Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Перминовой О.К., при составлении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Сегренёвой И.А., рассмотрел в открытом судебном заседании заявления (объединенные в одно производство определением от 27.10.2021) конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя и единственного участника должника ФИО2, бывших руководителей ФИО3, ФИО4, взыскании 3 422 866 руб. 38 коп., в рамках дела № А45-26585/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альянсавтогаз» (юридический адрес: 630096, <...>, ИНН <***>, ОГРН: <***>), с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - финансового управляющего должника ФИО2 - ФИО5. Участие в судебном заседании арбитражного суда по результатам проверки полномочий приняли представители: от ФИО2 (доверенность от 06.05.2020 в порядке передоверия по доверенности от 18.08.2021) - ФИО6, иные лица, участвующие в деле и процессе: не явились, извещены.

В судебном заседании суд

установил:

23.09.2019 решением суда должник - общество с ограниченной ответственностью «Альянсавтогаз» (ООО «Альянсавтогаз») признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

18.09.2019 в газете «Коммерсантъ» опубликованы сведения об открытии конкурсного производства.

26.02.2021 через сервис «Мой Арбитр» (зарегистрировано 01.03.2021 вх. 49354) от конкурсного управляющего ФИО1 в суд поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, бывшего руководителя и единственного участника должника - ФИО2, взыскании с последнего в пользу ООО «Альянсавтогаз» 3 422 866 руб. 38 коп.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4 и финансового управляющего должника ФИО2 - ФИО5.

21.10.2021 через сервис «Мой Арбитр» (зарегистрировано 22.10.2021 вх. 279074) от конкурсного управляющего ФИО1 в суд поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4.

Определением суда от 27.10.2021 объединены в одно производство обособленные споры по заявлениям от 26.02.2021 вх. № 49354 и от 21.10.2021 вх.№ 279074 для их совместного рассмотрения.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника основывает свои требования на том, что ФИО2 являлся единственным участником и директором должника.

Кроме того, директором должника являлся ФИО4 (период 08.06.2017-04.06.2018) и ФИО3 (период 05.06.2018 - 20.09.2018)

По мнению конкурсного управляющего, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за необращение в установленный срок с соответствующим заявлением должника при наличии признаков неплатежеспособности, за непередачу конкурсному управляющему материальных ценностей и бухгалтерской документации, за увеличение долговой нагрузки должника в пользу аффилированного лица, за вывод активов должника в свою пользу и в пользу аффилированного лица и за злоупотребление правом с его стороны, с целью причинения вреда кредиторам должника.

В отношении ФИО7 и ФИО3 конкурсный управляющий ссылается на то, что в период руководства данными лицами должником, имели место перечисления денежных средств в пользу ООО «СКаД» по обязательствам за самого ФИО2, которые произведены в период руководства ФИО7 (08.06.2017-04.06.2018), а ФИО3 (05.06.2018 - 20.09.2018), что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО3 наряду с ФИО2 в солидарном порядке.

При рассмотрении данного заявления, конкурсный управляющий должника просит суд дать оценку следующим фактом и обстоятельствам.

Определением 12.03.2020 суд определил обязать ФИО2 передать конкурному управляющему ФИО1 следующие документы ООО «Альянсавтогаз»: документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 4 090 000 руб.; расшифровки к бухгалтерской отчетности за 2016-2018 гг.

Постановлением от 03.07.2020, Седьмой арбитражный апелляционный суд определение от 12.03.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-26585/2019 отменил в обжалуемой части, а именно в части отказа в истребовании: основных средств на сумму 287 000 руб., запасов на сумму 2 292 000 руб.

Разрешил в этой части вопрос по существу, обязал ФИО2 предоставить конкурсному управляющему должника сведения о месте нахождения основных средств на сумму 287 000 руб., запасов на сумму 2 292 000 руб., передать конкурсному управляющему данные материальные ценности (при их наличии).

Указанные судебные акты не исполнены ФИО2, ни полностью, ни в части.

Документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие дебиторскую задолженность, а также какие-либо материальные ценности бывшим руководителем конкурсному управляющему не переданы.

