случае не позднее 28.01.2013, а обратился с заявлением лишь 18.08.2014. Таким образом, по мнению представителя ответчика, заявитель пропустил годичный срок исковой давности, предусмотренный абз. 4 п. 5 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также Закон о банкротстве) для обращения в суд с требованиями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Конкурсный управляющий возражал против применения срока исковой давности, исходя из следующего.

В ходе работы временной администрации по управлению Банком установлено, что стоимости активов Банка недостаточно для исполнения обязательств перед его кредиторами, в связи с чем решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-77625/2012 от 26.06.2012 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство в соответствии с Законом о банкротстве банков.

Указанная ответчиком норма (абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве) была введена в действие Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» и вступила в силу с 30.06.2013, следовательно, не может быть применена к спорным правоотношениям сторон.

Кроме того, абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве распространяется исключительно на заявление, предъявленное по основаниям, предусмотренным п. 2 и п. 4 данной статьи, в то время как согласно заявления конкурсного управляющего в качестве правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указана ст. 4.2 и ст. 14 Закона о банкротстве банков.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 219/12 от 07.06.2012 указано, что при определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Как следует из материалов дела, заявитель обращался в суд с исками для взыскания просроченной ссудной задолженности заемщиков-физических лиц. Претензионно-исковая работа завершена только в 2014 году. Обстоятельства, установленные судебными актами свидетельствуют о том, что заемщики в действительности никогда не получали денежные средства в объёмах, отраженных в отчетности и электронной базе данных Банка (либо вообще не заключали с Банком никаких кредитных договоров). Данные обстоятельства стали среди прочего поводом для обращения конкурсного управляющего в суд с соответствующим заявлением. Кроме того, в период с 2012 по 2014 год продолжалась реализация имущества Банка и формирование конкурсной массы, что препятствовало установлению с достаточной степенью определенности размера субсидиарной ответственности.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что заявление подано конкурсным управляющим в пределах сроков, установленных для обращения в суд с требованием о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

Заслушав мнения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 14 Закона о банкротстве банков(в ред. Федерального закона от 28.04.2009№73-ФЗ) если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Контролирующие кредитную организацию лица признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они при наличии оснований, предусмотренных ст. 4 Закона о банкротстве банков, не предприняли предусмотренные данным федеральным законом меры для предупреждения банкротства кредитной организации.

При недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, а также иные документы, которые отражают экономическую деятельность кредитной организации и обязанность по подготовке, составлению или хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, не переданы в установленном порядке временной администрации кредитной организации или конкурсному управляющему либо полностью или частично отсутствуют, руководители кредитной организации, обязанные обеспечить сохранность ее документации и (или) имущества, несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) ее обязанностям по уплате обязательных платежей.

В соответствии с п. 7 ст. 4.2 Закона о банкротстве банков члены совета директоров (наблюдательного совета) или руководитель кредитной организации, не исполнившие обязанностей, предусмотренных п.п. 2 - 5 настоящей статьи, при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей, возникшим после появления признаков несостоятельности (банкротства), предусмотренных п. 2 ст. 2 Закона о банкротстве банков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч.2 п. 3 ст. 56 ГК РФ), необходимо учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность руководителя, учредителя (участника) должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на указанных лиц обязанности возместить убытки осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если согласно ст. 2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под руководителем должника понимаются единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности (в частности, полные товарищи), то в соответствии с п. 5 ст. 14 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" руководителями кредитной организации признаются лица, указанные в качестве таковых в ФЗ "О банках и банковской деятельности".

В свою очередь, по абз. 3 ст. 11.1 этого Федерального закона руководителями кредитной организации признаются: единоличный исполнительный орган, его заместители, члены коллегиального исполнительного органа.

По сути, в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" используются разные способы закрепления круга лиц, несущих субсидиарную ответственность по долгам юридического лица.

Если применительно к кредитным организациям закрепляется исчерпывающий перечень лиц, относящихся к числу руководителей и соответственно субъектов субсидиарной ответственности, то по ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" руководителями могут быть признаны только лица, выступающие от имени юридического лица без доверенности, но при этом субъектами субсидиарной ответственности могут признаваться любые лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия (п. 4 ст. 10).

Учредители (участники) и члены совета директоров (наблюдательного совета) не подпадают под понятие руководителей. Однако они являются субъектами субсидиарной ответственности в силу дополнительного прямого указания в законодательстве о банкротстве.

Применительно к правовому характеру настоящего спора в соответствии со ст. 65 АПК РФ заявитель должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков, позволяющих суду принять решение о возложении на контролирующих лиц обязанности по возмещению убытков (возложении субсидиарной ответственности): наличие у ответчика права давать обязательные указания для должника либо иным образом определять его действия; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном установлении вины ответчика в банкротстве должника. Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии со ст. 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» единоличный исполнительный орган, его заместители и члены коллегиального исполнительного органа являются руководителями кредитной организации.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Как следует из материалов дела следует, что приказом Банка России от 16.05.2012 г. № ОД-352 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Основанием для отзыва лицензии послужило неисполнение Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, установление фактов существенной недостоверности отчетных данных, неоднократное применение в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

Приказом Банка России от 16.05.2012 г. № ОД-354 назначена временная администрация по управлению Банком.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.06.2012 г. по делу № А40-77625/12-70-199«Б» Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него отрыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на Агентство.

Положениями ст. 4 Закона о банкротстве банков предусмотрено, что в случаях, когда кредитная организация нарушает норматив достаточности собственных средств (капитала), установленный Банком России (Инструкция Банка России от 16 января 2004 г. №110-И «Об обязательных нормативах банков», далее – Инструкция №110-И) либо допускает уменьшение величины собственных средств (капитала) по итогам отчетного месяца ниже размера уставного капитала, определенного ее учредительными документами, кредитная организация обязана осуществлять меры по предупреждению банкротства.

Как следует из материалов дела, в преддверии банкротства ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 выполняли различные управленческие функции в Банке, занимая следующие должности:

ФИО1 - председатель правления Банка ( с 23.11.2010 по 05.05.2012г.);

ФИО2 – председатель правления Банка (до 01.10.10), член света директоров (до 10.05.12);

ФИО3 - председателя правления Банка (временно исполняющий обязанности Председателя правления Банка с 10.05.2012г.);

ФИО4 – управляющий директор;

ФИО5 – управляющий Санкт-Петербургского филиала Банка;

ФИО6 – исполняющий обязанности управляющего Санкт-Петербурского филиала;

ФИО7 - заместитель председателя правления Банка;

ФИО8 – член света директоров;

ФИО9 - член света директоров;

ФИО10 - член света директоров.

Кроме того, ФИО2 представляла интересы одного из учредителей Банка ООО «Группа Транс Капитал», ФИО9 представлял интересы одного из учредителей Банка ООО «ФинИнвестСервис», ФИО8 представлял интересы одного из учредителей Банка ООО «Честара».

По мнению конкурсного управляющего, в результате виновных действий указных лиц у Банка наступила несостоятельность (банкротство) в смысле ст. 2 ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсный управляющий просит привлечь указанных лиц солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.

Конкурсный управляющий указывает, что ФИО2 И ФИО1, выполняя функции единоличного исполнительного органа Банка, скрывали реальное финансовое положение Банка путем представления в Банк России недостоверной отчетности и, в нарушение ст.ст. 3,4,4.2, 11 Закона о банкротстве кредитных учреждений, не предприняли мер по финансовому оздоровлению и предупреждению банкротства Банка, предусмотренных п. 1 ст. 14, п. 7 ст. 4.2 Закона о банкротстве кредитных учреждений, а также не приняли мер для того, чтобы исключить возможность кредитования технических заемщиков и от понесенных убытков в результате их кредитования.

В отношении единоличного исполнительного органа банка ФИО1 (уволена 05.05.2012), ФИО3 (временно исполняющий обязанности Председателя правления Банка с 10.05.2012г.) конкурсный управляющий указывает на неисполнение обязанности по обеспечению сохранности и передаче документации Банка временной администрации.