Между тем, как следует из бухгалтерского баланса должника на последнюю отчетную дату за 2017г. (за 2018г. должник не отчитывался) у должника имелись основные средства балансовой стоимостью 278 000 руб., запасы 12 008 000 руб., а также дебиторская задолженность в размере 19 102 000 руб.

ФИО2 не только не исполнил свои обязанности по передаче конкурсному управляющему документов, подтверждающих размер и состав дебиторской задолженности, а также материальных ценностей, но и не дал никаких пояснений относительно судьбы указанных активов.

Данные обстоятельства состоят в причинно-следственной связи с невозможностью формирования конкурсной массы.

Также, ФИО2 предпринимал попытки осуществить ликвидацию должника, подав в Межрайонную ИФНС России по Новосибирской области заявление о ликвидации, о чем 28.01.2019 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

При этом, в реестр требований кредиторов должника включены требований 3-х кредиторов по обязательствам 2017-2018 гг., о чем ФИО2 не мог не знать.

В решении о признании должника банкротом, суд указал: «Как следует из материалов дела, должник – ООО «Альянсавтогаз» (ИНН <***>) состоит на регистрационном учете в качестве налогоплательщика Инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Новосибирска. Решением единственного участника ООО «Альянсавтогаз» в лице директора ФИО2 принято решение о добровольной ликвидации общества, что подтверждается представленной в материалы выпиской из ЕГРЮЛ». Кроме того, должником в лице ответчика был заключен договор поручительства в пользу аффилированного лица - ООО «Сиб-АвтоТорг» (ИНН <***>), в результате чего у должника возникла дополнительная кредиторская задолженность. Определением от 03.06.2020, установлено следующее: «Между ПАО Сбербанк, в лице Новосибирского отделения № 8047 и ООО «СибАвтоТорг» (ИНН <***>) был заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 8047JQTZKIHU1Q0RI1WZ3F от 26.10.2017, в соответствии с которым банк предоставил должнику кредитную линию в размере 1 000 000 руб. Кредитный договор обеспечен поручительством ООО «АльянсАвтоГаз», который согласно договору поручительства от 26.10.2017 № 8047JQTZKIHUlQ0RIlWZ3Fn03, обязался нести солидарную с заемщиком ответственность по возврату суммы кредита».

Самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является факт неисполнения бывшим руководителем обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в суд.

По мнению заявителя, ФИО2 не позднее 19.01.2018 обязан был обратиться в суд заявлением о признании должника банкротом, поскольку у должника перед кредитором возникли обязательства, в связи с неисполнением условий договора поручительства от 19.09.2017, и договора поручительства от 26.10.2017 заключенных между должником и ПАО «Сбербанк России».

А также как следует из решения суда от 01.03.2019 по делу № А45-45097/2018 у должника перед кредитором (заявитель по делу) ООО ФСК «Кварсис» на 06.12.2018 образовалась задолженность за аренду нежилых помещений, расположенных по адресу: 630069, <...>, общей площадью 2 168 кв.м.

Таким образом, имеет место следующая хронология событий: 25.02.2018 – неисполнение обязательств по договору аренды нежилых помещений; 25.05.2018 – наступление признаков банкротства в соответствии со ст. 3 Закона о банкротстве; 25.04.2018 – истечение срока для подачи заявления о банкротстве.

Также, по мнению заявителя, произошло увеличение долговой нагрузки должника в пользу аффилированного лица ООО «Сиб-АвтоТорг» по отношению к ФИО2, поскольку последний является его участником со 100% в уставном капитале. Кредитный договор между банком и ООО «Сиб-АвтоТорг» обеспечен поручительством ООО «АльянсАвтоГаз», который согласно договору поручительства от 26.10.2017, обязался нести солидарную с заемщиком ответственность по возврату суммы кредита. Требования ПАО «Сбербанк» включены в реестр требований кредиторов должник.

Кроме того, имел место вывод ФИО2 активов должника в свою пользу и в пользу аффилированного лица. ФИО2 за счет денежных средств должника погашал собственные займы, что следует из выписки по расчетному счету должника о перечислении в пользу ООО «СКаД» денежные средств в период с 30.03.2018 по 28.12.2018.

ФИО2 за счет средств должника погашал задолженность аффилированного лица - ООО «Сиб-АвтоТорг» перед ПАО «Сбербанк» за открытую кредитную линию. Денежные средства переводились в пользу ПАО «Сбербанк» с 13.11.2018 по 07.03.2019, при том, что в отношении ООО «Сиб-АвтоТорг», 20.02.2019 возбуждено дело о банкротстве.

Таким образом, заявитель полагает, что данные действия ФИО2 сопряжены с целью причинения вреда конкурсным кредиторам должника.

ФИО2 представил в отзыв и дополнительные пояснения, возражения по данному обособленному спору, с заявленными требованиями не согласен, оснований для удовлетворения не видит, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие обстоятельства на которые ссылается конкурсный управляющий. Ответчик не согласен с доводами в части определения даты объективного банкротства, неисполнения обязанности по передаче активов и бухгалтерской документации конкурсному управляющему, ФИО2 передал все имеющиеся у него бухгалтерские документы и активы, что подтверждается актом приема-передачи № 2 документации от 06.02.2020, письменными пояснениями от 04.08.2020 и пояснениями в части причин накопления задолженности - несвоевременный расчет по государственным контрактам заказчиками в 2018г. и увеличение стоимости аренды с 2018г. ООО ФСК «Кварсис»; в отношении увеличения долговой нагрузки, заявитель не указал, какие именно сделки подпадают под подозрительные, сделки с ООО «Сиб-АвтоТорг» носили нормальный характер, обычный для участников рынка по продаже запасных частей и ремонту автотранспорта; доказательств в отношении вывода активов должника заявителем не представлено, как не произведен финансовый анализ, который бы подтвердил причинение ущерба кредиторам; со стороны ответчика злоупотребление правом отсутствует, должник не собирался заниматься предпринимательской деятельностью, в связи с чем избрал способ законной ликвидации общества. Более подробно доводы изложены в отзыве и дополнениях к нему.

ФИО4 представил письменные пояснения, где укала на то, что в 2017 г. он работал на станции технического обслуживания (СТО) в качестве технического директора. Отвечал за производственные процессы на СТО, работу с контрагентами по вопросам технического обслуживания и ремонту (ТО и Р) автотранспортных средств, проверка первичных документов на оплату за оказанные услуги, а также контроль технического состояния станков, подъемных механизмов, оборудования СТО.

В июне 2017 г. по просьбе директора и собственника ООО «Альянсавтогаз» ФИО2 он стал директором ООО «Альянсавтогаз» в перспективе того, что скоро будут торги по ТО и Р в раках Гособорон заказа, а для этого СТО должно пройти соответствующую проверку.

Так как я офицер запаса ФСБ России, а также имею высшие техническое образование, то вопросы к руководству СТО не возникли бы. СТО на тот момент была сертифицирована, что практически соответствовало всем требованием.

В ходе переговоров на принятие должности директора СТО у ФИО4 было одним из условий это погашение всех долгов перед контрагентами, коммунальными службами, налоговой инспекции, так как я не мог распоряжается денежными активами СТО, в том момент и до моего увольнения всеми денежными активами руководил лично собственник СТО ООО «Альянсавтогаз» ФИО2 (собственник) и директор ООО «Сиб-Авто-Торг» ФИО8, на что я получил утвердительный ответ, что все будет погашено. Однако время шло, а долги не погашались.

Спустя некоторое время, собственником ООО «Альянсавтогаз» и «Сиб-Авто-орг» ФИО2. и директором «Сиб-Авто-орг» ФИО8, принято решение на получение кредита на «Сиб-АвтоТорг» для того чтобы расчистится со всеми долгами. СТО ООО «АльянсАвтоГаз» выступало поручителем для получения данного кредита.

После получения кредита, ФИО2. и ФИО8 заверили ФИО4, что они начали гасить долги.

Примерно в декабре 2017 г. ФИО4 узнал о большой задолженности по арендной плате. К марту 2018г. на СТО стали расти долги по заработной плате. Ответ ФИО2. и ФИО8 всегда один, плохо поступают платежи.