Кроме того, ФИО1 подписаны договоров с техническими заемщиками.

Несмотря на осведомленность членов Совета директоров Банка о тяжелом финансовом положении Банка при наличии неисполненных обязательств перед ФНС России, члены Совета директоров ФИО8, ФИО9, ФИО10 не предприняли необходимых мер по финансовому оздоровлению и предупреждению банкротства Банка, предусмотренных п. 1 ст. 14, п. 7 ст. 4.2 Закона о банкротстве кредитных учреждений, не приняли решение о созыве внеочередного общего собрания учредителей (участников) кредитной организации и не уведомили о принятии такого решения руководителей кредитной организацией и Банк России.

В отношении иных сотрудников Банка, осуществлявших управленческие функции, конкурсный управляющий указывает, на подписание ФИО7 договоров с техническими заемщиками, на подписание ФИО5 договоров с техническим заемщиком ООО «Мясной мир», на подписание ФИО6 договоров с техническим заемщиком ООО «Мясной мир», что повлекло техническое увеличение ссудной задолженности и невозможность ее возврата. Подписание ФИО4 Соглашения о прекращении обязательств от 25.04.2012 г., согласно доводам конкурсного управляющего, причинило убытки Банку в размере 104 513 тыс. руб.

По данным ежемесячной бухгалтерской отчетности Банка за период с 01.05.2010 по 01.04.2012, предоставляемой в Банк России, норматив достаточности собственных средств (капитала) Банка (Н1), рассчитанный Банком в соответствии с Инструкцией №110-И, в указанный период не уменьшился ниже предельно допустимого значения 10%.

Из заключения о финансовом состоянии Банка, подготовленного временной администрацией, следует, что отчетность Банка на 05.05.2012, представленная в Московское ГТУ Банка России, является недостоверной. Указанный вывод следует также и из объяснений Банка России, представленных в рамках настоящего обособленного спора.

Основанием признания Банка несостоятельным (банкротом) послужила недостаточная стоимость имущества Банка для исполнения обязательств перед кредиторами. Согласно решению Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-77625/2012 от 26.06.2012 о признании Банка несостоятельным (банкротом) размер обязательств Банка превышает стоимость его имущества (активов) на 6 081 312 000 руб.

По результатам проведенного конкурсным управляющим анализа финансового состояния Банка установлено, что в период с 01.05.2010 по 01.04.2012 его капитал также имел отрицательное значение (Н1<0%), стоимости имущества Банка было недостаточно для исполнения его обязательств перед кредиторами.

Выводы конкурсного управляющего принимаются судом, поскольку основаны на результатах анализа ссудной задолженности заемщиков Банка, проведенного в соответствии с Положением № 254-П, а также анализа обязательств некредитного характера, оценка которых производилась в соответствии с требованиями Положения Банка России от 20.03.2006 №283-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери» (далее – Положение № 283-П).

Конкурсным управляющим выявлены заемщики физические и юридические лица, ссудная задолженность которых необоснованно оценивались Банком в 1-3 категории качества с начислением минимальных резервов, не соответствующих истинному уровню кредитных рисков по ссудам, что привело к неадекватному отражению в отчетности данных о стоимости имущества Банка и позволяло ему скрывать свое реальное финансовое положение, предоставляя в Банк России недостоверную отчетность. Конкурсным управляющим приведен перечень заемщиков, состоящий из 28 физических лиц и 3 юридических лиц, чья ссудная задолженность отражена на балансе Банка по состоянию на 01.05.2010 и 01.04.2012 (ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ООО«Производственная фирма 3.5.7», ООО «СК ИНЖСТРОЙ», ООО «Мясной мир») (далее также заемщики).

Из материалов дела следует, что в период с 01.05.2010 по 01.04.2012 в балансе Банка учтена выдача денежных средств указанным выше заемщикам в рамках кредитных правоотношений, что подтверждается выписками по ссудным счетам заемщиков, а также информацией о данных ссудах, содержащейся в актах проверок Банка России. В материалы дела представлены копии 66 кредитных договоров со следующими заемщиками: ООО «СК ИНЖСТРОЙ», ООО «Мясной мир», ФИО28, ФИО21, ФИО25, ФИО41, ФИО34, ФИО36, ФИО30 Кредитные договоры с другими физическими и юридическими лицами из числа заемщиков в Банке отсутствуют.

Выдача указанных ссуд (либо их техническое отражение в документации Банка), явилась причиной значительного ухудшения финансового положения Банка (действительное значение капитала Банка на 01.05.2010 составило -172 552 тыс. руб., в дальнейшем продолжая ухудшаться).

Положениями ст. 53 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Согласно ч. 4 ст. 32 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и главами 21 и 22 устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом – председателем правления, который без доверенности действует от имени Банка, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, распоряжается имуществом и средствами Банка, а также коллегиальным – правлением Банка.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что сделки с заемщиками заключены от имени Банка председателем правления ФИО1 (14 договоров на общую сумму 259 766 050 руб.), заместителем председателя правления ФИО7 (2 договора на общую сумму 229 911 руб.), управляющим Санкт-Петербургского филиала ФИО5 (38 договоров на общую сумму 50 353 151 руб.) и исполняющим обязанности управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО6 (12 договоров на общую сумму 59 362 177 руб.). При этом ФИО1, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа Банка действовала от имени Банка на основании его устава, ФИО7, ФИО5 и ФИО6 действовали от имени Банка на основании полномочий, предоставленных соответствующими доверенностями. Судом установлено, что ответчики, действующие на основании выданных им доверенностей, имели право на отчуждение имущества Банка путем реализации права на заключение от имени Банка договоров с теми или иными контрагентами (в т.ч. заемщиками), доказательств обратного суду не представлено.

Из материалов дела следует, что на даты выдачи (отражения в балансе Банка) кредитов заемщики-юридические лица не вели хозяйственной деятельности (деятельности, соответствующей масштабам кредитования), не обладали собственным имуществом и доходами, позволявшими им погашать задолженность по кредитам, а финансовое положение заемщиков-физических лиц и их доходы не позволяли им обеспечить возврат денежных средств по отраженным на балансе Банка ссудам.

Указанные признаки, подтверждающие заведомую неспособность заёмщиков исполнить обязательства перед Банком, имелись на даты выдачи кредитов и сохраняются до настоящего времени.

Доход заемщиков-физических лиц несопоставим с размером взятых на себя обязательств кредитного характера, что подтверждается справкам по форме 2-НДФЛ, предоставленными конкурсному управляющему ФНС России, а также выписками по зарплатным счетам, открытым в Банке.

В отношении большинства заемщиков-физических лиц в Банке отсутствуют кредитные досье, в частности оригиналы кредитных договоров, договоров залога (поручительств) и других сопутствующих документов.

Ссудная задолженность заемщиков-физических лиц имеет признаки рефинансирования и ненадлежащего качества обслуживания – за счет предоставления им новых кредитов, что подтверждается выписками по ссудным счетам заемщиков.

В материалы дела представлены письменные обращения, в которых заемщики-физические лица опровергают получение многомиллионных ссуд и факт заключения кредитных договоров. В ходе судебных заседаний по рассмотрению исков о взыскании с физических лиц ссудной задолженности заемщики также отрицали факт получения столь значительных денежных средств от Банка, что, среди прочего, послужило причиной отказа в удовлетворении соответствующих требований конкурсного управляющего. Указанные судебные акты представлены в материалы дела.

По состоянию на 01.04.2012 на балансе Банка отражена ссудная задолженность 3 заемщиков - юридических лиц: ООО «Производственная фирма 3.5.7», ООО «СК ИНЖСТРОЙ» и ООО «Мясной мир». Объем ссудной задолженности на указанную дату составил 164 893 тыс. руб.

Уставный капитал заемщиков составляет 10 тыс. руб. (ООО «СК ИНЖСТРОЙ» – 20 000 руб.).