Хотя все документы на оплату оказанных услуг сотрудниками передавались своевременно.

В мае 2018 г. ФИО4 принял решение уволится с должности директора СТО.

О переводах денежных средств в пользу ООО «СКаД» ФИО4 узнал только из заявления конкурсного управляющего ФИО1 В связи с этим ФИО4 пояснил, что все эти платежи проходили от его имени по просьбе собственника, так как его электронная подпись хранилась в сейфе в бухгалтерии СТО.

На момент его увольнения, все оборудование, станки, подъемные механизмы, покрасочные камеры были в наличии, в письменные пояснениях ФИО4 указал примерный перечень оборудования, которым было укомплектовано СТО (л.д. 93-97 том 2).

ФИО3 предоставленным им законом и судом, правом на исполнение определений суда не воспользовался, заблаговременно, как заявителю, так и в суд правовая позиция им по данному обособленному спору не направлен.

Права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому в случае нереализации участником процесса предоставленных ему законом прав последний несет риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий (ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании приняли участие представитель ответчика – ФИО2, иные участники процесса не явились, извещены о времени и месте рассмотрения заявления. Учитывая опубликование определения суда на сайте http://kad.arbitr.ru, суд признает извещение о месте и времени судебного заседания надлежащим в соответствии с требованиями ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявление рассмотрено в отсутствие иных не явившихся лиц по правилам ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы обособленного спора, определив предмет доказывания в рамках настоящего спора, проанализировав доводы, изложенные в заявлении, отзыве на него и письменных дополнениях, сопоставив их с нормами действующего законодательства, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения части заявленных требований. При принятии судебного акта суд руководствуется следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника связывает возникновение оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с бездействием, выразившемся в неисполнении обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Альянсавтогаз» банкротом (обязанность по подаче заявления возникла 19.01.2018, 25.02.2018 – неисполнение обязательств по договору аренды нежилых помещений; 25.05.2018 – наступление признаков банкротства в соответствии со ст. 3 Закона о банкротстве; 25.04.2018 – истечение срока для подачи заявления о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления.

Оценивая довод о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве возглавляемой организации, суд принимает во внимание следующее.

Неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 и 3 ст. 9 настоящего Закона.

Случаи, которые обязывают должника подать заявление должника в арбитражный суд, установлены в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Пункт 1 ст.9 Закона о банкротстве, предусматривает обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст.9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайшие сроки, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Если в течение предусмотренного п.2 названной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 – 8 п.1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 – 8 п.1 настоящей статьи (п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, введенный Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В соответствии с разъяснениями п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (постановление от 21.12.2017 № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий контролирующего лица, которое, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Толкование норм о порядке рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о распределении бремени доказывания дано, в частности, в разъяснениях, изложенных в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553 и от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472 и в п. 2 главы I. Практика применения положений законодательства о банкротстве Раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве. Само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст.ст. 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абз. 2 ст. 2 Закона о банкротстве банкротство — это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом. Тогда как неплатежеспособность — это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый ст. 2 Закона о банкротстве).

Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (Определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472).

По мнению суда, заявителем не представлены доказательства наличия признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника в те сроки, в которые контролирующее должника лицо, по мнению конкурсного управляющего, должно было обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, не доказано, что задолженность перед конкретными кредиторами, указанными заявителем в указанный им период, не погашались по причине недостаточности денежных средств.