Адрес местонахождения ООО «СК ИНЖСТРОЙ» является адресом массовой регистрации (проверка производилась с использованием интернет-сайта www.nalog.ru).

Кредитное досье и юридическое дело ООО «Производственная фирма 3.5.7» не переданы временной администрации и конкурсному управляющему, либо не формировались Банком.

Кредитные досье ООО «СК ИНЖСТРОЙ» и ООО «Мясной мир» не содержат документов, подтверждающих реальную хозяйственную деятельность заемщиков, и не позволяют произвести надлежащий анализ их кредитоспособности. Отсутствуют документы и достоверные сведения о том, что в рамках заявленного целевого назначения у заемщиков будет возможность получить необходимую прибыль и/или обеспечить возврат кредитных средств.

Кредиты ООО «Мясной мир» предоставлены для перечисления на торговую площадку в качестве обеспечительного платежа для участия в открытых аукционах. Весь объем кредитных средств, перечисленных ООО «Мясной мир» на торговые площадки (ОАО «Единая электронная торговая площадка», Министерство финансов Республики Татарстан и ООО «РТС-тендер»), составил 293 000 тыс. руб. Возвращено с торговых площадок в счет погашения ссудной задолженности заемщика денежных средств в общей сумме 183 000 тыс. руб. Остаток ссудной задолженности по данным АБС Банка составил 109 715 тыс. руб. При этом, по информации, размещенной на сайте государственных закупок («www.zakupki.gov.ru»), указанный заемщик участвовал только в одном аукционе 06.04.2012 с заявленной суммой контракта 5 000 тыс. руб. (аукцион проигран). Таким образом, объемы предоставленных для участия в аукционах кредитных средств явно не соответствуют объемам фактического участия заемщиком в соответствующих аукционах.

Предоставление кредитных средств ООО «Мясной мир», направленных на электронные торговые площадки для обеспечения заявок участия в аукционах, происходило без какого-либо контроля со стороны Банка за целевым использованием ссуд, о чем свидетельствует среди прочего письмо ЗАО «Сбербанк – АСТ». В соответствии с данным письмом Банк имел возможность кредитовать ООО «Мясной мир» с использованием специального сервиса, обеспечивающего контроль со стороны оператора электронной торговой площадки за денежными средствами Банка, предоставляемыми заемщику для участия в аукционе. В тоже время Банк данный функционал не использовал, заключая кредитные договоры напрямую с ООО «Мясной мир», которое в последующем не обеспечило в полном объеме возврат денежных средств Банку, выводя денежные средства со счета на торговых площадках в иные кредитные организации, что подтверждается ответом на запрос конкурсного управляющего, предоставленного ООО «РТС-тендер», в соответствии с которым перечисленные Банком на торговую площадку денежные средства в сумме 9 017 тыс. руб., выведены ООО «Мясной мир» на расчетный счет заемщика, открытый в Северо-Западном Филиале ОАО АКБ «РОСБАНК» в нарушение условий соответствующих кредитных договоров.

Из материалов дела следует, что обязательства по предоставленным заемщикам ссудам обеспечены формально. Обязательства по кредитам, предоставленным ООО «СК ИНЖСТРОЙ» и ООО «Мясной мир», обеспечены поручительством физического лица с неизвестным Банку финансовым положением, а по кредиту, предоставленному ООО «СК ИНЖСТРОЙ», залогом имущественных прав по договору подряда, заключенному с ЗАО «Стройконструкция», при наличии информации о задержке выплат заемщику со стороны ЗАО «Стройконструкция», а также в отсутствие объективной информации о хозяйственной деятельности последнего. Впоследствии в СМИ опубликованы сведения, характеризующие ЗАО «Стройконструкция» как недобросовестного контрагента (информация об уголовном деле по факту хищения бюджетных средств).

По информации, предоставленной ФНС России бухгалтерская отчётность ООО «СК ИНЖСТРОЙ» не соответствует отчетности, представленной в Банк, заемщик имеет задолженность по налогам и сборам.

Анализ оборотов по расчетным счетам заемщиков выявил минимальные объемы операций, связанных с ведением хозяйственной деятельности (в т.ч. уплата налогов, банковских комиссий, заработной платы сотрудникам и др.), несопоставимых с размерами взятых на себя обязательств кредитного характера.

Анализ бухгалтерской отчетности, проведенный конкурным управляющим, однозначно показал, что у ООО «Производственная фирма 3.5.7», ООО «СК ИНЖСТРОЙ» и ООО «Мясной мир» отсутствовала возможность самостоятельно (за счет своих доходов) исполнять принимаемые на себя обязательства перед Банком своевременно и в полном объеме, что на основании п. 3.3. Положения № 254-П позволяет оценить финансовое положение указанных заемщиков как «плохое».

Конкурсным управляющим подготовлены и направлены в суд иски о взыскании ссудной задолженности с заемщиков-юридических лиц. Соответствующие исковые заявления судами удовлетворены, конкурсным управляющим в дело представлены копии судебных актов. В ходе исполнительного производства какого-либо имущества у заемщиков не выявлено.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 21.04.1995 N 399 "О совершенствовании информационной системы представления бухгалтерской отчетности" на Государственный комитет Российской Федерации по статисте возложена функция по обеспечению заинтересованных пользователей данными бухгалтерской отчетности организаций, расположенных на территории Российской Федерации. Предоставление отчетности организаций производится на платной основе, т.е. любое заинтересованное лицо может получить данные о бухгалтерской отчетности организаций, действующих на территории России.

В соответствии со ст. 11.1 Федерального закона "О банках и банковской деятельности", п. 1 ст. 40 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" п. п. 12.5.1 Устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом -, который без доверенности действует от имени и в интересах Банка, в том числе совершает сделки от имени Банка.

В п. 2 и п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано, что недобросовестность действий директора юридического лица доказана, когда руководитель организации знал или должен был знать о том, что совершил сделку (голосовал за ее одобрение) с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом; неразумными считаются такие действия директора как не совершение действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Проанализировав представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу, что уровень кредитных рисков по кредитам соответствующими должностными лицами определен неверно, что привело к отражению в бухгалтерской отчетности Банка норматива достаточности собственных средств (капитала) Банка, не соответствующего действительному финансовому состоянию кредитного учреждения.

С целью проверки сведений, указанных в документах заемщиков, ответчики, действуя добросовестно и разумно, обеспечив выполнение нормативно-правовых актов Банка России, имели возможность организовать работу Банка, дать соответствующие поручения и проверить их исполнение, однако не осуществили соответствующие действия.

Таким образом, предоставление денежных средств (то есть наиболее ликвидного актива Банка) заемщикам без надлежащей проверки контрагентов является неразумным, так как им не совершены действия, направленные на получение необходимой и достаточной информации для принятия решения о кредитовании соответствующих юридических лиц.

На основании вышеизложенного суд признает обоснованными доводы заявителя о том, что совокупность информации о заемщиках подтверждает заведомую невозвратность денежных средств, предоставленных заемщикам в рамках кредитных договоров, либо отраженных в качестве таковых на балансе Банка, а также отсутствие ликвидного обеспечения по кредитным договорам (в т.ч. на дату выдачи кредитов).

Кроме того, период с 09.09.2011 по 02.04.2012 Банком с ООО «МегаФиш» заключено 14 кредитных договоров, размер непогашенного основного долга по которым на дату отзыва у Банка лицензии (16.05.2012) составляет 106 533 тыс. руб. В качестве обеспечения исполнения обязательств заемщика перед Банком заключены договоры поручительства (с генеральным директором заемщика - ФИО48) и договоры залога, в т.ч. товаров в обороте, имущественных прав и недвижимого имущества.

После отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций заемщик прекратил операции по обслуживанию имеющейся у него перед Банком задолженности. В связи с этим конкурсным управляющим 13.11.2012 и 21.11.2012 направлены в Красногвардейский районный суд г. Санкт-Петербурга исковые заявления о взыскании солидарно с ООО «МегаФиш» и ФИО48 задолженности по ссудам.

В ходе судебного разбирательства по указанным спорам представителем ФИО48 заявлено ходатайство о прекращении производства по делу, а в обосновании правовой позиции представлены в суд решение Третейского суда г. Москвы при Международной Ассоциации Независимых Юристов (далее – Третейский суд) от 05.06.2012 по делу № ТСММ-1205/02, а также заключенное 25.04.2012 в г. Москве соглашение о прекращении обязательств ООО «МегаФиш» перед Банком, путем передачи отступного (далее – соглашение об отступном).

Из указанных документов следует, что 25.04.2012 между Банком, ООО «МегаФиш» и ФИО48 заключено соглашение об отступном, в соответствии с которым ссудная задолженность ООО «МегаФиш» перед Банком в размере 104 553 тыс. руб. погашена путем передачи Банку в качестве отступного прав требований по 23 векселям кредитных организаций (КБ «НЕФТЯНОЙ АЛЬЯНС» и ОАО «Банк БЦК-Москва») на общую сумму 110 000 тыс. руб.

В связи с заключением соглашения об отступном ООО «МегаФиш» 02.05.2012 обратилось в Третейский суд с исковым заявлением о признании обязательств по кредитным договорам прекращенными.

В суд от имени Банка представлен датированный 07.05.2012 отзыв на исковое заявление, в котором полностью признан иск.

Решением Третейского суда города Москвы при Международной Ассоциации Независимых Юристов от 05.06.2012 г. по делу № ТСММ-1205/02 исковые требования удовлетворены, суд постановил обязать Банк передать ООО «МегаФиш» выписки по ссудным счетам, в которых будет отражено прекращение обязательств по кредитным договорам в результате представления отступного, справку об отсутствии задолженности ООО «МегаФиш» перед Банком, признать прекращенными обязательства по кредитным договорам, заключенным между ООО «МегаФиш» и Банком, а также по договорам поручительства и залога, заключенным в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитным договорам.

В связи с этим 28.01.2013 производство по иску Банка к ООО «МегаФиш» и ФИО48 о взыскании задолженности по кредитным договорам и обращении взыскания на заложенное имущество определением Красногвардейского районного суда г. Санкт-Петербурга прекращено.

В тоже время переданные по соглашению об отступном векселя кредитных организаций находились в собственности Банка еще до момента его заключения и, соответственно, не могли быть переданы 25.04.2012 ООО «МегаФиш» или ФИО48 Банку в счет погашения обязательств по кредитным договорам.

Данный факт подтверждается направленными в Банк России ежемесячными отчетами Банка по ценным бумагам по состоянию на 01.03.2012 и на 01.04.2012, актом проверки Банка России от 21.05.2012, а также сведениями из ОАО «Банк БЦК-Москва» и ООО ИК «Финансовая стратегия», исключающими приобретение ООО «МегаФиш» или ФИО48 соответствующих векселей.

О том, что соглашение об отступном фактически составлено позже указанной в нем даты (25.04.2012), может свидетельствовать произведённый ООО «МегаФиш» уже после его заключения платеж в погашение основного долга на сумму 40 тыс. руб., а также письмо ООО «МегаФиш», на основании которого произведена данная операция.

Таким образом, к уменьшению ликвидных активов Банка, а в свою очередь и его платежеспособности, привели действия по ненадлежащему погашению ссудной задолженности ООО «МегаФиш», не отраженные в АБС Банка и причинившее Банку ущерб в сумме 104 512 958 руб. В результате данных действий Банк утратил возможность взыскания обеспеченной поручительством и залогом (в т.ч. ипотекой) ссудной задолженности ООО «МегаФиш» в размере 104 513 тыс. руб., понеся убытки в указанной сумме. Соглашение об отступном подписано от имени Банка управляющим директором ФИО4, действующим на основании доверенности. Судом установлено право указанного ответчика, действующего на основании выданной ему доверенности, на отчуждение имущества Банка путем реализации права заключение соглашения об отступном. Доверенность ФИО4 от имени Банка выдана ФИО1

Указанные выше обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела вступившими в законную силу судебными актами: определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.11.2013 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2014 по делу №А40-77625/12. Доказательств обратного суду не представлено.

В силу статьи 182 ГК РФ доверенность по правовой природе является сделкой, которая непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Исходя из общих принципов института представительства, ФИО4, одновременно являясь управляющим директором Банка, как представитель Банка представляя интересы Банка обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской и доступными ему способами. Исполнение обязанностей управляющего директора Банка свидетельствует об осведомленности ФИО4 о совершения сделки в ущерб интересам Банка.

Согласно разъяснения, изложенным в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Кроме того, по результатам выездной налоговой проверки деятельности Банка за 2006 год МИФНС №50 принято решение от 26.01.2011 № 48 о доначислении Банку 1 125 003 749 руб. недоимки по налогу на добавленную стоимость и 655 683 151 рублей пеней.

Основанием к доначислению указанной суммы налога на добавленную стоимость послужил вывод МИФНС №50 о том, что при участии ряда организаций и физических лиц была создана схема по оптимизации налогообложения посредством заключения различных взаимосвязанных договоров, имитирующих деятельность по реализации Банком в интересах и за счет другой организации (ООО «Голден Спринг») аффинированных драгоценных металлов, с целью выведения из-под налогообложения стоимости этих драгметаллов. По мнению МИФНС №50, в действительности заключенные сделки со спорными аффинированными драгоценными металлами прикрывали деятельность Банка по реализации в своих интересах без уплаты налога на добавленную стоимость юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям драгметалла с выбытием его из хранилища Банка. На такие операции предусмотренная пп. 9 п. 3 ст. 149 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также НК РФ) льгота не распространяется.

Таким образом, Банк неправомерно исчислил налог на добавленную стоимость только с суммы комиссионного вознаграждения, а не со всей выручки, полученной от деятельности по реализации драгметаллов.

Выступая комиссионером ООО «Голден Спринг» (далее также комитент), Банк на межбанковском рынке приобрел в его интересах и за его счет аффинированные драгоценные металлы, зачислив их на обезличенный металлический счет комитента, открытый в Банке, и поместив драгметалл в хранилище Банка на основании договоров хранения, заключенных с комитентом.

В дальнейшем, ООО «МОРСКОЙ БАНК» и ЗАО КБ «ПРИСКО КАПИТАЛ БАНК» (далее – банки-комиссионеры), являясь комиссионерами ряда юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, приобрели в их интересах и за их счет у ООО «Голден Спринг» спорный аффинированный драгоценный металл, слитки которого Банк списал со счета ответственного хранения ООО «Голден Спринг» и зачислил на соответствующие счета банков-комиссионеров, а потом на счета конечных покупателей, после чего конечные покупатели драгметалла осуществили его изъятие из хранилища Банка с оформлением соответствующих актов приема-передачи.

Все указанные операции проводились Банком в один день, в который, как правило, проходило и изъятие драгметалла конечным покупателем. При этом предметом сделок между конечными покупателями и их банками-комиссионерами являлся драгметалл, еще не приобретенный ни ООО «Голден Спринг», ни Банком, что подтверждается как документально, так и свидетельскими показаниями, опровергающими возможность предварительного согласования индивидуальных признаков драгметалла.

Кроме того, согласно свидетельским показаниям должностных лиц Банка, общества «Голден Спринг», банков-комиссионеров, а также конечных покупателей драгметалла, Банку был известен факт реализации драгметалла ООО «Голден Спринг» через банки-комиссионеры юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, которые дополнительные соглашения по окончательной стоимости продукции получали на руки непосредственно в Банке вместе с драгметаллом, изъятым из хранилища без уплаты налога на добавленную стоимость.

При этом обстоятельства совершения и исполнения сделок свидетельствуют о формальном документообороте и отсутствии в реальности операций по приобретению у ООО «Голден Спринг» банками-комиссионерами драгметалла в интересах юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, имитирующих комиссионную деятельность Банка, и создающих схему, направленную на уход от обложения налогом на добавленную стоимость, участником и организатором которой являлся сам Банк.