Указание на то, что у должника имелись неисполненные денежные обязательства, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом (решение суда от 01.03.2019 дело № А45-45097/2018) и наличия задолженности по обязательства должника возникли в связи с неисполнением условий договоров поручительства от 19.09.2017 и от 26.10.2017 заключенных между должником и ПАО «Сбербанк России» (определение суда 11.12.2019 о включении данного требования в реестр требований кредиторов должника), не является безусловным основанием для обращения с заявление.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. Имеющиеся неисполненные перед отдельными кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Из материалов дела следует, что на дату, с которой заявитель связывает возникновения обязанности обращения в суд с заявлением, у должника не было признаков несостоятельности (банкротства), что подтверждается в частности переданной конкурсным управляющим первичной бухгалтерской документации должника за 2016, 2017, 2018 гг. на электронном носителе. В период с 01.01.2018 по 29.12.2018 должник осуществлял деятельность по ремонту и облуживанию автомобилей. В штате должника работала около 80 сотрудников, которые работали вплоть до конца 2018г., численность сотрудников менялась в разные периоды времени. На дату увольнения все сотрудники получили заработную в полном объеме, задолженность по оплате отсутствовал, ООО «Альянсавтогаз» исполняло свои обязательства перед сотрудниками до начала 2019 г. (когда уволены все сотрудники предприятия). ООО «Альянсавтогаз» исполнило обязательства перед налоговыми органами в полном объеме, задолженность перед бюджетом за 2017, 2018, 2019 гг. и иные периоды отсутствует. Должник участвовал в торгах, которые выиграл - на право осуществления ремонта и обслуживания автотранспорта ГУ МВД по НСО, Росгвардии, следственного управления на транспорте и иных государственных органов.

Неисполнение обязательств перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности должника (п. 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021)).

В данном случае доказательства того, что по состоянию на указанную заявителем дату у должника имелись неисполненные обязательства перед различными кредиторами и явная недостаточность денежных средств для погашения задолженности не приведены и не представлены.

Следует еще раз отметить, что при определении платежеспособности предприятия надлежит принимать во внимание не только наличие кредиторской задолженности, но и наличие дебиторской задолженности, а также выручки будущих периодов.

При изложенных обстоятельствах довод конкурсного управляющего об очевидности для руководителя должника признаков неплатежеспособности организации на 25.05.2018 судом отклоняется. Заявитель не представил доказательств того, что в указанный период должник прекратил исполнять денежные обязательства ввиду недостаточности денежных средств.

При этом согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника к ответчику ФИО2 (бывший руководитель, единственный участник общества) о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о наличии ответственности ФИО2 (бывший руководитель, единственный участник общества) по не передачи конкурсному управляющему документации в отношении должника по п. 2 ч. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, суд принимает во внимание следующее.

При рассмотрении данного обособленного спора по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, суд приходит к выводу, что поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Учитывая период совершения названными лицами вменяемых им действий, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, применению подлежат положения п. 2 ч. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, содержащие презумпцию доведения должника до банкротства в результате отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника – банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Согласно п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 этой же статьи).

В силу п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Бремя опровержения представленных конкурсным управляющим доводов возлагается на процессуального оппонента. При этом, защищаясь против предъявленного заявления, ответчику недостаточно ограничиться только отрицанием обстоятельств, на которых настаивает истец, необходимо представить собственную версию инкриминируемых ему событий.

Относительно доводов конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 (бывший руководитель, единственный участник общества) к субсидиарной ответственности за не передачу документации общества следует учитывать, что должник признан банкротом 23.09.2019.

Обязанность руководителя предприятия-банкрота передать конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности установлена ст. 126 Закона о банкротстве, неисполнение данной обязанности влечет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Конкурсный управляющий ссылается на не передачу ему документации общества, указывая на то, что факт неисполнения обязанности по передаче активов и бухгалтерской документации, подтверждается не только материалами дела, но и судебными актами, имеющими преюдициальное значение по данному обособленному спору.

Так, определением 12.03.2020 суд определил обязать ФИО2 передать конкурному управляющему ФИО1 следующие документы ООО «Альянсавтогаз»: документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 4 090 000 руб.; расшифровки к бухгалтерской отчетности за 2016-2018 гг.

Постановлением от 03.07.2020, Седьмой арбитражный апелляционный суд постановил определение от 12.03.2020 суда по делу № А45-26585/2019 отменить в обжалуемой части, а именно в части отказа в истребовании: основных средств на сумму 287 000 руб., запасов на сумму 2 292 000 руб.

Разрешить в этой части вопрос по существу. Обязать ФИО2 предоставить конкурсному управляющему должника сведения о месте нахождения основных средств на сумму 287 000 руб., запасов на сумму 2 292 000 руб., передать конкурсному управляющему данные материальные ценности (при их наличии).