Не согласившись с выводом МИФНС №50, Банк оспорил решение инспекции в арбитражном суде.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 31.05.2011 заявление Банка удовлетворено, решение МИФНС №50 по эпизоду доначисления налога на добавленную стоимость признано недействительным.

Девятый арбитражный апелляционный суд постановлением от 13.10.2011 отменил решение суда первой инстанции, отказав Банку в удовлетворении его требований.

Постановление вступило в законную силу, в судебном акте изложены указанные выше обстоятельства. Копия постановления Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-19234/2011-АК от 13.10.2011 приобщена к материалам по настоящему обособленному спору.

В случае удовлетворения Банком требований МИФНС №50 и/или формирования по указанным требованиям резерва на возможные потери в размере 100%, величина его собственных средств (капитала) приняла бы отрицательное значение. Размер начисленного Банком резерва по требованиям МИФНС №50 составлял 6,3%.

В соответствии с ч.5 ст.271 и ч.1 ст.318 АПК РФ судебные акты арбитражных судов приводятся в исполнение после вступления их в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы исполнительного производства. Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия. Таким образом, по состоянию на отчетную дату (01.11.2012) постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2011 вступило в законную силу.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами конкурсного управляющего, что после вынесения постановления Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-19234/2011-АК от 13.10.2011 у Банка отсутствовали основания для классификации рисков по указанным обязательствам перед МИФНС № 50 иначе чем в 5 категорию качества в соответствии с Главой 6 Положения № 283-П с формированием резервов на возможные потери в размере 100% с 01.11.2011 по 01.04.2014, поскольку обязательства перед налоговым органом признаны судом обоснованными. Банк не мог избежать их исполнения до момента отмены указанного судебного акта вышестоящими судебными инстанциями, которые впоследствии пришли к выводу о его законности. При этом суд учитывает, что согласно представленным Банком России объяснениям в отчетности, представляемой в надзорный орган, Банк не отражал соответствующие требования МИФНС №50 по г. Москве.

В своих отзывах ответчики ссылаются на отсутствие претензий к деятельности Банка со стороны надзорных органов, что, по мнению ответчиков, подтверждается выводами, сделанными в актах инспекционных проверок, проведенных Банком России.

Вместе с тем суд учитывает позицию Банка Росси, изложенную в письменных объяснениях, которая была изложена представителем Банка России в ходе рассмотрения настоящего спора, из которых следует, что все выводы рабочей группы Банка России, изложенные в актах проверки Банка, основывались исключительно на документах, представленных Банком. Надзорный орган не располагал и не мог располагать сведениями, представленными конкурсным управляющим. В этих условиях Банк России не мог учитывать какую-либо иную информацию о заемщиках Банка.

Банк России отметил, что в отчетности, представляемой в надзорный орган, Банк не отражал соответствующие требования МИФНС №50 по г. Москве, основанием для отзыва лицензии среди прочего послужило установление Банком России фактов существенной недостоверности отчетных данных Банка.

Системный анализ сведений, содержащихся в актах проверки Банка, с учетом доказательств, представленных конкурсным управляющим, указывает на то, что необходимые мероприятия по оценке финансового положения заемщиков и контроль за их деятельностью фактически не проводились Банком, следовательно, в Банк России предоставлялась не соответствующая действительности информация.

Суд исходит из положений п.3 ст.53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с которыми лицо, в силу закона или учредительных документов юридического лица выступающие от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Эти положения в равной степени относятся и к ответчикам, которые должны были действовать в период исполнения своих полномочий в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности» и с уставом банка.

Согласно ст.7 Федерального закона «О Центральном банке РФ (Банке России)» нормативные акты Банка России обязательны для банка. Следовательно, Положение №254-П, Положение №283-П и «Положение об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», утвержденное Банком России 19.08.2004 №262-П (далее – Положение №262-П), обязательны для применения контролирующими лицами Банка при совершении сделок от имени Банка.

Пунктом 3.1. Положения № 254-П установлено, что Банк должен проводить оценку по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации. По результатам такой оценки Банк обязан формировать по каждой выданной ссуде резервы, соответствующие уровню ее кредитного риска.

Вместе с тем, в нарушение п.п. 3.1.1. и 3.1.2. Положения №254-Пв Банке не было обеспечено проведение комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков при составлении профессионального суждения на даты выдачи кредитов.

В нарушение п.3.1.5. Положения №254-П оценка кредитного риска по выданным ссудам (профессиональное суждение) не производилась, либо производилась формально.

В нарушение п.п. 2.1. Положения №262-П не осуществлен сбор сведений о присутствии или отсутствии по своему местонахождению заемщиков и их постоянно действующих органов управления. В кредитных досье, сформированных Банком, отсутствуют документы, подтверждающие проверку указанной информации (справки, акты выездов и др.).

Таким образом, на момент выдачи кредитов в Банке отсутствовала информация о финансовом положении заемщиков и качестве обслуживания долга, предусмотренная п.п. 3.1.1. и 3.1.2. Положения №254-П и позволяющая достоверно определить финансовое положение заемщиков, структуру и состав их органов управления, а также фактическое расположение заемщиков по адресам их местонахождения.

Вопреки доводам ответчиков, существенные обороты по расчетным счетам заемщиков не могут рассматриваться в качестве единственного и неопровержимого довода в пользу предоставления денежных средств в форме кредитов, поскольку прямо противоречит требованиям Положениям №254-П.

В соответствии с п.3.5 Положения №254-П на всех этапах оценки финансового положения заемщика, для принятия взвешенного, разумного и обоснованного решения необходимо учитывать вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о заемщике. Это означает, что при наличии возможности Банк должен проверить информацию и удостовериться в подлинности документов, предоставляемых заемщиком, особенно при отсутствии ликвидного обеспечения по кредиту. В тоже время, достоверность бухгалтерской отчетности заемщиков, как основного документа положенного в основу профессионального суждения, не проверялась, а отраженные в ней негативные тенденции в деятельности заемщиков в расчет не принимались. В свою очередь, судом установлено несоответствие бухгалтерской отчетности ООО «СК ИНЖСТРОЙ», предоставленной в Банк, а также несоразмерность величины доходов других заемщиков Банка размеру предоставленных им денежных средств в форме кредитов, отсутствие возможности и обоснованных соответствующими документами предпосылок к возврату ссудной задолженности за счет результатов хозяйственной деятельности заемщиков.

В соответствиями со ст.102 НК РФ данные, составляющие налоговую тайну, могут быть предоставлены при наличии согласия налогоплательщика. В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.04.1995 № 399 «О совершенствовании информационной системы представления бухгалтерской отчетности» на Государственный комитет Российской Федерации по статистике возложена функция по обеспечению заинтересованных пользователей данными бухгалтерской отчетности организаций, расположенных на территории Российской Федерации. Предоставление отчетности организаций производится на платной основе, т.е. любое заинтересованное лицо может получить данные о бухгалтерской отчетности организаций, действующих на территории России.

Несмотря на все вышеизложенное, ответчиками не принято никаких мер для того, чтобы оградить Банк от взаимодействия с неплатежеспособными заемщиками и, как следствие, от понесенных убытков в результате их кредитования.

Доводы ответчиков о том, что все кредитные договоры заключались ими после принятия решений кредитного комитета, не принимаются судом во внимание.

Действующим законодательством не предусмотрено, что решения кредитного комитета, совещательного органа, созданного на основании внутренних документов банка, являются обязательными для исполнения контролирующими Банк лицами. Доказательств иного суду не представлено.

Как следует из разъяснений п. 7 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" само по себе одобрение одним из комитетов Банка действий, повлекших для юридического лица негативные последствия, не освобождает руководителей Банка от ответственности, поскольку руководители несут самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Однако соответствующих доказательств ответчиками в материалы заявления не представлено.

Довод ответчиков о наличии погашенной задолженности как признаке ведения заемщиками реальной хозяйственной деятельности не может быть принят судом, поскольку заявителем документально подтверждено, что заемщики не имели собственных денежных средств для возврата ссуд, а Банк на протяжении двух лет, предшествовавших дате отзыва лицензии, отвечал признаку несостоятельности (банкротства). Ответчики и неустановленные лица (ввиду отсутствия оригиналов кредитных договоров) на протяжении двух лет ухудшали финансовое положение Банка путем выдачи безнадежных ссуд (отражения ссудной задолженности на балансе Банка), увеличивая его неплатежеспособность. Таким образом, суд считает необходимым оценивать действия ответчиков в совокупности.

Согласно п. 2.1. Инструкции №110-И, в связи с ненадлежащей классификацией ссудной задолженности и требований не кредитного характера ФНС России, капитал Банка должен быть уменьшен на величину недосозданного резерва на возможные потери. С учетом реклассификации, действительное значение капитала Банка в исследуемый период имело отрицательное значение (от -172 552 тыс. руб. на 01.05.2010 до -2 692 060 тыс. руб. на 01.04.2012), что, в соответствии со ст. 4 Закона о банкротстве банков, свидетельствует о наличии оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства Банка как на начало, так и на конец исследуемого периода.

Пересчитанное значение норматива достаточности собственных средств (капитала) Банка (Н1), скорректированного на величину недосозданного резерва, также составляет отрицательную величину, что заведомо ниже предельно допустимого минимального значения этого норматива 10% (п.2.2 Инструкции № 110-И).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии на балансе Банка в период с 01.05.2010 по 01.04.2012 значительной доли неликвидных активов, а также требований некредитного характера (с 01.11.2011 по 01.04.2014), оценка рисков и определение размера расчетного резерва по которым производились в Банке с нарушением требований Положения №254-П и Положения №283-П.В результате недосоздания Банком резервов по ссудной задолженности и требованиям некредитного характера искусственно завышалась величина собственных средств (капитала) Банка, что позволяло скрывать его реальное финансовое положение и продолжать осуществлять деятельность, не принимая мер по предупреждению банкротства на протяжении двухлетнего периода, несмотря на наличие оснований, предусмотренных ст.4 Закона о банкротстве банков.

Материалами дела подтверждается, что на протяжении двух лет, предшествующих дате отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций, в Банке имелись основания для принятия мер по предупреждению банкротства, а также признак несостоятельности (банкротства), предусмотренный ч. 2 ст. 2 Закона (недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед всеми кредиторами Банка).

В соответствии со ст.ст. 3, 4, 4.2, 11 Закона о банкротстве банков лицом, обязанным принять необходимые и своевременные меры по предупреждению банкротства и осуществлению мер по финансовому оздоровлению Банка, является единоличный исполнительный орган кредитной организации – председатель правления Банка, который, в случае возникновения обстоятельств, предусмотренных ст. 4 Закона о банкротстве банков, обязан обратится в совет директоров Банка с ходатайством об осуществлении мер по финансовому оздоровлению кредитной организации, а в случае бездействия совета директоров в Банк России с ходатайством об осуществлении мер по предупреждению банкротства кредитной организации.

В случае возникновения признаков несостоятельности (банкротства) кредитной организации председатель правления Банка обязан:

1) направить в совет директоров Банка мотивированное требование о созыве внеочередного общего собрания участников Банка для рассмотрения вопроса о ликвидации кредитной организации и направлении в Банк России ходатайства об аннулировании или отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций

2) уведомить Банк России о возникновении в Банке указанных оснований и направлении им в совет директоров Банка соответствующего требования.

В случае, если совет директоров Банка не исполнил обязанности, предусмотренные п. 2 и п. 5 ст. 4.2 Закона, председатель правления Банка обязан исполнить обязанности совета директоров Банка, установленные соответственно пунктами 2 и 5 данной статьи.

Вместе с тем, в период с 01.05.2010 по 01.05.2012 при наличии в Банке признаков банкротства, а также оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства и финансовому оздоровлению Банка, ФИО2 и ФИО1, выполняя функции единоличного исполнительного органа Банка, скрывали реальное финансовое положение Банка путем предоставления в Банк России недостоверной отчетности и, в нарушение ст.ст. 3, 4, 4.2, 11 Закона о банкротстве банков, не предпринимали мер по предупреждению банкротства Банка, что свидетельствует о наличии вины указанных лиц в наступлении его несостоятельности (банкротства).

ФИО2 и ФИО1, обладая необходимой квалификацией в области банковской деятельности, не могли не осознавать, что формирование большей части активов Банка ссудной задолженностью лиц с неподтвержденной платежеспособностью неизбежно ведет к потере ликвидности Банка и его банкротству. Неплатежеспособность заемщиков и факты отражения на балансе Банка несуществующей ссудной задолженности (в т.ч. работников самого Банка) не носят единичный характер. Неплатежеспособные заемщики составили существенную часть кредитных активов Банка, что не могло быть допущено при надлежащей организации и контроле за деятельностью структурных подразделений - участников процесса кредитования.

В соответствии с п. 2 ст. 4.2 Закона о банкротстве банков в течение трех дней со дня получения предусмотренного пп. 1 п. 1 данной статьи требования руководителя кредитной организации совет директоров Банка организации обязан:

1) принять решение о созыве внеочередного общего собрания учредителей (участников) кредитной организации, а также не позднее чем в течение двадцати дней со дня принятия указанного решения сообщить учредителям (участникам) кредитной организации о проведении такого общего собрания;

2) уведомить о принятом решении руководителя кредитной организации и Банк России.

В соответствии с п. 3 ст. 11 Закона о банкротстве банков совет директоров (наблюдательный совет) кредитной организации, которому в соответствии с п. 1 настоящей статьи направлено ходатайство об осуществлении мер по финансовому оздоровлению кредитной организации, должен принять решение по направленному ходатайству в течение 10 дней с момента его направления и проинформировать о принятом решении Банк России.

Несмотря на осведомленность о тяжелом финансовом положении Банка, связанного со вступлением в законную силу постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2011 по спору с ФНС России, в результате чего доначисление Банку 1 125 003 749 руб. недоимки по налогу на добавленную стоимость и 655 683 151 руб. пеней признано законным, совет директоров (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2) в нарушение п. 2 ст. 4.2 Закона о банкротстве банков не принял решение о созыве внеочередного общего собрания учредителей (участников) кредитной организации, не уведомил о принятом решении руководителя кредитной организации и Банк России. В нарушение п. 3 ст. 11 Закона о банкротстве банков совет директоров Банка не осуществил меры по финансовому оздоровлению Банка.

Даже без учета реклассификации ссудной задолженности заемщиков Банка, недостаточность стоимости его имущества для исполнения обязательств перед всеми его кредиторами уже по состоянию на 01.11.2011 превысила 1 млрд. руб., что не могли не осознавать члены совета директоров Банка.

Об осведомленности членов совета директоров Банка (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2) о тяжелом финансовом положении Банка в связи с наличием требований ФНС России свидетельствует выписка из протокола заседания Совета директоров Банка от 01.03.2012, а также протокол совещания, проведенного в МГТУ Банка России с 21.02.2012 (от Банка на совещании присутствовал председатель совета директоров Банка ФИО8).

Доводы ответчиков о том, что в рамках своих полномочий ответчики предприняли все возможные меры по улучшению финансового положения Банка и предупреждению его банкротства отклоняются судом как не основанные на нормах действующего законодательства и представленных в дело доказательствах.

Как отмечалось судом выше, предусмотренные Законом о банкротстве банков действия ответчиками исполнены не были. Подготовленный и представленный в Банк России план мероприятий, направленных на поддержание финансовой устойчивости Банка, не содержит действенных мер по улучшению финансового положения Банка исходя из фактически сложившейся ситуации. Кроме того, ответчики не представили каких-либо доказательств, что указанный план был реализован Банком даже частично.