Указанные судебные акты не исполнены ФИО2, ни полностью, ни в части.

Факт наличия оборудования и запасных частей ФИО2 подтвердил в письменных дополнениях к своему отзыву, что также в ходе судебного разбирательства при участии в судебном заседании подтвердил ФИО4 и отразил в письменных пояснениях, где указал примерный перечень оборудования (л.д. 93-97 том 2).

Как следует из бухгалтерского баланса должника на последнюю отчетную дату за 2017 г. (за 2018г. должник не отчитывался) у должника имелись основные средства балансовой стоимостью 278 000 руб., запасы 2 292 000 руб., а также дебиторская задолженность в размере 4 090 000 руб.

При этом, сведения содержащиеся в выписке по расчетному счету должника подтверждают тот факт, что должник активно вел хозяйственную деятельность, как минимум до марта 2019г., оказывая услуги по ремонту транспортных средств. То есть, должник безусловно обладал основными средствами – оборудованием, инструментами и пр.

Причиной не выявления имущества послужило непредставление документации должника, поскольку в силу особенностей активов должника (оборудования, запасов, дебиторской задолженности) разыскать данное имущество возможно только в случае идентификации этого имущества.

Ответственность фактического руководителя должника возникает при неисполнении им обязанностей по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения контролирующими должника лицами указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

При рассмотрении спора подлежат проверке обстоятельства, связанные с принятием руководителем должника всех мер для исполнения обязанностей, перечисленных в п. 1 ст.6, п. 3 ст. 17 Закона о бухгалтерском учете, а также выяснить, проявлялись ли при принятии данных мер требуемые степени заботливости и осмотрительности, например, каким образом обеспечивалась сохранность документации; какие меры принимались лицом для восстановления документации в случае ее гибели, если таковая имела место по не зависящим от него основаниям; явилась ли гибель документации следствием ненадлежащего ее хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

Согласно правовому подходу, изложенному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 при установлении факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо учитывать, приняло ли привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом даты признания должника банкротом – 23.09.2019 применению при рассмотрении заявленного требования подлежат нормы главы III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п.1 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

В нарушении п. 3.2 ст. 64 и п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве ФИО2 не обеспечил передачу необходимой документации в полном объеме на основании судебных актов от 12.03.2020 и 03.07.2020, вследствие чего конкурсным управляющим на сегодняшний день не сформирована конкурсная масса, не взыскана дебиторская задолженность.

Суд учитывает, что в материалы дела не представлено доказательств тому, что ФИО2 принял меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Документы, подтверждающие наличие и состав активов общества, конкурсному управляющему не переданы, как и не переданы документы в подтверждение их выбытия.

По мнению суда, ФИО2 не указаны причины списания запасов, основных средств, а также причины не реализации данных запасов, доводы приведение в подтверждение обратного таковыми не являются и не опровергают позицию конкурсного управляющего.

В отсутствии документации конкурсный управляющий не смог в полной мере установить точный размер дебиторской задолженности, определить состав имущества должника и за счет этого пополнить конкурсную массу.

При таких обстоятельствах руководителем должника ФИО2 причинен вред имущественным правам кредиторов.

Именно на руководителе лежит бремя доказывания законности своих действий в интересах общества с позиций разумности, добросовестности, в соответствии с положениями п.3 ст.53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отношении основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности выразившемся с действиями, причинившими существенный вред имущественным правам кредиторов, а именно увеличение долговой нагрузки должника в пользу аффилированного лица, вывод активов должника в пользу ФИО2 и в пользу аффилированного лица, злоупотребление правом со стороны ФИО2, с целью причинения вреда кредиторам должника, суд принимает во внимание следующее.

Под причинением вреда имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абз. 4 п. 5 Постановления № 63, абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве).

У ФИО2 имелась фактическая возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61.10 Закона о банкротстве). ФИО2 вовлечен в процесс управления должником, оказывал влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должник, следовательно, лицо подлежит признанию контролирующим.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения существенно невыгодной сделки (подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) не предполагает наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной, поэтому суд проверяет совершенные должником сделки и основания включения в реестр требований кредиторов.