Напротив, из представленной в материалы заявления переписки руководства Банка с представителями Банка России следует, что реализация плана мер не состоялась.

Согласно п. 2 ст. 14 Закона о банкротстве банков при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, а также иные документы, которые отражают экономическую деятельность кредитной организации и обязанность по подготовке, составлению или хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, не переданы в установленном порядке временной администрации кредитной организации или конкурсному управляющему либо полностью или частично отсутствуют, руководители кредитной организации, обязанные обеспечить сохранность ее документации и (или) имущества, несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) ее обязанностям по уплате обязательных платежей.

Судом установлено, что временной администрации от руководителей Банка не переданы оригиналы документов, отражающие экономическую деятельность кредитной организации, среди которых: отчетность Банка, ведомость остатков на 16.05.2012, кредитные и другие досье с оригиналами договоров, заключенных Банком, личные дела уволенных работников Банка, протоколы и решения исполнительных органов Банка, Совета директоров Банка, документы, подлежащие архивному хранению и другие документы.

По факту непередачи документов Банка временной администрации и их фактического отсутствия в Банке Банком России составлены соответствующие акты от 22.05.2012, а также акт о воспрепятствовании осуществлению функций Временной администрации от 16.05.2012. Указанные акты приобщены к материалам дела.

Приказом от 05.05.2012 № 79-у, принятого во исполнение решения общего собрания участников Банка от 05.05.2012, ФИО1 была уволена с занимаемой ею должности председателя правления Банка, заявив об увольнении непосредственно на общем собрании участников Банка 05.05.2012. Этим же решением общего собрания участников Банка на должность временно исполняющего обязанности председателя правления Банка назначен ФИО3, который приступил к исполнению обязанностей единоличного исполнительного органа Банка 10.05.2012.

Вместе с тем, согласно объяснительной записке ФИО3, составленной на имя руководителя временной администрации, а также из письменных и устных объяснений, данных ФИО3 в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, при вступлении в должность врио председателя правления Банка 10.05.2012 имущество Банка, отраженное в актах Банка России об отсутствии и непередачи документов от 22.05.2012 (в т.ч. оригиналы кредитных досье), ему не передавалось. О местонахождении данных документов ФИО3 не известно.

В рамках исследования обстоятельств по настоящему спору ФИО1 судом было предложено предоставить объяснения относительно обстоятельств передачи (не передачи) соответствующих документов Банка ФИО3 и предоставить в материалы дела доказательства, подтверждающие ее доводы о том, что все необходимое к передаче и обеспечению сохранности имущество Банка было передано ФИО3

ФИО1 никаких убедительных пояснений относительно указанного вопроса дать не смогла, соответствующих доказательств в суд не представила.

В соответствии с положениями ст. 24 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» при освобождении от должности единоличный исполнительный орган кредитной организации обязан передать имущество и документы кредитной организации лицу из числа ее руководителей. В случае отсутствия такого лица на момент освобождения от должности единоличного исполнительного органа он обязан обеспечить сохранность имущества и документов кредитной организации, уведомив о предпринятых мерах Банк России.

Как следует из материалов дела, ФИО1, занимая должность единоличного исполнительного органа Банка, в нарушение п. 2 ст. 23 Закона о банкротстве банков, п. 12.1. Положения Банка России «О временной администрации по управлению кредитной организацией» от 9 ноября 2005 г. N 279-П, Приложения №2 к указанному положению и ст. 24 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», при освобождении от должности не передала в полном объеме имущество и документы Банка лицу из числа ее руководителей, не обеспечила сохранность документов, а также не уведомила о предпринятых мерах Банк России.

Суд также учитывает обстоятельства, изложенные в приобщенном к материалам дела постановлении о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 16.05.2014, вынесенного старшим следователем 11 отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по г. Москве майором юстиции ФИО49 по итогам рассмотрения уголовного дела № 182389, возбужденного по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 195 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее также постановление). Указанным постановлением уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (истечение сроков давности уголовного преследования). Вместе с тем указанное уголовное дело прекращено по не реабилитирующим основаниям, о чем среди прочего свидетельствует соответствующее заявление ФИО1 о согласии на прекращение уголовного преследования.

Обстоятельства, изложенные в постановлении, подтверждают виновный характер действий (бездействия) ФИО1, выразившийся в непередаче документов Банка временной администрации по управлению Банком и конкурсному управляющему.

Оценивая представленные документы в совокупности с иными доказательствами, представленными заявителем в материалы дела, а также в отсутствии опровержения содержащейся в них информации со стороны ФИО1 и ее представителя, суд признает их допустимыми, отвечающими требованиям ст.64 АПК РФ.

В тоже время документально подтвержденных оснований для возложения обязанности по передаче документов и имущества Банка, отраженных в актах временной администрации по управлению Банком от 22.05.2012, на ФИО3 судом не установлено.

Суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий документально доказал наличие у председателя правления ФИО1, заместителя председателя правления ФИО7, управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО5, исполняющего обязанности управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО6 и управляющего директора ФИО4 права давать обязательные для Банка указания и возможность иным образом определять его действия (в том числе на основании доверенности), доказано совершение данными ответчиками неразумных и недобросовестных действий (бездействия), повлекших банкротство Банка, доказан факт непередачи(не обеспечения сохранности) ФИО1 документов Банка временной администрации по управлению Банком и конкурсному управляющему, доказан факт непринятия единоличным исполнительным органом Банка (ФИО2, ФИО1) и Советом директоров (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2) необходимых мер по предупреждению банкротства и финансовому оздоровлению Банка, что является основанием для удовлетворения требований о привлечении контролирующих Банк лиц к субсидиарной ответственности.

Ответчиками, в свою очередь, доводы заявителя не опровергнуты, доказательства обратного не представлены.

Таким образом, контролирующие Банк лица, имея право давать обязательные для Банка указания или возможность иным образом определять ее действия (в т.ч. на основании доверенности), а также являясь лицами, обязанными действовать добросовестно и разумно, обеспечить выполнение требований Положений №283-П №254-П, №262-П, п. 2 ст. 23 Закона, п. 12.1. Положения Банка России «О временной администрации по управлению кредитной организацией» от 9 ноября 2005 г. № 279-П, Приложения №2 к указанному положению и ст. 24 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», действуя недобросовестно (либо неразумно), не проявив требуемую от них степень заботливости и осмотрительности, в нарушение указанных нормативных правовых актов, не предприняв никаких мер по организации проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков (контролю за целевым использованием кредитов), их идентификации и обеспечения возврата денежных средств, не имея достаточной и объективной информации о заемщиках заключали сделки по выдаче кредитов заведомо неплатежеспособным заемщикам/отражали на балансе и в отчетности Банка несуществующую ссудную задолженность, осуществили ненадлежащее погашение задолженности ООО «Мегафиш», а также не передали (не обеспечили сохранность) документы Банка временной администрации по управлению Банком и конкурсному управляющему. В результате указанных действий ответчиков финансовое положение Банка значительно ухудшилось, что привело к его несостоятельности (банкротству). Кроме того, единоличным исполнительным органом Банка и Советом директоров не принимались необходимые меры по предупреждению банкротства Банка, его финансовому оздоровлению.

Согласно заявления конкурсного управляющего в качестве правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указана ст. 14 Закона о банкротстве банков, в соответствии с п. 5 которой размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в соответствии с настоящей статьей определяется исходя из разницы между размером установленных требований кредиторов и рыночной стоимостью имущества должника за вычетом текущих обязательств.

При таких обстоятельствах доводы ответчиков о том, что размер субсидиарной ответственности невозможно рассчитать до момента окончательного формирования конкурсной массы, реализации принадлежащего Банку имущества и завершения судебной работы, отклоняется судом, поскольку заявителем представлены документы, позволяющие в соответствии с п.5 ст. 14 Закона о банкротстве банков произвести соответствующий расчет.

Представленный заявителем расчет требований судом проверен и признан обоснованным.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" нет определения понятия вины и указаний на умышленный характер действий. Соответственно, необходимо исходить из общего значения понятия вины в гражданском праве.

Прямая направленность на доведение кредитной организации до банкротства говорит о действиях с прямым умыслом, косвенная направленность - о действиях по неосторожности, неприменение мер по предотвращению банкротства кредитной организации или невозбуждение дела о банкротстве - о бездействии. Поэтому для применения субсидиарной ответственности при несостоятельности (банкротстве) совершенно необязательно, чтобы банкротство было преднамеренным.

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Поскольку субсидиарная ответственность при банкротстве кредитных организаций применяется при наличии вины, на данный случай также распространяется п. 1 ст. 401 ГК РФ, где речь идет о заботливости и осмотрительности.

Тем самым честность и разумность, заботливость и осмотрительность можно рассматривать как требования к поведению субъектов гражданско-правовой ответственности, в том числе и руководителей кредитной организации. Соответственно, противоправными следует признать любые отклонения от этой модели поведения. Ей должны соответствовать и условия договоров (п. 1 ст. 422 ГК РФ), и обычаи делового оборота (п. 2 ст. 5 ГК РФ).

Несостоятельность (банкротство) - это неспособность должника удовлетворить требования кредиторов, и, поскольку действия (бездействие) руководителя в преддверии несостоятельности (банкротства) кредитной организации повлекли убытки для этой кредитной организации, они считаются прямой (непосредственной) причиной того, что часть требований кредиторов остается неудовлетворенной в ходе конкурсного производства. При этом руководитель кредитной организации, как уже отмечалось, несет субсидиарную ответственность в размере убытков, причиненных его поведением или поведением работников кредитной организации, выполнявших его решения.

Противоправное поведение руководителей должника в конечном итоге проявилось в том, что в результате их деятельности часть требований кредиторов остается неудовлетворенной. Учитывая положения устава должника, дать детально конкретизированный перечень их противоправных действий (бездействия) невозможно. О противоправности поведения руководителей в данном случае свидетельствует то, что неисполнение обязанностей, которое повлекло убытки для кредитной организации и ее кредиторов.

Связи неправомерного поведения с наступившими последствиями (банкротством Банка) проявляется в том, что поведение руководителя кредитной организации необоснованно увеличило размер кредиторской задолженности Банка и требований кредиторов, оставшихся неудовлетворенными в рамках процедуры банкротства кредитной организации.

В то же время сокрытие реального финансового положения Банка путем представления в Банк России недостоверной отчетности, непринятие мер по финансовому оздоровлению и предупреждению банкротства Банка, предусмотренных п. 1 ст. 14, п. 7 ст. 4.2 Закона о банкротстве кредитных учреждений, непринятие мер для того, чтобы исключить возможность кредитования технических заемщиков и от понесенных убытков в результате их кредитования, неисполнение обязанности по обеспечению сохранности и передаче документации Банка временной администрации, подписание кредитных договоров в условиях их невозвратности, необоснованное подписание Соглашения о прекращении обязательств от 25.04.2012 г. - все это свидетельствует об отступлении от модели добросовестности-разумности и заботливости-осмотрительности.

Кроме того, в данном случае не требуется рассмотрения вопроса о недействительности данных сделок, поскольку для применения субсидиарной ответственности основное значение имеет вопрос не об их формальном соответствии законодательству на момент совершения, а о последствиях (результатах) их совершения, которые необходимо было предвидеть.

То, что указанные действия (бездействия) и совершение перечисленных сделок нарушают интересы кредитной организации и ее кредиторов, руководители кредитной организации обязаны предвидеть, поскольку они входят в органы управления коммерческой организации, имеющей основной целью деятельности получение прибыли (ст. 1 ФЗ "О банках и банковской деятельности", п. 1 ст. 50 ГК РФ) и из этой прибыли выплачивающей проценты своим клиентам. Они также могут это предвидеть, поскольку имеют специальное образование и являются специалистами в данной сфере (см., например, подп. 8 ст. 14 ФЗ "О банках и банковской деятельности").

В данном случае, они как субъекты субсидиарной ответственности обязаны предпринять все меры, чтобы кредитная организация получила максимальную выгоду (в виде увеличения доходов или снижения расходов) от совершаемых сделок, а также чтобы обеспечить исполнение обязательств другой стороной.

При этом данные лица как имеющие право давать обязательные указания и иным образом предопределять ее действия несут ответственность и за действия тех работников, которые исполняли их указания (решения).

Как указано выше в действиях ответчиков усматриваются признаки технического увеличения кредиторской задолженности должника, вывода ликвидных активов Банка, и сокрытие данных о финансово-хозяйственной деятельности Общества.

При этом ненадлежащая проверка контрагентов Банка, искажение отчетности Банка, с учетом всех обстоятельств дела, не могут быть отнесены к коммерческим рискам кредитной организации.

Таким образом, суд признает доказанным и обоснованным заявление конкурсного управляющего о том, что банкротство Банка наступило в результате совместных действий (бездействия) контролирующих Банк лиц при наличии одновременно нескольких установленных Законом о банкротстве банков оснований для возложения на данных лиц субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вместе с тем согласно п. 1 ст. 14 Закона о банкротстве банков арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных лиц.

Суд учитывать, что, как правило, поведение руководителя кредитной организации не является единственной причиной ее банкротства.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что сделки с заемщиками по выдаче последним заведомо невозвратных кредитов, как действия, которые среди прочих привели к банкротству Банка, заключены от имени Банка среди прочих заместителем председателя правления ФИО7 (2 договора на общую сумму 229 911 руб.), управляющим Санкт-Петербургского филиала ФИО5 (38 договоров на общую сумму 50 353 151 руб.) исполняющим обязанности управляющего Санкт-Петербургского филиала ФИО6 (12 договоров на общую сумму 59 362 177 руб.).

На основании вышеизложенного суд полагает возможным уменьшить размер ответственности ФИО7, ФИО5, ФИО6 и ФИО4 до фактического размера вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, поскольку указанный вред существенно ниже размера требований, указанных конкурсным управляющим в заявлении о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности и принятых судом уточнениях исковых требований по данному заявлению (8 414 101 000 руб.).

В связи с тем, что документально подтвержденных оснований для возложения обязанности по передаче документов и имущества Банка, отраженных в актах временной администрации по управлению Банком от 22.05.2012, на ФИО3 судом не установлено, суд не находит оснований для удовлетворения требований заявителя в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка на основании п. 2 ст. 14 Закона о банкротстве банков.

Расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ относятся на ответчиков, привлеченных к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь ст.ст. 4.2, 14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», ст.ст. 65, 71, 75, 170, 171, 176, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Заявление конкурсного управляющего КБ «Холдинг – Кредит» (ООО) - ГК АСВ удовлетворить частично.

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего КБ «Холдинг – Кредит» (ООО) - ГК АСВ к ответчику ФИО3

Удовлетворить частично заявление конкурсного управляющего КБ «Холдинг – Кредит» (ООО) - ГК АСВ уменьшив размер субсидиарной ответственности в отношении: ФИО7 - до 229 911 руб.; ФИО5 - до 50 353 151 руб.; ФИО50 – до 59 362 177 руб.; ФИО4 – до 104 512 958 руб.

Удовлетворить заявление конкурсного управляющего КБ «Холдинг – Кредит» (ООО) - ГК АСВ в отношении ответчиков: ФИО1; ФИО2; ФИО8; ФИО9; ФИО10

Возложить на ответчиков ФИО1; ФИО2; ФИО8; ФИО9; ФИО10 солидарно субсидиарную ответственность в сумме 8 414 101 000 руб.

Определение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в 14-дневный срок со дня изготовления в полном объеме.

Информация о движении дела, о порядке ознакомления с материалами дела и получении копий судебных актов может быть получена на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по веб-адресу: www.msk.arbitr.ru.

Судья Е.Н. Кондрат