Между ПАО Сбербанк, в лице Новосибирского отделения № 8047 и ООО «Сиб- АвтоТорг» (ИНН <***>) заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 8047JQTZKIHU1Q0RI1WZ3F от 26.10.2017, в соответствии с которым банк предоставил должнику кредитную линию в размере 1 000 000 руб.

Кредитный договор обеспечен поручительством ООО «Альянсавтогаз», который согласно договору поручительства от 26.10.2017 № 8047JQTZKIHUlQ0RIlWZ3Fn03, обязался нести солидарную с заемщиком ответственность по возврату суммы кредита. Требования ПАО «Сбербанк» включены в реестр требований кредиторов должника.

При этом, ООО «Сиб-АвтоТорг» является аффилированным лицом по отношению к ответчику, поскольку последний является его участником со 100% в уставном капитале.

Также ФИО2 за счет денежных средств должника погашал собственные займы и произвел вывод активов должника в свою пользу и в пользу аффилированного лица.

Из выписки по расчетному счету должника следует, что в пользу ООО «СКаД» произведены платежи в период с 30.03.2018 по 28.12.2018 с назначением платежей, «За ФИО2 по договору займа от 08.02.2018», «За ФИО2 по договору займа от 14.02.2018».

Также ФИО2 за счет средств должника погашал задолженность аффилированного лица - ООО «Сиб-АвтоТорг» перед ПАО «Сбербанк» за открытую кредитную линию.

Денежные средства переводились в пользу ПАО «Сбербанк» с 13.11.2018 по 07.03.2019 с назначением платежей «Погашение просроченной задолженности по договору номер 8047JQTZKIHU1Q0RI1WZ3F от 26.10.2017 клиент ООО «Сиб-АвтоТорг», при том, что в отношении ООО «Сиб-АвтоТорг» (ИНН <***>), 20.02.2019 возбуждено дело о банкротстве.

Также суд учитывает, что со стороны ФИО2 совершены действия с целью причинения вреда кредиторам должника, что выразилось в следующем.

ФИО2 предпринимал попытки осуществить ликвидацию должника, подав в Межрайонную ИФНС России по Новосибирской области заявление о ликвидации, о чем 28.01.2019 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

28.01.2019 ликвидатором должника назначен ФИО2, указанные сведения внесены в ЕГРЮЛ регистрирующим органом - Межрайонной ИФНС № 16 по Новосибирской области.

О данном факте ПАО «Сбербанк России» (кредитор) стало известно только в апреле 2019г.

Согласно ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидационная комиссия (ликвидатор) принимает меры к выявлению кредиторов, письменно уведомляет кредиторов о ликвидации юридического лица.

Должником не исполнены требования закона, в адрес банка не направлено уведомление о ликвидации, более того, в средствах массовой информации (Вестник государственной регистрации) также отсутствует информация об этом.

Следовательно, банк не уведомлен надлежащим образом о процессе ликвидации.

22.04.2019 в адрес ликвидатора ООО «Альянсавтогаз» по 2-м почтовым адресам направлено заявление № 8047-19-исх/101 о включении требований ПАО Сбербанк в промежуточный баланс ликвидируемого должника на основании обязательств по вышеуказанным кредитным договорам.

07.05.2019 данное заявление получено ликвидатором, что подтверждается уведомлением о вручении заказного письма и отчетом об отслеживании почтовых отправлений.

Однако, ликвидатор общества уклонился от рассмотрения требования кредитора, поскольку не направил в адрес банка ответа или иного подтверждения того, что требования Банка включены в промежуточный ликвидационный баланс ООО «Альянсавтогаз».

Все вышеуказанные действия совершены с ФИО2 за счет денежных средств должника в пользу собственных интересов это займы ФИО2, и в пользу аффилированного лица ООО «Сиб-АвтоТорг» за погашение просроченной задолженности по договору кредитной линии, где должник выступал поручителем.

Как разъясняет Президиум ВАС РФ в п. 1 Информационного письма № 71 от 17.03.2003 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса Российской Федерации», судами признаются взаимозависимыми лица на том основании, что учредители данных организаций являются одними и теми же гражданами, которые заинтересованы во взаимодействии своих организаций.

Так как ООО «Сиб-АвтоТорг» и должник являются взаимозависимыми (аффилированными) лицами, участником и руководителем которых являлось одно лицо – ФИО2, ООО «Сиб-АвтоТорг» изначально извещено о противоправных целях по выводу денежных средств со счета должника по обязательствам ООО «Сиб-АвтоТорг» - ущемление имущественных прав будущих кредиторов по делу о банкротстве.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, в силу ст. 2 Закона о банкротстве состоит в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к должнику, а также иных последствиях совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящих к полной ни частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований о обязательствам должника за счет его имущества.

На фоне недостаточности денежных средств у общества (появления первых признаков неплатежеспособности) действия ФИО2 по изъятию денежных средств, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным.

В результате недобросовестных действий ФИО2, как руководителя должника, совершены вышеперечисленные платежи за аффилированное лицо ООО «Сиб-АвтоТорг» и за счет денежных средств должника ФИО2 погашал собственные займы (в пользу ООО «СКаД» произведены платежи в период с 30.03.2018 по 28.12.2018 с назначением платежей, «За ФИО2 по договору займа от 08.02.2018», «За ФИО2 по договору займа от 14.02.2018»).

Доводы приведение в подтверждение обратного таковыми не являются и не опровергают позицию конкурсного управляющего.

Таким образом, причинен вред имущественным интересам кредиторов, что является основанием привлечения к субсидиарной ответственности.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В рассматриваемом случае конкурным кредиторам должника, бывшим руководителем причин вред на сумму 3 422 866 руб. 38 коп. В случае, если бы бывший руководитель должника действовал разумно, добросовестно, в интересах общества (должника), имущественным правам кредиторов и государству, в лице уполномоченного органа, не был бы причинен столь значительный вред.

Размер субсидиарной ответственности 3 422 866 руб. 38 коп. как сумма непогашенных требований кредиторов применительно к основанию субсидиарной ответственности определен конкурсным управляющим верно, суд с таким определением соглашается. Какой-либо иной размер ответственности не указан, контррасчет не представлен.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственность по обязательствам ООО «Альянсавтогаз» в размере 3 422 866 руб. 38 коп.

В отношении привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей ФИО3, ФИО4, судом установлено, что конкурсный управляющий просит их привлечь к ответственности на основании ст.61.11. Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что заключение договора поручительства от 26.10.2017, имело место в период руководства должником – ФИО7, а перечисление денежных средств в пользу ООО «СКаД» по обязательствам за самого ФИО2 произведены в период руководства ФИО7 (08.06.2017-04.06.2018) и ФИО3 (05.06.2018 - 20.09.2018).

Однако, в материалы дела не представлено доказательств осуществления властно-распорядительных действий от имени общества ФИО3, ФИО4, а также сведений о принятии ими каких-либо решений, связанных с управлением обществом, отсутствием сведений о предоставлении им каких-либо полномочий в отношении общества.

Доказательств подтверждение того, что ФИО3, ФИО4 в указанные заявителем периоды в решающей степени определяли финансово-экономическое поведение должника в материалы деда не представлено. Из пояснений ФИО4 следует, что все платежи, на которые ссылается заявитель, проходили от его имени по просьбе собственника, так как его электронная подпись хранилась в сейфе в бухгалтерии СТО.

Исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, установив, что именно ФИО2 определял финансово-экономическое поведение должника, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед обществом

В связи с чем, в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альянсавтогаз» ФИО3, ФИО4 следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

определил:

заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя и единственного участника должника ФИО2, бывших руководителей ФИО3, ФИО4 удовлетворить в части.

Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственность по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альянсавтогаз» в размере 3 422 866 руб. 38 коп.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альянсавтогаз» - 3 422 866 руб. 38 коп.

В привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альянсавтогаз» ФИО3, ФИО4 отказать.

Определение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в течение десяти дней с момента его вынесения. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья

О.К. Перминова